Любовь пахнет счастьем.

Они пытались обмениваться информацией через письма четыре раза. Но когда Гермиона опять села переписывать его исследования по теме и обнаружила, что половину этой информации она уже нашла и даже вставила в план, нервы не выдержали. Девушка подскочила, сминая листок, исписанный каллиграфическим почерком. Терпеть не могла эти идеально выведенные буквы и того, кто их выводил. Она собрала вещи в сумку и помчалась из библиотеки. Почему-то задача найти Малфоя показалась вполне выполнимой, хотя белобрысый засранец мог быть где угодно и с кем угодно. Гермиона почти летела по коридору, очень нервная, злая и просто расстроенная. Ужасно было то, что она не понимала, почему так себя чувствует. Просто всё достало. И вдруг на её пути появилось препятствие. Мягкое, тёплое, высокое и противное препятствие. Малфой. — Грейнджер, смотри, куда прешь. Он был одет в зелёный свитер и брюки. Даже свободная одежда выглядела как школьная форма его факультета. Галстука не хватает. Пижон. — Малфой, мне это надоело. Вся информация повторяется. Ты как будто специально выписываешь всё из тех же книг, что и я! — Гермиона уставилась наверх, потому что он был дылдой. И это её безумно раздражало. Да как он смеет смотреть на неё свысока? — О, ты заметила. Я ждал, когда же наконец до тебя дойдет, — Драко спокойно стоял и смотрел. Только вот его губы дернулись, сдерживая улыбку. А в глазах плясали черти. Он издевался над ней. Всё это время. — Придурок! — она толкнула его локтем, собираясь было просто уйти. Гермиона захотела его придушить. Ударить, проклясть, заставить переделывать эту половину работы в одиночку. Замерла. Больше он не будет отлынивать. Девушка обернулась. — Завтра в 5 в библиотеке. Ты будешь работать, а не страдать ерундой. Если не придёшь, я пожалуюсь Флитвику. — Назначаешь свидание? — ему было смешно от этой угрозы. — Коротышка ничего мне не сделает. — А твой отец обрадуется этой новости? — очередь Грейнджер ухмыляться. Теперь Драко стало не смешно. — Идиотка. — Завтра в 5. И так через день до конца каникул. Она уходила довольная собой. А потом пожалела. Общаться с ним через день ещё две недели. О Мерлин! ... Оказалось делать этот проект сложно. Пришлось встречаться с ней каждый день. И это сам Драко так предложил. Хотелось поскорее закончить. Они ссорились. Много. Гермиона уходила три раза. Два раза очень злой. Один раз в слезах. И каждый раз после этого Малфой чувствовал себя самым отвратительным придурком на свете. Удовольствия от ее обиды или слез он больше не получал. Было стыдно. Драко ушёл только раз. Потом оказался в лазарете со сломанной рукой, упал с метлы. И когда он спал, Грейнджер пришла туда. Сама не знала, зачем. Просидела пять минут, почувствовала себя дурой и ушла. Оставила только записку с одним только словом: прости. Появились запретные темы для споров. Семья и кровь. ... — Драко, умоляю... Дай я расскажу всем, что заучка в тебя втюрилась. Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста. Ну разве ты не хочешь посмотреть на лица Уизела и Шрамоголового? — Тео сложил руки в умоляющем жесте и смотрел на Драко кошачьими глазами. Какая жажда зрелищ. Гостиная Слизерина пустовала. Огонь в камине трещал, а на диванах устроились только Забини, Нотт и Малфой. — Блейз, успокой его. Он только тебя слушает, — Драко не хотел разбираться и спорить, он просто устал. Гермиона сегодня как с цепи сорвалась, спорила с ним обо всём, ей не нравилась каждая его запись, каждая буква! Блейз пожал плечами: — Зачем, я с ним согласен. Лица этой парочки нужно будет видеть... Эх, мечты, мечты. — Забиниии, ну ты мне друг... Ну этого противного, давай что-нибудь придумаем. Мне скучно, Снейп со Старухой сговорились и долбят меня по очереди, ещё одна отработка, и я не выдержу. Нотт театрально вздохнул, развалился на диване, откинул голову мулату на колени и свесил руку, как