azure reflection of the golden moon.

NC-17
В процессе
42
Размер:
планируется Макси, написано 59 страниц, 22 445 слов, 8 частей
Описание:
Примечания:
Посвящение:
Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора / переводчика

несусветная глупость.

Настройки
Ци Жун щурит зелëные глаза и делает несколько коротких вдохов над миской с незнакомым ему содержимым. запах был таким же чужим, как и почти чëрное варево в котором мешались зелёный и фиолетовый цвета. Лан Цяньцю не настроен на уговор. не захочет и к чëрту. будет он ещё за этой язвой бегать да уговаривать выпить. но недоверие даже к собственным подданным словно выжимает некогда переполненное гневом сердце до последней капли. ну неужели настолько отвратно пахнет? Хуа Чэн не должен был обмануть и подсунуть рецепт какой-нибудь отравы. под ступенями собралась кучка низкоранговых демонов. все как один вытаращили глаза ожидая, что сейчас миска окажется у наглого, по тамошним княжеским меркам, юнца на голове. даже естественные звуки вокруг затихли. но вопреки этому Ци Жун перехватил миску в свои руки. ещё с пару раз он покрутил еë в руках прежде, чем быть остановленным перед тем, как поднести ко рту. — Ци... — от прожигающего взгляда Цяньцю чуть не рухнул на пол. надо отвыкать. не первый раз мужчина попадается на том, что зовëт демона по имени. — князь, я забылся и не предупредил. — небожитель отвесил поклон, стараясь сделать свой вид как можно более виноватым. — оно горькое. очень горькое... лазурный демон с прищуром поглядел на отвар и щëлкнул пальцами. сию же секунду с громким гулом несколько демонов поднесли лазурному Фонарю миску с красной густоватой жидкостью. и Цяньцю кривит лицо. он не хотел думать о том, что это было. все звуки снова утихают как только Ци Жун перестаëт морщиться от боли и выпивает содержимое не отрывая от губ деревянную ёмкость. делать большие глотки не получается. да и вовсе хочется выблевать тут же на месте. демоны вокруг кривятся вместе с Лан Цяньцю, наблюдая, как лицо Ци Жуна краснеет от горечи, а на лбу выступает пара капель пота, хотя пьëт он настолько спокойно, что это казалось ему по вкусу. сделав последний глоток князь швыряет миску вниз по ступеням и кажется, попадает в кого-то, но бог войны не обращает внимания. только следит за тем, как Ци Жун в секунду перехватывает другую миску и залпом выпивает то, что находится внутри. последний глоток был особенно большой и громкий. как только обслюнявленная миска отлипает от лица демона, он с громким выдохом вытаскивает наружу язык с которого капают слюни. благо в миску, что Фонарь, блуждающий в ночи додумался поставить под рот. вся рожа таки горит от неприятного привкуса внутри. а зрачки сейчас напоминали скорее две тонкие чëрные полоски. отдышка была недолгой... — на что уставились, бараны бесхребетные? — завопил лазурный демон швыряя и эту миску в толпу. на крики из-за трона выглядывает Гуцзы, подметив которого Лан Цяньцю дëргает Ци Жуна за рукав. уже готовый отвесить подзатыльник стоящему рядом демон оборачивается. мальчишка мгновенно подбегает к Зелëному Фонарю, а тот успевает упасть на колени, чтобы обнять приëмного сына. былая дерзость никуда не девается, но громкость голоса заметно падает. — у вас внезапно закончилась работа или что? мелкие демоны тут же разбежались кто куда. но не Лан Цяньцю. его остановил князь, оценивающе разглядывая. этот ритуал демон повторял несколько раз в день и обычно тут же давал другую работу. более лëгкую. и ругался на небожителя он не часто, что сразу сделало его объектом уважения среди других служащих. но не в этот раз. — где ты достал эти травы? на моей территории таких нет. снова этот прищур. раздражающий и едкий. словно Жун с минуты на минуту плюнет в Цяньцю ядом, который его разоблачит. не доверяет... — так это...