Настройся на чувства

      Разумеется, удача Рюджин на нуле, и именно поэтому дождь начинается до того, как она добирается до дома Минджон.       Сначала это капли, моросящие по пыльному асфальту и раздражающе стекающие по спине, а потом — настоящий ливень. И без того чёрные волосы темнеют, прилипая ко лбу и шее. Рюджин со злостью сжимает руль велосипеда и надеется, что не угодит ни в какую неприятную дорожную ситуацию. Горящий свет в комнате Минджон ощущается светом в конце тоннеля, не иначе.       Ни о чём, кроме примирения с Минджон, она не думает. Для себя она решает, что, как обычно, будет разбираться с проблемами по мере их поступления.       Рюджин оставляет велосипед во дворе и звонит в дверной звонок, надеясь не разбудить родителей Минджон. На губах возникает усмешка, когда она видит сонно зевающую Минджон в дверном проёме. Она хмурится как котёнок, только появившийся на этом свете и ничего не понимающий. Явно думает, что ей мерещится (вдруг это сон, верно?), и хочет захлопнуть дверь, но Рюджин вовремя останавливает её.       — Воу-воу, стой, это же я, — устало посмеивается Рюджин, откидывая с лица влажные волосы. — Я вообще-то поговорить хотела, а ты тут дверьми хлопаешь прямо перед моим лицом.       — Прости, — лепечет Минджон, даже не понимая, за что она, собственно говоря, извиняется.       Только когда Рюджин по-хозяйски проходит внутрь, оставляет сушиться джинсовую куртку и ступает в комнате Минджон, а её саму отправляет в ванную комнату за полотенцем, чтобы разобраться с мокрой головой. Минджон понимает, что что-то тут точно не так, когда она с дурацким полотенцем в руках она смотрит на хитро улыбающуюся Рюджин.       Это точно не сон. Такую глупость может сотворить только Рюджин и только в реальной жизни.       — Ты… что тут вообще забыла? — всплёскивает руками Минджон, моментально избавляясь от остатков дрёмы в глазах. — Боже, я думала, это был сон…       — Ты сама меня впустила внутрь, глупенькая, — непринуждённо пожимает плечами Рюджин и забирает из рук Минджон полотенце, пока она не затопила комнату водой, стекающей с её волос. — Но вообще-то я просто хотела… поговорить.       Беззаботная улыбка спадает с лица Рюджин, когда и к Минджон приходит осознание, что они вообще-то в ссоре, более серьёзной, чем та, из-за слов Джимин на эфире. Минджон возвращается в постель, сминая пальцами край одеяла от нервов. Одеяло, кстати, в виде звёздного неба — полуночно-синего цвета с созвездиями. Так в стиле Минджон, обожающей астрономию, легенды и мифы.       — О чём поговорить, Рю? — тяжко вздыхает Минджон. — Мы же чётко выразили свои позиции пару дней назад. И я всё ещё злюсь!       Минджон, несмотря на свою тревожную натуру, не любит разговоры, потому что они слишком путают. Люди могут говорить одно, делать совсем другое, а думать вообще третье. Она всегда — с самого детства — сталкивается с разницей в требованиях, которая попросту сбивает с толку. Сначала желания родителей идут вразрез с желаниями Минджон, а потом, когда дело доходит до ещё одного раскола в семье, желания родителей начинают расходится между собой, потому что разговоры и договорённости — последнее, чем они хотят заниматься.       