It's all about You

Нам Гю не может сдержать улыбки, растянувшейся по лицу. Он MD «Пентагона». Это его день рождения и он в отеле на берегу моря. А рядом с ним лежит «сам Танос» в одном лишь полотенце на бёдрах. Все события уходящего дня накатывают на него волной неудержимого смеха. — Что с тобой? — Испуганно спрашивает Су Бон, поворачивая голову. — Я просто счастлив. — Качает головой Нам Гю, глубоко вздыхает, чтобы успокоиться. — Спасибо. Он чувствует, как его буквально наполняют хорошие эмоции, переливаются через край. Аж солнечное сплетение начинает болеть, дышать становится труднее. Это похоже на наркотическое опьянение. Нет. Это в сотни раз лучше. Небольшая комната снова погружается в тишину. Слышно лишь их тихое дыхание. Нам Гю приподнимается на локтях, смотрит на лежащего рядом Су Бона. Рассматривает. Буквально пожирает взглядом. Такой красивый, такой вымотанный. И весь его. Боль в груди от переполняющих эмоций смешивается с возбуждением и отдается в члене. — Ну почему ты такой… — Почти стонет Нам Гю, перекатываясь так, чтобы привычно разместиться на костлявых бедрах. Встречает хитрый взгляд. Наклоняется, чтобы стереть самодовольную улыбку мягким поцелуем. Крепкие руки собственнически оказываются на его талии, забираются под все ещё мокрую футболку, заставляя наклониться ниже. — Подожди… — Шепчет Су Бон, меняя положение. Тянется к пульту на тумбе. Нажимает пару кнопок. Шторы задвигаются на больших окнах, погружая их в полную недосягаемость от реального мира. Он садится, опираясь спиной о мягкое изголовье кровати, подтягивает Нам Гю за бёдра ближе. Слишком громко вздыхает, когда их эрекции трутся друг о друга, вызывая волну мурашек. Су Бон берет его за подбородок, проводит подушечкой пальца по нижней губе, сокращает расстояние, чтобы облизнуть её. Всегда нетерпеливый, сейчас он зачем-то тянет. Нежно смотрит, закусывая губу. — Что? — Нам Гю не может это смутить. Не сейчас. — Вспоминаю наш первый раз. — Ну вот, Су Бон добился своего. Нам Гю нежно бьет его по груди, опуская голову. — Это было ужасно, заткнись. Как вообще можно было заняться сексом из-за того, что очень долго смеялись? Это случилось в марте. Нам Гю никогда не забудет этот день, потому что ему стыдно. Су Бон никогда не забудет, потому что это был лучший его секс. Хоть и очень глупый. — Неправда. — Он тянется вперед, не отрывая взгляд от сжатых от стыда губ. И целует. Кусает. Лижет. Зарывает руку в длинных мокрых волосах. Стонет в поцелуй, зная, как это действует на Нам Гю. Улыбается, чувствуя, как сжимаются колени вокруг его бёдер. Дёргается, задевая его стояк своим. Проглатывает тихий вздох. Отстраняется, осторожно тянет за волосы назад, открывая доступ к шее. — Только без засосов. — Просит Нам Гю. Тихо стонет от укусов на мягкой коже. — Только не на видных местах. — Обещает Су Бон, покрывая мокрыми поцелуями каждый сантиметр, не отказывая себе в комплиментах. — Красивый. Сладкий. Такой тихий. My boy. Когда Нам Гю меньше всего ожидает, Су Бон меняет их положение, оказываясь сверху. — Что ты делаешь? — Удивленно спрашивает парень, помогая стянуть с себя футболку. — It's all about you, Нам Гю. Этот день твой. Я хочу, чтобы ты его запомнил. — Ты думаешь… — Он дёргается, когда Су Бон царапает его грудь, продираясь через татуировки на ребрах, доходит до трусов, оттягивает резинку и снова поднимается. — Ты думаешь, мне мало? — Мне мало. — Нам Гю тает от взгляда темных глаз перед очередным поцелуем. Нежные прикосновения губ набирают темп, превращаются в борьбу за главенство, скользкие, чмокающие звуки смешиваются с низкими одобряющими стонами Су Бона. Как же он любит шуметь. Как же это пиздецки сводит с ума. Когда он отстраняется, между их ртами растягивается паутинка из слюны. Нам Гю вытирает лицо, когда Су Бон отстраняется, чтобы порыться в тумбочке. — Серьезно? — Он возмущенно захлопывает её, тянется за сумкой, которую они успели скинуть на пол. — Нет резинок! Я оставлю им плохой