Вероятности

Шинигами часто сохраняют характер и привычки, которые имели, будучи людьми. Шинигами всегда сохраняют прежнее имя, если сами не желают взять иное. 

Лайт оглядел кратер и взмахнул крыльями, словно хотел стряхнуть с них пыль. Ему постоянно казалось, что он весь в пепле, прахе и пыли. Он не знал, сможет ли попасть в ад, найти там Эл, а если и найдет, сможет ли тот рассказать ему что-то полезное. И может ли вообще Эл сейчас разговаривать. А главное - Лайт даже не знал, как тот выглядел и как выглядит сейчас. Но гипотетически он мог получить часть ответов на свои вопросы. А любую гипотезу стоит проверить, Лайт был в этом убежден.  Он сложил крылья и спикировал в бездну, а уже через секунду почувствовал, как его перенесло в другой мир. Тут было ветрено, очень ветрено - ураган подхватил Лайта и тот, едва не потеряв координацию, чудом выровнял полет. Пришло осознание, что находиться здесь он может не более восьмидесяти двух часов подряд. Что ж, для начала стоит спуститься ниже. Лайт оглядел раскинувшийся перед ним пейзаж. Если в мире Шинигами все было серым, то здесь преобладал черный - острыми зубцами высились горные пики, а в расщелинах виднелись потоки огня, который извергался из земли, при том воздух был стылым и морозным. Лайт спланировал еще ниже. До Шинигами донеслись стоны - к отвесной, словно отрезанной ножом, скале были прикреплены крюки, к которым за шею на веревках были подвешены люди. Те не умирали, а просто стонали, кричали или рыдали, кто-то выкрикивал бессвязные слова. Лайт подлетел ближе и прислушался. «Висельники, самоубийцы. Кажется, большинство из них не в себе, это плохо. Насколько высока вероятность сохранить рассудок в таком месте?»  Лайт полетел дальше, раздумывая, с чего ему стоит начать поиски. Рюк говорил, что Эл убивал, значит, стоит искать убийц?  Чем ниже спускался Лайт, тем меньше света становилось вокруг. Сложно разглядеть, что его окружает. Он достиг земли и медленно летел над ней, параллельно смотря по сторонам. Возле расщелин ползали люди с обгоревшими до костей руками - одни шептали что-то о деньгах, другие выкрикивали об акциях и курсе и все с дикими воплями боли погружали руки в кипящую в расщелинах лаву, будто бы пытались что-то оттуда достать. «Алчность, вероятнее всего. Они говорят, зациклены на одном, но речь осмысленная, это радует».  Лайт понял, что, исследуя этот мир, он рано или поздно найдет и убийц, а когда увидит, как наказаны они, то после этого круг поиска значительно сузится. Если не брать в расчет, что за одни и те же проступки предусмотрены разные виды наказания. Интересно, здесь есть свои боги? Демоны? Дьявол? Опасны ли они или смогут дать нужную для поиска информацию? Пока Лайт раздумывал и оглядывал все вокруг, он осознал, что видит у людей над головами их имена. И числа! Только тут перед цифрами стоял минус и, понаблюдав за жадными, он понял, что цифры меняются, стремясь к нулю. То есть, время нахождения людей здесь, как и в мире людей, ограничено!  Лайт не помнил, сколько он летал по этому черному миру. Он видел обжор, которые ели камни и опорожнялись кровавым месивом, видел сластолюбцев чьи органы жгло каленым железом, видел убийц, что раз за разом переживали то, что переживали их жертвы. Видел тех, кого наказывали за более сложные грехи - гордецов, завистников. Видов наказаний было много, людей было много - кто-то сохранял разум, кто-то выглядел совершенно потерявшим рассудок - тысячи, миллионы страдающих людей. Помимо черных скал, лавы и железа здесь были лед и пар, кипящая вода и что-то наподобие смолы, великое множество инструментов и веществ, с помощью которых можно причинить боль. Лайт все летел и летел, ища глазами… Кого? Он не знал, как выглядит Эл, понятия не имел, какое у него имя и даже предполагал, что