Может, поэтому Рюджин и подружилась с Минджон в первую очередь — раненые души чувствуют друг друга. Она по себе знает, что такое метания между мамой и папой, только если в случае Рюджин было довольно очевидно, чью сторону принимать, то в случае Минджон — нет. Но и себя она никогда не выбирала.       — Камон, Минджонги, давай попробуем? — Рюджин прибегает к уменьшительно-ласкательной версии имени Минджон, раз та всё равно называет её «Рю». — В этот раз всё будет по-другому. Ты спрашиваешь всё, что хочется твоей душе, — а я отвечаю максимально честно, чтобы всё сложилось как надо в твоей голове. Идёт?       Для Рюджин разговоры с Минджон — попытка доказать, что поступать можно, согласно мыслям и словам. Попытка успокоить.       — Я не понимаю, как вообще можно исправить то, что мы обе разрушили, — растерянно бормочет Минджон, от чувства вины прячась под одеяло чуть ли не с головой.       — Будто раньше нас это останавливало. Разве тебе не интересно, что я действительно думаю?       — Я даже не хочу знать, что ты сейчас думаешь обо мне, — фыркает Минджон, погрязая в мигом накатывающей печали, но тут же начинает возмущаться, когда Рюджин — в уличной одежде! — хочет сесть на её постель. Как хорошо, что Минджон из тех, кто быстро вскипает и так же быстро остывает. — Нет, ни в коем случае, Рю! Иди переодевайся, иначе никакого разговора. Возьми из шкафа то, что надевала в прошлый раз.       Прошлый раз — единственный, который был давным-давно, потому что Рюджин плоха в дружбе так же, как и в любви. Кажется, это был тот день, когда они с Минджон обсуждали воссоздание школьного радио. Тогда, в ответ на откровения Минджон, Рюджин впервые открылась новому человеку (не сказать, что без страха) и подумала, что дружба может быть вполне реальной.       — Теперь ты довольна? — шутливо возмущается Рюджин, глядя на себя в голубой пижаме с рисунком кроликов. Теперь — с её-то несильно высоким ростом — она ещё больше напоминает ребёнка, хотя она вообще-то старшеклассница. — Можно мне занять половину вашей постели, ваше Величество?       Минджон молча откидывает одеяло в сторону, позволяя Рюджин забраться к ней в постель. В воздухе растекается напряжение, которое они игнорируют: так проще и менее неловко.       — Первый вопрос?       — Я так не могу! — взывает Минджон, запуская руки в волосы и взъерошивая каре. Тёмные прядки просачиваются между пальцами. — Давай хотя бы музыку включим? Только тихо, чтобы родители не проснулись.       — Я от музыки никогда не откажусь, — ухмыляется Рюджин. — Сначала послушай, что я присылала в канал, пока ты не оборвала мои попытки извинений своей песней.       Минджон не реагирует на шутку Рюджин, но включает «Bridge Over Troubled Water» от Simon и Garfunkel. Комнату наполняет тихая, спокойная мелодия, приносящая умиротворение, а лирикой задевающая те струны души, о существовании которых Рюджин даже не подозревает. Они всё ещё молчат, только теперь Минджон кидает сожалеющие взгляды на подругу.

