The Vanished

      На следующий день Юнги решил, что в обеденный перерыв у него есть достаточно времени, чтобы наметить план поисковых работ и связаться с парочкой полезных знакомых. Место он выбрал соответствующее — то самое кафе, где видели девушку в последний раз. Это кафе находилось в самом центре делового района города. Днём туда ходили на бизнес ланч клерки из соседних офисных многоэтажек, а ночью те же клерки выпивали и отрывались на танцполе. В этом ему везло — офис, в котором он работал, находился всего в паре сотен метров от заведения. Он и не рассчитывал, что спустя три месяца найдет хоть что-то. За это время все улики давно исчезли, даже если они и были. Юнги не был настолько наивен, чтобы искать что-то материальное. Его волновало немного другое. Более косвенное, едва ощутимое. Что-то, что большинство не заметит. Что-то, о чём можно интуитивно догадаться. Как озарение — Вот оно, то самое решение.       Многое можно почерпнуть, находясь прямо на месте предполагаемого события: особенности внутреннего распорядка, работы персонала, расположение камер и другие детали. Юнги хотел сверить по фотографиям из соцсетей расположение столиков, за которыми сидела компания друзей Хэджин. Обозначить точки обзора, с которых открывался наилучший вид на столики, особенно на саму Хэджин. Это могло пригодиться, когда он получит записи с камер. Юнги никогда не сомневался в способностях Чонгука — одного из знакомых, с кем он собирался связаться сегодня.       Обычно его путь на работу пролегал по другой улице. По дороге Юнги заходил в небольшую булочную, где завтракал и выпивал первую чашку кофе. Здесь был самый лучший кофе во всём Сеуле. Исключительно по мнению Юнги, однако он считал, что хорошо разбирается в кофе.       Сегодня же он решил идти через небольшой городской парк, на окраине которого и находилось то самое кафе. После ночного дождя воздух был наполнен свежестью и ароматом мокрой листвы, полуденное солнце золотило бледную кожу. Юнги медленно прогуливался под тенью раскидистых ветвей, невольно останавливаясь: рассматривал лица прохожих, будто любой из них мог оказаться преступником. Несмотря на свой острый ум, сверхспособностями парень не обладал и не мог распознать похитителя с первого взгляда. Крайне сомнительно считать, что он встретит здесь и сейчас хоть кого-то, кто был связан с исчезновением Хэджин. Поэтому Юнги просто дышал свежим воздухом и проветривал загруженную мыслями голову.       Бессонная ночь давала о себе знать. Голова трещала, Юнги понимал, что не сможет впихнуть в себя ни кусочка еды. Его ждал очень долгий и сложный день на работе. Но уж с этим он как-то справится. Сейчас важнее то, ради чего он пришёл сюда. Надо осмотреться и изучить окружающую местность. Юнги только успел присесть за угловой столик и заказать двойной эспрессо, как отчётливо ощутил, что за ним наблюдают. Холодок пробежал по спине. Он медленно поднял глаза поверх меню.       У стойки бариста стоял молодой парень. Нет, скорее уже мужчина. Юнги внешне определил, что незнакомец был примерно одинакового с ним возраста. Он не был похож на студента, даже учитывая его ярко-розовые волосы, уложенные в нарочитом беспорядке. Ростом был выше среднего, не меньше метра девяноста, крепкого телосложения. Под толстовкой не было видно проработанных мышц, но вся его фигура кричала о силе и уверенности. Юнги с его спортивным прошлым понимал, что перед ним человек, который тщательно следит за своей физической формой. Незнакомец заметил, что его интерес не остался незамеченным, но продолжил смотреть прямо на Юнги. Пристально, не отрываясь, словно где-то его видел, но не мог вспомнить. Либо же как хищник, выследивший добычу…       Паника скользнула вдоль по позвоночнику, замирая огромным куском льда в животе. Юнги передёрнуло от таких мыслей. Он читает слишком много тру крайм историй. Этот факт в сочетании с его тревожностью перерастал в паранойю. Вдруг это маньяк? Тот самый, кто следил за Хэджин? Он пришел проверить место похищения? Да нет, быть не может, чтобы он узнал, что я занимаюсь этим делом. Парень продолжил пялиться на него, и Юнги на нервах уже не стал ждать, пока он подойдет. Он бросил на стол купюру, схватил рюкзак и пулей вылетел из кафе.       