Демон Лунной Скорби

      Невзрачная деревушка стала для Агнии настоящим открытием. Воспитанница жриц раньше никогда не покидала храм, поэтому не знала, как живут люди за его пределами. Она бродила среди деревянных домов, осматривая незнакомое место, и не понимала, почему её все сторонились.       Агния подошла к женщине, несущей тяжёлые ведра с водой.       — Простите, а вы знаете доктора Гевара?       — Нет у нас таких! — женщина отшатнулась от неё, увидев пятна на платье, и разбрызгала воду. — А ты что, больная?! Не подходи ко мне!       — Я не болею, мне просто нужно его найти, — сказала Агния. — Пожалуйста, помогите. Я знаю, что он живёт где-то здесь…       — Бесстыдница! — выругалась она и пошла дальше.       В деревне люди трудились без отдыха, и к кому бы Агния не обратилась, все её прогоняли, а кто-то бросал вдобавок пару неласковых слов. Не зная, что делать, она брела по дороге, как вдруг наткнулась на прилавок с фруктами. Продавцом был мужчина с густой неухоженной бородой. Он зазывал к себе покупателей, восхваляя товар, но к нему почти никто не подходил. Тем, кто спрашивал у него про фрукты, продавец говорил такие цены, что всех распугивал.       — Какие чудесные яблочки, — улыбнулась Агния.       — Самые сладкие и вкусные! — добавил он. — Ты будешь брать?       — Нет, я хотела спросить про аптекаря Гевара…       Мужчина рассердился и закричал:       — Иди в другое место, всех покупателей мне расшугаешь!       — Дяденька, ну подскажите…       — Нет! Проваливай, кому говорю!       Агния порылась в кармашке платья и нащупала одну из подаренных Нильсом серебряных монет. Она не знала, какие расценки у продавцов, поэтому надеялась, что этого хватит.       — Тогда я могу купить у вас два яблока? — Агния положила монету на прилавок.       Продавец схватил монету и прикусил её, проверяя, настоящая ли. На ней был отчеканен герб империи, но кто станет расплачиваться такой за яблоки? Мужчина посмотрел на девушку, как на ненормальную. Ходит в запачканном платье, худая и бледная, а расплачивается серебром, не осознавая его ценности.       — Бери, что хотела, — продавец широко улыбнулся и кинул монету в карман. — Тебе же больше ничего не надо?       — Аптекарь Гевар, — напомнила девушка, надкусив красное яблоко.       — Ты про того затворника? — Мужчина призадумался, почёсывая бороду. — Он живёт у леса. Тебе нужно пойти вон туда, к колодцу, — продавец пальцем показал на него. — Как-нибудь разберёшься.       «Всё же есть здесь хорошие люди» — решила Агния, направляясь к указанному месту. Ей было не по себе в этой деревне, и она хотела поскорее найти аптекаря.       В храме жрицы вели себя почтительно ко всем, поэтому Агния не переставала удивляться тому, как общаются здешние люди. Жители деревни как будто напрочь забыли про правила приличия или вовсе не знали про их существование. Но при этом они казались простыми и открытыми, более честными, чем жрицы.       Внезапно заколка упала, распустив рыжие волосы девушки.       Агния остановилась, не понимая, как это произошло — вроде заколка крепко держалась. Она нагнулась и подняла подарок Нильса, заметив, что камень треснул. В сердце пробралось плохое предчувствие. Воспитанница посмотрела на вершину горы, где располагался храм, гадая, как там друг.