его может здесь и не быть с расчетом на то, что время наказания конечно. Он находил людей, чье время близилось к нулю и наблюдал, что с ними происходит. Варианты были разными - мужчина, лежащий под тяжелой плитой, раз за разом расплющивающей все его тело, в миг, когда над его головой показалось число ноль, просто исчез, женщина, покрытая язвами и рыдавшая над камнем, завернутым в одеяло, в один миг засветилась и, превратившись в дым, поднялась вверх и, рассеявшись, исчезла во тьме, а еще один мужчина, глотающий горящую смолу, истлел и рассыпался пеплом. Когда Лайт понял, что нужно отдохнуть после долгого полета, он приметил относительно безлюдное место, что-то, напоминающее кладбище, усеянное гладкими камнями геометричной формы и окруженное такими же гладкими скалами. Из трещин в земле то тут, то там, показывался огонь.  Его неосознанно влекло именно туда, словно тело (или разум. Или душа?) чувствовало, что конечная точка маршрута близка. Лайт снизился, пролетая над камнями и крестами с подвешенными к ним людьми, к окраине местности, ближе к вздымающейся ввысь одной из скал и медленно спланировал к одному из крестов. Он чувствовал, что ему нужно именно это место.  Языки пламени вздымались вверх, отражаясь от полированных черных камней и льда, и делая пространство немного светлее. На широком ледяном кресте был распят молодой мужчина. Из его рук и ног текла кровь, а голова была безвольно опущена на грудь. Мужчина был босым, в мешковатых штанах и некогда белой кофте с длинными рукавами, волосы были черными, густыми и взлохмаченными. Лайт ощутил узнавание. Этот человек казался знакомым, что вызывало удивление, а после догадку, что он нашел того, кто ему нужен. Шинигами сел на землю, прислонившись спиной к камню, похожему на надгробие. Над головой человека парили огненные буквы.  «Эл Лоулайт».  Пока Лайт разглядывал мученика, тот содрогнулся и поднял голову. На его лице выделялись огромные черные глаза с залегшими под ними почти такими же черными тенями, что делало его немного похожим на ночную птицу. И сейчас эти глаза уставились на него, пронзая, кажется, насквозь.  -Кто ты? - полушепотом спросил человек.  -Я? - Лайт запрокинул руки над головой, отдыхая после долгого полета, - Я - Бог.  Какое-то время лицо человека ничего не выражало, а потом резко его и без того большие глаза распахнулись еще сильней. Это выражение лица снова показалось Лайту знакомым.  -Нет. Нет. Этого не может быть! - на его лице отражался ужас, - нет!  Лайт издал шуршащий тихий смешок.  -Что? Ты не веришь в богов? Или шокирован моей внешностью? Или, может быть, - он сделал паузу, так же пристально глядя на собеседника, - ты узнал меня? Эл Лоулайт молчал, глядя на Лайта с выражением глубокого страха. Он дернулся вперед, что заставило раны кровоточить интенсивнее.  -Лайт. Лайт-кун. Нет. Нет, - взгляд Эла стал пустым, - это еще одно мое наказание. Видеть тебя таким.  Лайт чувствовал себя неуютно. Он узнал этого человека. Но Шинигами не помнят своей человеческой жизни, это же невозможно. Но факт есть факт, никуда от этого не денешься.  -Возможно, ты и прав, но я здесь по своей воле, - он вытянул ту ногу, что была длиннее, вдоль земли и постарался расслабиться, - да, меня действительно зовут Лайт, и я Шинигами. Или Бог Смерти. А то, что ты меня узнал, предположительно, означает, что раньше я был Ягами Лайтом, Кирой. А ты - Эл. Эл-кун. Или Эл Лоулайт, я вижу твое имя.  Рот Эл приоткрылся, а правая рука дернулась, снова истекая кровью.  «Он хотел засунуть в рот большой палец, потому что так лучше думается. Это его привычка. Откуда я об этом знаю?» -Ты похож на Лайт-куна. Ты держишь руки над головой так же, как он. И ты говоришь с теми же интонациями и теми же словами, что и он. И, судя по всему, ты не помнишь, что был им, а потому пришел сюда.  -Верно, - Лайт не сводил с Эл взгляда. Если он правильно посчитал, до нуля тому оставалось примерно полгода, - и я знаю, что люди, попавшие в ад, помнят свою жизнь и платят за ошибки, совершенные в ней. Ты платишь за убийства, например. Возможно, не только за них. Я тоже заплатил свою цену.  В сознании Лайта на секунду мелькнул образ Эл, сидящего с ногами на стуле, такого же босого, сгорбленного и улыбающегося слабой улыбкой. Шинигами вздрогнул.  -Не только за них. Гордыня, самоуверенность, высокомерие, - лицо Эла приняло отрешенный вид, - ложь. Такой же набор, как и у тебя, Лайт-кун. Только тебе пришлось гораздо хуже.  -Рюк упоминал, что, если бы ты воспользовался тетрадью, то стал бы таким же, потому что мы похожи. Мы действительно были похожи? Лайт чувствовал себя странно. На место безразличия и тоски пришли другие чувства - любопытство, возбуждение и, совсем немного, страх.  -Да, - Лайт снова уронил голову на грудь, - настолько похожи, что, несомненно, стали бы самыми близкими друзьями, сложись судьба иначе. Лайт-кун, давай начистоту. Зачем ты здесь? Лайт быстро попытался сочинить правдоподобный ответ, чтобы не выдать Эл всей правды о своем состоянии и истинной цели. Эл это, кажется, понял, поэтому добавил: -Скажи честно. Сейчас уже незачем лгать. Между нами, пока мы были на земле, никогда не было полной искренности. Обещаю, что не буду лгать и отвечу прямо.  -Я не помню ничего из того, как жил, когда был человеком. Поэтому нашел тебя. Хочу, чтобы ты мне обо всем рассказал.  Эл потер ступни друг о друга, вызвав новый поток крови, уже из прибитых к кресту ног. Лайт чувствовал, как человек изнывает, лишенный возможности двигаться и видел, как искажается от муки его лицо, после каждой попытки пошевелиться. Эл издал слабый стон и на выдохе прошептал:  -Зачем тебе это? Лайт встряхнулся, словно собака в дождливый день, и повернул голову набок под неестественным углом, пытаясь заглянуть Эл в лицо.  -Пока что сам не понимаю до конца. Мне стало любопытно узнать подробности своей прошлой жизни. Любопытно было встретиться с тобой. Интересно, почему я так сильно отличался от других людей.  О том, что Эл одним своим видом пробуждает в Лайте воспоминания, которых раньше не было, Лайт умолчал, выдав за правду только часть сказанного. Эл молчал, вновь склонив голову к груди и мелко дыша. Судя по всему, он испытывал сильную боль. Как иначе, ведь это ад. Лайт, наконец, смог расслабить скрученные в спазмах конечности и принялся разглядывать человека. Ворох нечесаных густых и довольно длинных волос. Плечи, поднятые вверх и шея, чуть сместившаяся вперед. Он же вечно горбился. Тонкое пропорциональное тело с жилистыми руками, которые четко обрисовывались рукавами, влажными от крови. Эл вновь поднял голову и посмотрел на Лайта пронизывающим и не выражающим эмоций взглядом. Лайт помнил и то, как он смотрит. Лицо Эл напоминало хищную птицу - цепкий взгляд огромных глаз, небольшие нос и рот, впалые щеки, четко очерченная линия скул. Оно казалось очень маленьким на фоне гривы волос, растрепанных в разные стороны, что вкупе с сосредоточенным выражением придавало Эл немного устрашающий вид. Лайт не чувствовал испуга, а, наоборот, азарт пополам с упрямством, потому что ему, Эл, никак нельзя было уступить. Лайт почему-то в этом был уверен.  -Тебя было два, - голос Эла, тихий, гулом отозвался где-то в голове Лайта, расширяясь и пуская эхо, будто круги по воде, - был Ягами Лайт. И был Кира. Я уверен в этом на сто процентов.  Рюк, кажется, говорил нечто подобное. Наверное, Лайт-человек был сумасшедшим, раз его человеческую персону делило две личности.  -Я был знаком с обоими и дважды видел, как один заменяет другого, - продолжал Эл, - даже трижды, но это под вопросом. О ком ты хочешь услышать? О Кире? Или о Лайт-куне? Лайт знал, что от его ответа зависят выводы, которые сделает этот человек. «Какого бы отношения я хотел к себе от него? Хочется понравиться. Насколько это возможно при том, что его убил Ягами Лайт. Если попрошу рассказать историю Киры, то он может подумать, что я хочу насладиться его поступками. Если попрошу рассказать о Лайте, то решит, что я пытаюсь вызвать симпатию. Черт, надо быстрее ответить». -Расскажи мне о том, кто убил тебя.  Эл прожигал глазами Шинигами.  -Лайт-кун, я рад, что ты не изменился. Внутренне, - человек слабо улыбнулся, - сейчас ты рассуждал о том, что я подумаю, ответь ты «Кира» или «Лайт». Тебя больше интересовал Кира, но ты решил поступить осторожнее и задать вопрос так, чтобы я не перестал с тобой говорить. Я не перестану, Лайт-кун, я скучал по тебе.  Лайт почувствовал внутри своего безжизненного тела какой-то толчок. Наверное, это содрогнулась земля, разрываемая потоками лавы то тут, то там.  -Формально, меня убил Ягами Лайт-кун, разумеется, - продолжил Эл, - но я убежден, что это был Кира. Ведь я очень хорошо запомнил последние секунды своей жизни - глаза, которые на меня смотрели, не принадлежали Лайт-куну. Глаза Лайт-куна не были глазами убийцы. Ладони Лайт-куна никогда не причиняли боли при прикосновении, - Эл усмехнулся и тут же захрипел, сведя брови, - кулаки причиняли, еще как, а вот ладони - нет.  «Эй, Рюзаки… Что с тобой?! Держись!» Лайт помнил крик и… возбуждение. Все получилось! Рюзаки мертв! Тетрадь! Мне срочно нужно найти Тетрадь, пока ее не нашли отец и другие… Шинигами был шокирован. Это ведь не его фантазии. Это его воспоминания! Как такое возможно?  -Дело Киры было, определенно, самым интересным за всю мою жизнь, - продолжал Эл, - серийный убийца, убивающий преступников на расстоянии. Убийца, который, вместо того, чтобы быть, как я сам предпочитал, в тени, бросил мне вызов и вышел на свет. Который заставил сократить расстояние между нами настолько, насколько это было возможным. Кира был жесток, безрассуден и импульсивен, манипулировал окружающими и использовал людей как инструменты для достижения цели. Он хотел, чтобы все подчинились его воле и преклонились перед ним. Он был одержим властью и убийствами, прикрываясь тем, что хочет сделать мир лучше. Но был и Ягами Лайт-кун. Умный, серьезный, хитрый, расчетливый, справедливый и амбициозный. Идеальный член общества, но еще иногда вспыльчивый и высокомерный. И еще добрый и заботливый. Я долго мысленно разделял этих двух людей, анализируя, какие черты характера кому принадлежат. Лайт-кун был умнее Киры и с ним мне очень нравилось проводить время вместе. Мне очень нравился Лайт-кун.  Лайту захотелось попить воды, в горле все пересохло. В голове проносились отрывочные образы и чьи-то мысли. Вот Эл протягивает ему тарелку с тортом, вот Лайт бьет его кулаком в лицо и тут же получает в ответ удар ногой в челюсть, вот Лайт думает, что будь он Кирой, то поступил бы так же и убивал бы людей, совершивших преступления. Голова готова была лопнуть от нахлынувших, Лайт уже не сомневался, воспоминаний из его человеческой жизни. И тут Шинигами почувствовал, что его время на исходе и нужно возвращаться. Спеша, он поднялся с земли и, взглянув на Эл, расправил крылья.  -Мне пора, я не могу оставаться здесь надолго. Я не принадлежу этому миру.  Эл дернулся, стараясь поднять голову выше. Волосы упали на его искаженное болью лицо, закрывая один глаз и делая его вид уже не пугающим, а пугающе беззащитным.  -Ты вернешься, Лайт-кун? -Обязательно. Нам еще о многом нужно поговорить. Спасибо тебе, Рюзаки-сан.  Глаз Эл, не скрытый челкой, расширился, а Лайт уже взмыл в воздух, устремляясь вверх и запоздало осознавая, что Боги Смерти не могут испытывать жажды.