Одиночество на двоих

После той встречи в библиотеке Нацуки больше не разговаривала с Юри. Они по-прежнему случайно пересекались в коридорах, в столовой или на улице, но ни одна из них не пыталась заговорить первой. Нацуки говорила себе, что это нормально. Юри просто одноклассница из другого класса. Они не друзья. Её не должно волновать, как та смотрит на неё или почему у неё такой тихий, но уверенный голос. Но всё равно, когда Нацуки заходила в библиотеку и видела Юри, она невольно задерживала взгляд. Интерес? Нет. Просто привычка. Так она себя убеждала. Литературный клуб Однажды, когда уроки закончились, Саёри снова заговорила о клубе. — Нацуки, а ты так и не решила? — Решила что? — Про наш клуб! Ты же любишь литературу, да? Нацуки поморщилась. — Я пишу для себя. — Но там весело! Ты могла бы попробовать, а если не понравится, никто не заставит оставаться. Нацуки задумалась. Литературный клуб… Это звучало неплохо, но вряд ли там есть что-то интересное. — Ладно, — сказала она, прежде чем успела передумать. — Загляну на один раз. Саёри просияла. — Отлично! Я уверена, тебе понравится. Когда Нацуки зашла в клубное помещение, она сразу увидела Юри. Та сидела за одним из столов с книгой, но, почувствовав взгляд, подняла глаза. На секунду их взгляды встретились. Нацуки почувствовала, как внутри что-то дрогнуло. Она быстро отвернулась и сосредоточилась на Саёри и Монике. — Добро пожаловать! — сказала Моника с улыбкой. — Мы рады, что ты решила заглянуть. — Это всего лишь раз, — буркнула Нацуки. — Посмотрим, — хихикнула Саёри. Нацуки села за стол и огляделась. В комнате было тихо, но уютно. На полках стояли книги, в углу лежал чайник. Юри снова вернулась к чтению, но теперь выглядела напряжённой. Нацуки поймала себя на том, что снова смотрит в её сторону. Она нахмурилась и отвернулась. Почему она вообще об этом думает? Это просто совпадение. После первого дня в литературном клубе Нацуки сказала себе, что больше сюда не вернётся. Нет, атмосфера была нормальной. Саёри, как всегда, улыбалась и старалась вовлечь её в разговор. Моника вела себя уверенно, но не навязчиво. А Юри… Нацуки бросила взгляд в угол комнаты, где Юри молча читала книгу. Она почти не участвовала в беседе, только иногда кивала или коротко отвечала на вопросы. Она всегда такая? Но, несмотря на собственное нежелание, Нацуки всё равно пришла на следующий день. — А вот и ты! — радостно сказала Саёри. — Не думай, что я решила остаться, — буркнула Нацуки, садясь за стол. — Конечно, конечно, — хихикнула Саёри. — Мы как раз собирались обсудить стихи, — сказала Моника, закрывая блокнот. — У нас есть небольшая традиция: мы пишем стихи, а потом читаем их вслух. — Вслух? — Нацуки скривилась. — Ну, если хочешь, можешь просто отдать нам почитать. — Я ещё не решила, хочу ли вообще здесь быть, — заявила Нацуки. — Тогда просто послушай, — мягко сказала Моника. Сначала прочитала Саёри. Её стих был лёгким, воздушным, но в нём чувствовалась скрытая грусть. Потом выступила Моника. У неё был чёткий ритм, идеально выверенные слова, как будто она всегда знала, что хочет сказать. Когда пришла очередь Юри, она немного замялась, но потом медленно встала. Её голос был тихим, но уверенным. Она читала о ночи, о луне, о странных чувствах, которые приходят в одиночестве. Нацуки слушала и вдруг поймала себя на том, что ей нравится. Не сама Юри. Просто стих. Когда Юри закончила, в комнате повисла тишина. — Это было красиво, — сказала Моника. — Немного мрачно, но в этом есть своя прелесть! — добавила Саёри. Юри слегка покраснела и опустила глаза. — Спасибо… Нацуки почувствовала, как у неё на языке вертится комментарий, но она сдержалась. Зачем ей что-то говорить? Они не друзья. После собрания клуба Нацуки задержалась, разбирая свои записи. Она уже собиралась уходить, когда услышала голос: — Тебе понравилось? Она подняла голову. Юри стояла рядом, чуть склонив голову набок. — Чего? — Заседание клуба. Нацуки пожала плечами. — Не знаю. Юри кивнула, будто ожидала такой ответ. — Ты пишешь стихи? — Иногда. — Хотела бы поделиться? — Нет. Юри слегка улыбнулась. — Понимаю. Нацуки прищурилась. — Что понимаешь? — Что иногда слова… слишком личные. Нацуки не знала, что ответить. Она хотела сказать, что её слова — не личные. Что у неё нет причин прятать их. Но что-то в выражении лица Юри заставило её замолчать. — Ты всегда такая странная? — спросила она вместо этого. Юри моргнула. — Я странная? — Да. Ты ведёшь себя… — Нацуки замялась, подбирая слова. — Как будто ты не здесь. Юри посмотрела на неё, и на её лице появилась слабая, едва заметная улыбка. — Может быть. Нацуки фыркнула. — Ты даже не отрицаешь. — А ты бы отрицала? Нацуки не знала, что ответить. Она просто схватила сумку и направилась к выходу. — Ладно, мне пора. — До завтра, — тихо сказала Юри. Нацуки замерла. — Кто сказал, что я приду? — Никто. Юри снова улыбнулась, но не добавила ничего. Нацуки только раздражённо вздохнула и вышла. Но на следующий день она всё-таки вернулась в клуб. Почему? Она не знала. Прошло несколько недель. Нацуки больше не пыталась убеждать себя, что она не в клубе. Она просто… приходила. Слушала стихи. Иногда писала свои. Саёри радовалась её присутствию. Моника принимала это как должное. Юри… Нацуки не знала, что с ней. Они не разговаривали много, но порой Юри просто садилась рядом и читала. Иногда она предлагала Нацуки книгу. — Думаю, тебе понравится, — говорила она тихо. Нацуки пыталась не показывать, что ей действительно нравилось. Она брала книгу, пролистывала страницы, а потом обнаруживала, что зачитывается. Юри никогда не спрашивала, понравилось ли ей. Она просто… знала. И это раздражало. И одновременно… успокаивало. — Почему ты всегда читаешь? — однажды спросила Нацуки. Юри подняла голову. — А почему ты всегда отталкиваешь людей? Нацуки замерла. — Чего? — Ты отталкиваешь. Но при этом продолжаешь приходить сюда. — Это вообще не связано. Юри чуть склонила голову. — Может быть. Нацуки скрестила руки. — Ты слишком много анализируешь. — А ты слишком много защищаешься. — Я не защищаюсь! Юри тихо улыбнулась. — Конечно. Нацуки раздражённо выдохнула. — Иногда ты бесишь. — Иногда? — Чаще, чем иногда. Юри слегка наклонилась вперёд. — Но ты всё равно здесь. Нацуки не знала, что ответить. Она хотела сказать что-то резкое, но вдруг поняла, что это правда. Она была здесь. И Юри тоже. И это было… нормально. Нацуки не помнила, когда всё начало меняться. Может, в тот момент, когда Юри в очередной раз протянула ей книгу, и Нацуки вдруг поняла, что ждала этого. Может, в тот день, когда Юри тихо рассмеялась над её шуткой, а Нацуки вдруг почувствовала, что хочет услышать этот смех ещё раз. Или, может, когда их руки случайно соприкоснулись, и Нацуки слишком быстро отдёрнула свою, не понимая, почему внутри что-то дрогнуло. Она не знала. Но что-то определённо менялось. И она это чувствовала.

