7.Любовь не умирает, но убивает
16 февраля 2025 г., 20:25
Сатору сидел в тишине.
Перед ним стояла чашка с чаем.
Чай давно остыл, но он не двинулся.
— Ты опять не спишь.
Голос Сугуру.
Сатору даже не вздрогнул.
— А зачем?
Сугуру вздохнул и опустился напротив него.
Он выглядел так же, как всегда.
Живым.
Но Сатору знал правду.
— Ты же понимаешь, что так нельзя?
Сатору усмехнулся.
— Разве у меня есть выбор?
Сугуру не ответил.
Тишина.
Сатору вспомнил, как всё начиналось.
Сначала он думал, что сходит с ума.
Слышал его голос.
Видел его тень.
Чувствовал его взгляд.
Но чем дальше, тем хуже.
Теперь Сугуру был с ним всегда.
Сатору привык.
И в этом была самая страшная ошибка.
Он перестал отличать, где реальность, а где— призрак.
— Ты опять будешь молчать?
Сугуру улыбнулся.
— Ты ведь сам знаешь ответ.
Сатору провёл рукой по лицу.
Он устал.
Устал до чёртиков.
— Знаешь, что самое смешное?
Сугуру поднял бровь.
— Что?
Сатору усмехнулся.
— Я ведь убил тебя.
Сугуру кивнул.
— Да.
— Но ты всё равно здесь.
— Да.
Сатору сжал кулаки.
— Так какого чёрта?!
Он сорвался.
Стукнул по столу.
Чашка с чаем дрогнула.
Сугуру не пошевелился.
— Потому что ты сам не отпустил меня.
Сатору замер.
Слова Сугуру задели что-то внутри.
— Ты мог бы.
— Но не сделал.
— Поэтому я здесь.
Сатору резко встал.
— Хватит!
Сугуру молчал.
Сатору дышал тяжело, прерывисто.
— Хватит.
Тишина.
— Ты умер.
— Я знаю.
— Тебя больше нет.
— Я знаю.
— Так почему, чёрт тебя подери, ты до сих пор здесь?!
Сугуру посмотрел на него.
В его взгляде не было злости.
Только что-то глубже.
— Ты ведь знаешь.
Сатору стиснул зубы.
Да, он знал.
Но не мог признаться.
Сугуру медленно поднялся.
Подошёл ближе.
Протянул руку.
Сатору знал, что не почувствует её.
Но всё равно вздрогнул, когда пальцы Сугуру коснулись его щеки.
— Ты не отпускаешь меня.
— Потому что я — последнее, что у тебя осталось.
Сатору закрыл глаза.
Он был прав.
Проклятье, он был прав.
Тишина.
Долгая, давящая.
— Ты опять забыл, что я мёртв?
Шёпот.
Сатору не ответил.
Просто сел обратно.
Взял чашку.
Выпил холодный чай.
И впервые за долгое время почувствовал, что живёт в аду.
И выхода нет.
