Влюблённые не нужны

Эни не понимает, зачем посвящать целый день чему-то столь бессмысленному, как признания и подарки. Чувства не стоят свеч. А если уж кому-то приспичило дарить дурацкие открытки, то пусть делают это подальше от неё. Но это не значит, что остальные согласны. — Ты могла хотя бы притвориться, что тебе не наплевать, — ворчит Кевин, глядя на Эни поверх кружки с кофе. — Тебя ведь даже девушки из команды побаиваются. — Я не виновата, что у них кишка тонка, — отзывается Эни, лениво растягиваясь на диване. Её совершенно не волнует, что вся команда обсуждает, кто что подарит, и у кого есть парни или девушки. Она слышала, как Дэн заикнулась про открытки, но предупредила её ещё вчера: если хоть одна дойдёт до Эни, отправитель пожалеет. Кевин тяжело вздыхает, но больше ничего не говорит. Он знает, что это бесполезно. И всё бы прошло идеально, если бы не Нелли. Эни не сразу её замечает — в комнате шумно, кто-то включает радио, а Дэн спорит с Элисон о романтике, кто кому что подарит. Нелли подходит бесшумно, как обычно, и просто садится рядом на диван. Кладёт что-то на колени Эни. Белый конверт. Эни скользит взглядом по девушке. Нелли смотрит в ответ, бесстрастная, как всегда, только в уголках губ скрытая насмешка. — Ты серьёзно? — Эни поднимает брови. — Разве не очевидно? — невозмутимо спрашивает Нелли. Это ловушка, но Эни всё же вскрывает конверт. Внутри — открытка. Яркая, с красными сердечками, противно праздничная. И короткое послание, написанное знакомым почерком: "Ты всё равно не сможешь её проигнорировать." Эни сжимает открытку в руке, медленно переводя взгляд на Нелли. — Ты ведь знаешь, что я её сожгу? — Конечно. — И всё равно принесла? — Разве не в этом суть? Чёртова Нелли. Эни щёлкает языком, но прячет открытку в карман, прежде чем успевает передумать. День святого Валентина всё ещё глупость. Но, возможно, Нелли — тоже. Эни раздражённо закатывает глаза и рывком хватает Нелли за запястье. Девушка не сопротивляется, когда Эни поднимается с дивана и решительно ведёт её прочь из гостиной, не удосуживаясь объяснять остальным. Коридор, лестница, щелчок замка — и вот они уже в спальне. Нелли едва успевает поднять бровь, как Эни толкает её в сторону кровати. Та падает на мягкий матрас, ловко перекатываясь, и, вместо того чтобы возмутиться, лишь ухмыляется. — Так грубо, Эни, — её голос полон насмешки. — Разве так обращаются с теми, кто дарит подарки? — Будто Я просила. — Но ты её не сожгла. Эни молчит, прижимая Нелли своим телом к кровати. Она ловит её запястья, резко отводя вверх, вдавливая в матрас. Глаза Нелли мерцают хитрым огнём. Она любит это — ловить Эни на противоречиях, дразнить, провоцировать. Но у Эни нет терпения. Она наклоняется, захватывает губы Нелли в жёстком, глубоком поцелуе. Рывком втягивает воздух, чувствуя, как сердце колотится в груди. Нелли усмехается сквозь поцелуй, но через секунду уже отвечает, подаваясь ближе, позволяя Эни взять то, что она хочет. Тепло дыхания Эни касается кожи Нелли, вызывая мурашки. Она целует вдоль линии ключицы — медленно, тягуче, оставляя за собой влажный след. Её губы двигаются вниз, к изгибу рёбер, к животу. Нелли не сдерживает стон, длинный и наполненный напряжением. Эни усмехается, чувствуя, как дыхание Нелли сбивается. Как её пальцы сжимаются на простыне, словно ей нужно за что-то держаться. Но это ненадолго. Пальцы Нелли находят пряди волос Эни, цепляются за них, слегка тянут. Не больно, но настойчиво. Эни поднимает голову, встречая её взгляд. Глаза Нелли мерцают под светом ночника: хитрые, разгорячённые, выжидающие. В следующий миг они меняются местами. Эни не успевает и моргнуть, как оказывается на спине. Её дыхание сбивается, но не от неожиданности, а от того, как легко и уверенно Нелли переворачивает их. Нелли нависает, тёплыми ладонями скользя вдоль рёбер Эни, почти не касаясь, но достаточно, чтобы заставить ту задержать дыхание. — Разве так честно? — голос Эни звучит чуть хрипло. — А разве ты играешь честно? — отвечает Нелли, склоняясь ниже. Она начинает с живота мягкие, неспешные поцелуи. Спокойные, но пропитанные скрытым огнём. Эни напрягается, мышцы живота предательски дрожат от таких невинных касаний. Нелли спускается ниже, её губы скользят вдоль живота, тёплый язык очерчивает круги у пупка. Её руки освобождают Эни от чертовски красивого кружевного белья. Эни сглатывает, заставляя себя держаться. Но Нелли знает, как проверять её терпение. Почти незаметное касание зубов на нижних губах, тяжёлые касания ладоней на бёдрах, язык давящий на и так набухший клитор. Этого достаточно, чтобы у Эни перехватило дыхание. — Нелли, мать твою.. Нелли поднимает взгляд, наблюдая за ней из-под ресниц, с самодовольной усмешкой. Она проводит пальцами вдоль больших губ Эни, вниз, чуть царапает ногтями, заставляя ту резко втянуть воздух. Уже влажные от смазки пальцы раздвигают горячие стенки Эни, которая намертво вцепилась в простыни. Эни никогда не позволяла себе быть столь уязвимой, но с Нелли всё было иначе. Она чуть расслабилась, откинув голову на подушку, позволив Нелли полностью забрать контроль, что случалось редко. Даже очень. Но доверие к Нелли перевешивало всё остальное сопротивление тела. Пальцы двигались плавно, с каждым разом углубляясь чуть больше, проверяя реакцию, растягивая медленно и аккуратно. Поясница Эни выгибалась, будто требовала больше тепла, больше касании, больше любви. — Ты стараешься даже не стонать, но зачем? — её голос низкий, чуть охрипший — Я ведь всё равно знаю, что тебе нравится. — Ты слишком самоуверенная, —eë голос дрожит, но не от неуверенности, а от чего-то более глубинного, пульсирующего снизу. — А ты слишком упрямая. Нелли вновь добавила движение, увеличивая интенсивность, и остановилась на мгновение, чтобы услышать конечный короткий выдох Эни, похожий на слабый стон от оргазма. Нелли вынимает пальцы и с игривостью смотрит на Эни, которая лежит на спине, глубоко дыша, чувствуя, как сердце медленно возвращается к привычному ритму. Горячее тело Нелли прижато к её боку, пальцы лениво рисуют круги на коже Эни, не желая терять контакт. — Ты утомительна, — бормочет Эни, поворачивая голову. Нелли усмехается, не открывая глаз. — Ты тоже. Эни закатывает глаза, но не отстраняется. Может, Эни не ненавидит этот день влюблённых, потому что в итоге, в этот проклятый день, она всё-таки получила свой подарок.