      Oh, when times get rough

And friends just can't be found

Like a bridge over troubled water

I will lay me down

Like a bridge over troubled water

I will lay me down

      — Ну-у, созрела для первого вопроса?       — Ты злишься на меня, Рю? — выпаливает Минджон раньше, чем успевает подумать. — Я правда переживаю… Уже не помню, что я тогда наговорила, но, наверное, не очень хорошие вещи. Так что…       Рюджин молча кладёт ладонь поверх ладони Минджон и легонько сжимает её, как бы говоря остыть и взять паузу, если она необходима ей. Она никуда не денется до самого утра, потому что она планировала остаться у Минджон с ночёвкой: всё равно папы дома нет и ей безумно скучно и тошно одной дома.       — Я не злюсь на тебя. И не обижаюсь. Как можно обижаться на правду?       — Я не завидую тебе, чтобы ты знала, — бормочет Минджон, напряжённо сглатывая ком в горле. — Ты всё-таки моя подруга, и я рада, что у тебя всё хорошо складывается. Тогда у меня был тяжёлый день. Я нервничала из-за Джимин и…       — Родители снова ругались?       Минджон безучастно кивает, и Рюджин заключает её в объятия. Даже не нужно прислушиваться, чтобы ощутить слишком быстрое сердцебиение Минджон и белый шум мыслей в её голосе. Рюджин никогда не понять, каково это — когда чувства и переживания переполняют тебя до краёв и постоянно выплёскиваются за границы, пока ты пытаешься преуспеть во всём и не преуспеваешь везде.       — Мне жаль.       — Но сейчас не об этом, — голос Минджон предательски подрагивает, но она держится стойко. Вероятно, просто привычка. — Когда будет следующий эфир с нами? Без всяких твоих Йеджи и других счастливых парочек Northwood High.       — Я попросила не мою Йеджи передвинуть наш с ней эфир, чтобы провести сначала эфир с тобой. Если ты этого хочешь.       — Конечно, хочу!       — Уже выбрала темы для следующего спора? — смеётся Рюджин, пока Минджон чуть съезжает вниз и кладёт голову на плечо подруги. Вкупе с одеялом уровень жары превышает норму, но Рюджин учтиво помалкивает об этом и позволяет Минджон обнимать её. — Я даже не помню, о чём мы спорили в последний раз. Не удивлюсь, если мы устроили в прямом эфире дебаты о школьной форме.       — И я не помню. Сейчас думаю вообще о другом.       Они замолкают, когда песня сменяется другой. Играет «Stay» от Rihanna и Mikky Ekko, и Рюджин уверена, что этот плейлист составляла не она, а Минджон. В голове мелькают мысли о том, что для следующего эфира тоже нужно подбирать и что в ближайшее время их чат станет напоминать свалку песен и сообщений: «Молю, давай возьмём её для эфира».

