Тёмные свадебные обеты

Холодный ветер развевал волосы Джинни, пока она нервно расхаживала возле раздевалок. До матча оставалось меньше получаса, а её руки всё ещё дрожали. - Я не могу, Лира... Что если в меня попадет бладжер, например? Или не забью ни одного квоффла. Что если подведу всю команду? - Джинни остановилась и обхватила себя руками, словно пытаясь согреться. Её глаза были полны тревоги. - Все на меня рассчитывают... Даже Гарри сказал, что этот матч решит судьбу кубка. - Эй, эй, успокойся. - Лира мягко взяла Джинни за плечи, заставив её посмотреть себе в глаза. - Ты не подведёшь. Знаешь, почему? - Почему? - прошептала Джинни, всё ещё сомневаясь. - Потому что ты - Джинни Уизли. Та самая девчонка, которая месяц назад забила больше всех квоффлов противнику, - Лира усмехнулась, видя, как уголки губ Джинни дрогнули в намёке на улыбку. - И ты думаешь, после этого кто-то сомневается в тебе? - Но... А если я испорчу игру? Если растеряюсь? - голос Джинни дрожал, а пальцы нервно теребили форму. - Джинни, - Лира приблизилась чуть ближе, понизив голос. - Каждый игрок может ошибаться. Но знаешь, что делает чемпионов? Они продолжают играть, несмотря ни на что. И ты такая же. Ты сильнее своих страхов. Джинни глубоко вздохнула, чувствуя, как слова Лиры начинают пробивать брешь в её сомнениях. - Просто помни: вся твоя команда верит в тебя. И я тоже, - Лира улыбнулась своей фирменной полуулыбкой. - Так что хватит трястись. Выходи на поле и покажи всем, почему именно тебя выбрали охотником Гриффиндора. - Ты правда веришь в меня? - тихо спросила Джинни, глядя на подругу. - Да, - уверенно ответила Лира, поправляя выбившуюся прядь волос Джинни. - А теперь иди и покажи этим орлам, кто здесь главный. Попрощавшись с Джинни, Лира уверенно поднялась по ступенькам трибуны и плюхнулась на свободное место между Пэнси и Эридией. Её подруги уже увлечённо обсуждали предстоящий матч. Дафна ушла на свидание с Юргеном Трэвисом. - Наконец-то! - Пэнси толкнула Лиру локтем. - Мы думали, ты передумала приходить. - Я? - Лира улыбнулась, поправляя выбившуюся прядь волос. В этот момент она заметила впереди Асселину и Вивьен - первая что-то оживлённо рассказывала второй. Имоджен, сидевшая на ряд выше, наклонилась вперёд: - Кстати, о выборе сторон. Лира, а ты за кого болеешь? Все взгляды тут же обратились на неё. Лира спокойно встретила любопытные и насмешливые взоры: - За Гриффиндор. Тишина повисла на несколько секунд, прежде чем раздался взрыв смеха. - Ты серьёзно?! – Трэйси Дэвис чуть не упала со скамьи от удивления. - Предательница! - хихикнула Мавина, хотя в её голосе слышалась больше шутка, чем осуждение. - За Гриффиндор? - Имоджен подавилась тыквенным соком, который как раз пила. - Лира, ты хоть понимаешь, что сейчас сказала? - Я совершенно серьезно, - Лира спокойно встретила взгляды однокурсников. - Но это же ГРИФФИНДОР! – воскликнула Миллисента. - Наши заклятые враги! Ты не должна болеть за них. - Не должна? - Лира приподняла бровь. - Послушайте, я могу поддерживать ту команду, которая мне нравится. Это просто квиддич. - Просто квиддич?! - возмутилась Трэйси, сидевшая через ряд. - Да как ты можешь... - Оставьте её в покое, - неожиданно вступилась Пэнси. - Лира имеет право на собственное мнение. - Вот именно, - поддержала Эридия, хотя в её глазах всё ещё читалось недоумение. - Если ей нравится стиль игры Гриффиндора - это её выбор. Постепенно шум стих. Хотя многие продолжали бросать на Лиру удивлённые взгляды, никто больше не пытался её переубедить. В этот момент на поле появились команды, и внимание зрителей переключилось. - Спасибо, - тихо сказала Лира. - Не за что, - Пэнси подмигнула ей. – Какая разница за кого болеть, если в этом году кубок мы уже точно не получим. Лира благодарно улыбнулась подругам, чувствуя, как тепло разливается по груди. Даже когда вокруг все осуждали её выбор, подруги всё равно останутся рядом и поддержат. Когда команды вылетели на поле, трибуны взорвались криками и аплодисментами. Лира вместе со всеми поднялась с места, наблюдая за тем, как игроки занимают свои позиции. - Держу пари, Когтевран даст им жару, - заметила Мавина, перекрикивая шум толпы. Первые минуты матча прошли в стремительных атаках и эффектных манёврах. Лира следила за игрой Джинни, которая летала так, как будто была рождена для этого. Резкий вздох зрителей привлёк её внимание к происходящему высоко над полем - Гарри Поттер резко свалился с метлы, схватившись за плечо. "Он ранен!" - пронеслось по трибунам. - Это один из бладжеров от Когтеврана! - воскликнула Агнес над ухом. Через несколько минут запасной ловец Гриффиндора уже был в воздухе - Джинни Уизли уверенно держалась на метле, осматривая поле в поисках снитча. На её место прилетел Дин Томас, получивший роль охотника. - Да они вообще не сдаются! - закричала Лира, когда Гриффиндор сумел отыграть тридцать очков после блестящего манёвра Джинни. - Смотри! - Пэнси схватила её за руку. - Она видит снитч! Все замерли, наблюдая за стремительной гонкой между Джинни и ловцом Когтеврана. В последний момент девушка резко нырнула и... - ГРИФФИНДОР ЛОВИТ СНИТЧ! - раздался усиленный Сонорусом голос комментатора. - ИТОГОВЫЙ СЧЁТ 450 К 140! Лира вскочила с места, хлопая в ладоши вместе со всеми гриффиндорцами. Её подруги тоже улыбались, радуясь за победу. - Я же говорила, что они выиграют, - сказала Лира, встречая одобрительные взгляды даже тех, кто раньше осуждал её выбор. После матча Лира, Пэнси и Эридия направились в Хогсмид. Весенний воздух был наполнен ароматом цветущих деревьев и девушки громко смеялись, обсуждая последние дни. - Надо бы взять что-нибудь вкусненькое для Дафны, - сказала Лира, когда они подходили к "Сладкому королевству". - Она ведь не сможет купить что-то из-за свидания с лордом Трэвисом. - Отличная идея, - подхватила Пэнси, уже заглядывая в витрину кондитерской. - Я знаю, что ей точно понравится. Внутри магазина витал восхитительный аромат свежей выпечки и шоколада. Пока Эридия рассматривала новую коллекцию сахарных перьев, Пэнси уверенно направилась к полке с любимыми лакомствами Дафны. - Вот эти карамельные розы, - она взяла небольшую коробочку, - и шоколадные трюфели с малиновой начинкой. Пэнси и Дафна уже дружили больше шести лет, конечно, Пэнси знала вкус Дафны наизусть. Лира одобрительно кивнула: - Дафна будет в восторге. А ещё возьмём немного мармеладных ягод, как она любит? - Обязательно, - улыбнулась Пэнси, добавляя пакетик с мармеладом к покупке. Девушки рассмеялись, представляя, как их подруга, вернувшись со свидания, будет