Рывок

Когда Джихон вернулся домой с работы, он заметил у входа пару знакомых лоферов. Он открыл внутреннюю дверь и сразу же позвал. - Мама, вы здесь? Прежде чем Шим Ёса успела ответить, Джини вывернулся из ее объятий и с криком: - Папа!, бросился к нему, как будто ждал его весь день. Наблюдая, как он бросился к Джихону, Шим Ёса с нежностью закатила глаза. - Ага, никто не может победить твоего папу. Джихон подхватил сына на руки, когда тот вцепился в воротник его пальто, покрывая щеки Джини поцелуями. - Тебе было весело сегодня? Держу пари, ты был рад, что приехала бабушка. - Папа, хэм! Да! Сегодня... сегодня мы с бабушкой пошли в магазин и увидели хомячка! Всего несколько месяцев назад Джини едва мог связать предложения из двух слов - "Джини хочет", "Папа хороший", "Это страшно", "Виноград больше", — но после того, как ему исполнилось три года, его речь внезапно улучшилась. Его произношение все еще было нечетким, но теперь он болтал без умолку. - В самом деле? Хомячки такие милые. - Да! Так, так мило, я продолжал смотреть, и, и — мы еще увидели кролика! Джини буквально дрожал от возбуждения, спотыкаясь о порядок слов, но все равно между фразами украдкой целовал папу в щеку. Джихон позволил ему некоторое время осыпать его поцелуями, а затем, наконец, снова опустил на землю. - Джини, папа сначала снимет пальто и вымоет руки, а потом я снова тебя обниму, хорошо? - Хорошооооо. Как только он ответил, Джини побежал обратно к бабушке, которая сидела на диване. Если бы это был отец Джихона, он бы пошутил: "Что, уже возвращаешься к бабушке? Дедушка ревнует". Но Шим Ёса никогда не говорила ничего, что могло бы расстроить ребенка, даже в шутку. - Мой маленький щеночек вернулся к бабушке? - ласково спросила она, снова беря его на руки и осыпая безоговорочными похвалами. - Наш Джини такой хороший. Такой хорошенький. Такой хороший мальчик. Может быть, именно поэтому, даже после того, как Джихон переоделся и снова вышел к ним, Джини все еще сидел, свернувшись калачиком, на коленях у бабушки. Только когда она мягко подтолкнула его: - Смотри, папа переоделся, чтобы обнять тебя, — Джини тихо встал и вернулся к нему. Но как только он потянулся к коленям Джихона, на панели входной двери раздался звуковой сигнал. Джини резко повернул голову. - Папочка! - снова крикнул он и бросился к двери. - Занятой малыш, - со смехом сказала Шим Ёса. Входная дверь открылась, и внутрь вошел Джэкхён. - Квон Джини. В тот момент, когда он увидел мальчика, ожидающего у двери, Джэкхён схватил его и покрутил вокруг себя — раз, другой, затем подбросил в воздух и поймал в головокружительном тумане. Джини завизжал от восторга, безудержно хихикая, как будто это был лучший момент в его жизни. Пока Джэкхён играл с ним, Джихон пошел готовить ужин — не то чтобы там было много дел. Их домработница уже приготовила и поставила блюда в холодильник, так что Джихону оставалось только разложить их по тарелкам. Но Шим Ёса все равно пришла на кухню, чтобы помочь. - О нет, мама, пожалуйста, просто расслабьтесь. - Все в порядке. Я проголодалась. Я хочу поесть и поеду. С этими словами она за считанные секунды приготовила еду, разогрела то, что требовалось, и разложила остальное по тарелкам. В центре стола стояло японское блюдо, которого вчера там не было. Джихон решил, что сегодня она отвела Джини в магазин только за ингредиентами для него. Шим Ёса однажды заявила, что и пальцем не пошевелит на кухне после того, как Джэкхён уйдет на пенсию, но, поскольку он так и не вышел на пенсию, она по—прежнему время от времени готовила для них и даже помогала с их ребенком. Особенно когда Джихон только вернулся на работу, она практически каждый день ездила к ним как на работу. Няни - это одно, но когда рядом семья, это совсем другое. Джихон был бесконечно благодарен. В последнее время, когда Джини начал ходить в детский сад, Шим Ёса заходила к ним не так часто, но она все равно забирала его в те дни, когда обоим папам приходилось задерживаться допоздна, как сегодня. - Так почему ты сегодня так задержался? - спросила она, когда Джэкхён подошел к столу с Джини на руках. Если только это не было непосредственно перед соревнованиями, дневная тренировка Джэкхёна обычно длилась с трех до пяти, так что дежурство обычно ложилось на него. Но не сегодня. - Я только что вернулся из Пусана. - Зачем? Олимпийские игры? - Да, какие-то съемки. Джэкхён был выбран одним из официальных послов летних Олимпийских игр следующего года. Причина, по которой он оказался в этой роли, была проста: игры 2026 года проходили в Пусане. - Теперь, когда я думаю об этом, я недавно видела этого парня по телевизору. Ты знаешь, другого спортсмена из национальной сборной, которого выбрали послом вместе с тобой? Того, который занимается тхэквондо. - Вы имеете в виду Ким Мёнхвана? Джихон вмешался, и Шим Ёса просияла. - Да! Это он. Я видела его на шоу с сыном. Малыш выглядел примерно ровесником Джини — такой милый, просто прелесть. Они