azure reflection of the golden moon.

собрать как можно больше информации о Зелëном Фонаре, блуждающем в ночи. звучит не так сложно, правда? он весь из себя такой расфуфыреный хвастливый балабол. его языком хоть полы мой, ей-богу. сам должен всë легко и просто выдать. ага. чёрта с два. как оказалось, лазурный демон совсем не настолько открыт, насколько это было нужно Лан Цяньцю... *** вот уже как с неделю Лан Цяньцю получил с небес задание: в итоге некого происшествия довольно большая часть свитков была утеряна. в их числе информативные свитки о великих бедствиях, о их похождениях. в результате совещания было решено отправить нескольких небожителей на сборы новой информации и восстановление старой. прошло распределение, по итогам которого наследному принцу Тайхуа будет доверено восстановление информативных свитков о Зелëном Фонаре, блуждающим в ночи, известным так же как лазурный демон Ци Жун. Тайхуа сжимает свиток в руке и служащий спешит удалиться прочь, дабы не попасть под горячую руку. ранее с лазурным Фонарëм они уже встречались. и он совсем не мог назвать его неприятной личностью. совсем нет, что вы. язык бы не повернулся. скорее тошнотворной до той степени, что глаза лезли на лоб, а кишечник нужно было скрутить в тугой узел, чтобы не выплюнуть всю желчь, что только была. неужели Цзюнь У не знал об этом? быть не может. Лан Цяньцю посвятил пол жизни поиску праха и очередного воплощения Ци Жуна. а когда надоело тратить силы и нервы на бесконечную смену его тела, оставил в покое и стал искать только прах. ожидаемо, не нашëл. с озлобленным рыком он сворачивает и швыряет свиток на стол. да только гнев ничем ему не помог. Цзюнь У был непреклонен. Лан Цяньцю должен и всë тут, хоть голову на отсечение давай - небесный владыка ждëт результатов. — в любой ситуации есть свои плюсы, так ведь?... — голос Се Ляня словно втыкает в мозг раскалëнную иглу и Цяньцю не может пошевелится от жгучей ярости, которую не хочется выплеснуть на бывшего наставника. только с приоткрытым ртом и чуть приподнятыми подëргивающимися руками смотрит на то место, где ещё недавно восседал Цзюнь У. — ваше Высочество, — Му Цин щурит глаза, делая уверенный шаг вперëд. он вполне себе способен понять, что именно сейчас чувствовал Лан Цяньцю. — думаю, это не поможет сейчас. пускай придёт к смирению самостоятельно. — лично я вообще не вижу никакой проблемы, — заявил Ши Циньсюань, прикрывая веером нижнюю часть лица лишь на долю секунды. чтобы вновь сложить его с глухим хлопком и осветить залу своей лучезарной заразной улыбкой. — генерал Тайхуа искал прах лазурного демона, так пускай лазурный демон сам и расскажет ему, где он! заявление повелителя ветра ввергло в шок всех, кто остался во дворце после того, как Цзюнь У исчез из поля зрения. — я так считаю, — продолжил Ветерок, нахально улыбаясь и щуря глазки. — ты прими облик одного из его подчинённых, будь всегда рядом, дай ему сперва к тебе привыкнуть, — Циньсюань уверенно ткнул веером в грудь Цяньцю, да так, что тот едва не рухнул на пол от неожиданности. бог войны как заворожëнный смотрел на повелителя ветра, что то и дело крутился перед лицами небожителей. — потом стань к нему ближе... — ближе?! — Тайхуа перебивает небожителя, выражая за секунду на лице весь свой арсенал эмоций. — подружись с ним, дурья твоя башка, а он и расскажет близкому единственному другу, где его прах припрятан. — повелитель ветра подмигивает улыбающемуся Се Ляню. — да как же можно?! — возразил Лан Цяньцю. — если он взаправду будет считать меня другом, то я предам его самым наглым образом! — Лан Цяньцю, — тяжело вздыхает Се Лянь, когда юнанец наконец отмирает и начинает как-то жестикулировать. — что хуже, моральная боль от предательства и смерть одного недалëкого демона, — он выставил перед собой правую ладонь тыльной стороной вниз. — или смерти и моральная боль от утрат ещё тысячи человек, которых он вырежет ради забавы и голода? — наследный принц выставил подобным образом и левую руку. Тайхуа мялся недолго. в конечном итоге он положил свою ладонь поверх правой руки Се Ляня. в молчаливом понимании они кивнули друг другу, а Му Цин в привычной манере закатил глаза, за это он сразу получил подзатыльник от Фэн Синя, что всë это время предпочитал лишь молчать. — мы тоже не