Два пельмешка в одной чашке: истории о любви, драме и страсти

      Ван Ибо, облачённый в термокостюм цвета «ядовитый попугай», прыгал по гостиной, размахивая брошюрой «Ледолазание для пенсионеров и их безумных мужей». На столе дымился чай, который Сяо Чжань, в пижаме с единорогами (подарок Ибо), пытался допить, прежде чем муж угробит их брак очередной «гениальной» идеей, и листая сценарий нового исторического сериала.       — Слушай, Чжань-гэ, — Ибо включил на телевизоре запись Discovery, где он карабкался по отвесной скале, — вот это настоящий кайф! А ты всё в своих дорамах копаешься. Давай сменим декорации! Прыгнем с парашютом? Или на байках по пустыне?       Сяо Чжань поднял глаза от текста, где его герой произносил пафосную речь о чести, и скептически взглянул на экран.       — Ты в своём уме? — он ткнул ручкой в монитор, где Ибо на экране лихо спрыгивал с водопада. — В прошлый раз, когда ты позвал меня «просто покататься», мы чуть не разбились на том гоночном треке в Шанхае. Помнишь, как продюсеры потом два часа отмывали меня от грязи перед съёмками?       — Зато это было незабываемо! — засмеялся Ибо. — Вот, смотри. Тут даже страховка включена. Ну, почти.       — «Почти» — это твоё второе имя. — Как в том твоём Discovery, где ты клялся, что жареные насекомые — это «почти как трюфели, если закрыть глаза и представить апокалипсис»? — Сяо Чжань содрогнулся вспоминая интервью Ибо для Sina Entertainment. — Я предпочитаю экстрим в кадре. Как в «Расколотом небе», где мой герой сражался с цифровым демоном. Без риска для жизни.       — Цифровой демон? — Ибо фыркнул, доставая из кармана два билета. — Это ты про зелёный экран и кривые спецэффекты? Здесь же реальный адреналин! Представь: ты, я, горы, ветер в лицо… И ни одного ассистента с зонтиком!       — Ага, и потом нас будут спасать вертолётом, — Сяо Чжань закрыл сценарий и встал.        — Ладно, уговорил. Но только если после этого ты сходишь со мной на мастер-класс по вышиванию крестиком. Ты же клялся, что поддержишь мой путь к «духовному просветлению через рукоделие».       — Договорились! — Ибо ухмыльнулся, пряча брошюру.       Через три часа они уже были у скалы. Ветер трепал волосы Сяо Чжаня, напоминая о том, как он ненавидел съёмки в париках для исторических драм.       Ван Ибо стоял перед ледяной стеной. Его костюм — нечто среднее между скафандром и пижамой для робота-гея — обтягивал тело с таким усердием, будто пытался продать идею: «Да, я точно переживу эту авантюру! И да, я купил это на распродаже «Спорттовары для тех, кто верит в реинкарнацию». Рядом стоял Сяо Чжань, в шапке-ушанке (подарок Ибо на третью годовщину) и с термосом, украшенным наклейкой «Я пережил свидание с Ибо — спросите меня как». Он напоминал не то комичного персонажа из фильма про полярные приключения., не то жертву розыгрыша в стиле «А теперь штурмуем Эверест на спор!».       — Любимый,— Ибо щёлкнул карабином, — ты же сам говорил: «Надо разнообразить быт!» Вот я и разнообразил!       — Я имел в виду не игры со смертью! — Сяо Чжань попытался пристегнуться к страховке, но запутался в верёвках, как в прошлый раз в гирлянде на Новый год. — И почему я всегда соглашаюсь на твои «идеи»?Ты же даже в Discovery признался, что твой главный талант — выживать вопреки здравому смыслу!       — Ага, и там же сказали, что я «человек-стихия»! — гордо парировал Ибо. — Вот и доказываю! Ну и потому что в брачном контракте пункт №5: «Муж обязуется терпеть креатив второй половины»       Ветер выл, как голодный дух из дешёвой хоррор-дорамы, а лёд под альпинистскими ботинками Ибо хрустел, словно чипсы под сапогом параноика. Сяо Чжань, пристёгнутый к верёвке (которая, как он подозревал, была куплена на распродаже «всё для шибари за час»), тыкал ледорубом в стену.       — Эй, любовь моя! — Ибо, вися над пропастью, ухмыльнулся так, будто уже видел себя на обложке «National Geographic: Идиоты в их естественной среде». — Ты как там? Не передумал?       — Ты уже заставлял меня страдать, но я всё ещё здесь! — Сяо Чжань плюхнулся на выступ, отряхивая снег с ушанки. — Напомни, зачем мы это делаем?       — Потому что я поспорил с Орешкой, что ты не протянешь и пяти минут! Она поставила против тебя две пачки корма! — Ибо рванул вверх, откалывая ледяную глыбу размером с его эго.       — Ну что, может актёрская подготовка тебе поможет? — крикнул Ибо, проверяя карабины.       — Актёрская подготовка учит притворяться, что мне не страшно, — огрызнулся Сяо Чжань, цепляясь за скалу. — А тебе бы стоило сыграть в фильме ужасов — «Маньяк-экстремал».       — Уже предлагали! — засмеялся Ибо. — Но я отказался.       Внезапно Ибо, вдохновлённый внезапной мыслью, что он — потомок снежного барса, решил сделать «финт ушами»: перепрыгнуть на соседний выступ.       Лёд под Ибо затрещал, как бюджетный спецэффект. Сяо Чжань замер, чувствуя, как верёвка натягивается.       — Ибо…       — Всё под контролем! — тот лихо перекувырнулся через выступ, зацепившись за торчащий камень.       Ибо быстро карабкался вверх, лихо отбрасывая ледяные щепки и крича что-то про «дух предков» и «вертикальный дзен». Через пять минут он завис на высоте трёх метров, внезапно осознав, что «вниз» выглядит гораздо дальше, чем в роликах на YouTube.       Сяо Чжань потянулся к следующему выступу, но лёд рассыпался, оставив его висеть на одной руке.       — Эй, не дрейфь! — Ибо спустился на метр, протягивая руку. Сяо Чжань ухватился за его рукав, и они оба съехали вниз, пока верёвка не дёрнула их, как кукол-марионеток.       — Видишь? — Ибо выдохнул, впиваясь ледорубом в лёд. — Страховка сработала. Я же говорил — надёжная!       — Знаешь, о чём я сейчас подумал? О том, что наша Орешек осталась дома одна! Кто ее накормит, если мы тут превратимся в ледышки?!       — Не волнуйся, — Ибо потянулся к рюкзаку, — я оставил ей автоматическую кормушку… Хотя, кажется, забыл её включить.       — Ибо! Мы — родители! Какой год как родители! Кошке нужна не кормушка, а наше внимание!       За время разгоревшегося спора они выяснили, что: Ледолазание — это когда один лезет вверх, а второй молится, чтобы их кошка не стала сиротой. «Освежить отношения» лучше шампанским, а не льдом. Муж №1 (Ибо) отныне выбирает только те хобби, где есть мягкий диван и грелка…       Спуск занял вдвое больше времени, потому что Ибо «случайно» снял GoPro и начал монтировать видео под хэштегом #СупругиНаГраниСмерти. У кафе их ждала Орешек — сидела на капоте их джипа, вылизывая лапу с видом королевы, узнавшей об измене.       — Она сбежала… — Сяо Чжань ахнул. — Как?!       — А, — Ибо потёр затылок. — Я же говорил, купил ей умный ошейник с GPS. И… эээ… научил открывать окна.       — Ты. Что.       — Зато теперь она самостоятельная! — Ибо подхватил кошку, пряча лицо за её пушистым боком. — Мы же хотели разнообразия?       Сяо Чжань схватил термос и вылил остатки чая в сугроб.       — Слушай сюда, «снежный барс». Теперь твоё хобби — вязание. А мой проект — дрессировать Орешку, чтобы она тебя кусала каждый раз, когда ты произносишь слово «экстрим».       — Но…       — ВЯЗАНИЕ, Ибо.       Они тронулись в путь, оставив за спиной ледяную стену, которая теперь казалась просто декорацией к их очередному абсурдному приключению. На заднем сиденье Орешек методично грызла брошюру по ледолазанию. В её взгляде читалось: «Настоящий экстрим — это не лед, а попытка уснуть, пока Ибо ищет в Google “как приручить йети” в три ночи».       Сяо Чжань, вытащив из-под сиденья грелку в форме сердца (с надписью «Выжил ради придирчивой кошки и мужа-психа»), бросил на Ибо взгляд, который мог бы заморозить Эверест.       — Ты серьёзно? — он потряс ими перед лицом Ибо. — Это твой «запасной план»?       Тот, не моргнув, сунул ему в руки термос с чаем «Для тех, кто ещё не убил мужа».       — Ну… они же милые! — Ибо ухмыльнулся, включая подогрев сидений. — И функциональные! Смотри: если приложить к щеке, это как мои нежные поцелуи.       Чжань фыркнул, но грелку прижал к груди.       — Ладно, «снежный барс». Домой. И чтобы до Нового года — ни слова про скалы, верёвки и…       — И про то, как ты висел на ледорубе, как медуза на ветру?       — Ибо!       — Договорились!       Чжань, пряча улыбку в воротник, потянулся поправить Ибо шапку. Тот, как всегда, сделал вид, что не заметил. А Орешек, зевнув, плюхнулась между ними, будто говоря: «Хватит. Ваш брак — уже готовый сценарий для ситкома. Дайте кошке поспать». Их машина, скрипя подвеской, поползла к дому — туда, где брошюра «Сёрфинг с акулами для оптимистов» уже мирно пылилась под диваном, а настоящие приключения начинались с фразы: «Чжань-гэ, ты куда спрятал мои кроссовки? Я тут билеты на тур „Караоке в кратере вулкана“ выиграл! Там даже страховку в подарок дают… в виде огнетушителя!».