beat him

dad sports – romeo

***

– Время час дня. - облизывая ванильно-сливочное мороженое, отвечает Руслан. – Печёт вне себя.. – Привыкай, жара в Калифорнии привычное дело. Он опять тусуется в гараже Данилы. Прошло уже два дня с их последней встречи. Ванильный аромат смешался с запахом пыли. Мороженое медленно тает, оставляя прохладный след на губах. Вчера шатен провёл день в саду, помогая матери собирать яблоки, которые были на яблонях участка. Затем он без сил валялся на кровати и слушал музыку на плеере, смотря в потолок и прокручивая мысли в голове. Ну, а сейчас в носу вновь запах машинного масла, дыма и ржавчины. На языке чувствуется молочный вкус, пока по пальцам стекает приторная холодная сладость. Шатен сидит на каком-то деревянном ящике, следуя взглядом за широкой спиной парня. Кашин вновь пляшет перед своей так называемой малышкой. В свете переносной лампы его лицо виднелось сосредоточенным и серьёзным. Инструменты в руках двигаются плавно и уверенно, каждый гаечный ключ, каждая отвертка и плоскогубцы занимали свое место. Даня на мгновение остановился, вытирая испачканной ветошью пот со лба, и, прищурившись, внимательно осмотрел деталь. Пальцы, привычные к металлу, осторожно ощупывали каждый выступ, каждую трещину. Наконец, он кивнул сам себе и, взяв новую деталь из коробки, начал аккуратно её устанавливать, пока где-то на столешнице недо-мастерской слышался голос женщины. Она рассказала что-то о внезапных потеплениях в Калифорнии. Понятное дело, что старший толком и не слышал её бормотание, усмехнувшись, он повернулся назад. В его поле зрения попал Тушенцов, который с удовольствием раскинулся на ящике, облокатившись спиной на обшарпанную стену, пачкая тёмно-зеленый лонгслив. Джинсовые длинные шорты чуть свернулись, открывая вид на поцарапанные колени и голень. – Я тебе нравлюсь. - улыбка расползалась по лицу, когда новая деталь подошла как влитая. – Дань. - хмыкнул парень, прикасаясь кончиком языка к шоколадной крошке мороженого. – Ладно-ладно, тебя уговаривать бесполезно, ты как лось. Упрямый и недовольный. - вновь окунувшись в свою работу с головой, отрезал рыжий. – К слову, новая стрижка тебе к лицу. Просто в прошлый раз.. Не было времени отвесить комплимент. – Отлично, теперь ничего не колит шею. Довольно непривычно. - шмыгнув носом, перебирая коротковатые волосы на затылке, проговорил шатен. Атмосфера между ними витает лёгкая, спокойная. Солнечные лучи залетают в помещение гаража довольно резво, проезжаясь по взмокшей спине и фарам шевроле. Руслан облизывает губы, когда мороженое вновь начинает стекать с кончика, слишком сладко, вкусно то, что нужно в жаркий день. А Кашин был бы не прочь вылить на себя целое ведро ледяной воды. Он вновь глубоко вздыхает, тянет воротник футболки, пытаясь обжечь горячую кожу прохладным воздухом помещения. Тушенцов встаёт с ящика и подходит к Даниле, прикасаясь пальцами руки к его плечу. Прикосновение практически не чувствуется, но старший вздрогнул, поворачиваясь корпусом к парню. Их взгляды встретились. Только лишь взгляд голубых глаз спустился на пухлые губы, покрытые сливками и влагой. – Могу ли я поцеловать тебя? - игриво усмехается Кашин, облизывая собственные иссохшие губы. – Ну, попробуй. - вновь лизнув сливочный шарик, придерживаясь молчания. – Может и пощёчину отвешу. - конечно же это был сарказм, в нём горело желание соприкоснуться с веснушчатым лицом, даже без грёбаной печати на предплечье. Это дело было не рук демона, теперь это лишь желание самого молодого парня. Желание целовать, кусать, облизывать, умолять своего.. Парня? Они не говорили об официальности отношений, кажется, что они решили это без слов в той грязной постели. В той самой светлой комнате Руслана, когда их тела были прижаты друг к другу, а сердце билось в груди бешеным ритмом. Лучи продолжали пробиваться сквозь щели крыши, рисуя танцующие огоньки на капоте старенькой машины. Рядом с ним, еще пару минут назад, возился рыжий, измазав щёки и лоб мазутом. Теперь же, забыв о заботе и прочих инструментах, он стоял, прижавшись к Руслану. Поцелуй начался робко, с легкого касания губ, но быстро перерос в нечто большее, когда парнишка отвёл руку с мороженым в сторону, дабы не испачкать парня ещё больше. Даня, не отрываясь, запускает пальцы в тёмные волосы парня напротив, чувствуя, как тот отвечает на поцелуй с той же жадностью. Солнце играло на их лицах. В моменты, когда губы отрывались от чужих губ, старший невольно оставил на смуглых щеках тёмные отпечатки смазки и отпечатки пыли. Казалось, что Тушенцов этого даже не замечал, не передовая значения, утопая в ощущениях, которые дарил этот спонтанный, немного нелепый, но такой искренний поцелуй. Грязь на щеках, запах машинного масла – все это казалось несущественным на фоне той бури