делиться подробностями за сладостями, которые они сейчас так заботливо выбирают для неё. Девушки неторопливо прогуливались по улочкам Хогсмида, наслаждаясь весенним днем. Эридия остановилась у маленькой лавки письменных принадлежностей, разглядывая выставленные в витрине перья. - Смотрите, какие красивые перья с золотым напылением, - восхищенно произнесла она. - Думаю, возьму несколько, у меня как раз закончились. Когда Эридия вышла из магазинчика, девушки продолжили прогулку и Пэнси стала рассказывать: - Вчера Дафна сказала мне... Она призналась Блейзу, - продолжила Пэнси, понизив голос. - Он ответил, что считает её только другом. - Бедная Дафна, - вздохнула Эридия, поправляя кофту. - И как она это приняла? - Хуже всего то, что теперь она уверена - Блейз рассказал об этом всем остальным и они смеются над ней, хотя я пыталась ее убедить в обратном, - Пэнси покачала головой. - Поэтому она перестала приходить на наши встречи и постоянно его избегает. Ей очень больно. - Но я уверена, что Блейз никому не рассказывал, - возразила Лира. - Он не тот, кто будет высмеивать друга. - Дафна сама себе так придумала, - объяснила Пэнси. - И теперь боится ещё больше поставить себя в неловкое положение. - Мы должны помочь ей преодолеть это, - решительно сказала Эридия. - Может быть, организуем что-то вроде вечерних посиделок в ближайшее время? Чтобы Дафна почувствовала, что мы на ее стороне. - Хорошая идея, - согласилась Лира. - Только нужно сделать так, чтобы она почувствовала поддержку, а не жалость. *** На следующий день в гостиной Слизерина царила привычная атмосфера: тихие разговоры, шелест страниц книг и негромкое потрескивание камина. Лира сидела на одном из диванов, задумчиво перелистывая учебник по Заклинаниям. Внезапно рядом с ней появился Сапфо. Он выглядел спокойным, даже немного игривым, словно их последний разговор не оставил у него никаких следов. — Лира, — произнёс он мягко, присаживаясь на край дивана. — Я собираюсь в библиотеку. Хочешь составить мне компанию? Никто больше не может пойти со мной, а там есть несколько книг, которые я хотел бы посмотреть. Лира подняла глаза от учебника и слегка улыбнулась. Она знала, что Сапфо часто проводит время в библиотеке, и ей самой не помешает немного отвлечься от хаоса в голове. — Конечно, — ответила она, закрывая книгу. — Дай мне минуту, чтобы взять свои вещи. Сапфо кивнул, его губы растянулись в лёгкой улыбке. Но прежде, чем Лира успела подняться, он повернулся, и его взгляд скользнул через комнату. Там, в углу гостиной, стоял Римандо, который наблюдал за ними с холодным выражением лица. Сапфо встретил его взгляд, и уголки его губ приподнялись в едва заметной, но полной вызова ухмылке. Лира, занятая тем, что собирала свои вещи, этого момента не заметила. Когда она снова повернулась к Сапфо, он уже смотрел на неё с прежней мягкостью. — Готова? — спросил он, поднимаясь. — Да, — кивнула она, поправляя волосы. — Пойдём. Они вышли из гостиной вместе, а Римандо остался стоять на месте, его челюсть слегка напряглась. В его глазах читалась смесь гнева и решимости, но он ничего не сказал, лишь проводил их взглядом, пока проход за ними не закрылся. Когда Лира и Сапфо проходили мимо одного из коридоров, их внимание привлекла громкая перепалка. Группа учеников стояла напротив друг друга, явно готовясь к драке. С одной стороны были слизеринцы: Карактак Бёрк, активно жестикулирующий и повышающий голос, Лука Селвин, стоящий с палочкой наготове, и Эрнест Крауч, который держался чуть в стороне, наблюдая за происходящим с явным дискомфортом. С другой стороны находились гриффиндорцы Валетер Росс и Вилльям Ньюмэн. - Это ваша последняя возможность извиниться! - кричал Карактак, указывая пальцем на гриффиндорцев. - За что? За то, что сказали правду? - парировал Вилльям, его лицо покраснело от гнева. Лука сделал угрожающий шаг вперед: - Вы даже не понимаете, о чем говорите. Если бы не ваши постоянные... - Прекратите немедленно! - раздался резкий голос Гермионы, которая попыталась встать между группами. Её внезапное вмешательство застало всех врасплох. - О, посмотрите-ка, кто решил нас поучать! - Карактак громко рассмеялся. - Грязнокровка будет нас учить жизни? Гриффиндорцы сразу напряглись, готовые защитить Гермиону, но та лишь сжала кулаки, стараясь сохранять спокойствие. - Заткнись, Бёрк, - резко произнесла Лира, выходя вперед. - Если у тебя нет аргументов кроме оскорблений, то ты просто жалок. - О, а это еще кто? - Карактак перевел насмешливый взгляд на Лиру. - Тоже заступница грязнокровок? - Не смей так говорить, - поддержал Лиру Сапфо, становясь рядом с ней. Гермиона права. Не смейте устраивать драку в Хогвартсе. - А ты что, её телохранитель? - фыркнул Карактак, но в его голосе уже чувствовалась неуверенность. - Мы все можем решить это мирно, - продолжала Гермиона, используя момент. -Без оскорблений и угроз. Постепенно напряжение начало спадать. Гриффиндорцы и слизеринцы начали расходиться, хотя и продолжали бросать друг на друга недовольные взгляды. - Спасибо, - тихо сказала Гермиона Лире и Сапфо, когда они продолжили свой путь в библиотеку. - Не за что, - ответила Лира. - Никто не заслуживает оскорблений. Когда они пришли в библиотеку, Лира и Сапфо неторопливо бродили между высоких книжных стеллажей библиотеки Хогвартса. Мягкий свет магических светильников освещал бесконечные ряды книг, создавая атмосферу таинственности и уюта. Сапфо остановился у одного из стеллажей, внимательно просматривая корешки книг, явно заинтересованный чем-то конкретным. — Подожди минутку, — прошептала Лира, заметив впереди полку с книгами по защите разума. Она не хотела показаться навязчивой, следуя за Сапфо, и решила, что лучше будет разделиться хотя бы на время. Он кивнул, поглощённый своими мыслями, и продолжил исследовать полки. Пробираясь между стеллажами, Лира чувствовала лёгкое волнение. Библиотека всегда казалась ей местом, где можно найти ответы на любые вопросы. Чем дальше она уходила, тем меньше учеников встречала. В конце концов, она оказалась в самом дальнем углу библиотеки, где воздух был пропитан запахом старых страниц и древней магии. Там её ждал неожиданный гость. Профессор Дамблдор стоял у полки с книгами, его длинная борода мягко переливалась в свете светильников. Увидев Лиру, он тепло улыбнулся. — А, мисс Шевалье, — произнёс он своим мягким голосом. — Как раз вовремя. Я как раз размышлял над тем, какие книги могли бы вас заинтересовать. Лира удивлённо подняла брови. — Меня, профессор? — спросила она, подходя ближе. Дамблдор кивнул, его глаза