***

      Дверь в дом аптекаря была открыта, и Агния зашла внутрь, увидев серьёзного мужчину в солидном возрасте: в его волосах прослеживались седые пряди, халат был помятым и пожелтевшим от долгого ношения.       На рабочем столе царил впечатляющий порядок: все инструменты и склянки были аккуратно разложены по размерам. В коробке со множеством отсеков лежали лекарственные травы и прочие ингредиенты.       — Что случилось? — спросил аптекарь, размельчая травы в ступке. — Кто-то ранен?       Агния осматривалась в его уютном маленьком доме и не сразу поняла, что это ей задали вопрос. Она отвлеклась от разглядывания шкафчиков, приставленных к стене.       — А? Нет, никто не ранен…       — Ты чем-то встревожена? — заметил Гевар по её интонации. — Если ничего не случилось, не трать моё время попусту.       Агния тут же спохватилась:       — Меня послал к вам Нильс.       Стопка выпала из дряхлых рук аптекаря, и измельчённые травы рассыпались. Гевар широко распахнул глаза и с недоверием уставился на девушку:       — Что? Откуда ты его знаешь?!       — Мы с ним друзья. Он сказал, что я могу обратиться к вам…       Сжав кулаки, аптекарь сердито ей крикнул:       — Пошла вон! Как не стыдно обманывать старика!       — Что? — опешила Агния, не ожидая такой реакции.       Лицо аптекаря скукожилось, как будто он целиком съел кислый лимон. Его нижняя губа задёргалась, и он тяжело проговорил, глотая слова:       — Нильс… Мой сын… Он погиб два года назад!       Агния застыла, поражённая его словами.       Значит, Нильс не всегда был горным стражем. Но что же с ним произошло? Как он им стал?       Агния не знала, чем можно доказать знакомство с Нильсом, и вдруг вспомнила про подаренную заколку:       — А вы узнаёте это?       — Женская шпилька! И что с того… — аптекарь осёкся и взял её, чтобы получше рассмотреть. — Эта резьба и камень… Боже мой, откуда у тебя эта вещь?       — Мне подарил её Нильс.       Гевар перекрестился.       — Вечный покой ему.       Опомнившись, Агния смела травяной порошок в горку на полу и спросила:       — Это же чабрец?       — Да, а как ты определила?       — По запаху. Меня научил… — Она хотела сказать, что это заслуга Нильса, но быстро передумала — не стоит сыпать соль на рану. Подумав, Агния добавила: — Они обладают сильными целебными свойствами.       Хоть где-то пригодились её знания, полученные в храме.       — Верно, — кивнул аптекарь, вернув ей заколку. — Зачем же ты пришла ко мне?       — Мне некуда больше пойти… — Агния поникла головой. — Но знаете, я не хочу вас обременять… Наверное, мне лучше уйти. Простите, что я вас потревожила.       Воспитанница направилась к выходу, но тут Гевар её окликнул:       — Постой! Если ты разбираешься в травах, то можешь стать моей помощницей, — предложил он. — Староват я для того, чтобы травы собирать.       — Я сделаю всё, что смогу, — Агния остановилась в проходе.       Гевар устало рухнул в кресло, пытаясь прийти в себя. Он уже много лет ничего не слышал о сыне, но каждый день молился о его благополучии и зажигал свечи.       Посмотрев на новоявленную помощницу, Гевар спросил:       — А как тебя зовут, барышня?       — Агния, — представилась она.       — Ты правда знала моего сына?       — Нильс… Он несколько раз приходил мне на выручку.       — Да, он бы никого в беде не оставил, — кивнул своим мыслям аптекарь. — Так и погиб, когда защищал нашу деревню от разбойников. Мы даже его тела не смогли найти…       Гевар взглянул на заколку в руках Агнии, вспоминая своего единственного сына. Верно, сейчас он в лучшем мире, чем этот.       От Агнии не укрылся его взгляд, наполненный печалью.       — Если хотите, я могу отдать вам заколку.       — Нет-нет, это твоя памятная вещь. Храни её и не теряй. Так Нильс, мой добрый и храбрый сын, будет вместе с тобой.       Гевар встал с потрёпанного кресла и подошёл к книжным полкам.       — Ты умеешь читать?       Агния кивнула, и ей выдали несколько книг для самостоятельного изучения. В отличии от идеально чистого рабочего места обложки книг покрывал слой пыли. Полистав ветхие страницы, Агния вскользь просмотрела подробные описания лекарственных растений и изображения, нарисованные чернилами.       Гевар ввёл её в курс дела и рассказал об обязанностях.       Так из жрицы она ступила на путь целительницы.

