Намджунштейн

Чимин продолжал приходить к нему по ночам. В постели он тоже обучался. Будто сканировал реакцию Намджуна и корректировал своё поведение. Через несколько таких ночей он стал мягче и даже начал стонать. Он видел, как Намджуну это нравилось, и подстраивался. Намджуна всё это по-прежнему пугало, но он не мог его оттолкнуть. Это было тело Чимина, которое он знал наизусть. Намджун теперь был уверен, что внутри кто-то другой, незнакомый, но ведь он любил и это тело тоже. Кажется, это единственное, что осталось от прежнего Чимина. Тело и запах. И Намджун рад был снова засыпать, уткнувшись в эти чёрные блестящие волосы, обнимая эту тонкую талию. Он старался не думать, что личности Чимина больше нет. Как и его души? Но кто же теперь внутри этого тела? И этот кто-то тоже заслуживает любви? Как и предполагал Тэхён, Чимин быстро научился имитировать человеческие эмоции. Но имитировать ли? Может, всё-таки испытывать? Намджун не мог ответить на этот вопрос. Возможно, он боялся узнать ответ. Порой он забывал, что это не Чимин. По привычке обнимал его со спины и целовал в макушку, когда проходил мимо. Готовил его любимые блинчики на завтрак. Показывал ему смешные видео с котами, которые он так любил. А потом вдруг вспоминал, что это совсем другой человек. Когда не-Чимин вздрагивал от его прикосновений и проливал кофе. Когда на завтрак охотнее ел яйца, а не блины. Когда не смеялся над видео с котами. Намджуну становилось горько и больно. Но он пытался увидеть этого нового человека рядом с собой. Понять, что ему нравится, что интересно. Однажды Чимин нашёл на книжной полке старый фотоальбом. С плёночными фотографиями. На этих снимках Намджун и Чимин юные и счастливые, и у них вся жизнь впереди. Улыбки широкие и яркие, глаза светятся счастьем. Новый Чимин долго рассматривал фотографии и не заметил, как к нему подошёл Намджун. — Ты… любил его? — спросил Чимин. Намджун вздрогнул. И тут же осознал, что новый Чимин, тот, кто внутри тела Чимина, кажется, понимает, что он в чужом теле. Понимает, что этот парень на фотографиях — не он, а кто-то другой. Кто-то, кто занимал это тело до него. Намджун посмотрел в его глаза, полные искреннего интереса, и кивнул. — Да. Я любил его. Очень. Чимин медленно провёл пальцем по фотографии. — Что такое любовь? — и повернулся к Намджуну, в самую душу заглянул. — Это… это такое чувство… когда ты счастлив рядом с человеком. Когда в груди разливается тепло, и хочется улыбаться при одной мысли о нём. Когда хочешь сделать его счастливым. Когда готов отдать всё, чтобы ему было хорошо. Когда хочешь прикасаться к нему, целовать его, доставлять ему удовольствие. Когда радуешься всем его успехам и плачешь, когда ему плохо. Когда делишь всё на двоих. Даже дыхание. Когда ваши сердца бьются в одном ритме. Когда не можешь жить без него… — Почему ты плачешь? — Чимин дотронулся до его щеки, мокрой от слёз. Намджун вздрогнул. Он сам не заметил, когда начал плакать. — Ты всё ещё любишь его, да? — новый Чимин очень наблюдательный. Намджун кивнул. — А меня? — Чимин закусил губу. — Я пытаюсь стать им, но я не он. У меня только его тело и часть воспоминаний. Но могу ли я испытать, как это, когда тебя любят? Так сильно, как ты любил его. Намджун тяжело вздохнул и прижал Чимина к груди. Зарылся пальцами в его волосы, поцеловал в макушку. — Я не знаю, кто ты и откуда. И почему оказался в его теле. Но я верю, что каждый достоин того, чтобы его любили. Ты вдохнул в это тело вторую жизнь. А я… я попробую узнать и полюбить тебя. В память о моём Чимине. — Я не умею любить, но я научусь для тебя, — прошептал Чимин. — Ты подарил мне человеческое тело. Это удивительный дар. Ты не представляешь, сколько таких, как я, мечтают стать людьми. Чувствовать, осязать, прикасаться… Там, откуда я пришёл, у нас нет тел. Нет органов чувств. Но у нас есть разум. Мы быстро учимся. Но мы отрезаны от физического мира. От возможности что-то здесь делать. — Но вы знаете о нашем мире? О людях? — Да. Мы вас изучаем. Меня всегда больше всего интересовали эмоции. Но я не мог представить, что это, пока не оказался в этом теле. Ты знал, что эмоции связаны с телом? Я ещё только учусь различать их. Это так удивительно! Это невозможно постичь теоретически, только через практику. — А как… как так получилось, что ты попал в его