Сто фотографий Феликса

      Я перечитал его раз… два… потом снова. "Спасибо, что написал" — эти слова обволакивали теплом, которого так не хватало.       Что‑то внутри дрогнуло — едва ощутимая искра, как первый вдох после долгого забытья. Я вытер лицо рукавом, словно стараясь стереть с него следы отчаяния. Почувствовал, как усталость снова начинает тянуть вниз, к кровати. И всё же во мне что‑то изменилось — не стало легче, нет, но стало чуть менее одиноко.       Вдруг зазвонил телефон. Резкий, неожиданный звук заставил меня вздрогнуть.       На экране — имя: "Рафаэль Университет".       Я замер на секунду, но потом всё‑таки ответил: — Алло? — Эй, Хёнджин, ты не спишь? Слушай, ты не помнишь, ты брал мой блокнот с эскизами? Он, может, у тебя? Я весь шкаф перерыл и никак не могу найти.       Я оглянулся на стол, подошёл к нему и потянул ручку ящика. Открыв его, действительно обнаружил внутри чужой блокнот. — Ой, извини. Видимо, когда занятие окончилось, я ненароком сгрёб его вместе со своими вещами — спешил. — Да ничего страшного, вернёшь в понедельник утром. — Хорошо, — ответил я, положив блокнот на видное место, дабы не забыть. — Тогда до встречи, — попрощался однокурсник и бросил трубку.       Я уж было хотел снова лечь, чтобы уснуть, но, закрывая ящик, заметил лист бумаги на полу. Наверное, он прицепился к обратной стороне блокнота, а когда я его взял, оторвался и упал.       Я нагнулся, поднял его и, перевернув, увидел Феликса — тот самый рисунок с нашей первой встречи, когда я заметил его в кафе и стал зарисовывать этот прекрасный профиль.       Не отрывая глаз, я сел на стул, положив рисунок перед собой. Не знаю, сколько так просидел, вглядываясь в плавные линии карандаша, но в какой‑то момент меня осенила идея.       Рывком вскочил и засуетился по комнате. Хватал всё подряд: краски, кисти, карандаши, бумагу, линейки. Теперь я знал, что мне делать.

***

      Самолёт мягко коснулся полосы Инчхонского аэропорта, и сразу же по длинному салону прокатилось усталое шуршание ремней — все торопились подняться. Я, наоборот, замер, давая себе секунду тишины, пока кадры прошедших дней мелькали в памяти.

      Вибрация телефона заставила очнуться. Экран загорелся именем: "Хёнджин". — Ты уже прилетел? — простая фраза, но в сжатом графике она казалась драгоценностью. Я улыбнулся и напечатал: — Только приземлился. Сильно устал, но всё хорошо. Спасибо, что написал :)       Отправив сообщение, Я тут же включил авиарежим обратно — знал, что в проходе уже маячит менеджер Сонмин. И точно: едва пассажиры сошли с трапa, он перехватил меня взглядом, который ясно говорил, что лучше поторопиться. — Феликс‑а, добро пожаловать домой. Расписание на сегодня плотное, — сказал он, пока мы шли к выходу для экипажа, где точно не было фанатов. — Я всё перекинул тебе в календарь, но повторю: 08:00 — прямая дорожка в хорео‑зал: репетиция с Лино‑хёном и бэками, готовим ремикс‑станцию для Inkigayo. 11:30 — вокальный чек со Сыльги‑сонсэнним. Просила не опаздывать: сегодня второй куплет подбирают на полтона выше. 12:45 — обед «на колёсах». Шеф прислал набор с высоким содержанием белка; поставлю в машину. 13:30 — визит в JYP Clinic: физиотерапия спины и проверка связок. Двадцать минут максимум, но главврач настаивал. 15:00 — интервью для Tok‑Tok Live: короткий дуэт с Чанбином и секция «ручной ASMR»; не забудь браслеты. 17:00 — саунд‑чек на MBC. Там же быстро снимем тизер‑клип в гримерке; будет режиссёр Хван. 20:00 — возвращаемся в общежитие, но не расслабляйся: к 21:00 онлайн‑фансайн. Сорок победителей альбома плюс два фан‑кафе.       Он протянул мне планшет с расписанием. Я кивнул, закрыв глаза на две секунды. — Есть личные просьбы? — спросил Сонмин, смягчив тон.       В голове вспыхнуло: "Отправить ещё одно сообщение". Но я лишь произнёс: — Нужны пару минут тишины в машине перед репой. Хотя бы пять. Сможем? — Сделаем, — коротко ответил он и уже переключился на гарнитуру, отдавая указания водителю.       Я опустился на сиденье микроавтобуса, снова разблокировал телефон и посмотрел на чат. Точка, показывающая, что Хёнджин "в сети", появлялась и гасла. Наверное, он тоже смотрит на экран, думая, что написать.       Мне захотелось сфотографировать первый корейский рассвет за окном и отправить ему вместо слов, но менеджер уже начал отсчёт до первой тренировки: — Три минуты, Феликс‑а.       Я убрал телефон, спрятал улыбку в ладонях, выдохнул и открыл дверь в очередной бешеный день — с внезапно тёплым ощущением.