Глава 1
13 февраля 2025 г., 14:06
Тристан
Тихое постукивание дождя по стеклу медленно будит меня. Я неохотно выплываю из глубин сознания, чувствуя приятное тепло, прижавшееся к спине, и мертвый вес руки, перекинутой через талию. Рядом с моим ухом раздается очень громкое, явно кошачье мурлыканье, что прямо противоречит вполне человеческому придатку, прижавшему меня к кровати.
Я осторожно поворачиваю голову и, оглянувшись через плечо, обнаруживаю своего кота Джейкоба Марли, который в данный момент свернулся калачиком на голове моего парня, обвив хвостом шею Дэнни, как лицехват из фильма «Чужой». Я едва вижу лицо Дэнни, только нос и рот, и, полагаю, должен быть благодарен за то, что мой кот позволяет ему хотя бы дышать. Хотя, говоря это, я знаю, что он никогда не сделает ничего плохого Дэнни. Джейкоб Марли четко обозначил свои предпочтения: Дэнни - его принц, а все мы, простые смертные, - не более чем крестьяне.
Я наблюдаю, как Джейкоб Марли приоткрывает один сонный глаз и лениво смотрит на меня, как бы говоря: Да?И что ты собираешься с этим делать, крестьянин...
Полагаю, я также должен быть благодарен Дэнни за то, что у него нет аллергии, иначе его голова уже была бы размером с арбуз. Отвернувшись от властного взгляда моего кота, я снова прижимаюсь к Дэнни и удовлетворенно вздыхаю.
Дождь усилился, когда за окном разверзлись небеса. Я снова забыл задернуть шторы вчера вечером, когда заполз в кровать, дожидаясь Дэнни. Должно быть, я уснул к тому времени, как он пришел. В последнее время у нас почти не было времени видеться из-за моей работы в морге и его работы детектива. Очень обидно, когда наши графики не совпадают неделями. Большую часть времени он проводит в своей квартире, а я - в своей. Если получается увидеться, то не всегда удается сделать что-то большее, чем просто поспать и иногда позавтракать вместе.
Но не сегодня. Я усмехаюсь про себя.
Сегодня - один из тех редких дней, когда случайная судьба подарила нам с Дэнни двадцать четыре славных часа вместе без помех.
Я снова бросаю взгляд на окно. Кто сказал, что апрельские дожди - это мучение? Я не могу придумать ничего лучше, чем весь день валяться в постели, желательно голышом, смотреть телевизор и перекусывать между приступами очень горячего секса.
Мои глаза снова закрываются, и я плыву по течению, окруженный теплым запахом Дэнни и убаюкивающим ритмом его ровного дыхания. Я чувствую, что меня окутывает чистое блаженство, как будто удовлетворение - это что-то осязаемое, во что я могу завернуться, как в одеяло.
Я не знаю, сколько времени прошло, когда я услышал громкие и настойчивые звуки капель, перекрывающие дробный стук дождя по окну. Приоткрыв один глаз, я фиксирую источник звука и вздыхаю про себя. На потолке, прямо над тем, что похоже на небольшое озерцо, растекающееся по полу, большое мокрое пятно.
Осторожно подняв руку Дэнни, чтобы не потревожить его, я выскальзываю из кровати и неловко плюхаюсь на пол. Нащупывая очки на тумбочке, я надеваю их, едва не ударяя себя в глаз.
Поднимаясь на ноги и рассеянно почесывая живот, я громко зеваю и, спотыкаясь, выхожу из спальни, ненадолго заглянув в ванную, чтобы пописать.
Я продолжаю сонный путь на кухню, чуть не споткнувшись, когда Джейкоб Марли появляется из ниоткуда и обвивается вокруг моих ног, пытаясь свалить меня, как мохнатый ниндзя.
Зайдя на кухню, я изо всех сил стараюсь не обращать на него внимания, пока он запрыгивает на стойку с такой ловкостью, какой, вероятно, не должно быть у десятилетнего кота с избыточным весом. Он властно устраивается рядом со мной, подергивая хвостом и издавая такое громкое мурлыканье, что оно напоминает звук ржавого трактор.
– О, теперь ты хочешь моего внимания. – Я закатываю глаза. – Честно говоря, не знаю, почему я позволяю тебе так обращаться со мной, – сокрушаюсь я, поднимая с пола его миску и автоматически протягивая руку к шкафчику за едой. – Ты плохо со мной обращаешься, а я все равно делаю все, что ты хочешь. – Я ставлю его миску с едой на пол и наблюдаю, как он проворно опускается рядом и презрительно обнюхивает ее. Я ставлю рядом миску с чистой водой, и он испускает возмущенный вопль.