останемся в стороне, — снова добавил Ши Циньсюань, накладывая и свою ладонь поверх их. — я соберу у Хэ Сюаня всю информацию, что ему доступна. — я тоже спрошу у Хуа Чэна. — согласно кивает Се Лянь. Лан Цяньцю расплывается в улыбке. искренней и тëплой. был бы у него хвост, тот завилял бы им. мужчина почти рыдал от счастья, хотя и веского повода для этого не находилось. *** так уж повелось с того дня этим троим встречаться за передачей информации для наследного принца Тайхуа во Дворце невероятного наслаждения. это было условие Хуа Чэна. князь демонов оказался открыт к историям о Ци Жуне, охотно рассказывал, насколько он жалкий и слабый демон, смеялся и всегда настаивал на том, чтобы если не накормить, то хотя бы напоить друзей своего супруга чаем. а они и не против. но в этот день Лан Цяньцю был особенно опечален. он не притронулся к чайной пиале, что обеспокоило уже привыкшего к гостям Искателя Цветов под кровавым дождëм. — не нравится? — вдруг мрачнеет демон и все тут же обращают внимание на Цяньцю. — а? что? — небожитель отрывает глаза от рисунка на свитке и прикрывает его рукой от любопытных глаз повелителя ветра. — если тебе не нравится этот чай, только скажи, я прикажу заварить другой. или, быть может, желаешь чего покрепче? — стоило только ухмылке засветиться на лице Хуа Чэна, Се Лянь тут же пихнул его в бок. — чай очень вкусно пахнет, спасибо за это, мой путь самосовершенствования не позволяет мне пить алкоголь. но дело не в напитке... — дело в том, — не дав закончить перебил повелитель ветра. — что от тебя он получает больше информации, чем может достать сам. — разве это было не очевидно? — пожимает плечами Хуа Чэн. — да не совсем в том дело, — вздыхает снова Тайхуа. — так то оно так, но я про детали. я целую неделю кручусь возле и выслушиваю ругать, у которой нет конца, а даже того, что ты мне рассказал не углядел в нëм. — ах, вот оно что! — рассмеялся князь демонов. — а ты что думал? что управишься за пару дней? — нет, просто думалось, что я более внимательный. — вздыхает принц и отводит взгляд. но стоит только ему ослабить внимание, повелитель ветра выхватывает свиток. — а по-моему, ты очень внимательный, принц Тайхуа, — гордо заявляет небожитель, уворачиваясь от попытки вернуть отобранное. — так детально изобразил лазурного демона Ци Жуна! да таким красавцем! раздался звонкий смех повелителя ветра, за ним хохот Хуа Чэна и совсем скромные посмеивания Се Ляня. в ответ на это разнообразие Цяньцю отвечал попытками выхватить свиток. на самом деле в этом изображении Ци Жуна не было ничего особенного. генерал Тайхуа всего лишь по памяти изобразил Зелëного Фонаря в первую их встречу, чтобы сравнить с нынешним воплощением. и шутки не задевали. лишь сперва было немного неловко. но Циньсюаню всë же удалось вернуть их очередной "деловой" встрече былую радостность и странную теплоту. несвойственную обители демона, которого страшатся даже те, что стоят на равне с ним самим. но и к этому было можно привыкнуть. да и к холодной пещере Ци Жуна тоже привыкнуть было можно...об этом бог войны задумался тоже. *** первый день в пещере Ци Жуна. лазурный демон вопросительно изгибает одну бровь. выглядит он весьма обеспокоенно и встревоженно, пока Цяньцю в изменëнном обличии рассказывает, какой Зелëный Фонарь величественный, могучий, превосходный и как только может сдерживает тошноту одаривая бедствие сотнями комплиментов. разумеется, Жун привык слушать похвалу в свой адрес. от самого себя в большей степени, но не только, подчинённые тоже щедро одаривали добрым словом, но... Цяньню делал это настолько интенсивно, что Ци Жун не мог даже рот раскрыть, хотя обычно проблема свирепого как раз в его закрытии. яркие зелëные глаза презрительно бегали по выпирающим нижним клыкам внушительного размера, синей коже, чëрным белкам глаз с золотыми радужками, по тускло сияющей свече на лбу. но бесконечный поток услужливости не давал сосредоточиться. — ты пизданутый что-ли? Цяньцю резко умолкает. взгляд небожителя пересекается со взглядом демона очень вовремя. Ци Жун одними только пальцами каснулся лба "подчинённого" и убирает, заглядываясь на свою ладонь, словно что-то выискивая. а поднимая взгляд на перепуганного Цяньцю уточнил: — холодный. — но Лан Цяньцю только похлопал ресничками, на что