блестели хитрым блеском. — Полагаю, вы уже знаете, что знания — это мощное оружие, — сказал он, проводя пальцами по корешкам книг. — Но иногда важно знать не только то, что помогает, но и то, против чего вам, возможно, придётся бороться. Он протянул руку и достал с полки старую книгу в потрёпанном кожаном переплёте. Её название было вытравлено золотыми буквами, которые едва виднелись в полумраке: "Тёмная магия: её истоки и методы". Лира замерла, глядя на книгу с лёгким трепетом. Она не была уверена, стоит ли ей брать её в руки. Тем не менее, Дамблдор протянул книгу ей. — Полезно знать своих врагов, — произнёс он серьёзно, но с лёгкой улыбкой. — И понимать их тактику. Только тот, кто знает тьму, может противостоять ей. Лира взяла книгу, ощутив её неожиданную тяжесть. Обложка была холодной на ощупь, словно хранила в себе частицу того, о чём рассказывала. — Спасибо, профессор… — сказала она неуверенно. — Но почему вы решили дать её именно мне? Дамблдор приподнял бровь, словно вопрос был лишним. — Возможно, однажды эти знания помогут вам сделать правильный выбор. Его слова повисли в воздухе, оставляя пространство для размышлений. Лира почувствовала, как её сердце забилось чаще. — Будьте осторожны с тем, что открываете, — добавил Дамблдор, отходя на шаг. — Знания могут быть как светом, так и тенью. Он слегка кивнул ей и растворился среди стеллажей, оставив Лиру одну с книгой в руках. Она посмотрела на обложку ещё раз, чувствуя, как внутри неё зарождается смесь любопытства и тревоги. «Знать своих врагов...» — повторила она про себя, направляясь обратно к тому месту, где они расстались с Сапфо. После посиделок в библиотеки, Сапфо и Лира отправились на ужин. Лира сидела за длинным столом Слизерина в Большом зале, перебирая еду на своей тарелке. Вокруг неё царила привычная атмосфера: разговоры, смех и позвякивание приборов. Лира отвлеклась от своих мыслей, когда над её головой появилась сова, принесшая письмр. Она подняла руку, позволяя птице мягко приземлиться, и взяла конверт. Почерк был аккуратным и знакомым — это было письмо от Дарселлы. Развернув письмо, Лира улыбнулась. Дарселла всегда знала, как заставить её улыбнуться. Её подруга писала о мелочах из своей жизни — о том, как она случайно опрокинула чайник на платье одноклассницы, что вызвало целую бурю эмоций, и о том, как её друг попытался научить домового эльфа играть в шахматы. В конце письма она добавила шутку. Лира не смогла сдержать смех, который привлёк внимание сидящих рядом. Однако следующее письмо, которое принесла вторая сова, выглядело более официальным. Отец Лиры, как всегда, писал серьёзным и немного строгим тоном, но за его словами чувствовалась любовь и забота. Развернув плотный лист пергамента, Лира начала читать: "Дорогая Лира, Я надеюсь, что ты в добром здравии и успешно продолжаешь обучение в Хогвартсе. Твои успехи всегда были для меня предметом гордости, и я уверен, что ты найдёшь правильный путь в жизни. Однако сегодня я хочу поговорить с тобой о другом. Ты уже достаточно взрослая, чтобы понимать важность семейных уз. Я старею, дочь моя, и мне хотелось бы увидеть внуков до того, как я покину этот мир. Поэтому я обдумываю возможность твоей помолвки. Конечно, решение полностью за тобой. Если ты не готова или не хочешь связывать себя узами брака сейчас, то можешь отказаться, и я приму твой выбор. Но если ты согласна задуматься об этом, я советую тебе присмотреться к своим одноклассникам. Найди того, кто будет достоин тебя и нашей семьи. Помни, что я доверяю твоему уму и интуиции. Но если в Хогвартсе нет никого, кто достоин тебя, у меня есть пара вариантов. С любовью, Папа." Лира замерла, перечитывая последние строки. Она чувствовала, как её сердце слегка сжалось от неприятного осознания. Мысль о браке казалась такой далёкой и нереальной, особенно сейчас, когда её жизнь была полна других проблем – учеба, друзья. Но в словах отца чувствовалась искренняя забота, и она знала, что он не хотел давить на неё. — Что-то случилось? — спросила Эридия, заметив, как выражение лица Лиры изменилось. — Нет… просто письмо от папы, — ответила Лира, стараясь сохранить спокойствие. — Он говорит о… браке. Эридия удивлённо подняла брови. — Браке? Ты серьёзно? — Да, — Лира вздохнула, складывая письмо. — Он хочет, чтобы я задумалась об этом, пока учусь в Хогвартсе. Говорит, что хочет увидеть внуков. — Ну, это… довольно неожиданно, — протянула Эридия, качая головой. — А ты что думаешь? Лира пожала плечами, её взгляд блуждал по залу. — Не знаю. Это всё кажется таким далёким. У меня есть дела поважнее, чем думать о браке прямо сейчас. — И правильно, — поддержала её Эридия. — Ты ещё молода. Время всё расставит по своим местам. Лира кивнула, хотя внутри у неё всё ещё оставалось чувство тревоги. Она снова перевела взгляд на письмо отца, задумчиво проводя пальцами по краю бумаги. "Присматривайся к одноклассникам," — написал он. Лира невольно окинула взглядом зал, её глаза на мгновение встретились с Римандо, затем с Сапфо, который сидел чуть дальше. Оба парня казались такими разными, и каждый из них вызывал в ней противоречивые чувства. "Может быть, отец прав, и мне стоит хоть немного задуматься об этом," — подумала она, откладывая письмо в сторону. Она снова взялась за вилку, пытаясь отвлечься на еду, но мысли о будущем продолжали кружиться в её голове. Она очень любит отца и ради него может сделать всё что угодно. Вскоре заболела голова. Лира продолжила есть, стараясь не обращать внимания на нарастающую боль в голове. Сначала она списывала это на усталость или переизбыток шума в Большом зале, но вскоре виски начали пульсировать с такой силой, что каждый удар отдавался в ушах. Она попыталась встать из-за стола, когда Пэнси предложила всем перейти в гостиную, чтобы продолжить вечер в более уютной обстановке. Но едва Лира поднялась на ноги, как мир вокруг неё закружился. Головокружение было таким резким и сильным, что она не смогла устоять. Её тело качнулось, колени подкосились, и она начала падать. — Лира! — воскликнула Эридия, мгновенно подскочив и успев подхватить её прежде, чем она ударилась о пол. Дафна, сидевшая рядом, тут же вскочила со своего места, её глаза расширились от испуга. — Что с ней? — затараторила она, наклоняясь к Лире. — Может, воды? Пэнси тоже подбежала, её лицо выражало тревогу. — Лира, ты меня слышишь? — спросила она, аккуратно похлопывая подругу по щекам. Эридия, всё ещё поддерживающая тело Лиры, нахмурилась. — Она дышит, но кажется, потеряла сознание. Давайте отнесём её куда-нибудь, где ей будет удобнее.