– О, ради бога, – вздыхаю я, доставая чистую миску и открывая холодильник, чтобы налить ему небольшое количество молока. – Вот. – Я ставлю ее рядом с ним. – Это все, что ты получишь. Неудивительно, что ты стал таким толстым.
Он презрительно фыркает и поворачивается, чтобы изящно начать лакать молоко, поднимая хвост и показывая мне задницу.
– Ты придурок, – говорю я ему с большой убежденностью. – Они сказали, заведи кота, – бормочу я себе под нос. – Это будет отличная компания. – Я фыркаю, достаю из другого шкафа несколько больших кастрюль. –В следующий раз я заведу собаку, – говорю я Джейкобу Марли, который откровенно игнорирует меня. – Она может пускать слюни на все вокруг и грызть мои ботинки, но, по крайней мере, она будет любить меня беззаветно, в отличие от тебя, маленькая злобная Иезавель.
Клянусь, он бы показал мне средний палец, беспечно прихлебывая молоко, если бы мог. Отворачиваясь, я замечаю, как с потолка капает еще одна непослушная капля. Со вздохом смирения я подставляю под нее кастрюлю и направляюсь в гостиную. Найдя другую протечку, о которой я знаю, я ставлю под нее еще одну кастрюлю, а затем некоторое время слушаю звон капающей воды, прежде чем вернуться в спальню и запереть за собой дверь с тихим извращенным смешком. Теперь Джейкоб Марли не сможет вернуться и предъявить права на моего парня.
Поставив последнюю кастрюлю в спальне под протечку, я поднимаю одеяло и забираюсь обратно в постель рядом с Дэнни, который автоматически обхватывает меня руками и притягивает к себе, уткнувшись в мою шею с довольным урчанием.
– У тебя холодные ноги, – бормочет он.
– Ты знаешь, это очень отточенные навыки наблюдения. Ты никогда не думала о карьере в правоохранительных органах? – Я ухмыляюсь.
Я вскрикиваю и громко смеюсь, когда он подминает меня под себя, переворачивает и прижимает к кровати. Я чувствую, как его утреннее великолепие прижимается ко мне, заставляя мой член проснуться и проявить интерес, когда он зарывается лицом в изгиб моей шеи и глубоко дышит, целуя теплую кожу.
– Хочешь, я зачитаю тебе твои права? – Он усмехается, прижимаясь ко мне бедрами, и я разражаюсь смехом.
– О боже, это было ужасно.
– Я только что проснулся, и это то, с чем мне приходится работать. – Он поднимает голову и берет мои губы, а я обхватываю его шею и трусь об него своим членом, пытаясь усилить давление.
– Я могу снова приковать тебя к кровати. – Его голос весело журчит у моих губ. – Тебе это нравилось.
– Нужно ли напоминать тебе, что произошло в прошлый раз? – выдыхаю я, когда его рука скользит под мою пижаму и лениво сжимает мой член.
– Это была не моя вина. – Он улыбается мне в губы, его голос восхитительно хриплый, когда он продолжает медленно гладить меня. – Могу поклясться, что я положил ключ на прикроватную тумбочку.
Мои глаза закатываются, а пальцы на ногах подгибаются, когда он добавляет тот маленький поворот, который делает своей ладонью, добираясь до головки моего члена. Его язык скользит обратно, переплетаясь с моим, когда его кулак сжимается, и я непристойно стону ему в рот. Дрожь пробегает у меня по спине, и я чувствую, как напрягаются мои яйца.
– Задержи эту мысль. – Он быстро целует меня в губы и спрыгивает с кровати, оставляя меня распростертым, как морская звезда, с твердым членом, выпирающим из пижамы.
– Что? – Я моргаю сквозь дымку похоти, когда Дэнни ухмыляется и исчезает в ванной.
– Извини, мой мочевой пузырь вот-вот взорвется, – кричит он через открытую дверь под аккомпанемент тонкой струйки, бьющей по воде.
– А еще говорят, что романтика мертва. – Я откидываю голову на подушку и угрюмо смотрю в потолок.
– Не волнуйся, я все исправлю, – отвечает он, спуская воду в унитазе и моя руки. – Неоднократно.– Он усмехается, выключает свет и выходит из ванной.
– Будь осторожен с... – Я оглядываюсь и вижу, как Дэнни наступает в кастрюлю с дождевой водой, – кастрюлей, – заканчиваю я с извиняющимся смешком.