Улица встретила оживлённым гулом большого мегаполиса. Юнги было это только на руку: затеряться в толпе не составило бы особых проблем. Он свернул в первый же узкий переулок, надеясь спрятаться среди кирпичных стен и мусорных баков, а там перебраться через забор или низкий карниз. Но его планам было не суждено сбыться, позади раздались тяжелые, быстрые шаги. Незнакомец и не думал отставать. Лёгкие горели, Юнги понимал, что это дело времени, когда его догонят. Он всегда был достаточно быстр, чтобы использовать это преимущество на баскетбольном поле. Так, он спокойно обводил своих более крепко сбитых однокурсников. Сейчас ему мешали не ноги, которые помнили как надо правильно бегать, а его сбитая дыхалка. Такими темпами он не сможет оторваться. Значит нужно бить первым.       Юнги резко затормозил, вжался в нишу у водосточной трубы и, когда широкая фигура поравнялась с ним, вложил всю свою панику и вес в удар. Его кулак с размаху врезался прямо в лоб незнакомца.       — Твою мать! — взвыл маньяк, отшатываясь и хватаясь за голову. — Юнги, блин! Ты совсем дикий?!       Юнги замер, подняв кулак для второго удара. В голове долбилась отчаянная мысль: «Моё имя… Он знает моё имя…»       — Кто ты, блять, такой?! — прошипел Юнги, пятясь. Парень убрал руку ото лба. На его лице не было злости, только вина и... что-то странно уязвимое. Что-то делающее из этой громадины несчастного побитого щеночка. Юнги на секунду хотел извиниться, но вспомнил, что этот маньяк как бы загнал его в полностью безлюдный закрытый переулок и хотел разделаться с ним, как ранее с Хэджин.       Незнакомец виновато улыбнулся, так неуловимо знакомо… Что…— Юнги? Извини, что я напугал тебя…       Голос был глубоким и очень уверенным, он заставил сердце Юнги замереть. Он резко развернулся и застыл на месте. Он будто бы заново посмотрел на незнакомца, пытаясь уловить неуловимо знакомое в нём. Перед ним стоял высокий широкоплечий парень в чёрной толстовке. Уже отмеченные ранее непривычно яркие розовые волосы, а ещё такие знакомые ямочки на его щеках. Уверенный, внимательный взгляд тёмных глаз, прищуренных от улыбки.       Сердце Юнги сжалось. Эти глаза мгновенно пробудили в нём воспоминания. Столь нежные и манящие, они и до этого иногда появлялись в его самых томных снах — снах, от которых так сладко и тяжко дышать. Вспышки этих грёз всколыхнули в Юнги чувство вины: он понимал, что в такие моменты предаёт себя и свои принципы, изменяет Ебому, пусть даже и в мыслях. Иногда, когда Ебом был особо груб и нетерпелив, Юнги цеплялся за свои тягостные желания, эти тёмные внимательные глаза, оглаживающие его лицо во время оргазма. Юнги резко одёрнул себя, с трудом выплыв из мечт, прочистил горло.       Господи, о чём он только думает! Какой же он мерзкий. Зачем он столько лет терпел эти отношения? Зачем он столько лет занимался с ним сексом, представляя другого? Другого, такого милого, заботливого мальчика из своей юности, почему-то такого повзрослевшего в его мыслях. Как же давно это было…       — Нам?...

***

11 лет назад

      — Нам?.. — от неожиданности его голос сорвался. Юнги прокашлялся и выровнял тон. Ему было всего четырнадцать, когда его голос начал меняться, превращаясь в приятный бас. Но иногда, как сейчас, срывался на девичий визг.       — Что?       — Ты можешь не подкрадываться ко мне, как последний долбан?       Намджун только довольно улыбнулся во весь рот, раздражая этим Юнги. Сегодня они договорились провести дополнительные тренировки по баскетболу. Юнги хотел отработать технику броска перед предстоящими отборочными. Оставалась всего неделя. Ему нужен был партнёр, чтобы тренировать бросок с игры, а не просто кидать в кольцо. Кто как не Намджун, который был сравним по уровню с Юнги, мог подойти на эту роль.       Юнги сконфуженно дёрнул уголками губ и сурово посмотрел на этого мелкого полудурка. Он из всех сил старался быть серьёзнее, быть старшим, взрослым, настоящим хёном для своего самого лучшего друга. Единственного настоящего друга. Настоящего полудурка, который сводил все усилия Юнги на нет. Поэтому он сам иногда сомневался, кто из них хён.