эмоций, что бушевала между ними. Между ними, в слюнях, ощущается сладостный вкус мороженого. Поворотный язычок Кашина скользит по смазанным губам, кусая нижнюю и потягивая чуть ниже, а после присасывается к нему, изучая ротовую полость. Руслан цепляется левой рукой в шею парня, подушечками пальцев разгоняя холодные капли пота. Парни отстраняются друг от друга, когда в поцелуе проскальзывает «Ой», и сливочная липкая жидкость потекла по тощим пальцам. Десерта на палочке практически не осталось. Это был отличный повод для ещё большего соблазна и игривости, которые так сильно любит Даня. – Ты сладкий. - наклонившись вперёд, шепчет в мочку уха кареглазого, а после мимолётно тянет его руку к себе. Старший смотрит на застывшего и смущенного Руслана, медленно приближая его ладонь к своему подбородку. Небольшая капля предательски сползла вниз по указательному пальцу, и он, не раздумывая, высовывая кончик языка, ловит её. Затем, не отрывая взгляда от расслабленных карих глаз, медленно и с каким-то горящим чувством в груди, облизал флангу пальца. Глаза Дани при этом слегка прикрылись, словно он наслаждался не только вкусом мороженого, но и самим моментом. Он поворачивается кисть руки, игриво посасывая палец, делая кольцевидные движения языком по фалангам, собирая липкость. На подушечке другого пальца осталась крошечная капелька, которую старший слизнул с особым пристрастием, пока Тушенцов не был против наблюдать за данным действием. Казалось, что весь мир для парня сейчас сосредоточился в этом сладком послевкусии. – Придурок. - прохрипел Руслан, медленно притягивая руку обратно к себе. – Зато этот придурок охренительно целуется. - после слов чувствуется прикосновения около уголка губ. – Так уж и быть, спорить не стану. Вдруг в уши врезается голос матери из-под открытой массивной двери гаража. Парни моментально оставляют между собой расстояние, когда ласковый взгляд матери оказался на горизонте. Женщина прошла внутрь, чуть наклонив голову. Её голубой сарафан развивал лёгкий тёплый ветерок со спины. Руслан сразу же прильнул тыльной стороной ладони к своей щеке и принялся вытирать её от маслянистой грязи, разгоняя покраснение на коже. Она взглянула сначала на своего сына, который был весь в румянце, а волосы были в беспорядке, затем на стоявшего рядом – во влажной футболке, которая крепко прижалась к накачанной груди. Её плечи расслабились, а руки легли на тазовые косточки. Голос вновь наполнил помещение: – Сына, и... - она перевела взгляд на Кашина, который застыл, сжимая в руках полотенце, которым чуть ранее вытирал грязные руки. – Данила. - сразу же выскользнуло со рта рыжего. – Здравствуйте. - он протягивает ей чистую руку. Женщина кладёт собственную нежную руку, принимая дружелюбный жест. – Здравствуй, Данила. - её уголки губ вновь поднялись вверх. – Сходите к Миссис Уизли, она передаст вам немного персиков для пирога. – Миссис Уизли? - переспрашивает Руслан, пытаясь привести своё дыхание в норму. – Её дом третий с конца улицы. Красная крыша, не пропустите, мальчики. - она хлопает своего сына по плечу, а затем прикасается с таким же жестом к Данилу, который сейчас был напряжен. – Хорошо, Елена Владимировна, мы сходим! Сочные персики сию секунду! - Даня криво улыбается, пока незаметно чуть толкает парнишку в поясницу, намекая на своевременный уход. Руслан с вопросом поднимает одну бровь, но его непонимание перебила матушка. – О, как любезно, но я не так стара, мальчик мой. - женщина хохотнула, встав на носочки и легонько похлопав по бледной щеке. – Зови меня Елена. Прикосновение было как к собственному второму сыну. Даже камень с груди спал, улыбка Данилы стала более искренней и он кранов головы был явно согласен с её словами. – Хорошо, Елена, вас понял! - опять кивнув макушкой, сцедил старший парень, смотря в светлые глаза женщины. – Воспитанный мальчик, вот такие и нужны Руслану. - на это Руслан закатил глаза. – Ладно, я пойду готовить тесто, а ну-ка кабанчиком к Миссис Уизли. - шуточно приказала Елена Владимировна, выходя с гаража и продолжаяя свой путь к своему дому. Парни сразу же выдохнули, расслабляя плечи, только вот Даня зачем-то закрыл рот рукой, и его волнистая копна волос упала на глаза. – Знала бы твоя святая матушка, как воспитанный мальчик трахает её сыночку в его же постели. - всё же произносит старший, толкая того в плечо. – Она была бы польщена? – У тебя в голове только грязные мысли? Я, сука, понять никак не могу. - надув губы, отвечает Тушенцов, уже подходя к двери гаража. – О-о-о.. Это я тебе ещё цветочки сказал. Знаешь, я бы тебя прямо на этом капоте взял, грубо сжимал бёдра, кусал за плечи, а затем.. - запрокинув голову, полу шепотом Кашин оглашает свои развращенные фантазии. Только шатен его не слышал.. Он уже вышел на свежий воздух.