      Not really sure how to feel about it

Something in the way you move

Makes me feel like I can't live without you

It takes me all the way

I want you to stay

      — Можно вопрос? — расслабленно отзывается Рюджин, чуть растягивая гласные в словах. От усталости не получается говорить быстро и энергично. — Зачем ты тогда притворилась больной, чтобы не участвовать в эфирах в честь Дня святого Валентина? Ты бы хорошо вписалась в эту тематику.       — Ты не поймёшь, Рю…       — Тогда я постараюсь понять.       — Окей, допустим, я скажу, — нервно дёргает плечами Минджон. — Дело даже не в Дне святого Валентина. Просто… мне было интересно, заметит ли кто-то моё отсутствие. Вдруг людям в качестве ведущей нужна только ты, а я, так уж и быть, не раздражаю их со своими глупыми комментариями и спорами обо всём на свете.       Рюджин стонет от неприятных ощущений того, что на душе скребут кошки. Слова Минджон пусть и не откликаются ей (потому что последнее, что её интересует, так это что о ней думают незнакомые ей люди), зато откликаются переживания. Минджон нараспашку открывает ей свою душу, и Рюджин честно старается быть аккуратной. Ведь для поддержки не обязательны слова, в которых она и так плоха, — хватает крепких, согревающих объятий.       — В первый день эфира с Йеджи, когда люди не услышали твоего голоса, я видела комментарии — люди гадали, куда ты запропастилась. Они любят тебя, Минджонги, — улыбается Рюджин, играясь с короткими, но приятными на ощупь волосами Минджон. — И твою драму с Джимин.       — В том-то и дело, что там нет никакой драмы. Представляешь, она в тот раз хотела одолжить мне конспекты по литературе, потому что думала, что я болею по-настоящему, — смеётся Минджон, но в голос проникают истеричные нотки: она явно надеялась на другое. — Правда, потом спросила, всё ли между нами в порядке. Как будто «мы» вообще есть.       — Может, это намёк мисс Судьбы сделать первый шаг?       Если Рюджин апеллирует к судьбе (хотя она далеко не фаталистка) и, не кривясь, говорит о возможной лав-стори между Минджон и Джимин, это уже значит многое.       Вообще она ничуть не удивлена, что Джимин нравится Минджон. Она собранная, строгая и ответственная — предел мечтаний. Её жизнь распределена по минутам в ежедневнике, а мысли в голове, наверняка, рассортированы по темам и разложены по полочкам. Она — то, что необходимо для успокоения хаоса Минджон.       — Если мисс Судьба столкнёт нас лбами, то, может, тогда я и подумаю о первом шаге, — усмехается Минджон, заранее откидывая этот вариант развития событий в ящик «Невозможное». — Знаешь, есть что-то особенное в том, чтобы любить Джимин издалека. А ты, к слову, зачем завела этот разговор, а, антиромантик?       Рюджин ловит на себе пронзительный взгляд Минджон, чей неугомонный разум уже генерирует сюжеты, обязательно кончающиеся фразой: «И жили они долго и счастливо».       — Я не влюбилась, если ты об этом.       — Невозмутимость — твоё второе имя? — разочарованно хмурится Минджон, пихая Рюджин в бок. — Но ты уже близка к тому, чтобы сменить своё мнение насчёт любви, да?       С губ срывается тяжкий вздох, и это уже говорит о многом. Ей не хочется забегать вперёд, но недавний разговор с Йеджи о её ситуации с Хёнджином заставил её подумать о некоторых вещах.       — На моих родителях, — в голосе всё ещё свербит обида, которую Рюджин умело и по привычке маскирует, — свет клином не сошёлся, так что это, конечно, сложно, но мне хотелось бы верить, что и любовь, и счастливые концы существуют. Впрочем, мне они неподвластны, да и я в них не заинтересована.       Минджон с блеском в глазах слушает Рюджин, несмотря на то, что её глаза уже слипаются.       — Прогресс уже заметен. Неужто на тебя так спецэфиры повлияли — заразилась любовным вирусом? Или это вина Йеджи? — блеск в глазах Минджон лишь усиливается. — Помни, ты обещала отвечать честно.       — Помнится мне, ты была против незатыкающейся Йеджи, а сейчас ждёшь ответа и смотришь на меня так, что аж страшно становится. Поумерь пыл, Минджонги, мы просто общаемся. Дружим вроде как. Она… достаточно милый человек, хоть и со своими тараканами в голове, — непринуждённо пожимает плечами Рюджин. От неё такая характеристика и вовсе кажется лестью.       — А я её недавно видела в «Sweet Memories» с Хёнджином. Не зря они главная парочка Northwood High: выглядят счастливыми, так что если ты и собираешься влюбляться, то не в Йеджи, пожалуйста, — смеётся Минджон, чувствуя себя сплетницей на пижамной вечеринке из типичных американских сериалов.       Слова Минджон обескураживают: эхом разносятся в голове и колющей болью оседают на застывшем сердце. Рюджин в ответ лишь хмурится, чётко осознавая свой принцип «Не влюбляться» с маленькой, но важной припиской: «Особенно в тех людей, чьё сердце уже занято».       Это урок, выученный прошлым, хоть и ошибка, не совершённая ею.       — А ты уже записалась в фанатки пары Хванов?       Снова сарказм — защитная реакция.