Выражение его лица совершенно бесценно, когда он поднимает ногу, с которой капает вода, и смотрит на нее, прежде чем перевести взгляд обратно на меня.
– Я думал, ты собирался поговорить об этом с домовладельцем? – Он хватает полотенце из кучи постиранного белья и вытирает ногу, прежде чем запрыгнуть обратно в кровать и прижаться ко мне под одеялом.
– Я разговаривал с ним в прошлый раз, когда шел дождь и протекала крыша. – Я забираюсь на Дэнни, прижимаюсь к нему и целую в губы, издавая стон удовольствия.
– И что он сказал?– Руки Дэнни скользят по моей спине, обхватывают ягодицы и притягивают меня ближе.
– Думаю, мы пришли к взаимопониманию. – Я покачиваюсь на его бедрах.
– Что это? – Дэнни фыркает. – Ты жалуешься, а он ничего не делает?
– В основном. – Я пожимаю плечами и снова завладеваю его ртом.
– Трис...
– Дэнни, – возмущенно фыркаю я. – Я пытаюсь соблазнить тебя раздеться прямо здесь и действительно не хочу обсуждать мистера Ахмеда.
– Принято к сведению. – Он ухмыляется, бесцеремонно стаскивая мою пижаму с бедер, сжимает мой член, и я издаю сдавленный стон.
Он снова накрывает меня своим телом. Я сбиваю очки набекрень, торопясь раздеть его, хватаю его футболку и стягиваю через голову, отчего его светлые волосы встают дыбом и потрескивают от статического электричества. Я провожу руками по его бокам, дотягиваюсь до боксеров и обхватываю твердые мышцы его великолепной задницы.
– Ты весь мой на ближайшие двадцать часов, без перерывов, – выдыхает он между неистовыми поцелуями.
Внезапно пронзительный звонок телефона нарушает наполненное похотью оцепенение, в которое мы оба погружены.
– Как будто вселенная ненавидит меня, – вздыхаю я, когда он отпускает мой рот. – Мои яйца, кажется, вот-вот отвалятся.
– С твоими яйцами все в полном порядке, милый. Тебе станет лучше, если я подержу их для тебя?– Дэнни ухмыляется и наклоняется, чтобы взглянуть на телефон.
– Мне было бы лучше, если бы ты обхватил их губами, – угрюмо отвечаю я. – Что такое? – спрашиваю я, заметив, как он слегка хмурится.
– Это твой. – Он берет мой телефон и протягивает мне. – Тебе лучше взять, это дом престарелых «Санрайз».
Мое сердце бешено колотится в груди, когда я пытаюсь ответить на звонок из дома престарелых, где ухаживают за моим отцом, и смесь ужаса и беспокойства застревает у меня в горле, как горячий, твердый ком.
– Алло, это Тристан, – резко отвечаю я. – Что случилось?
Несколько мгновений я слушаю знакомый голос на другом конце линии, в моей груди бушует смесь эмоций.
– Хорошо, спасибо, что дала мне знать, – отвечаю я, прежде чем повесить трубку.
– В чем дело? Что-то случилось? Твой папа в порядке? – спрашивает Дэнни, обеспокоенно глядя на меня, приподнявшись на локте.
– Ничего плохого. – Я качаю головой, с трудом сглатывая. – На самом деле все наоборот. У него один из редких хороших дней, и они хотели сообщить мне на случай, если я захочу провести этот день с ним.
– Но это же хорошо, правда? – Он изучает мое лицо, словно пытаясь оценить настроение.
– Да. – Я киваю. – Мне жаль, – уныло бормочу я.
– За что? – Он наклоняет голову, наблюдая за мной.
– Мы не виделись нормально уже несколько недель. – Я разочарованно вздыхаю. – Мы должны были провести этот день вместе.
– Мы все равно проведем день вместе, только с твоим отцом, – легко говорит он. – Если только ты не хочешь, чтобы я это делал? Если ты предпочитаешь пойти один, я могу просмотреть кое-что из своих записей по делу. Я просто подожду тебя. У нас еще будет этот вечер, когда твой папа ляжет спать.
– Дэнни. – Я нежно глажу его по лицу, когда он усаживает меня обратно на кровать, и наша прежняя страсть утихает. Он обхватывает меня руками и успокаивающе прижимает к себе. – Я определенно хочу, чтобы ты пошел со мной, ты точно не против?
– Конечно, нет. – Он проводит пальцами по моим волосам, успокаивающе поглаживая кожу головы. – Трис, это очень важно, чтобы ты общался с отцом, особенно в его хорошие дни. У нас еще будет время. Я никуда не ухожу.