***

Нацуки не понимала, когда всё изменилось. Когда Юри перестала быть просто тихой, странной девчонкой из клуба. Когда она превратилась в человека, на которого Нацуки невольно искала глазами при входе в класс. Но это ведь было нормально, да? Просто привычка. Они виделись почти каждый день. Только вот эта "привычка" начинала её раздражать. Она замечала, как Юри аккуратно поправляет прядь волос за ухо, когда читает. Как иногда тихо постукивает пальцами по столу, когда задумывается. Нацуки не должна была обращать на это внимания. Но всё равно обращала. Чёрт возьми. — Ты сегодня задумчивая, — сказала Саёри, откусывая печенье. — Не выдумывай, — отмахнулась Нацуки. — Ммм… Нет, ты точно о чём-то думаешь, — Саёри хихикнула. — Да о том, как ты жрёшь печенье прямо над моей тетрадью! Саёри поспешно отодвинулась, но продолжала улыбаться. — Ну-ну. Нацуки покачала головой. Она точно не собиралась говорить вслух, о чём действительно думает. Нацуки не замечала, как в неё вкрадывались мелкие детали. Она замечала, как Юри медленно проводит пальцем по строкам книги. Как её ресницы слегка дрожат, когда она задерживает дыхание. Как иногда её голос становится чуть ниже, когда она увлечённо что-то объясняет. И это… раздражало. Потому что Нацуки не должна была это замечать. Они ведь не друзья. Правда? Как-то раз, когда Нацуки осталась после собрания клуба, она заметила, что Юри смотрит на неё. Не навязчиво, не пристально. Просто… наблюдает. Когда их взгляды встретились, Юри не отвела глаз. Это было… странно. Не так, как в фильмах, где это всегда что-то особенное. Просто как факт. Как будто так и должно быть. Нацуки почувствовала, как сердце сделало чуть более тяжёлый удар. Она быстро отвернулась, притворяясь, что поправляет что-то в сумке. Чёрт. Что это значит? На следующий день Юри подошла к ней первой. — Нацуки. — Чего? — Ты ведёшь себя… иначе. Нацуки нахмурилась. — Как именно? — Не знаю. Юри слегка склонила голову, словно пытаясь подобрать слова. — Как будто ты что-то ищешь. Нацуки фыркнула. — Что за чушь? Я ничего не ищу. Юри на мгновение задумалась, но потом медленно кивнула. — Ладно. Но её взгляд говорил, что она не поверила. Нацуки раздражённо вздохнула. Она и сама не понимала, почему это её так задело. Она просто… не знала. Но чувствовала, что что-то точно изменилось.