мертвый. — Мой бееедный, устааавший, — протянул Блейз, заботливо поглаживая кудрявого по головке. Драко прыснул. Эти двое так идеально друг другу подходили. — Да, мне нужно веселье, а ничто так не поднимает настроение, как красная рожа Уизли. А, или давайте напьемся? — только что умирающий Тео резко подскочил, чуть не ударив головой склонившегося над ним Забини. — Кстати, тут я за! С этим Малфой не мог не согласиться. Не то чтобы он хотел расслабиться, скорее отрубиться и не думать. И чтобы эти идиотские кудри вышли из головы. — Нет, мальчики, бар закрыт. Мать опять в трауре, а мой поставщик отправился в мир иной, — то, как буднично он сообщал друзьям о смерти очередного отчима, слегка удивляло. Ну а чему удивляться? Сколько их уже было, семь, восемь? — Соболезную, — сказал Тео совсем не искренне и добавил, — от него был самый отменный огневиски. — Да, знал мужик, чем сыночку подкупить, — Драко не видел смысла в притворной скорби. Этого театра ещё не хватало. — Помянем, — и Нотт опрокинул в себя стакан непонятно откуда взявшегося тыквенного сока. ... — Ну уж нет, Малфой. Я прекрасно справлялась и без твоей помощи, и здесь мы оставим всё так, как есть! — Грейнджер, если твой перегревшийся от информации мозг не может признать то, что Я сделал ЛУЧШЕ, то поздравляю, ты ИДИОТКА! — Малфой злился. Очень. Как она смела не оценить то, над чем он сидел весь вечер! Он же старался! — Ах, вот оно как! Много ты понимаешь! Я уже прописала структуру! ВСЁ продумала! А если тебе что-то не нравится, и твои гЕнИаЛьНыЕ идеи не подходят, сам переделывай! — бесит, бесит, бесит. Сидит тут такой шибко умный, упрямый, голубоглазый! А она, наверное, десять дней над этим планом сидела!!! — Грейнджер, смотри-ка, — Малфой схватил какой-то листок со стола и быстро помахал им перед самым её носом, — это список самых невыносимых зазнайек Хогвартса. Ооо! Как неожиданно, ты на первом месте, поздравляю! Драко приторно, как можно более саркастично улыбнулся и демонстративно захлопал в ладоши. — Спасибо, мистер Малфой! — Гермиона сделала вид, будто бы кланяется и взмахнула руками, — Я так же спешу вам сообщить радостную новость! Вы получили премию "Самая занощивая и надоедливая задница года", вот радость-то! Как она это сказала! Прошипела, прокричала одновременно. А глаза молнии метали, щеки красные от гнева, пряди волос из пучка повыскакивали от возмущения... Такая красивая... Малфоя на секунду перекосило от этой внезапной мысли, а Грейнджер вдруг засмеялась. Звонко, искренне и так радостно. И Драко, глядя на неё, не смог не улыбнуться. А потом им вдвоём пришлось выслушивать возмущения мадам Пинс по поводу шума. Зато Драко наконец понял, что Грейнджер становится менее нервирующей, когда улыбается. Особенно если из-за его шуток. ... — Грейнджер! — Драко окликнул её в коридоре. В полном людей коридоре. Когда она шла вместе с Гарри, Роном и Джинни. Идиот. Поттер замер, приоткрыв рот, Рональд засопел и что-то начал бурчать под нос, а Джинни коварно ухмыльнулась, пихнув брата под бок, чтобы тот замолчал. Гермиона закатила глаза и сделала пару шагов к надменно плывущему в их сторону Малфою в окружении Забини и Нота. Теодор пытался сдержать смех, наблюдая за лицами гриффиндорцев, с Блейз как-то по знакомому... ухмылялся? Ой, как ей это не понравилось. — Чего тебе? — она пробурчала это как можно недовольнее, показывая всем своим видом, как не хочет с ним разговаривать. — Да ничего, просто ты забыла, — Малфой протянул её блокнот и книгу, — сегодня, как обычно? — любезен, лис, как будто они встречались не для подготовки к проекту, а не знаю, для чего... Лицо Рона вытянулось. Гарри побледнел. Тео прыснул, а Джинни и Блейз переглянулись. — Да, — Гермиона скривилась и тихо прошептала под нос, — идиот... Малфой точно услышал, но, проигнорировав, ослепительно улыбнулся её друзьям и уплыл обратно. Вдалеке послышался истерический