отзыв! — Господи, Су Бон… — Смеется Нам Гю, наблюдая, как тот достает вышеупомянутые презервативы и небольшую бутылочку из сумки. Су Бон встречается с недоуменной улыбкой. — Я и не надеялся сдержаться, увидев тебя в плавках. — Шепчет он, возвращаясь на своё место. Откладывает пока все в сторону. Снова целует. Су Бон всегда целуется так, что потом еще как минимум день болят губы. В этот раз он, очевидно, решил побить личный рекорд. Когда Нам Гю уже не чувствует части своего лица, Су Бон все же отрывается. Наклоняется к его уху. Шепчет комплименты так грязно и нежно одновременно, что заставляет сжать ноги в поисках удовлетворения. Су Бон тут же спускает одну руку, разводя его бедра в стороны. Мягкими влажными поцелуями спускается по шее, к ключицам. Кусаясь, доходит до ребер, проводит пальцами по шрамам, перекрытым татуировками, нежно целует, смотря в самые глаза. На животе он останавливается, вкупе с долгими поцелуями, на местах которых остаются пятна, он нежно царапает внутреннюю часть его бёдер, подступая на опасную близость, сжимает нежную кожу. Проводит по стоящему члену через ткань. Нам Гю задирает голову, тихо мычит от удовольствия. — Су Бон, пожалуйста… — Просит он, вновь опуская взгляд, чтобы встретиться с тёмными глазами, мутными от возбуждения. Дыхание перехватывает. — Ну раз пожалуйста. — Су Бон прикусывает мягкую кожу на животе, стягивает с него трусы. Ухмыляется, заставляя дернуть бёдрами. — Тише-тише. Он садится, берет в руки смазку, выдавливает совсем каплю, размазывает между пальцев, чтобы согреть. — Постонешь немного для меня, а, baby? — Шепчет Су Бон на самое ухо, садясь между широко раздвинутых ног. — Что? — Вопрос превращается в скуление, когда умелые пальцы обхватывают член. Мягко надавливают на чувствительную головку, проводят по всей длине. Су Бон точно знает, что делает, вырывая тихие стоны с каждым движением. Он ловит их прерывистыми поцелуями, скрашивает одобряющим шёпотом: — Вот так, молодец… Либо Нам Гю настолько возбужден, либо Су Бон делает это намеренно, но он чувствует, как близок к оргазму. Пытается предупредить, но его затыкают глубоким поцелуем. Су Бон стонет ему в губы, словно это его член сейчас так хорошо надрачивают, и Нам Гю, содрогаясь, кончает ему в руку. — Good boy. — Шепчет он, перебирая его волосы. Ждет, пока восстановится сбившееся дыхание, мягко целуя в щеки, утирая пот со лба чистой рукой. Су Бон скатывается с кровати, уходит в душ, очень скоро возвращается, сверкая улыбкой, обеими чистыми руками и своим стояком под полотенцем, чудом оставшимся на месте. Он возвращается на кровать, мягко притягивает Нам Гю за шею. Целует, позволяя взять контроль, нежно обводит руками чувствительное тело. — А ты..? — Начинает Нам Гю, когда Су Бон отстраняется, тот кладёт пальцы ему на губы. — All about you, Нам Гю. Сегодня я здесь, чтобы ты забыл, как дышать. — Возбуждение накатывает второй, еще более мощной волной. — Отлично справляешься. — Конечно. — Ухмыляется Су Бон, позволяя покрыть поцелуями свою шею. Нам Гю спускается ниже по его руке, выцеловывая каждый миллиметр длинной татуировки, доходит до подушечек пальцев. Су Бон мягко касается его губ, заставляя открыть рот, осторожно надавливает на язык, без слов приказывая облизать. Капля слюны вытекает изо рта, парень жадно смотрит на неё. Вытаскивает пальцы. Подносит их к своему рту, хищно улыбается. — Что ты… — Нам Гю задыхается от картины перед собой, чувствуя, как твердеет член. Су Бон осторожно облизывает кончики собственных пальцев, медленно засовывает их до конца. — Су Бон… Он выпускает свою руку изо рта, все еще улыбаясь, вытирает пальцы о полотенце на бёдрах. Двигается, заставляя Нам Гю снова прижаться к спинке кровати. Целуя шею, разводит трясущиеся ноги, наощупь пытается достать до презервативов. Нам Гю помогает ему, доставая и открывая один, трясущимися руками, не сдерживая стонов от прикосновений к самому себе, натягивает на свой член. — Good boy… — Тянет Су