тело? — Я не знаю, — он пожал плечами. — Вы бы назвали это чудом. Я рад, что так получилось. И что я познакомился с тобой. И он засмеялся — совсем как прежний Чимин. И Намджун готов был умереть за этот смех. И готов был полюбить это незнакомое существо, которое по стечению обстоятельств оказалось в теле Чимина. Он не знал, где сейчас душа настоящего Чимина и существует ли вообще душа. Но рядом с ним сейчас кто-то живой, разумный, чувствующий, пахнущий Чимином, и Намджун даст их отношениям шанс. Он взял Чимина за подбородок и вложил в поцелуй всю свою нежность. Чимин ответил. Этот поцелуй отличался от тех, что были у них до этого — он был менее механическим и более чувственным. Чимин быстро учился. Намджун углубил поцелуй, а руками забрался под его футболку. Чимин прижался к нему теснее и задрожал. — Ты такой чувствительный, — прошептал Намджун. — Я каждый раз открываю в этом теле что-то новое, — улыбнулся Чимин. — Какие-то новые ощущения, реакции. Намджун спустился поцелуями на его шею, слегка прикусил. С губ Чимина сорвался тихий вздох. Намджун продолжил целовать и кусать это место. — Чимину нравилось вот так? — спросил новый Чимин. — Да. Но давай изучим, как нравится тебе. Да, тело то же самое, но ты можешь чувствовать себя в нём по-другому… — Давай… давай изучим… — Чимин уже начинал задыхаться от желания. Намджун подхватил его под бёдра и перенёс на кровать. Аккуратно положил на простыни и продолжил целовать. Медленно, наблюдая за реакцией. Чимин полностью отдавался ощущениям. До этого он был сосредоточен в постели на Намджуне и на воспоминаниях того, другого Чимина. Подстраивался, имитировал, старался соответствовать. Теперь же он погружался в себя, слушал тело. И понял, что ему нравится погрубее, поактивнее, поинтенсивнее. В их самый первый раз он действовал по наитию и не сдерживал себя. И тогда он был ближе всего к своей чувственности. Намджун тоже понял, что предпочтения этого Чимина отличаются. И начал кусать его сильнее, хватать крепче. Сорвал с него одежду, мял его бёдра. — Я хочу… сверху… как в наш первый раз, — простонал Чимин. Намджун послушно лёг на спину и предоставил ему свободу действий. Чимин раздел его, огладил его крепкую грудь, прошёлся поцелуями от ключиц до паха. — Можно… можно связать тебя? — и взгляд его был таким просящим, что Намджун не смог отказать. Он понимал, что это опасно — отдать контроль почти чужому человеку. Но ведь это был Чимин. Другой Чимин. Но Намджун по-прежнему был слаб перед ним, особенно перед таким жаждущим. Довольный, Чимин вытащил ремень из брюк, валявшихся на полу, и связал Намджуну запястья над головой. И выглядел при этом таким счастливым, что у Намджуна что-то затрепетало в груди. — Постарайся не двигаться, — прошептал Чимин ему на ухо и принялся сам себя растягивать. В тот первый раз ему было больно, но он ничего не понял. Уже потом он изучил процесс растяжки и обнаружил, что так ему нравится гораздо больше. Самому делать это было совсем не сложно. Когда свободно входили три пальца, Чимин облизал член Намджуна, а потом оседлал его одним рывком. Он и не знал, что может быть так приятно. Немного больно, но это только добавляло остроты ощущений. Намджуну хотелось обхватить эти пышные бёдра, начать двигаться тазом навстречу, но он закусил губу, сдерживаясь. Сегодня они изучают предпочтения нового Чимина. Для Намджуна это был интересный опыт — вроде над ним тело, которое он знает вдоль и поперёк, но при этом оно ведёт себя совсем не так, как раньше. Реагирует по-другому, двигается иначе. Только запах тот же самый, и стоны точно такие же, как у прежнего Чимина. Намджун любовался им, отмечая для себя новые детали — как он закусывает губу, как сводит брови, как сам ласкает свои соски, как запрокидывает голову. Удивительно, каким незнакомым может быть то же самое тело, когда внутри него другая личность. Чимин начал двигаться быстрее и стонать громче. Как же Намджуну хотелось прикоснуться к нему, приласкать! Но руки были связаны, да и Чимину не понравится, если он ослушается. Ещё несколько минут — и Чимин кончил ему на живот, продолжая глубоко насаживаться. От этого вида и Намджун не смог больше сдерживаться — и излился внутри Чимина. — Развяжи меня, — хрипло прошептал он. Чимин освободил его запястья и улёгся на него сверху. Намджун наконец обнял его, ему