приступ хохота Нотта. Гермиона, смущённо прижав вещи к груди, вздохнула и обернулась к друзьям, замечая их пристальные взгляды. — Гермиона, что он...? — попытался было что-то спросить Гарри, но Джинни неожиданно оказалась рядом со своим парнем и сжала его руку. Тот замолчал. — Да не обращайте вы внимания на этот спектакль! —быстро кинула гриффиндорка и зашагала вперёд, друзья поплелись за ней. Никто не заметил, как девушка трепетно сжимала собственный блокнот и незнакомую для неё книгу. ... Оказалось общаться с Грейнджер не так ужасно, как он думал. Она много знала и много читала. Наконец Драко смог найти человека, с которым мог поспорить о некоторых вопросах, о которых его друзья даже не думали. Не могли думать. Она была интересной. Ему пришлось признать это, хоть и не быстро, хоть и не сразу. И её интерес, нет, жажда к книгам поражала и даже пугала. Но ему это нравилось. ... — Малфой, эта книга... — Да, Грейнджер. Это та самая книга. Она не знала, что сказать, что сделать, о чем подумать и как дышать. — Но как? Это же, это же один из первых экземпляров! Тут даже автограф автора есть! Настоящее сокровище! — В нашей библиотеке это просто книга, — он пожал плечами. Хотя это было не так. Он половину воскресенья провёл в попытках откопать нужный экземпляр, но ей об этом знать было не обязательно. Глаза Гермионы загорелись. — Спасибо, даже не знаю. Я бы не отказалась жить в вашей библиотеке, — вдохнула гриффиндорка, перед глазами крутились бесконечные стеллажи книг из её снов. Почему-то библиотека Малфоев представлялась именно такой, бескрайней, с высокими потолками, окнами и большим камином. Как же там, наверное, восхитительно пахло! — Грейнджер, вряд ли тебя примут в мэнор эльфом, — Драко хмыкнул, но, увидев ошарашенные глаза Гермионы, которая, кажется, поняла, что только сказала, он захотел смеяться, — не за что. Слизеринец развернулся и ушёл, пребывая в прекрасном настроении. А ей очень захотелось забрать слова обратно и ещё попасть в их библиотеку, изучить всё, что веками собиралось на драгоценных полках. И читать, читать, читать. А ещё лучше, если с ним в обнимку. ... — Джинни, нет, — Грейнджер уставилась на подругу, которая несла откровенный бред. — Джинни, да, Гермиона. Да, да и ещё раз да. Это же так очевидно! — рыжая стояла в центре девчачьей комнаты и кружилась на месте. Хорошо, что соседок ещё не было. — Ты несёшь бред. Узли замерла и повернулась в сторону подруги. Она обиделась? — Да как ты смеёшь! Опытнее меня не найти! Да я влюблённых за версту чувствую! Нет, не обиделась. Но надулась. Актриса. — Ага, а сама от Гарри полгода бегала. Ну или за ним, я до сих пор не поняла, — Гермиона обещала себе не использовать эту историю как аргумент в споре, но не смогла удержаться. — Это другое, — буркнула Джинни. — Конечно. Вообще девушки собирались дополнительно заниматься, даже подготовили тетради и книги. Но у рыжей были другие планы. Она подхватила плюшевого медведя с кровати, заботливо подаренного Гарри на какой-то праздник, и начала с ним танцевать. — Я тебеее говорюю, Малфой влюблёёён. И петь. — Я говорю, что тебе на столько нечем заняться, что ты не различаешь реальность и фантазии. Поэтому хватит фантазировать о Малфое, иди учись, — Грейнджер раздражённо открыла учебник и начала искать нужную страницу. Потом помахала книгой перед носом подруги. — Ну, Гермионааа! — обижено протянула та. — Я Гарри пожалуюсь. Поверь, он не будет разбираться, почему в твоих фантазиях участвует белобрысый. Джинни вздохнула и залезла на кровать, заваленную знаниями. Забрала книгу и буркнула под нос: — Вредина... Грейнджер сделала вид, что не услышала, и попыталась что-то прочитать. А ещё ей нужно было приложить усилия, чтобы не начать глупо улыбаться. — Но волосы у него красивые, правда? Уизли продержалась десять минут. Гермиона покраснела. — Джинни!! Девушки засмеялись. Рыжая всё поняла.