Бон, размещаясь между его ногами. Нам Гю готов закончить от одной только картины, открывшейся перед взглядом: раскрасневшийся Танос стоит перед ним на коленях, смотря на его член, как на самое драгоценное сокровище, которым только мог обладать. Нам Гю и не думал, что этот ракурс может так подчеркнуть татуировку на спине. Су Бон целует внутреннюю часть его бедер, находит смазку, выдавливает прохладную жидкость прямо на член, заставляя вздрогнуть. — Тише-тише. — Он облизывается, поднимает глаза. — Смотри на меня, baby. Нам Гю не успевает кивнуть и задыхается, когда горячий язык размазывает смазку по головке. Он пытается свести ноги, но Су Бон только сильнее их разводит, не отрывая своего взгляда от его глаз. Нам Гю зарывает руку в мятных волосах, когда тот медленно берет член в рот на пару сантиметров. Выпускает, с самым пошлым звуком, который Нам Гю когда-либо слышал. Улыбается, слизывая съедобную смазку со своих губ. — Не сдерживайся, Нам Гю. — Иди на… — Прежде, чем он успевает договорить, Су Бон берет его в рот полностью, заставляя громко застонать. Нам Гю сжимает пальцы в его волосах, но не давит. Чувствует, как податливо расслабляется чужое горло. Осторожно тянет наверх, затем насаживает. Слышит одобрительное угуканье за грязными скользкими звуками. Су Бон слабо кивает, давая знак продолжить. Нам Гю заставляет его двигаться, сначала медленно, затем парень сам набирает темп. Комната наполняется его задыхающимися стонами. Нам Гю тоже не сдерживается, дергая бёдрами вперед, слыша одобрительные вскрики, когда его член упирается в чужую глотку. Их глаза не расстаются друг с другом. Он видит, как Су Бон сбрасывает с себя полотенце, прикасается к себе, выпуская член изо рта с приглушенным стоном. Нам Гю ждет, когда тот найдет правильный ритм, затем снова давит на голову, заставляя взять себя полностью. Су Бон дергает рукой в том же ритме, в котором насаживается на член, внезапно он ускоряется, заставив вскрикнуть и поднять бёдра. Су Бон кончает первым, прижимает Нам Гю двумя руками, пачкая его бедра собственной спермой. Ускоряется настолько, что едва не задыхается. В его глазах блестят слёзы. Нам Гю кончает, содрогаясь, выкрикивает его имя. Су Бон выпускает его изо рта, подтягивает так, чтобы тот лег на подушки. Нежно целует, оставляя на губах вкус ягод. Нам Гю морщится. — Я больше никогда не позволю тебе выбирать вкус смазки. Она, блять, как твои чертовы электронки. — That's the point, baby. — Говорит Су Бон, устало улыбаясь. Снова целует, несмотря на ворчание. Нам Гю вытирает слёзы в уголках его глаз, чувствуя себя слишком хорошо, чтобы испытать вину за это. Проводит рукой по щеке. Зарывается в спутанных волосах. — Как думаешь, это было слишком громко? — Надеюсь, что да. — Ухмыляется Су Бон. Он встаёт, оставляя Нам Гю замерзать без тяжёлого тёплого голого одеяла. Берет со стола графин с водой, выпивает два стакана залпом, третий приносит парню. Су Бон снова уходит в ванную. Судя по звуку, быстро принимает душ. Нам Гю разочаровано думает, что ему тоже придется встать. Он совсем не уверен, что ноги будут его слушаться. Су Бон возвращается, обернутый в белый пушистый халат. Нам Гю заставляет себя встать, чтобы помыться. Выкидывает использованный презерватив в мусорку, холодной водой смывает с себя сперму вместе с остатком возбуждения. Возвращается в комнату, достаёт из сумки трусы, так предусмотрительно взятые Су Боном, натягивает их на себя и обессиленно падает на кровать. Ноги все ещё дрожат. Су Бон притягивает его, позволяя лечь сверху. Мягко целует больные опухшие губы. — С днем рождения, Нам Гю. — Я тебя люблю. — Тихо выдыхает он, кладет голову на размеренно вздымающуюся грудь, прикрывает глаза. Крепкая рука мягко гладит его по спине, останавливаясь на ощутимых пальцами шрамах. Нежно обводит их и гладит дальше. Вторая рука привычно зарывается в длинные волосы. Нам Гю засыпает под тихий шёпот: — Я люблю тебя. It's all about you. My Нам-су. С днём рождения.