***

      Они зашли в то самое кафе, которое буквально пять минут так стремительно покинул Юнги. По дороге Намджун беззлобно подтрунивал, сравнивая Юнги с прытким зайцем. А потом пожаловался, что еле догнал его, жаловался, что стукнулся бедром, пока огибал очередное препятствие. Юнги легонько треснул его по затылку, возмущаясь, что это он так-то пострадавшая сторона. И жалеть всяких маньяков не будет.       Атмосфера заведения была тихой и располагающей: тёплый свет ламп, лёгкая и ненавязчивая музыка и приглушённые разговоры создавали ощущение безопасности. Несмотря на это Юнги пробрала нервная дрожь. Ведь, кто знает, возможно, похититель Хэджин мог приметить её именно здесь. Он мог быть посетителем этого кафе. Или даже его завсегдатаем. Юнги не забывал фиксировать детали, которые могли бы помочь в дальнейшем. Нужные ему столики находились в самом центре. Обзор шикарный с любой точки. Также есть второй этаж, где находились дополнительные столики.       Намджун уверенно направился к уединённому столику в дальнем углу, тому самому что ранее выбрал сам Юнги. Он немного нервно прокручивая в пальцах телефон, сел напротив. Взгляды давних друзей неловко встретились. Они не знали, что сказать после стольких лет вдали друг от друга.       — Ты почти не изменился, — тихо произнёс Нам, скользнув взглядом по округлому личику Юна, не потерявшему со временем суровость и серьёзность. Строгий, но заботливый хён. Надёжный, но временами излишне контролирующий. Даже сейчас через столько лет, повзрослев, остаётся бунтарём. Ярко-зелёные, даже ультрамариновые волосы. Тогда, восемь лет назад, когда он видел его в последний раз, они были оранжевые, как апельсин. Намджун снова улыбнулся.       Юн иронично улыбнулся ему, стараясь сдержать смешанные чувства, и, подавшись ближе, буркнул:       — А ты, наоборот, очень изменился.       «Стал ещё выше и шире. Что ты ел все эти годы, чтобы так расти? Может, мне тоже попробовать?» — промелькнуло в голове, но озвучивать свои мысли вслух он не спешил.       Юнги нахмурился, слегка морща свой небольшой нос и губки-бантики. В такие моменты он становился похожим на того самого недовольного кота из мема. Намджун рассмеялся, его заразительный смех разнёсся по укромному уголку кафе, и от этого смеха у Юна внутри что-то дрогнуло.       — Работа со спортсменами, — признался Намджун, — заставляет поддерживать и совершенствовать физическую форму. Я устроился тренером по боксу и подрабатываю тренером по баскетболу в школьной секции. А ты? Чем занимаешься?       — Намджун-а, розовые волосы? Могу только представить, сколько раз тебе били морду за это. Не боишься, что когда-нибудь тебе разобьют голову?       — Ну пусть попробуют... Я ведь и ответить могу. Пока недовольных моими волосами нет. А детям наоборот нравится, — Намджун спокойно улыбнулся. Ему всегда казались забавными ворчание и безобидные подколки своего хёна. — Не съезжай с темы. Я задал вопрос про тебя и хотел бы получить ответ.       Юнги пожал плечами, делая вид, что этот вопрос его не задел. Когда-то спорт и, в частности, баскетбол были основой его жизни. Впрочем, как и в жизни Намджуна. Только тот, в отличии от Юнги, не забросил и превратил это в профессию. В отличии от самого Юнги.       В последнее время он много просиживал за компом в офисе «ИнгИнформейшн», где он был системным аналитиком и тонул в отчётах — много рутины и почти никакого развития. Тренажёрный зал Юнги давно забросил, про баскетбол и говорить нечего.       