#YungRussia

      Учеба не всегда доставляла то удовольствие, которое хотелось бы от нее получать. По большей части образование было нужно родителям, что бы они не боялись отпускать сына в свободное плаванье, но они не до конца понимали, что сын давно вырос.       Он уже не мальчик, который требует внимания и пытается показать всем свою значимость. Он уже не смеется так громко, не говорит так много и не хочет стать президентом.       Жить в общаге в восемнадцать лет было плохой перспективой. Именно поэтому с наигранным лицом, мол ему ничего не надо от родителей, принял деньги за первые пол года проживания в однушке. За месяц учебы они всей семьей судорожно искали ближайшие съемные квартиры в районе МГУ. Наконец квартиру найти удалось. В этот же день Глеб с отцом поехали на просмотр. Жилье было в неплохом состоянии, свежий, светлый ремонт, вся необходимая техника и мебель, а вид с тринадцатого этажа растопил сердце отца.       Естественно, переезд сыграл огромную роль в жизни парня. Новые возможности, свобода, отсутствие контроля стали высокой ступенькой на пути к становлению личности. По началу распорядок дня был в пределах учеба-дом, но позже этот режим иногда разбавляли походы в ближайший бар с одногруппниками и ночные прогулки по городу. Про задания от преподавателей он не забывал. Выполнял все что требовалось, местами конечно игнорировал работы, которые не проверялись педагогом.       Пристрастие к музыке развилось еще в девятом классе. Вдохновившись группами «Rammstein» и «Nirvana», начал отращивать волосы и вникать вглубь звука. Гитарой быстро овладев, пытался написать первые песни и давал слушать одноклассникам, но те, как казалось блондину не понимали такого творчества. От родителей должной поддержки в своем начинании он тоже не дождался и решил, что это не перерастет дальше увлечения. На скучных уроках текста пишутся сами собой, не нужно даже подбирать ноты и тональность, просто представить у себя в голове более чем хватит. Так и писались первые демки, что были удалены.       Свобода сильно контрастировала с прошлой жизнью. В начале второго курса, познакомившись с творческими ребятами с других факультетов и учебных заведений, Голубин поднимается выше. Теперь гитару заменили биты, а микрофон от наушников сменился на студийный. Главная проблема была в том, что начинать общаться с такими людьми означало поставить точку на прошлой порядочной жизни. Глеб всё чаще начинает пропадать на клубных тусовках, в два раза больше курить, и не только сигареты. Вообще дневная жизнь практически полностью сменилась на ночную.       На пары он приходил изредка, и то на которые требовалось больше всего. «Домашка? Собака тетрадь съела. Курсовая? Куплю. Практика? Ну ничего, и без меня бумажки пособирают.» Только так крутился в МГУ.       А вот улица приняла его с распростертыми объятиями. Друзья были почти везде и к своим девятнадцати годам выбор в пользу музыки был сделан окончательно. В роли журналиста он себя все равно не видит, а пьяные потасовки на квартирах доставляли огромное удовольствие от которого было сложно отказываться.       Проблем с запрещенными веществами пока не было, но осознание того, что это не надолго, было главным страхом.       И вот однажды такая, казалось бы, обыденная вписка оказалась решающей во всех аспектах его деятельности. Новые знакомства случались каждый день, но один человек воздействовал на глеба так сильно, что черта на «до» и «после» легла шрамом на пока еще не искалеченное тело.