***

Подошва кед собирает пыль с бетонной дороги, когда двое парней, не спеша, шагали в направлении, казалось, призрачно маячившего вдали белого дома. Как раз о котором им рассказала мама Руслана. Он то и дело вытирал пот со лба, а Даня, засунув руки в карманы, глядел по сторонам. Он ловит то кругло подстриженные кустики, то белого кота на тротуаре, а затем ещё и ярко голубой забор. Дорога постепенно перетекала вдаль, в оживленную улицу, где несколько мальчишек бегали по небольшой лужайке, передавая друг-другу футбольный мяч. Резвый детский смех казался наслаждением в этот день. Детские беззаботные Разговоры смешались в единый шумный аккорд. Данила и Руслан шли, лавируя между столбиками, пока, наконец, не свернули на тихую улочку, где в конце её виднелся долгожданный белый дом с ярко-красной крышей. Перед домом, словно страж, раскинулось огромное дерево, усыпанная спелыми розовыми плодами. В тени дерева, по рассказам матери, живёт миссис Уизли, известная своим гостеприимством и вкусным персиковым джемом. Парни переглянулись, предвкушая тёплый прием. Тушенцов, поднимаясь по деревянным ступеням, несколько раз стучит в дверцы. Через несколько секунд слышатся поспешные шаги по ту сторону. В открывшемся проёме стоит женщина лет шестидесяти с седыми волосами, убранными красным бантом в горошек. Её тело обрамляет жёлтый фартук. Она приятно улыбается, глядя на двух высоких парнишек на крыльце. – Здравствуйте, Миссис Уизли, нас отправила моя мама за персиками. - начинает свою речь Тушенцов, здороваясь с женщиной. Даня в свою очередь молчал, оглядывая крыльцо. Что-то ему казалось подозрительным. Белые перила, кресло-качалка у окна, несколько цветочных горшков, лужайка с белыми розами. Вдруг огромный солнечный шар заполонили облака, поглощая улицу в серость. – Ты идёшь? - из мыслей вытягивает голос Руслана. Конечно идёт, куда же он денется. В кухне стояло тепло и веяло уютом, лично для шатена. Шестидесятилетняя хозяйка, в цветастом переднике, ловко ставила на круглый стол, покрытый красно-желтой скатертью, старый фарфоровый чайничек и блюдце с персиковым джемом, окруженное горкой хрустящих тостов. Всё это она ставит в самый центр стола. Руслан уже почти что облизывал пальчики, глядя на приятные угощения. За стол также уселся Данила, несколько озадаченный гостеприимством. Кухня дышала жизнью: на подоконнике зеленели герани, а на полках красовались баночки с домашними заготовками. На стене висят часы в форме клубники, постоянно такая. Тик-так, тик-так. – Угощайтесь, милые, - проговорила с нежностью женщина, подталкивая к ним джем. – Как ваши имена? – Я Руслан, а это Данила. - с энтузиазмом отвечает ей парень, уже набирая на лезвие специального ножа розовое угощение. Затем держи с хрустом распределяется по золотистой корочке тоста. – Спасибо вам за приглашение, выглядит очень уж аппетитно. Даня, серьёзно переглянувшись с парнем, прокашлялся. Только вот младший не понимал в чём собственно причина наглядного напряжения парня. У рыжего напряжены плечи, остро поднят подбородок и сжата челюсть. – Простите, но мы, вообще-то, пришли… Ну, за персиками. Нам сказали, у вас тут есть несколько штучек для нас. - он слегка порезал на деревянном табурете, словно чувствовал себя неловко, нарушая эту идиллическую сцену своим меркантильным запросом. – Мы не планировали чаепитие. - добавил Кашин, чувствуя всё большее недоверие к этой явно счастливой дамочке. – Даня, ты можешь хоть иногда держать рот на замке́? - возмущается Руслан, уже припадая губам к фарфоровой маленькой чашечке с вишнёвым чаем. – Это неуважительно. Резкое горячее дыхание у самой шеи заставляет шатена вздрогнуть и уронить посуду. Та разбивается, падая на пол. Женщина была уже не такая уж и радушная. Её лицо вовсе поменялось: вместе розовых щёк оказались острые скулы, седые волосы заменили чёрные густые пряди изредка пробегающих среди лысины, а глаза стали совсем-совсем другие.. Узкие, чёрные и я явными язвами внутри. Телосложение вместо пухлого стало до ужаса тощим, торчали рёбра, кости. Мерзкий язык непонятного существа скользит по затылку Тушенцова, а цепкие когтистые руки сжали до боли плечи. Непонятная чёрная слизь отпечаталась на смуглой коже. Сыро, мокро, противно.. – Мальчики, обижать добродушную женщину нельзя. - сущность крепче сжимает парня в собственных «руках», выдавая из его рта хриплый взвизг. Голос у этой твари был двойственный, расходился по пространству, оставляя густую пелену страха в глазах парней. – Иначе пойдете на начинку пирогов.