***

Лира чувствовала себя так, будто её затянуло в чужое тело — в холодное, раскалённое. Она видела его глазами, ощущала его мысли, но при этом не могла контролировать происходящее. Это было подобно кошмару, где ты наблюдаешь за событиями, не имея возможности проснуться. Тронный зал был огромным, погружённым в полумрак. Высокие своды терялись во тьме, а стены украшали гобелены с изображением древних семей чистокровных магов. Воздух был тяжёлым, насыщенным запахом пыли и чего-то металлического — возможно, страха. В центре зала возвышался трон, сделанный из чёрного камня, который казался живым, словно он дышал тьмой. На нём сидел Том Слизерин. Лира поняла это. Его осанка была безупречной — спина прямая, руки расслабленно лежали на подлокотниках, длинные пальцы слегка постукивали по холодной поверхности. Его лицо, лишенное даже малейших признаков человечности, источало холодное величие. Красные глаза горели, как угли, прожигая пространство перед собой. Человек, стоявший перед ним на коленях, дрожал, хотя пытался скрыть это. — Говори, — произнёс Том. Его голос был тихим, почти шёпотом, но каждое слово разносилось по залу, словно удар колокола. От этого звука внутренности Лиры свело судорогой. Мужчина, одетый в потрёпанную мантию, вздрогнул и опустил голову ещё ниже. Его волосы были растрёпаны, а лицо покрыто потом. — М-мой Лорд… — начал он, запинаясь. — Мы мы нашли следы в Хогвартсе. Они прячутся в Запретном лесу. Но… — Но? — перебил его Том, наклоняясь вперёд. Его пальцы замерли на подлокотнике, а в голосе появился опасный оттенок. Лира почувствовала, как внутри неё всё сжалось. Она знала этот тон. Почувствовала. Он предвещал боль. Будто бы, всё это было ей знакомо – это место, этот человек. — Но они ушли до нашего прибытия. Мы не смогли их поймать, — выдохнул мужчина, опустив взгляд. Наступила тишина. Даже воздух, казалось, замер. Лира чувствовала, как ярость Тома нарастает, словно волна, готовая обрушиться. Но внешне он оставался спокоен — лишь уголки его губ чуть дрогнули в презрительной усмешке. — Неудача, — произнёс он, растягивая слово, как будто смакуя его. — Ты понимаешь, что значит неудача, не так ли? Мужчина не ответил. Он просто сжался, словно пытаясь стать меньше, исчезнуть. — Крауч, — продолжил Том, и его голос стал ещё тише. — Если бы ты знал, как сильно я ценю успех... и насколько презираю провалы. Крауч задрожал ещё сильнее. Лира чувствовала, как её собственные кулаки сжались, хотя она понимала, что это не её тело. Она хотела закричать, остановить это, но ничего не могла сделать. — А теперь, — Том медленно поднялся с трона, его фигура возвышалась над Краучем, — ты испытаешь моё разочарование. Он поднял свою белую, почти прозрачную руку, и в ней появилась палочка. Её кончик засветился красным. — Crucio, — прошептал он. Крик Крауча эхом разнёсся по залу, а Лира почувствовала, как её собственное тело пронзила острая боль. Она попыталась отстраниться, вырваться из этой связи, но её сознание оставалось запертым в разуме Тома, наблюдая за тем, как тот безжалостно смотрит на корчащегося на полу человека. И в этот момент она почувствовала что-то ужасное — удовлетворение. Оно исходило от Тома, проникая в её разум, заставляя её желудок переворачиваться. Она поняла, что эта связь не только позволяла ей видеть его действия, но и чувствовать его эмоции. И самое страшное было то, что эти эмоции начинали смешиваться с её собственными, словно её человечность постепенно растворялась в его тьме. Дверь тронного зала внезапно распахнулась с громким скрипом, нарушая тишину. Лира ощутила, как Том застыл на месте. Она знала (чувствовала) — он ненавидел, когда кто-то осмеливался прерывать его. Но в этот раз его внимание переключилось мгновенно. На пороге стоял Амадео Малфой, но старше на несколько лет и с другой прической. Нет, это был не он. Может, родственник? Возможно, брат. Амадео говорил, что у него есть старший брат Драко. Высокий, стройный, с белокурыми волосами, убранными назад, он выглядел уверенно, но в его серых глазах читалась осторожность. Он был одет в безупречно чёрную мантию, которая подчёркивала его статус. В руках он держал свиток пергамента, слегка помятый, словно он долго держал его в кулаке. — Мой Лорд, — произнёс тот, делая шаг вперёд. Его голос был спокойным, но Лира чувствовала, как внутри него клокочет волнение. — У меня важные новости. Том медленно опустил палочку, и Крауч, всё ещё корчась от боли, застыл на полу. Волан-де-Морт перевёл взгляд на Драко – старшего брата Амадео, и Лира ощутила, как холодное любопытство заполнило его разум. — Говори, — произнёс он, возвращаясь на трон. Его красные глаза внимательно изучали Драко, словно пытаясь прочитать его мысли. Драко сделал ещё один шаг вперёд, разворачивая свиток. — Сегодня утром я получил письмо из Хогвартса. Оно касается... вашей невесты. — Он сделал паузу, бросив быстрый взгляд на Крауча, который теперь лежал без движения. — Позволите ли вы мне рассказать подробности? Том слегка наклонил голову, что Драко воспринял как знак согласия. — Она учится очень хорошо, — начал он, его голос стал более уверенным. — Её оценки почти всегда высшие. Однако есть несколько дисциплин, где она испытывает трудности. — Он на мгновение замолчал, словно подбирая слова. — Она легко находит общий язык со всеми. Даже гриффиндорцы её уважают. У неё нет врагов. Лира почувствовала, как Том нахмурился. Это было странно. Он явно ожидал чего-то другого. — Продолжай, — сказал он, его голос стал ещё тише. — Но есть одна проблема, мой Лорд, — продолжил Драко. — Она ведёт себя крайне беспечно в отношении своего здоровья. Спит мало, ест ещё меньше. Из-за этого она часто испытывает слабость. Несколько раз её видели теряющей сознание. — Он сделал паузу, словно