***

      Для Рюджин возвращаться в радиостудию — легко, потому что не в её голове витают мысли с призрачными воспоминаниями о недавней ссоре. Но тем не менее они снова взаимодействуют, и всё кажется… обыденным. Привычная рутина успокаивает их обеих, даже если она проявляется в виде настройки аппаратуры для эфира.       Анонс уже сделан — сегодня эфир с Рюджин и Минджон.       Всё действительно возвращается в норму: Рюджин готовит для Минджон её любимые наушники с кошачьими ушами, а Минджон отлучается, чтобы купить для них карамельный латте и флэт-уайт с шоколадным сиропом. Запоминать даже самые незначительные детали — её способ проявлять любовь.       — Я просто хотела убедиться, что между нами всё хорошо, — улыбается Минджон, присаживаясь за офисное кресло напротив Рюджин. — Начнём?       Фраза «Поехали» от Рюджин звучит до ужаса комично, и со смехом они выходят в эфир. Слова вступления звучат на автомате. Они обе знают их наизусть, но говорит всё-таки Рюджин. В этот раз получается вполне искренне, а не наигранно жизнерадостно, как и обычно. Чудеса примирения.       — Привет, Northwood High! Всем отличного дня и отличного настроения. Вы на волне школьного радио, и мы готовы зарядить вас энергией на весь оставшийся день! Минджон, ты можешь подать голос, чтобы слушатели знали, что ты вернулась, — усмехается Рюджин. — Нет, ребят, я не держала её в подвале всё это время, не смешите меня.       — Она добрая, — Минджон спешит на помощь Рюджин, — просто не все заслужили право узнать её с другой стороны. Запишите эту пафосную цитату в сценарий какого-нибудь ромкома, прошу вас.       «О ДА ЛЮБИМЫЙ ДУЭТ СНОВА ВМЕСТЕ»       «о да это правда минджон»       «айм гонна факинг край»       «Её просто украла Джимин, отвечаю»       «Что с Джиминджонами, кстати???»       Рюджин кидает пристальный взгляд на Минджон со значением: «Я же говорила».       — И если вы переживаете о эфире с Йеджи, то не переживайте, — невозмутимо продолжает Рюджин, пока Минджон бурчит на фоне о том, что эти слова тоже надо разобрать на пафосные цитаты. — Он всё ещё будет, просто позже. И, нет, даже не предлагайте в комментариях провести опрос, какой дуэт лучше — «Рюджин-Йеджи» и «Рюджин-Минджон». Это как сравнивать жену и мать, извините.       «а кто для рюджин жена, а кто мать…»       «вообще рюджин и минджон платоник соулы!!!»       «А Йеджи тем более занята, так что успокойтесь»       «Меня пугает запутанность всей этой ситуации»       Чем больше Рюджин читает комментарии, тем больше ей хочется биться головой о стену. Минджон сочувственно улыбается ей.       — Напоминаю, что я и любовь — параллельные прямые.       «Вот именно, Рюджин антиромантик»       «Прошёл уже год, а мы до сих пор не знаем причин»       «а рюджин у нас лакомый кусочек оказывается»       «боже да сто проц дело в родителях»       «Когда мы свернули не туда…»       — Мне кажется, это совсем не ваше дело, — неожиданно резко говорит Минджон, читая комментарии. Рюджин впервые видит её такой хмурой. — Мы меняем тему для разговора, если вы не хотите словить бан. Рюджин, включай песню. Играет «Better Together» от Jack Johnson. Выбирала её я.       Пока играет песня, их не слышно. Поэтому Минджон откидывается на спинку кресла и устало потирает переносицу. С губ срывается тяжкий вздох: она явно не скучала по настойчивым любопытным людям из комментариев. После успеха праздничных эфиров их стало лишь больше.       — Не надо было, Минджонги, я бы и сама справилась.       — Не только тебе быть резкой, верно? — горько усмехается Минджон. — Я просто… стала ещё более чувствительной, чем раньше. Не давай мне перегибать палку, иначе люди точно перестанут меня любить.       — Зато я полюблю тебя ещё больше, — подмигивает ей Рюджин.       Они отвлекаются на спокойное звучание песни, которое напоминает шум волн на тихом безлюдном побережье. Рюджин допивает давно остывший флэт-уайт, а сама то и дело посматривает на телефон в ожидании сообщений от Йеджи. В этот раз снова есть поводы: она хочет поиграть роль мисс Судьбы.

