New York City

Вечер. Парк. Минхо возвращался домой после двух часовой одиночной прогулки по зимнему городу. Снег начинал расходится. Студёный ветер заставлял продрогнуть до костей. Он мёл переливающийся мягкий хрустящий снег по обледеневшему тротуару и пудрил следы на сугробах. А на душе так спокойно. Щёки горят алым огнём от мороза, а на ресницах застыл синий иней. В его наушниках «Last Christmas» от «Wham!». Хоть парень ни черта не понимает, он действительно сейчас счастлив спустя долгие годы. Настроение у него необычайно рождественское. Такого у Минхо обычно не было. Его так и тянет послушать песни о глупой влюблённости. В самой глубине души он осознаёт, что больше не один. У него есть Чан. Несмотря на то, что они знакомы совсем не долго, Ли успел влюбится в него по самые уши и полюбить его, как самого последнего человека на Земле. Сердце бьётся в бешеном ритме, когда в голове появляется хоть одна мысль об этом человеке. Оно будто начинает таять, и в животе появляются бабочки. Минхо расплывается в улыбке, когда он вновь представляет облик Чана перед собой. Чан - смысл его жизни. Ли не знает, чтобы бы было с ним, если бы ему не пришлось делать фото на паспорт у него. Но иногда он начинает чувствовать, что совсем не нужен тому, и парень находится с ним в отношениях ради жалости. Ему кажется, что только лишь раздражает старшего. Минхо становится немного даже обидно, что чувствует холод от Бана. Ну, а сейчас он живёт моментом, не задумывается ни о чём и наслаждается жизнью. Парень ловит снежинки в свои тёплые тёмно-зелёные перчатки, которые в мгновение тают там же, где приземлились. Глаза сверкают от счастья, когда он смотрит на тёмное небо, на котором даже далёкие звезды не виднеются из-за снега, а на лице солнечная улыбка. Минхо лишь изредка подпевает песне в его наушниках. Он повалился в сугроб. Под ним раздался хруст снега, словно прохрустели его кости. Снежинки теперь падали на его лицо, тем самым слепив глаза. Впервые за жизнь парень чувствует себя по-настоящему счастливым человеком. Эта зима станет лучшей для него.

***

— Я, кстати, наше первое свидание обдумал. Минхо оторвал взгляд от картины, которая висела на тёмно-алой стене, и перевёл его на Чана. — В смысле? — Ну, вот так вот. — А чё меня не спросил? — Это будет для тебя секретом, — Чан улыбнулся. — Да чёрт тебя трахал! — Ты что ли? — Во-первых я не чёрт, а во-вторых не успел ещё, — Минхо поправил волосы и вновь уставился на картину в позолоченной рамке. Чан усмехнулся и потрепал своего парня по волосам. В комнате раздался стук в дверь. — Please come in! Минхо тяжело вздохнул. — Опять мне это выслушивать… — Хош, не ной! — Чан улыбнулся. — Знаешь какая боль, когда не понимаешь что говорят вокруг тебя? — Английский нужно было учить! — Не мои проблемы, что он мне не давался. А то, что я его не знаю, не твоё дел… — его перебил поцелуй в щёку от Чана. — Успокоился? — Успокоился. И вообще, иди уже! Чан встал со стула, что стоял рядом со стулом Минхо и взял свой блокнот с деревянной сиреневой обложкой, на которой парень нарисовал кота с коричневой шерстью и яркими жёлтыми глазами. Он посмотрел на девушку, которая только что зашла в кабинет. — Неllо, — парень посмотрел на страницу блокнота. — Amanda Burns, right? — Hi. Yes, that's right. Минхо засмеялся, из-за чего привлёк к себе внимание старшего. — Why are you laughing? — Язык немного смени. Заруби на носу уже себе, что я не понимаю твой чёртовый английский, — сказал Минхо улыбаясь. Чан ударил себя по лбу и повернулся к девушке. — Ignore this idiot. Please take off your jacket and stand in front of a white background. Девушка сняла с себя куртку и повесила на вешалку. Волосы Аманды были длинными и светлыми, что возбудило интерес Минхо. — А это случайно не та девушка, которой ты в клубе говорил не очень приличные и грязные слова? — обратился Минхо к Чану и улыбнулся. Действительно как идиот. — С чего ты это взял? Мне опять что ли нужно тебя поцеловать, чтобы ты успокоился? — Да. Давай теперь в губы, — Минхо ткнул указательным пальцем в нижнюю губу. — Обойдёшься, — Чан вздохнул и взял в руку фотоаппарат. — Вот так вот значит ты своего парня любишь, да? — Потом, кот. Когда вдвоём останемся. Не при ней же. Минхо фыркнул носом и продолжил пить чёрный ягодный чай, который заварил ему Чан. Девушка поправила свой кардиган и встала напротив белого фона для фотосессии. Ей на вид было двадцать шесть лет, а внешность излишне приторное. На лице Аманды рисуются крутлые очки с золотой оправой. Тяжело не запомнить её облик. — If I make the "Victory" sign, will this photo be accepted for a passport? Чан рассмеялся. — I doubt it. Минхо вскинул брови и сделал глоток чая. Он посмотрел на Чана, что стоял спиной к нему и вздохнул. Впервые за всю свою жизнь он испытывает ревность. Самую настоящую ревность. Не из-за чего. Сердце будто начинало биться сильнее и громче, что Минхо начало казаться, что этот бит можно было усльшать на другом конце коридора. Внутри появилась некая агрессия вместе с панической атакой. И это чувство он боялся испытывать всю свою жизнь и надеялся, что такого никогда не произойдёт. Парня словно перекинуло в его тринадцатилетний возраст, когда он был ещё глупым подростком. Момент, когда он заметил взгляд одного ублюдка на ту самую Джисан, в которую он на то время был влюблён. Но даже тогда он не ревновал. Минхо было просто обидно. Он закрыл глаза рукой и положил голову на стол. Ему сейчас так хочется сесть на колени Чана и уткнуться в его грудь, хоть бы не испытывать этих чувств. Так хочется, чтобы он обнял его за талию и нежно поцеловал в лоб. Минхо хочется провалиться под землю, лишь бы не осознавать то, что он ревнует из-за глупостей.