собираясь с духом. — А ещё по ночам, особенно по выходным, она исчезает. Совершенно одна. Она уходит глубоко ночью и возвращается лишь к рассвету. Никто не знает, куда она ходит. Том медленно поднялся с трона. Лира почувствовала, как его интерес сменился чем-то более тёмным — инстинктом охотника. Его пальцы сжались на подлокотнике так сильно, что костяшки побелели. — Но есть кое-что ещё, мой Лорд, — произнёс Драко, его голос стал чуть твёрже, словно он наконец нашёл почву под ногами. — У нее появился… парень. Том Слизерин замер. Лира почувствовала, как его гнев начал нарастать, медленно и неотвратимо, словно буря, готовая обрушиться. Его пальцы сжались на подлокотнике трона так сильно, что она услышала едва различимый скрип камня. — Парень? — переспросил он, растягивая каждое слово, словно пробуя их на вкус. Его красные глаза вспыхнули ярче, и даже Драко, всегда такой самоуверенный, невольно отступил на шаг назад. — Да, мой Лорд, — продолжил он, стараясь говорить уверенно. — Это Римандо Крауч. Племянник… — он кивнул в сторону Бартемиуса Крауча, всё ещё корчившегося на полу, — Бертемиуса Крауча. Они часто встречаются. Римандо ищет ее внимания, на недавней вечеринке Слизерина они были вдвоем в спальне, пока их не прервала Пэнси Паркинсон. Лира ощутила, как мир вокруг неё закачался. У Римандо есть еще кто-то, кроме нее? Так еще и занятая. Том молчал. Его лицо оставалось бесстрастным, но Лира чувствовала, как внутри него бушует буря. Это была не просто ревность — это было чувство собственности, которое Том всегда проявлял ко всему, что считал своим. — И ты полагаешь, что это стоит моего внимания? — спросил он наконец, его голос был настолько тихим, что казалось, будто он шепчет прямо в ухо. Драко кивнул. — Да, мой Лорд. Если её чувства серьёзны… если она действительно связана с ним… — Он сделал паузу, словно выбирая слова. — Это может угрожать вашим планам. Она… она важна для вас. И если её разум занят кем-то другим… Том медленно поднялся с трона. Его фигура возвышалась над всеми в зале, источая холодную угрозу. Лира почувствовала, как её сердце забилось быстрее. Она знала: сейчас он примет решение, и оно будет беспощадным. — Крауч, — произнёс он, его голос был ледяным. Все взгляды обратились к Бартемиусу, который всё ещё лежал на полу, дрожа от последствий Круциатуса. — Твой племянник, значит? Бартемиус поднял голову, его лицо исказилось от ужаса. — Мой Лорд… Я ничего не знал об этом… — пролепетал он, его голос дрожал. — Ты знал достаточно, — перебил его Том. Бартемиус попытался что-то сказать, но слова застряли у него в горле. Он лишь молча опустил голову, понимая, что его судьба уже решена. Том повернулся к Драко. — Что ты предлагаешь? — спросил он, его голос был полон сарказма и угрозы. Драко выпрямился, стараясь выглядеть уверенно. *** Лира не успела дослушать. Её разбудили. Лира резко открыла глаза, её сердце бешено колотилось, а лоб покрылся холодным потом. Она попыталась сфокусироваться на лицах, склонившихся над ней, но реальность ещё казалась размытой, словно она всё ещё была погружена в кошмар. — Лира, ты в порядке? — обеспокоенно спросила Асселина, её пшеничные волосы рассыпались по плечам, когда она наклонилась ближе. В её руках был стакан с водой, который она протянула Лире. — Ты кричала и металась во сне. Мы испугались. Вивьен, стоявшая чуть поодаль, сложила руки на груди, её тёмные глаза были полны тревоги. — Да, ты уже второй раз теряешь сознание за сегодня. Пэнси, Дафна и Эридия рассказали нам, что ты упала в обморок в Большом зале, но потом ты снова заснула здесь… и вот это, — она указала на лицо Лиры, всё ещё бледное и напряжённое. — Ты в порядке? Гретель, которая сидела на краю кровати, мягко положила руку на плечо Лиры: — Может, тебе стоит пойти в больничное крыло? Это не выглядит нормально. Лира медленно приподнялась, чувствуя, как комната качается перед глазами. Её голова всё ещё пульсировала болью, а остатки кошмара цеплялись за сознание, не давая окончательно проснуться. — Нет… нет, я в порядке, — прошептала она, стараясь успокоить своё дыхание. — Просто… просто голова болит. Должно быть, переутомилась. — Переутомилась? — переспросила Асселина, поднимая бровь. — Лира, ты же знаешь, что мы не просто так волнуемся. Обмороки – это не нормально. Лира замерла. Она знала, что девочки правы. Её состояние было необычным, и это не могло объясняться только усталостью или головной болью. Но она не могла рассказать им о том, что происходило на самом деле. О сне. О странном ощущении, будто её затягивает в чужую реальность. — Я просто… мне нужно немного отдохнуть, — произнесла она, избегая их взглядов. — Правда, со мной всё в порядке. Возможно, это последствия того обморока. Вивьен обменялась с Асселиной обеспокоенным взглядом, но затем вздохнула: — Хорошо, но если это повторится, мы всё равно отведём тебя к мадам Помфри. Обещай, что хотя бы попробуешь расслабиться. Лира кивнула, принимая стакан с водой из рук Асселины. Она сделала несколько маленьких глотков, чувствуя, как прохладная влага немного освежает её пересохшее горло. — Спасибо, — тихо сказала она, стараясь улыбнуться. Гретель сжала её руку: — Мы рядом, если что. Не бойся просить о помощи. Когда девушки наконец отошли, Лира снова опустилась на подушку, закрыв глаза. Она чувствовала себя измотанной, но знала, что сон не принесёт ей отдыха. Слишком много вопросов крутилось в её голове. Кто он? Почему его голос звучит так знакомо? И почему она не может избавиться от ощущения, что её жизнь начинает выходить из-под контроля? Она глубоко вздохнула, пытаясь прогнать тревожные мысли. Но даже сквозь тишину комнаты она чувствовала, как где-то вдалеке эхом раздаются шаги. Шаги, которые она уже слышала во сне. Шаги, которые приближались.