Ебом понемногу подтачивал его уверенность в себе и своей привлекательности. Ему нравились тонкие, невысокие парни. Юнги, несмотря на свою компактность, обманчивую хрупкость и почти по-женски стройные ноги, всегда был очень сильным, с поджарыми мышцами. Посоперничать в качалке с ним мог разве что Намджун, но в баскетболе ему не было равных. Благодаря небольшим габаритам и ловкости Юнги с лёгкостью обходил соперников по паркету, однако мог и пойти в проход, не боясь, что его сломают.       — Я – офисный планктон, — с горькой усмешкой сказал он, — анализирую софт, составляю отчёты… скука смертная. А в свободное время слежу за форумами и изучаю всякие теории заговоров.       Намджун тонко улыбнулся.       — Разгадываешь загадки, значит, — задумчиво протянул он, сохраняя на лице улыбку. — Так похоже на тебя. Помню, в юности ты зачитывался детективными книгами и играми. Как-то даже сам вёл топик на похожем форуме. Что-то про незнакомца с пляжа?       Юнги на мгновение заколебался, но потом всё же выдохнул, вытащил телефон и протянул его другу:       — Да ты прав. Это было дело «Тамам шуд». Я до сих пор слежу за ним. Но сейчас я занят вот этой историей. Исчезла девушка из моего универа… моя близкая подруга. Я пытаюсь понять, что с ней случилось. В последний раз её видели неподалёку отсюда.       Намджун качнул головой, внимательно изучая сообщение:       — То есть, это не совпадение, что ты привёл меня именно в это кафе?       Юн кивнул:       — Да…       — Это может быть опасно. Ты уверен, что хочешь в это ввязаться? — серьёзно спросил Нам, припечатывая Юнги тяжёлым и суровым взглядом. — Она так важна для тебя? Это твоя девушка?       — Хэджин не моя девушка. Но очень мне дорога. Она – одна из лучших людей, кого я знал в жизни. Она – мой ангел-хранитель, была моей близкой подругой. Но я оставил её и избегал. Я очень виноват перед ней. Не хочу, чтобы с ней случилось что-то плохое. Она не заслужила этого, — под конец фразы голос Юнги задрожал. Ещё только подступающие слёзы уже душили, но он-таки смог сохранить каменное лицо до последнего.       Намджун внимательно посмотрел на друга и, опустив голос до почти шёпота, спросил:       — В одиночку? У тебя есть кто-то, кто тебе поможет? Подстрахует, если всё пойдет не по плану. Это всё выглядит опасным. Три месяца её не могут найти, никакой информации, никаких зацепок. Ты уверен, что справишься?       — Нет, я справлюсь. Я уверен, что смогу всё сам. Я же умею разгадывать загадки, верно? — демонстративно фыркнул Юнги. Иногда он был слишком самоуверен. Однако Юнги знал себя, знал что он очень хороший аналитик. Даже Намджун, очень хороший ученик и любимчик учителей, признавал его незаурядный ум и внимательность к деталям.       Намджун слишком хорошо его знал, чтобы не заметить, как ему было больно и страшно на самом деле. Прищурившись, он твёрдо произнёс:       — Теперь нас двое. Не могу же я позволить тебе влезть в такое дерьмо в одиночку, верно? Что если я потеряю тебя? Нет, так не пойдёт. Не после того, как я только нашёл тебя.       Он взял в руки холодную ладошку Юнги, сжал уверенно и крепко. Тот только посмотрел на него с благодарностью, едва сдерживая слёзы. Намджун всегда был на его стороне. Даже сейчас, после того, как они не виделись восемь лет. После того, как Юнги, рыдая, простился с ним в последний раз. Когда он сел в машину, которая увезла его с родителями в новый город, в новую жизнь. Даже тогда, когда, осознав свои чувства к нему, побоялся выйти на связь с ним всех этих долгих лет. Отрицая себя, стараясь забыть и запереть свербившие внутри чувства. Запирая на замок эту любовь влюбленность.       В его глазах застыла тихая решимость. В этот самый миг давнее прошлое, полное боли утрат и теплоты, встретилось с настоящим, обещая, что теперь они будут бороться вместе. Прямо как раньше.