– Дэнни, – шепчу я, не зная, что еще сказать, когда он наклоняется и целует меня. Это глубоко и одурманивающе, и, кажется, говорит все то, что я не могу сформулировать прямо сейчас.
Через мгновение он отстраняется и нежно гладит меня по лицу.
– Нам нужно встать и одеться, если мы собираемся ехать в Шедуэлл.
Я бросаю взгляд на часы и, закусив губу, смотрю на него.
– Знаешь, если мы выедем сейчас, то наверняка попадем в пробку. Наверное, лучше подождать еще десять минут.
– Согласен. – Его губы трогает улыбка. – Наверное, лучше подождать пятнадцать, просто на всякий случай.
– Разумно, – соглашаюсь я, кивая.
Я вскрикиваю и продолжаю хихикать, когда он хватает меня за бедра и тянет вниз по кровати, натягивая на нас одеяло и заключая в маленький интимный кокон. Его губы снова находят мои, и мы поглощаем друг друга, стараясь избегать локтей и коленей, пока снимаем одежду. Его губы скользят по моей шее, по груди, пробегают по животу, прежде чем жар его рта обволакивает мой член.
Мои бедра выгибаются, и с губ срывается стон, а пальцы запутываются в его волосах. Его язык проводит по головке, и я закатываю глаза. Черт возьми, он хорош в этом. Он двигается вверх-вниз по моему члену, и от восхитительного трения маленькие искорки пляшут по позвоночнику и освещают каждый сантиметр моей кожи.
Я чувствую, как кончики его пальцев скользят по моим яйцам и вниз, между ног, прежде чем нежный палец начинает выводить сводящие с ума медленные круги по моему входу. Я стягиваю одеяло с головы, вдыхая прохладный воздух, и нащупываю бутылочку смазки на прикроватном столике.
Внезапно он заглатывает меня глубоко и мой член упирается ему в горло. Я выгибаюсь назад, задыхаясь, взмахиваю рукой и роняю лампу на пол вместе с телефоном и потрепанной книгой в мягкой обложке. Отчаянно хватаясь, мне удается зацепить бутылочку со смазкой. Я засовываю ее под одеяло, случайно ударив Дэнни по голове.
– Ой, прости, – задыхаюсь я, чувствуя, как он хихикает, держа во рту мой член. Через несколько секунд я чувствую, как его пальцы скользят внутри меня.
Я издаю еще один протяжный стон, когда он вводит в меня пальцы и массирует простату. Я вслепую тянусь назад, хватаюсь пальцами за спинку кровати и крепко сжимаю ее, неосознанно подтягивая колени, и бесстыдно насаживаюсь на его руку.
– Дэнни, пожалуйста, – выдыхаю я, когда он освобождается и взбирается по моему телу, смазывает твердую длину своего члена и скользит в меня.
Отпустив изголовье кровати, я обхватываю его руками и ногами, притягивая к себе так близко, как только могу. Он просовывает руки мне под спину, и я чувствую себя окруженным им.
– Дэнни, – отчаянно выдыхаю я, прижимаясь к его уху, когда он плавно двигает бедрами, все глубже погружаясь в меня с каждым толчком.
Наши губы сливаются, и я погружаюсь в сладкое забытье капитуляции, которого никогда не испытывал ни с кем, кроме него. Каждая клеточка моего тела настроена только на него.
Напряжение в моем теле нарастает. Я дрожу от напряжения, чувствуя, как его толстый член скользит по комочку нервов глубоко внутри меня, но мне нужно больше. Мне нужно, чтобы он подтолкнул меня к краю.
– Сильнее, – резко шепчу я, сжимая пальцами его спину крепко, почти до синяков.
Его руки обхватывают мои ягодицы, притягивая мой таз сильнее, когда он толкается невероятно глубоко. Мой член упирается в его живот, оставляя след.
– Дэнни... Я не могу... – Мой голос отчаянно срывается, и оргазм прорывается сквозь меня с такой силой, что кружится голова, а перед глазами пляшут огни.
Пока я лежу, тяжело дыша, мое сердце колотится у груди Дэнни, я чувствую, как его член пульсирует внутри меня, когда он кончает с тихим стоном. Я провожу пальцами по его позвоночнику, удовлетворенно кладу голову ему на плечо, пока он целует мою шею, и я чувствую себя сонным и удовлетворенным.
Это прямо здесь… довольно близко к совершенству, но я не могу игнорировать ощущение, трепещущее на задворках моего сознания… ощущение, что все вот-вот необъяснимым образом изменится.