***

Весь следующий день Лира не могла избавиться от ощущения, что её разум играет с ней злую шутку. Мысли о странном сне преследовали её на каждом шагу: во время завтрака, когда она машинально ковыряла вилкой недоеденный омлет; на уроках, когда профессор Флитвик задавал вопросы, а она едва слышала его голос; даже в коридорах, где обычно царила привычная суета Хогвартса, всё казалось приглушённым, словно мир вокруг растворялся, оставляя только её и эти тревожные мысли. "Это было на самом деле?" — снова и снова спрашивала она себя, пытаясь найти логическое объяснение. Сон казался таким реальным, настолько живым, что иногда она ловила себя на мысли: а вдруг это был не сон? Вдруг кто-то или что-то каким-то образом вторглось в её разум, заставив пережить чужие воспоминания? Но это казалось ещё более невероятным, чем сам сон. Особенно её беспокоил Том Слизерин. Она никогда раньше не встречала его, но почему-то чувствовала, что он знаком ей. Его красные глаза, холодный взгляд, манера говорить — всё это будто отпечаталось в её памяти. И Римандо… Как она могла знать о дяде Римандо, если раньше даже не подозревала, что у него есть родственники, кроме братьев? Это было невозможно. Нереально. Её разум просто не мог выдумать такие детали. — Лира, ты вообще слушаешь? — голос Пэнси вернул её в реальность. Они сидели в гостиной, и подруга что-то рассказывала о предстоящей контрольной по Зельям. — Прости, я… задумалась, — пробормотала Лира, отводя взгляд. Она знала, что Пэнси заметила её состояние, но не решалась рассказать ей правду. Как она могла объяснить то, чего сама не понимала? — Опять этот сон? — тихо спросила Эридия, которая сидела рядом. Её голос был полон заботы, но в глазах читалась тревога. Она уже успела рассказать подругам о том, что ей снились очень странные моменты, но не вдавалась в подробности. — Ты всё ещё думаешь о нём? Лира кивнула, обхватывая руками чашку с горячим шоколадом, которую принесла Дафна. — Я не могу понять… Это было так реально. Я видела людей, которых раньше никогда не встречала. Слышала их голоса, чувствовала их эмоции… — она замолчала, не в силах подобрать слова. — Может, это просто стресс? — предположила Дафна, аккуратно поправляя выбившуюся прядь волос. — Ты ведь много училась в последнее время, да и обмороки… — Нет, — твёрдо ответила Лира, хотя внутри у неё всё сжалось. — Это не стресс. Я чувствую… что это что-то большее. Подруги переглянулись, явно не зная, что сказать. Лира понимала, что её слова звучат странно, но не могла просто отмахнуться от того, что происходило. Особенно от образа Тома, который теперь стоял перед её мысленным взором, словно насмехаясь над её попытками найти объяснение. Особенно её беспокоили слова Драко о том, что у Римандо есть девушка — та самая, которая была обещана Тому Слизерину. Лира не могла отделаться от чувства, что этот сон был не просто фантазией её уставшего разума. Каждая деталь казалась слишком реальной, слишком точной. "Может быть, это просто совпадение?" — думала она, перебирая страницы книги, хотя буквы расплывались перед глазами. Но чем больше она пыталась отмахнуться от этих мыслей, тем сильнее они давили на неё. Она вспомнила, как Том Слизерин замер, услышав имя Римандо. Его красные глаза вспыхнули яростью, а голос стал ледяным, когда он произнёс: "Парень?" Эти слова эхом отдавались в её голове. Лира знала, что Римандо никогда не говорил ей о какой-то другой девушке. Но теперь она начала сомневаться. Почему он молчал? Было ли это случайностью или он намеренно скрывал правду? "Римандо... У него действительно есть кто-то ещё," — подумала она, её мысли путались. Лира вспомнила, как однажды Римандо упомянул о семейных обязательствах, но тогда она не придала этому значения. Теперь же каждое его слово обретало новый смысл. Она поняла, что его близость к ней, возможно, была лишь способом убежать от этой реальности — от девушки, которую выбрали для него родители. "Но почему он не сказал мне? Почему скрывал?" — спрашивала она себя, выйдя из гостиной и шагая по коридору. Её шаги эхом разносились в тишине, пока она пыталась найти ответы. Возможно, он боялся ранить её. Или, может быть, он просто не хотел противостоять своей семье. А может, он изначально просто хотел поиграться с её чувствами, как это делали многие другие. Лира шла медленно, её руки были плотно сжаты в кулаки, а мысли путались, словно клубок нитей, который невозможно распутать. Стены Хогвартса, обычно такие надёжные и уютные, теперь казались холодными и чужими. Она миновала несколько портретов, где обитатели следили за ней с любопытством, но Лира даже не замечала их взглядов. Всё её внимание было сосредоточено на том, что она только что поняла — или, возможно, лишь предположила. "Римандо... Как ты мог?" — её сердце сжалось от боли и обиды. Каждый поворот коридора, каждый звук её шагов усиливали чувство одиночества. Она хотела убежать от этих мыслей, от этого давления, которое сжимало её грудь. Ей нужно было место, где никто не смог бы её найти. Место, где можно было просто дышать. Астрономическая башня оказалась таким убежищем для Лиры. Высоко над замком, под бескрайним небом, она чувствовала себя свободной от всех обязательств и проблем. Туда редко кто заходил после наступления темноты, и именно это привлекало её сейчас. Она поднялась по винтовой лестнице, её пальцы слегка касались холодных перил, словно она искала хоть какую-то опору в этой реальности. Когда она наконец вышла на открытую площадку башни, прохладный ночной воздух ударил ей в лицо, заставляя вздрогнуть. Звёзды мерцали высоко над головой, а луна освещала окрестности Хогвартса, придавая всему вокруг серебристый оттенок. Лира подошла к краю башни, её глаза блуждали по далёким огням деревни Хогсмид и тёмным очертаниям Запретного леса. Здесь, на вершине, мир казался другим. Тишина была почти осязаемой, нарушаемая лишь лёгким шелестом ветра. Лира закрыла глаза, пытаясь успокоиться, но образ Римандо продолжал стоять перед её мысленным взором. Его улыбка, его голос, его прикосновения — всё это теперь казалось ей ложью. "Как я могла быть такой слепой?" — подумала она, чувствуя, как слёзы начинают подступать к глазам. Она оперлась руками о каменный парапет, глубоко вдыхая ночной