и раньше слышали, что национальный спортсмен ведет родительское реалити-шоу, но никто из них не знал, что это Ким Мёнхван. С другой стороны, отец был красивым, и если ребенку было около трех лет, это был идеальный возраст для телевидения. В наши дни даже слухов о беременности знаменитости было достаточно, чтобы продюсеры выстроились в очередь с предложениями. Они ни за что не упустили бы такую возможность. - Вы двое не собираетесь участвовать в подобном шоу? Продюсеры не звонили? Пока она говорила, Джэкхён положил еду на тарелку Джини с рисунком динозавра и искоса взглянул на Джихона. Джихон проигнорировал намек в этом взгляде и ответил небрежно. - На самом деле, мы получили массу предложений. Конечно, они это сделали. Вероятно, все родительские шоу на всех каналах — как сетевых, так и кабельных — обратились к ним. - В самом деле? Тогда почему бы не поучаствовать? Всего один раз. Шим Ёса не скрывала этого. Она явно хотела, чтобы они появились на телешоу. Это было совсем не похоже на ее отношение к этому много лет назад, когда Джэкхён снимался в реалити-шоу "Присоединяйся к врагу", и она беспокоилась о том, что его будут критиковать за его поведение. - Наш Джини получил бы столько комплиментов на телевидении. Правда, Джини? Джини уплетал лапшу, но остановился и посмотрел на нее, моргая большими глазами. Он кивал, хотя, вероятно, не понимал ни слова, и, как только проглотил, прощебетал: - Да, именно так! Шим Ёса буквально сияла. Даже во время еды Джини старался отвечать на каждое слово своей бабушки, и ей это явно нравилось. Она с таким энтузиазмом отнеслась к участию Джини в шоу, потому что, в отличие от своего сына, не сомневалась, что публика влюбится в такого милого, привлекательного внука. Конечно, возможно, все это было немного предвзято, но Джини на самом деле был мягким, уравновешенным ребенком. В детстве он был спокойным, но теперь, когда он научился говорить, им стало еще легче управлять. Он показал лучшие результаты по шкале эмпатии во всех тестах на развитие. Пока ты все объясняешь спокойно и доходчиво, он редко закатывает истерики. Джэкхён настаивал, что это потому, что Джини пошел в Джихона, но Джихон полагал, что это больше связано с тихим, основательным влиянием мама Джэкхёна. Она была человеком, который глубоко понимал важность социализации в раннем детстве. По ее мнению, социальная несостоятельность Джэкхёна отчасти объяснялась его личностью, но также и тем, что он рос в условиях очень ограниченного общения с другими людьми. - Отец Джэкхёна был одним из тех редких людей для своей эпохи — парнем, который учился за границей. Получил степень магистра во Франции, руководил издательской компанией, преподавал в колледже. Настоящий интеллектуал. Но он был твердо намерен сам воспитывать своих детей, поэтому ни Джэджун, ни Джэкхён никогда не ходили в детский сад. Я думаю, именно там все пошло не так. В то время как другим детям говорили: "Мы не ссоримся со своими друзьями" и "Добрые дети умеют делиться", Джэкхён слушал лекции о том, как Дэвид Хьюм говорил, что нравственность определяется чувствами, а не разумом. Не совсем подходит для малышей. Дедушка Джини, полный амбиций, превратил свой кабинет в классную комнату и научил их самым разным вещам. Но, что касается Шим Ёсы, единственное, что осталось у Джэкхёна, - это аккуратный почерк, благодаря тому, что дед заставлял его заниматься каллиграфией. Тем не менее, у Джэкхёна действительно был красивый почерк. Такой красивый, что, на самом деле, он ему совсем не подходил. Как бы то ни было, Шим Ёса была полна решимости не допустить, чтобы ее внук пошел по тому же пути. Как только Джини исполнилось тридцать шесть месяцев, она отдала его в детский сад. До этого она водила его повсюду — в парки, музеи, торговые центры, — чтобы он мог познакомиться с разными людьми и испытать разные ощущения. Несмотря на все это, Джини по-прежнему стеснялся незнакомых людей или незнакомых мест. Но, по крайней мере, он отвечал, когда с ним заговаривали. Это было целью номер один для Шим Ёсы - "Когда взрослый заговаривает с тобой, ты отвечаешь четко", — и она вбила это ему в голову. Так что, даже если Джини был немного застенчив, он всегда отвечал. Если люди звали его по имени с трех разных сторон одновременно, он все равно отвечал: “Да! Привет!”, даже если понятия не имел, откуда это доносится. Его речь все еще была немного неуклюжей, но звучала мило. Он не был привередлив в еде и ел практически все. Хотя, как и его отец, он был большим любителем сладкого и при первом же прикосновении к сахару терял концентрацию внимания, но он не отказывался от других вкусов и в целом обладал хорошим аппетитом. Он был ровно на голову выше своих сверстников. Несмотря на то, что Джихон и Джэкхён стеснялись своего роста, они почувствовали облегчение, особенно теперь, когда он был в детском саду. Лучше быть нежным гигантом, чем напористым ребенком, который использовал свой рост, чтобы командовать другими.