Mmm, it's always better when we're together

Yeah, we'll look at the stars when we're together

Well, it's always better when we're together

Yeah, it's always better when we're together

      — Мне кажется, я уже разучилась вести обычные эфиры после кучи спецэфиров. Обычно у нас получается негласные дебаты с Минджонги или же мы обсуждаем школьные новости. Кто-нибудь что-то слышал про нового математика? Надеюсь, он не будет задавать на дом кучу всего.       Минджон проглатывает комментарий про то, что Рюджин примерно с середины средней школы перестала делать домашние задания, ведь они не должны на всё школьное радио пропагандировать безответственное отношение к учёбе. В комментариях люди то жалуются, то восхищаются новым учителем. Кто-то отпускает нелестные комментарии в сторону физики, и в целом одно понятно — ничего в Northwood High не меняется.       Но изменения присутствуют, только они не касаются учёбы. Наконец ей пишет Йеджи: «Вы скоро? Мы с Джимин в библиотеке, и, надеюсь, я не зря пропускаю ваш эфир».       Рюджин просит Минджон закончить эфир раньше назначенного времени, а потом лепечет что-то несвязное про эссе и библиотеку, потому что свою речь она не продумала, думая, что с импровизацией у неё всё хорошо (она ведь ходила на пару занятий в драмкружок, пока её не заставили играть Джульетту). Ситуация кажется безвыходной, ведь ещё пару минут назад они смеялись над тем, что Рюджин домашку делает только в случае апокалипсиса, но Минджон соглашается проводить её до библиотеки.       Библиотека встречает их напряжённой тишиной, безлюдностью и шелестом страниц энциклопедии, которую сосредоточенно читает Джимин. Йеджи же от скуки постукивает ногтями по столу и выискивает глазами Рюджин и Минджон. Библиотекарь, привыкший к пустоте рабочего места после конца уроков, шокированно оглядывает компанию школьниц.       Их план становится до ужаса очевидным, когда Минджон замечает знакомую фигуру Джимин. Она тут же отправляет хмурый взгляд, жалея, что не может им испепелить Рюджин. Та разводит руки в сторону и шепчет что-то первые шаги и мисс Судьбу, прежде чем поздороваться с Йеджи и Джимин.       — О, и вы тоже здесь, — с наигранным удивлением удивляется Йеджи, приглашая Рюджин и Минджон сесть за их столик. — Я попросила Джимин помочь мне с рефератом по биологии, но я уже устала зевать. Если среди нас есть биологи, то сразу прошу меня простить.       Рюджин усмехается: Йеджи вежливая, даже когда явно переигрывает.       — А ты поступай как Рюджин — не делай домашку в целом, — смеётся Минджон, но выходит слишком нервно. Во всём виновато присутствие Джимин и зрителей.       — Мне такое непозволительно: надо поддерживать образ ответственной ученицы, — сокрушённо вздыхает Йеджи, запуская ладонь в блестящие рыжие волосы и взъерошивая их.       — Значит, среди нас только один свободный человек, — вдруг подаёт голос Джимин, отвлекаясь от чтения энциклопедии. Непонятно, как она успевала следить и за их разговором, и за сутью научно-непонятной статьи. — Я даже восхищаюсь такой смелостью — каждый раз приходить на уроки и переживать, пронесёт ли в этот раз или нет.       Джимин с видом знатока натягивает обратно очки, сползшие на переносицу. Среди них она выглядит строже всего: в чёрной обтягивающей водолазке, вязаном кардигане и классических брюках. Даже пучок выглядит строго — ни одна прядка не смеет покинуть своё место. Минджон ощущается хаосом с её расслабленным галстуком, слегка взъерошенными волосами и растерянным взглядом.       Были бы они в ромкоме, кто-то бы сказал, что противоположности притягиваются. И это было бы верно.       — А я просто-напросто не переживаю, — ухмыляется Рюджин, складывая руки в замок за головой. — Думаю, это понятно по эфирам, которые ты, как оказалось, периодически слушаешь.       — Тогда твоя подруга мне нравится больше.       Минджон смущённо краснеет, наблюдая за сдержанной улыбкой Джимин. На этом приветственный диалог кончается, и все погружаются в свои дела. Йеджи перекидывается взглядами с Рюджин, которая не понимает жестов той без звукового сопровождения, а шокированная (не) судьбоносной встречей Минджон принимается за домашнюю работу, не вспоминая про эссе, о котором несвязано болтала подруга. Джимин уже даже не пытается твердить Йеджи про биологию, потому что та слишком увлечена Рюджин.       Экран телефона Рюджин снова загорается из-за нового уведомления.       Йеджи [Не хочешь отойти в сторону?] [Мне кажется, мы только мешаем им]