воздух. В этот момент ей хотелось кричать, плакать, бить кулаками по холодному камню. Но вместо этого она просто стояла, позволяя ветру играть с её волосами, и смотрела вдаль, пытаясь найти хоть какой-то смысл во всём происходящем. "Почему ты не выбрал меня?" — тихо прошептала она, обращаясь к ночному небу. Ответа, конечно, не было. Только звёзды молча наблюдали за ней, словно тысячи маленьких свидетелей её боли. Внезапно тишину нарушил тихий кашель. Она вздрогнула и обернулась, не сразу поняв, кто стоит за её спиной. Там, прислонившись к стене неподалёку, стоял Амадео Малфой. Его светлые волосы мягко блестели в свете луны, а на лице играла лёгкая улыбка. Лира не заметила его появление — она была слишком погружена в свои мысли. — Плохой день? — спросил он, глядя на неё с едва уловимым сочувствием. Лира кивнула, не находя слов для ответа. Его присутствие было неожиданным, но почему-то успокаивающим. Она решила использовать этот момент, чтобы задать вопрос, который мучил её с тех пор, как она услышала имя Бартемиуса Крауча во сне. — Ты знаешь, кто такой Бартемиус Крауч? — спросила она, стараясь, чтобы её голос звучал ровно. Амадео приподнял бровь, явно удивлённый её вопросом. Он выпрямился и сделал шаг вперёд, его лицо стало серьёзным. — Конечно, знаю, — ответил он, слегка скрестив руки на груди. — Это дядя Эдмонда Крауча. Лира почувствовала, как её сердце сжалось. Её догадки подтвердились, но это не принесло облегчения. Эдмонд был младшим братом Римандо, а знаяит, Бартемиус и дядя Римандо тоже. — И что он за человек? — осторожно спросила она, стараясь скрыть своё волнение. Амадео задумчиво посмотрел на неё, будто решая, стоит ли говорить больше. — Бартемиус Крауч… один из самых преданных Пожирателей Смерти, — произнёс он наконец. — Говорят, что он один из лучших. Холодный, расчётливый, всегда выполнял приказы без колебаний. Лира опустила взгляд, чувствуя, как холодок пробегает по спине. Теперь всё становилось ещё более запутанным. Если Бартемиус Крауч действительно такой влиятельный и опасный человек, то какую роль он играл в жизни Римандо? И что значил тот странный сон? — Почему ты спрашиваешь? — поинтересовался Амадео, внимательно наблюдая за её реакцией. Лира замешкалась. Она не могла рассказать ему о своём сне или о том, что узнала. Вместо этого она лишь слабо улыбнулась. — Просто... слышала это имя где-то. Решила уточнить. Амадео кивнул, хотя в его глазах читалось сомнение. Он явно чувствовал, что она что-то скрывает, но не стал давить. Лира и Амадео стояли рядом на Астрономической башне, их силуэты едва угадывались в серебристом свете луны. Время словно остановилось — ни один из них не произносил ни слова, но тишина между ними была удивительно комфортной. Лира чувствовала, как её мысли постепенно успокаиваются, растворяясь в шорохе ночного ветра и далёких звёздах. Она даже не заметила, как прошло полчаса. Внезапно небо над головой потемнело ещё сильнее, и первые капли дождя упали на каменные плиты башни. Лёгкий ветерок принёс с собой прохладу, а затем раздался резкий раскат грома, эхом прокатившийся по окрестностям Хогвартса. Лира вздрогнула, инстинктивно обхватив себя руками, и сделала шаг назад. Амадео, до этого молчавший, тихо усмехнулся. Его улыбка была почти невидимой в темноте, но Лира всё равно почувствовала её — так же, как чувствовала его взгляд на себе последние полчаса. Он наблюдал за ней, это было очевидно. И хотя она могла бы почувствовать себя неловко, почему-то это не вызвало в ней раздражения. Наоборот, она ощутила что-то тёплое, мягкое, будто его внимание было чем-то особенным. — Тебя испугал гром? — спросил он наконец, его голос был мягким, но с лёгкой насмешливой ноткой. Лира повернулась к нему, её щеки слегка порозовели от смущения. — Нет, просто... не ожидала, — ответила она, пожимая плечами и стараясь скрыть своё волнение. Однако её глаза выдали её — они блестели в свете молнии, которая только что осветила небо. Амадео снова улыбнулся, на этот раз шире. Его улыбка была такой искренней, что Лире показалось, будто весь мир вокруг внезапно расцвёл. Даже дождь, который усиливался с каждой секундой, казался теперь частью этой магии. Её внимание было полностью приковано к нему. — Знаешь, ты совсем другая, когда думаешь, что никто не смотрит, — произнёс Амадео, его голос стал чуть тише, но в нём появились новые нотки — теплота и что-то, что Лира не могла точно определить. Она замерла, глядя на него. Его слова были неожиданными, но в то же время трогательными. Лира почувствовала, как её сердце начинает биться быстрее, а губы сами собой растягиваются в ответной улыбке. — А ты всегда так наблюдаешь за людьми? — спросила она, пытаясь сохранить лёгкий тон, хотя её голос слегка дрогнул. — Только за теми, кто этого стоит, — ответил Амадео, и в его глазах промелькнуло что-то, от чего у Лиры перехватило дыхание. Дождь продолжал литься с неба. — Знаешь, хотела спросить, — произнесла она, не глядя на Амадео, а лишь наблюдая за тем, как капли дождя стекают по каменному парапету. Её голос звучал немного невнятно, но слова вырывались легко, словно плотина внутри неё наконец прорвалась. Амадео удивлённо приподнял бровь, его улыбка стала чуть шире. — Да? Лира сделала глубокий вдох, чувствуя, как её щеки начинают гореть. Она повернулась к нему, её глаза блестели от смеси дождя и эмоций. — Мне сказали... что у тебя есть невеста. Это правда? — спросила она, стараясь сохранять серьёзный тон, хотя внутри всё сжалось от тревоги. Сегодня она говорит много лишнего. Амадео замер. Его улыбка исчезла, а лицо стало абсолютно серьёзным. Он внимательно посмотрел на Лиру, возможно, пытаясь понять, шутит ли она или говорит искренне. — Невеста? — переспросил он, явно удивлённый. — Кто тебе такое сказал? Лира пожала плечами, чувствуя себя немного глупо. — Ну... неважно. Просто интересно… Тебе нравится эта девушка? Сколько вы уже вместе? Амадео покачал головой, и в его глазах мелькнула лёгкая насмешка. Он шагнул ближе к ней, чтобы дождь не заглушал его слова. — Лира, у меня нет невесты. И никогда не было. Кто бы ни распространял эти слухи, они ошибаются. Или, возможно, кто-то просто пытается подшутить над тобой. Лира почувствовала, как её сердце слегка дрогнуло от облегчения, хотя