в призрачном городе же... — да что ты? — Ци Жун ухмыляется высоко вздëргивая брови. — а я то думал мне и моей прислуге запрещëн вход во владения Хуа Чэна. и Зелëный Фонарь вожделеет, слушая неловкое сглатывание слюны, что принимает за страх. а когда его боятся Жун очень любит. — а я и не ходил... — пожимает плечами мужчина, пока наблюдает, как лазурный демон наворачивает круги держа Цяньцю в центре. медленно и размеренно. словно змея, собирающаяся задушить жертву. — и что? мне из тебя каждое слово вытягивать надо? что значит не ходил? — почти срывался на рык Ци Жун. — я попросил девушку. — девушку? — да, девушку... — бог войны изо всех сил держал серьëзный вид, хотя от стыда хотелось провалиться под землю. в такой бред не поверил бы никто. — простую девушку ты убедил зайти за травами в город кишащий демонами? "ну хватит, мне и так уже стыдно за то, что наплëл! ещё и ты, змеюка, измываться вздумал?!" — про себя рассуждал небожитель, силясь не хмурить брови. — это не просто девушка, она из небесной столицы. — и тут же небожитель сжимает кулаки. — "что за бред я вообще несу?! кака к чëрту девушка из небесной столицы?!" — какая к хуям девушка из небесной столицы?! — Ци Жун хмурится, стараясь что-то вспомнить. "и не говори, я, блин, то же самое хочу спросить..." — Цяньцю тихо вздыхает. — ветер что-ли... — вслух размышляет демон. — да, да, она самая! — лицо Лан Цяньцю озаряет улыбка, что из-за торчащих клыков больше похожа на оскал. — я объяснил ситуацию и она не отказала в помощи! — не отказала в помощи великому бедствию? — Ци Жун уже готов был накинуться на Цяньцю, как тот вдруг выдал лучшее, что мог придумать. — должно быть вы нравитесь этой девушке, князь! быть может она просто боится вам признаться и так оказывает знаки внимания? оба мужчины замерли на месте. Цяньцю с гримасой ужаса от сказанного, а Жун с неподдельным восторгом на морде. — тогда для тебя не должно быть проблемой помочь ей в этом. — Ци Жун наконец отстаëт от небожителя, складывая руки на плечах Гуцзы. — приведëшь эту добрую душонку в мои владения и познакомишь. *** — нет. — в один голос заявляют Хэ Сюань и Ши Циньсюань. — ну пожалуйста! — падает на колени Лан Цяньцю. — всего один раз! Ши Циньсюань недовольно махал веером, прикрывая нижнюю часть лица и сдержанно закрывая глаза под хмурыми бровями. лицо Хэ Сюаня же не выражало никаких эмоций. понять, что он зол, можно было лишь по увеличивающейся силе укуса на горячих маньтоу. всë это сопровождалось хихиканьями Се Ляня и Хуа Чэна, что сидели за столом в обнимку. — любезный наследный принц Тайхуа, — Циньсюань складывает веер и по телу Цяньцю бегут мурашки. — тороплюсь напомнить, кто именно заварил эту кашу и кому еë расхлëбывать. мы и так помогаем за простое спасибо. восстанавливаем тебе старую информацию о Зелëном Фонаре, Искатель Цветов дал тебе лечебные травы для отвара этому...этому... — повелитель ветра зачем-то стал подбирать более порядочные слова. — этому безнравственному животному! а теперь мне перед ним юбку задрать?! — я виноват, повелитель ветра! — от стыда Лан Цяньцю закрывает лицо руками и припадает лбом к столу с напитками и вкусностями. — я страшно виноват! прошу, выручите меня в последний раз! это страшный позор и я попрошу низвергнуть меня сразу после выполнения этого задания! — да не нужно мне твоего низвержения, не убивайся ты. — с тяжëлым вздохом отвечает Ветерок. под жалостливые завывания юнанца, к которому подсел Се Лянь с целью успокаивающе погладить по спине, Хэ Сюань и Ши Циньсюань переглянулись. повелитель ветра похлопал глазками. в первый раз это игнорировалось. когда небожитель положил руку на колено хозяина чёрных вод, демон чуть наклонился в сторону от него, начиная жевать чуть агрессивнее, корчась в оскале и хмуря брови. — Хэ Сюа-а-ань... и Черновод снова наклоняется в сторону чуть сильнее по мере приблежения лица Циньсюаня, сохраняя хладнокровие. — Хэ Сюань, не вредничай, наш Лан Цяньцю совсем из ума выжил! нужно помочь... облачëнный в чëрные одежды демон щурит глаза, переставая жевать и повисает тишина. слышно только мольбы о прощении с того конца стола. — ничего он мне не сделает, даю слово, — с улыбкой Ши Циньсюань усаживает Черновода в изначальное положение. его руки подхватывают со стола миску с ютяо и откладывая несколько штук в тарелку демона. — а потом я тебя обязательно отблагодарю... — когда губы бога касаются щеки Хэ Сюаня, он всë же выдаëт одобрительный вздох. Лан Цяньцю поднял лицо со стола. мужчина, что ожидаемо, был крайне опечален и унижен собственной глупостью. от того никак не мог заставить себя улыбнуться. особенно под испепеляющим взглядом хозяина чёрных вод. завтрашний день определëнно обещает быть для небожителя интересным.
Отзывы (3)