***

— I'm very sorry for the question, but is the guy opposite you, your friend? — прошeптала на ухо Чану Аманда. — No, this is my boyfriend. — Ahh, you look so cute together. — Thanks a lot. I'm glad to hear it, — Чан улыбнулся. — Thank you very much. — Thank you very much for the photos. Good luck to you and your relationship. — Thank you! Good luck to you too. — Goodbye! — Goodbye! Девушка вышла из кабинета, и Чан закрыл дверь на замок. Он повернулся к Минхо. — Хоша… Хоша? — М? — устало промычал парень. — Всё нормально? — Чан подошёл к Минхо и сел на стул, стоявший рядом с ним. Голова Ли лежала на его руки, уткнувшись в неё. — Не знаю. — В смысле? Тебе плохо? — Чани… — oн поднял голову и посмотрел на старшего. Чан положил свою руку на руку Минхо. Сказать, что он не напуган, это ничего не сказать. — Извини, я ревную... — тихим голосом сказал младший. — К кому? — К той девушке. — Почему? — Не знаю… извини… — У тебя глаза блестят… Это слёзы? — Нет, нет… Нет никаких слёз, — Минхо закрыл глаза рукой. — Кот, всё нормально. Это норма, — Чан положил свою руку на плечо Минхо и приобнял его. — Да кто тебя знает, может, ты там уже успеваешь изменять мне? — Чего ты плетёшь, солнце? Зачем я буду изменять тебе, тем более с девушками? Ли пожал плечами. — Ни за что в своей жизни. Он убрал руку от лица и снова посмотрел на старшего. — Ты, кстати, в губы меня обещал поцеловать. — Помнишь всё же. — Естественно. Целуй. Чан улыбнулся и поцеловал Минхо в его розовые губы, которые так обожал, от чего тот слегка покраснел. — Так что, разрешаю тебе ревновать меня к любому столбу. — Тогда я буду тебе запрешать многое, — Минхо улыбнулся. — Абьюзер? — Для тебя буду им, — парень обвил шею Бана своими руками. — Значит, у меня будут другие планы на тебя. Минхо искривил бровь. —Какие ещё планы? — Узнаешь.

***

Чан шёл впереди Минхо и рассматривал оголённые ветви деревьев, на которых лежал снег. Замёрзшие руки были в карманах, нос и щёки были красными от мороза. Среди жёлтых ярких звёзд мерцает красный огонёк самолёта, который набирает высоту, чтобы улететь на другой конец Земли. Минхо взял в руку снег. Слепив из него снежный шарик, он кинул его в спину Чана. — Кто там в меня снегом пуляется? М, Xош? — А чего сразу я то? Сзади нас, вон, женщина какая-то шла. Это она в тебя кинула и убежала. Я всё видел! — Какая к чёрту женщина, кот? — Чан повернулся и посмеялся. — Вот так вот ты мне веришь, да? Парень развернулся и пошёл дальше, а младший поплёлся за ним. Он снова сделал комок из снега и кинул, попав в шапку Чана. — Минхо! — Да это не я! — Так и поверил! Старший повернулся. Он больше не продолжал идти дальше. Минхо снова нагнугся за снегом, чтобы сделать из него снежок. Чан развернулся и подошёл к парню. Когда Ли встал, старший повалил его в сугроб — Чан! Твою мать! Твоего отца… Бан слепил из снега комок и кинул его в Минхо. Он засьпал его снегом и начал "обстреливать" снежками. — Я тебя тоже сейчас в сутроб кину! — А ты догони меня! Чан побежал от Минхо в глубь парка. Единственное, что услышал тот, это стуканье ботинок старшего об лёд. — Да чёрт тебя тра… Он отряхнул снег с лица, встал и пошёл в то направление, куда побежал Чан и скрылся в темноте. Руки горели и немного потрескались. Не очень хорошее ощущение, когда весь в снегу. Но зато весело. Минхо шёл по аллее, где летом цвели множество розовых тюльпанов. Он часто здесь гулял после трудного дня в университете. Вечерами он любил сидеть здесь на лавочке и слушать пение скворцов, обнимая свой рюкзак. Парень шёл медленным шагом. Фонари в парке практически не горели. Кругом была тьма. Куда делся Чан - Минхо понятия не имеет. Довольно страшно находится в тёмное время в таком мраке в ночное время суток. Неизвестно, что скрывает в себе тьма. Вдруг за спиной парня прямо сейчас может оказаться маньяк, а может, кто-то и хуже? Ли остановился и поднял голову. — И где я должен искать этого придурка по его мнению? — тихо сказал он. Минхо сразу же почувствовал чьи-то руки на своих плечах, а секундой позже его снова повалили в сугроб. — Чан-хён! Да чтобы тебя чёрт во все щели вытрахал! Чан снова засыпал его снегом. — Да ты заколебал! Я и так весь замёрз уже! Старший хотел бежать, но поскользнулся и упал рядом с Ли. Тот сразу же кинул в его лицо снег. — Вот тебе и карма пришла, милый! — Хорошо! Так уж и быть! Ты выиграл в этом бою!