она и пыталась скрыть это. Она попыталась улыбнуться, но её лицо всё ещё хранило следы смущения. Пэнси соврала ей тогда? Но зачем? — Прости, если я ляпнула что-то лишнее, — пробормотала она. — Просто... знаю, что многие семьи в нашем мире решают такие вещи заранее. Подумала, что, может быть... — Нет, — перебил её Амадео, его голос стал мягче. — Моя семья действительно много чего решает за меня. Но пока что вопрос о помолвке даже не поднимался. И, честно говоря, я не тороплюсь. Лира сделала глубокий вдох, словно пытаясь собраться с мыслями. — Мне пришло письмо от отца, — начала она, не глядя на него. — Он... он сказал, что хочет, чтобы я вышла замуж как можно скорее. Потому что он стареет и мечтает увидеть внуков. Амадео приподнял бровь, явно удивлённый таким поворотом. — Замуж? — переспросил он, и в его голосе мелькнула лёгкая насмешка. — Это довольно серьёзный шаг. А ты... что думаешь об этом? Лира нервно провела рукой по своим влажным волосам, избегая его взгляда. — Я не знаю, что делать, — призналась она. — Отец сказал, что решение за мной. Но... я чувствую себя так, будто это уже решено за меня. Как будто я должна согласиться только потому, что этого хочет он. Амадео слегка улыбнулся, скрестив руки на груди. — Значит, ты спрашиваешь меня про мою невесту, потому что хочешь ей стать? — спросил он с лёгкой издёвкой, хотя в его глазах читалось любопытство. Лира резко повернула голову, её зрачки расширились. — Что? Нет! — воскликнула она, начиная энергично мотать головой. — Я просто... просто хотела знать! Это совсем не то, что ты думаешь! Она попятилась на шаг, её щеки покраснели, а движения стали нервными. Дождь усиливался. — Я... я не думала об этом! То есть... — Лира запнулась, явно теряя нить своих мыслей. Она закрыла лицо руками, пытаясь скрыть своё смущение. — Это было просто любопытство! Амадео рассмеялся, но его смех был мягким, без злого умысла. — Расслабься, Лира, — сказал он, подходя ближе. — Я просто шучу. Не нужно так паниковать. Но Лира всё ещё чувствовала себя неловко. Она опустила руки и посмотрела на него, её глаза блестели от смеси дождя и эмоций. — Это не смешно, — пробормотала она, хотя уголки её губ невольно дрогнули в улыбке. — Я серьёзно не знаю, что делать. Если я соглашусь... это будет означать конец моей свободы. А если откажусь... я подведу отца. Амадео задумчиво посмотрел на неё, его улыбка исчезла, уступив место более серьёзному выражению. — Ты должна сделать то, что чувствуешь правильным для себя, — произнёс он тихо. — Неважно, чего хотят другие. Важно, чего хочешь ты. Амадео слегка усмехнулся, глядя на Лиру с лёгкой иронией. Они замолчали на минуту, но потом Амадео продолжил: — Значит, ты уже рассматриваешь варианты? — спросил он, поднимая бровь. — Или просто философствуешь? Лира покачала головой, её голос стал чуть серьёзнее, хотя в нём всё ещё чувствовалась лёгкая неуверенность. — Я просто..., — ответила она, обхватывая себя руками, словно пытаясь согреться. — Замужество само по себе — это не всегда плохо. Если жених хороший, если он действительно заботится... тогда это может быть даже прекрасно. Но найти хорошего жениха... это сложно. Она замолчала, её взгляд устремился куда-то вдаль, будто она видела перед собой что-то, чего больше никто не мог заметить. Дождь продолжал стучать по каменным плитам башни, а холодный ветер трепал её мокрые волосы. — Знаешь, многие семьи решают такие вещи заранее, — продолжила она после паузы. — Они выбирают кандидатов из подходящих родов, соединяют семьи... но редко думают о том, что чувствуют сами люди. А я... я не хочу выходить замуж просто потому, что это удобно для других. Я хочу, чтобы это было правильным выбором. Чтобы человек рядом был тем, кто действительно... Она запнулась, не находя нужных слов. Её щеки снова порозовели, но теперь уже не от смущения, а от искренности, с которой она говорила. — Понимаю, — произнёс Амадео тихо, его ироничная улыбка сменилась чем-то более мягким. — Ты хочешь, чтобы это было не просто формальностью. Чтобы это значило что-то большее. Лира кивнула, почувствовав, как её сердце немного согревается от его понимания. — Именно. Но где найти такого человека? В нашем мире все так заняты своими обязательствами, своими планами... Иногда кажется, что настоящие чувства вообще никому не нужны. Все просто играют роли. Амадео задумчиво посмотрел на неё, его глаза блестели в свете молнии, которая только что осветила небо. — Может быть, дело не в том, чтобы искать, — сказал он медленно. — А в том, чтобы позволить кому-то найти тебя. Иногда лучшие вещи случаются, когда ты меньше всего этого ожидаешь. Лира встретила его взгляд, и на мгновение между ними повисла тишина, прерываемая лишь шумом дождя. Она почувствовала, как её сердце забилось быстрее, но быстро отвела глаза, стараясь скрыть свои эмоции. — Возможно, ты прав, — пробормотала она, стараясь сохранить лёгкий тон. — Но пока что я даже не знаю, с чего начать. Амадео слегка усмехнулся, глядя на Лиру с лёгкой иронией, но в его глазах читалась мягкая поддержка. — Возможно, ответ проще, чем ты думаешь, — сказал он, пожимая плечами. — Просто жди. Не нужно сразу строить планы или перебирать всех подходящих кандидатов. Пусть всё идёт своим чередом. Кто знает? Возможно, первый же парень, который пришлёт тебе письмо — не из твоей семьи, конечно, — окажется тем самым человеком, с которым стоит попробовать начать что-то новое. Что думаешь? Лира удивлённо подняла брови, а затем её губы медленно растянулись в улыбке. Она представила эту идею и внезапно почувствовала, как её сердце согревается от этой забавной затеи. — Ждать первого письма? — переспросила она, сдерживая смех. — Это звучит почти как детская игра. Но... знаешь, в этом есть что-то забавное. Что, если это будет кто-то совершенно неожиданный? Амадео рассмеялся, его голос прозвучал тепло и уверенно. — Именно! В жизни иногда самые неожиданные повороты оказываются самыми интересными. Так почему бы не попробовать? В конце концов, что ты теряешь? Лира задумчиво кивнула, её улыбка стала шире. — Хорошо, — произнесла она, поворачиваясь к Амадео. — Я подумаю об этом. Может быть, судьба действительно любит такие игры. Его глаза блеснули в свете молнии, которая снова осветила небо.