Рюджин

[они просто молчат]

[но, окей, как скажешь, давай выйдем]

[уверена, они даже не заметят нашего ухода]

      Йеджи первой покидает их стол с нелепой фразой, что она ищет книгу для факультатива по французскому (хотя она ходит на испанский), а следом за ней исчезает и Рюджин. Ни Минджон, ни даже внимательная Джимин не замечают их ухода. Рюджин кидает Йеджи взгляд «Я же говорила», в котором лучится безмолвный смех, а не излюбленная ирония.       Они действительно останавливаются в секции французских романов. Их с головой накрывает тишина уединения. С лиц не сходят улыбки. Рюджин стаскивает с плеч джинсовую куртку, стелет её на пол и присаживается на неё, приглашая к себе Йеджи. В свою очередь Йеджи смотрит на неё как на безумную, но следом присоединяется к ней.       — Раз ты идёшь на жертвы ради меня, то и мне надо соответствовать, — смеётся Йеджи, выуживая из кармана юбки спутанные проводные наушники. — Так хочется музыку послушать, но на то, чтобы их распутать, уйдёт три века минимум…       — На наше счастье, у меня ловкие пальцы.       Йеджи передаёт наушники Рюджин, которая мигом погружается в распутывание тройных узелков и перепутанных между собой петелек. От сосредоточенности она даже высовывает язык, чем умиляет Йеджи.       — Спасибо, что помогла с Джиминджонами, — говорит Рюджин, протягивая Йеджи наушник. — Можешь включать музыку.       — Тебе спасибо. Я даже почувствовала себя благородным и не таким ужасным человеком, — улыбается Йеджи, согласно глупой привычке, и кладёт голову на плечо Рюджин. Они совсем близко, потому что так удобнее вдвоём слушать музыку через проводные наушники. Рюджин старается сосредоточиться на играющей песне, а не на приятном сладко-цветочном аромате Йеджи. — Это «Enchanted» от Taylor Swift. Мне Юна её посоветовала, она же свифти.       Волосы Йеджи щекочут открытые участки кожи Рюджин, и в горле застревает беззаботный смех. Взаимодействия с Йеджи всегда выпадают на яркие моменты (или это она делает их яркими?), и в голове невольно мелькают мысли о том, что они знакомы уже сотню лет. Может, они тоже друзья в другой вселенной?

There I was again tonight

Forcing laughter, faking smiles

Same old tired, lonely place

Walls of insincerity

Shifting eyes and vacancy

Vanished when I saw your face

All I can say is it was enchanting to meet you

      — Я будто поучаствовала в ромкоме, — энтузиазм Йеджи сменяется мечтательными вздохами. Она прикрывает веки и принимает более удобную позу для лежания на Рюджин. — Надеюсь, это поможет свести Джимин и Минджон. Они мило смотрятся вместе, а я знаю, о чём говорю, — уже год наблюдаю за их драмой с помощью эфиров.       — А у тебя-то всё хорошо с Хёнджином?       Её голос почти не дрожит — достижение. Йеджи затихает вместе с Рюджин.       — Всё хорошо. Мы собираемся пойти вместе на вечеринку Джису, которая будет на весенних каникулах, — щебечет Йеджи, пока Рюджин хмурится — неужели прошло так много времени с рокового четырнадцатого февраля. — А я хотела пригласить тебя. Не чтобы заставить ревновать, просто… было бы интересно увидеть тебя вне школы.       Рюджин польщённо кивает и отвлекается на сообщения в телефоне, пока она не начинает гадать над тем, что же всё-таки означает интерес к ней со стороны Йеджи.