Ци Жун раздражëнно закатил глаза. глупости Лан Цяньцю и правда не было предела. как он вообще вознëсся? и дожил до своих лет. — так и должно блять быть, ты вчера родился или что? вопрос был риторическим и это небожитель понять сумел, да и то не своими силами. лишь из-за того, что лазурный демон отвернулся с негромким звоном украшений на зелëных одеяниях. быстрым шагом Зелëный фонарь подскочил к другому подченëнному. хоть он и не шептал, но его слов Цяньцю разобрать не смог. лишь предположил, что Ци Жун обозначил, что всë в порядке, когда демоны вокруг опустили оружие. а достали они его тогда, когда Ци Жун ранее сделал шаг назад, откровенно пугаясь чужого напора. сам Фонарь блуждающий в ночи выглядел серьëзным. это непривычно. непривычно было и видеть, как он валится на трон, потирая переносицу. ну хоть мельтешащие подле мелкие твари странного вида были стабильны. это врезалось в память Лан Цяньцю ярче всего. на протяжении всех семи дней Цяньцю только это и видел, чем бы они не занимались, как Ци Жун хватался за переносицу, болезненно шипел да сгибался в три погибели. а вокруг бегает прислуга да просит выпить то одно, то второе, то пятое, то десятое. но князь лишь переворачивал миски с отварами, а запах этой отравы выводили часов с пять. переворачивал и психовал ещё больше. рычал. кричал благим матом. да опять сгибался от боли. единственные варева, что пил без лишней мысли демон - те, что делал Гуцзы. на вкус мерзже ничего не пил, это ясно и по запаху, и по виду, и по тому, как меняется цвет кожи Зелëного Фонаря, и по списку ингредиентов, что Гуцзы озвучивал с неподдельным восторгом. но Жун держал самое довольное своë лицо, а ночью, когда сын спал, его держали за волосы, кто попало, пока из желудка выходило нечто цвета одежд Ци Жуна. однажды держащим его за волосы стал бог войны. это вышло случайно. просто оказался в нужном месте в нужное время и откликнулся на просьбы о помощи от служащих. тогда то он впервые увидел Ци Жуна почти в слезах. с распухшими от влаги красными глазами. стискивающимися до скрежета острыми зубами так, что из десны льëтся кровь. бьющего себя в живот со всей силы, лишь бы выплюнуть гадкое варево и на утро не скрутило ещё и живот. тогда же в процессе один из подданных Жуна и объяснил, что князя уже давненько так "таращит во все стороны", а лекарства или хотя бы обезболивающего достать не удаëтся. и от чего-то небожителю стало так жалко демона... *** — Хуа Чэн... в помещении воцарилась тишина. князь демонов вскидывает бровь в немом вопросе и Лан Цяньцю долго мнëтся прежде, чем спросить. — Ци Жун выглядит нехорошо, всë время хватается за голову и крючится так... — бог войны кривит лицо и отводит взгляд на долю секунды. — и ничего ему не помогает. мази, отвары. может знаешь, в чëм дело? — а во внешности есть какие-то изменения? — Хуа Чэн задумчиво подпирает ладонью подбородок. — почти каждый день. кожа бледнеет, недавно зубы острее стали... — он меняет облик. — пожимает плечами Хуа Чэн и отпивает из пиалы чай. заметив удивлëнные лица напротив поясняет. — Ци Жун слабый демон, хоть и добился ранга свирепого. ты убивал его много раз, скорее всего, Ци в нëм сейчас крайне мало для того, чтобы хотя бы не ощущать такую сильную боль. но в смертном облике ему ещё хуже. вот и восстанавливает своë воплащение через муки. — а есть способ как-то ему помочь? — Цяньцю хлопает щенячьими глазками, пока Циньсюань ворчливо записывал сказанное в свиток Тайхуа с новой информацией, ведь это было важно. — ну поцелуй его. — пожимает плечами Хуа Чэн и недовольно отворачивается, снова получая лëгкий толчок от Се Ляня. — есть конечно, тебе то что с того? и правда. зачем бы принцу Тайхуа проявлять к врагу снисхождение? а разве это оно? если Ци Жун полудохлым будет еле ползать, он так никогда со свитками не закончит. так он оправдал свою безграничную жалось ко всему живому в этом мире. даже такой гадюке, как Ци Жун. — завывать перестанет целыми днями. — пожимает плечами бог войны и опускает глаза. — я дам тебе рецепт отвара, — сжалился Искатель Цветов. — он горький и резок на вкус, но через трое суток боли как не бывало. пои его этим два раза в день. смотри, чтобы пил всë. до последней им капли. Лан Цяньцю активно закивал головой, но Хуа Чэн подметил лишь улыбку Се Ляня.