***

      Протирая пыльные полки, Агния всё время чихала. Никто не трогал эти книги уже довольно давно — удивительно, что там ещё не было паутин. С самого утра она занималась уборкой, пока ей не поручили важное задание.       — Агния, отнеси лекарство хозяину трактира, — Гевар дал ей льняной мешочек. — Он жаловался на сильный кашель.       — Да, я… Апчхи! — Агния прикрылась рукой. — Я ему отнесу.       Положив книгу на полку, она отправилась в назначенное место.       Быть помощницей аптекаря оказалось проще, чем она представляла. Никак не сравнится с жизнью в храме, где жрицы не знали отдыха.       Агния подняла голову к вершине горы, стремящейся к небу. Ей не хватало сил, чтобы осмелиться туда пойти после разбитого священного сосуда. Если бы только можно было найти ему замену — Агния бы без раздумий отправилась хоть на край земли. Проблема заключалась не только в кувшине. Она боялась возвращаться, потому что узнала правду о Нильсе и его чувствах.       К тому же, он сам попросил её на время остаться в деревне. Агния надеялась, что скоро Нильс придёт за ней и всё объяснит. Она не знала, как долго должна здесь пробыть до его прихода.       У трактира висела разрисованная табличка, где много раз менялось название.       Агния зашла в небольшое заведение. Она через столы и стулья пробралась к болезненному хозяину, который, как и говорил Гевар, заходился сильным кашлем.       — Здравствуйте, как ваше самочувствие? — Агния передала ему мешочек.       Трактирщик прокашлялся:       — Жить буду, — вымученно улыбнулся он. — Спасибо за лекарства.       Агния принюхалась, ловя умопомрачительный аромат жареной свинины — о таком в храме она и мечтать не могла. Ничего же страшного, если она ещё потратится? Сегодня Агния не позавтракала, да и близилось время обеда.       — Простите, а можно сделать заказ?       Дождавшись, когда всё приготовят, Агния расплатилась и села за свободный столик, приготовившись насладиться трапезой. Она аккуратно разрезала сочное и нежное мясо, насадила кусочек на вилку и только хотела отправить себе в рот, как вдруг к ней кто-то подсел.       — А чего это вы в трактире? Негоже дамам в такие места расхаживать, — пьяный мужчина поставил свою кружку пива на стол. — А хорошенькое у тебя личико… Может, составишь мне компанию этой ночью?       Весь аппетит испортил. Агния брезгливо от него отодвинулась вместе со своей тарелкой и начала подыскивать другое место. Она со скрипом поднялась со стула, собираясь пересесть, но её больно схватили за руку.       — Живо отпустите, пока я не позвала на помощь, — пригрозила она.       — Ну что ты выделываешься, пытаешься казаться недоступной?       Стоящий у двери незнакомец в маске больше не мог молча за всем наблюдать и шагнул вперёд, но его опередили. Он стал свидетелем занятной сцены.       Агния взяла кружку с пивом и вылила содержимое на голову этого мужчины, в придачу наступив ему на ногу.       Тот от удивления отпустил её и закашлялся, а она воспользовалась шансом и побежала к выходу, столкнувшись в дверях с молодым парнем: нижнюю часть его лица надёжно скрывала маска, оснащённая диковинными приборами.       Агнии показалось, что они встречались раньше. Незнакомец был пугающим, и от него исходил холод. Агния не стала останавливаться и вышла из трактира.

***

      Пьяный мужчина опомнился, вытер лицо и, заходясь ругательствами, пошёл за ней. Валфин преградил ему путь.       — Ты ещё кто такой? — осклабился мужчина, домогавшийся до девушек.       — Составлю тебе компанию на сегодняшнюю ночь, — Валфин крепко схватил его за руку и загнул в неестественном положении, заставив мужчину вскрикнуть от боли. — Ты же этого хотел?       — Это незаконно, отпустите! — он повернулся к посетителям, но тем было всё равно. — Эй, позовите стражу! Или хозяина таверны… — скорчившись, мужчина упал у ног Валфина. — Помогите кто-нибудь!       Валфин спокойно смотрел на него сверху вниз, как на полное ничтожество.       — Если ещё раз к ней приблизишься, то этим не отделаешься. Поверь на слово, я обо всём сразу узнаю и приду, чтобы сдержать обещание, — Валфин потащил его за ухо вверх. — Ты меня понял?       — Д-да!       — Тогда проваливай, — Валфин напоследок пугающе посмотрел на него, а затем отпустил пьяницу, что был хуже надоедливого насекомого.       — Слушаюсь, господин!       Разобравшись, Валфин подошёл к трактирщику и протянул ему флягу.       — Наполню за счёт заведения! — он принял её и налил алкоголь. — Этот недоумок часто здесь ошивается, к девицам пристаёт и неприятности учиняет, да никто заступиться не решается — он сын местного богача.       Валфин не вслушивался в его рассказы, думая о девушке с длинными рыжими локонами. Она так смело плеснула в лицо обидчика напиток, что ему это кое-кого напомнило. Девушку, которую он любил больше своей жизни. Ту, что озарила его тусклый мир своим солнечным сиянием.