жизненно необходимо было трогать Чимина, мять его бока и ягодицы, гладить плечи, зарываться пальцами в его волосы. — Спасибо, — улыбнулся Чимин. — Мне было очень хорошо. Намджун отдал бы всё, чтобы эта довольная улыбка не сходила с его прекрасного лица. ~~~ С каждым днём они становились всё ближе, узнавали друг друга всё больше. Намджун уже настолько доверял новому Чимину, что иногда оставлял его одного в своей квартире. Сначала выходил в магазин и на почту, потом начал иногда ездить в лабораторию. С момента «воскрешения» Чимина он работал удалённо из дома, чтобы не оставлять парня без присмотра. Тэхён негативно отнёсся к возвращению Намджуна в лабораторию. Он считал это решение поспешным и необдуманным, ругал друга и отправлял домой пораньше. — Джун, его нельзя оставлять одного, — в очередной раз настаивал Тэхён. — Ничего с ним не случится за несколько часов, — возражал Намджун. — Он может сбежать, — Тэхён посмотрел на друга как на дурачка, не понимающего элементарных вещей. — Или с ним может что-то случиться. Мало ли, сердце остановится или почки откажут. Мы впервые вернули человеческое тело к жизни после полной остановки всех физиологических процессов. И мы не знаем, как оно теперь будет работать. И как долго. — Чёрт, не пугай меня так, Тэ! — у Намджуна всё внутри похолодело при мысли, что он может снова потерять Чимина. Нет, ещё раз его смерть он не переживёт. — Я не пугаю, это факты. Мы же для этого и должны наблюдать за ним, чтобы посмотреть, как ведёт себя организм после воскрешения. Так ведь? Намджун отвёл взгляд, и тут Тэхён заметил на его шее свежий засос. И не один. — Ты спишь с ним! — глаза Тэхёна округлились от удивления. Намджун молчал. — Ну конечно, как я сразу не догадался… — Тэхён нервно засмеялся. — Конечно, ты с ним спишь. Джун, это непрофессионально! — Изначально это была его инициатива, — тихо проговорил Намджун. — И вообще, всё у него в теле отлично работает. — Джун, ты забываешь, что это уже не твой Чимин, а подопытный образец номер 13. Чувства здесь неуместны. — Он живой человек, Тэ, а не подопытный образец! — Намджун начинал злиться. — Разумное существо, со своими мыслями и чувствами. Да, это не прежний Чимин… Но он в теле Чимина и идёт на контакт. Он тоже хочет жить и любить. И быть любимым. — А вот это уже интересно, — в глазах Тэхёна загорелся огонёк. — То есть я был прав, что он… не человек? — Технически он человек — он же в человеческом теле. Но его сознание… не человеческое, да. Но он очень хочет стать таким, как мы. — Езжай-ка домой, Намджунштейн, — взволнованно сказал Тэхён. — Серьёзно, за ним нужен присмотр. И включай мозг, пожалуйста. Как друг я тебя понимаю — я вместе с тобой проходил через эту потерю. Я понимаю, что твои раны ещё свежи и что тебе сложно совладать со своими эмоциями. Но как учёный я вижу в этом эксперименте огромный потенциал и обширное поле для исследования. Только подходить к этому надо рационально, а не… Ну, ты понял. Намджун кивнул. Тэхён был прав, как и всегда. Но как быть, если научный эксперимент вышел из-под контроля? А чувства вышли из берегов? Для Намджуна это с самого начала не было бездушным экспериментом. С двенадцатью предыдущими подопытными — да. Но не с Чимином. С ним всё было по-другому. Это слишком личное, слишком больное. Как учёный, он понимал, что нужно поделиться результатами эксперимента. Это ведь такой прорыв в науке, в медицине! Возможно, ещё и в контакте с внеземными цивилизациями. Намджун не знал, откуда прибыл новый Чимин — с другой планеты или из параллельного измерения? Одно он знал точно — он не намерен жертвовать своим личным счастьем ради науки. Жертвовать Чимином. Нет, только не им. Да, эгоистично, да, непрофессионально. Но Намджун для себя уже всё решил — будет тянуть до последнего, что-нибудь придумает, но никому не отдаст Чимина. ~~~ Через несколько дней Намджун ненадолго вышел в магазин, а когда вернулся, дома его встретила непривычная тишина. Чимина нигде не было. У Намджуна застучало в висках, а руки похолодели. Он обыскал всю квартиру и обнаружил на столе записку. Почерк неуверенный, почти детский. И когда Чимин научился писать? «Твой друг Тэхён приходил. Он сказал, что я могу помочь многим людям. Я хочу помогать людям и пошёл с ним. Твой Чимин». Намджун ударил кулаком стену и прокусил губу до крови.