Пари на свидание

      Кей и Лу сидят на диване в приёмной и негромко переговариваются. Ещё полчаса назад они должны были отправиться на очередной банкет, но Иво потребовалось срочно просмотреть какие-то документы.          ​Лу хмурит брови, предчувствуя утомительный вечер, после которого у неё непременно разболится голова.          ​За долгое время работы на Мартена она так и не смогла привыкнуть к этим великосветским тусовкам. Единственное, с чем более-менее смирилась — откровенные наряды, порой слишком явно демонстрирующие полное отсутствие белья. Надевать подобное, к счастью, приходилось не так уж часто, однако сегодня был как раз такой случай. Предстоящий приём организовала Шарлотта Сарду, славящаяся своими переходящими все грани приличия нарядами и разнузданными вечеринками.    ​      Лу старается прикрыть обнажённое бедро и тихо спрашивает:   ​      — Интересно, чем Сарду удивит публику сегодня? Опять выйдет к гостям полуголой?   ​      — Возможно, — пожимает плечами Кей. — А может, наоборот, поразит всех сдержанным образом.    ​      — Мы точно говорим об одном и том же человеке? — усмехается Лу. — По-моему, Шарлотта и сдержанность очень далеки друг от друга.    ​      — Пари? — с улыбкой предлагает Кей.   ​      — Ты же понимаешь, что заранее обрекаешь себя на проигрыш? — она вскидывает бровь.    ​      Кей в ответ лишь пожимает плечами и произносит негромко:   ​      — Кто знает…   ​      — Тогда готовься, — Лу растягивает губы в улыбке. — На этот раз я загадаю что-нибудь эдакое…    ​      Она неопределённо машет рукой в воздухе. Стоуна её маленькая угроза, кажется, не впечатляет, потому как он демонстрирует привычную невозмутимость.    ​      С недавних пор они с Кеем придумали себе небольшое развлечение в виде споров по поводу и без. Получилось это совершенно случайно, когда их мнения относительно одного из расследований разошлись.          ​Лу тогда яро отстаивала свою версию. Она была абсолютно уверена, что интуиция её не подводит, и в какой-то момент предложила заключить пари. Кей не стал отказываться, и они договорились, что проигравший должен будет выполнить какое-нибудь желание.          ​С тех пор всё и началось. Загадывали в основном всякую ерунду, суть была, конечно же, не в выигрыше, а в самом споре. Эта забавная игра привносила разнообразие в рабочие будни и добавляла азарта.    ​      Ещё некоторое время они болтают о всяких мелочах, пока в приёмной, наконец, не появляется Иво.    ​      Поездка оказывается весьма короткой, и спустя четверть часа все трое уже входят в огромный, богато украшенный зал.    ​      Мероприятие поражает, если не сказать шокирует своим масштабом. Сарду явно не поскупилась, решив отметить свой юбилей с поистине королевским размахом. На одни цветы для украшения зала ушло, наверное, целое состояние.          ​Фуршетные столы ломятся от всевозможных угощений и дорогущих напитков, которые льются рекой. Разномастная публика, находящаяся уже в лёгком подпитии, ведёт себя более чем расслабленно. Тут и там звучат смех и излишне громкие разговоры. Кто-то флиртует, кто-то обсуждает последние сплетни или обменивается колкостями с искусственными улыбками на надменных лицах.    ​      Лу морщится как от зубной боли и тихо вздыхает. Кей, тут же уловивший смену её настроения, слегка наклоняется и негромко произносит:         ​— Всего пару часов, Лу. Подумай о том, что после тебя ждёт выходной.    ​      Стоун улыбается, а она ворчит, едва сдерживаясь, чтобы не закатить глаза:         ​— Боюсь, я до него не доживу. Тут что, собрался весь Нью-Пари?   ​      Настолько масштабные приёмы были редкостью, что не могло не радовать, но каждый из них давался слишком тяжело.          ​Лу не любила находиться в толпе, а ещё постоянно волновалась, боясь не заметить опасность и подвести Иво. Вдобавок ко всему, от шума и резких запахов у неё очень быстро начинала болеть голова.          ​Кей ухмыляется и пожимает плечами:         ​— Похоже на то, — После короткой паузы добавляет: — А вот и виновница торжества.    ​      Несколько шагов, и они вместе с Мартеном останавливаются, чтобы поприветствовать Шарлотту.          ​Пока Иво сдержанно поздравляет Сарду, Лу смотрит на неё во все глаза.          ​Она ожидала максимально провокационного наряда, однако сегодня Шарлотта ничем не выделяется среди гостей.          ​Нет, платье её, конечно же, не отличается скромностью и скорее открывает, нежели скрывает пышную фигуру, однако в сравнении с другими образами выглядит почти прилично.          ​Лу досадливо поджимает губы и косится на улыбающегося Кея, одержавшего победу в их маленьком пари.          ​Он знает, как она не любит проигрывать, особенно тогда, когда бывает полностью уверена в своей правоте.    ​      Шарлотта переводит взгляд на Лу и Кея и приветствует их со своей слегка снисходительной, но всё же вполне дружелюбной улыбкой.    ​      — С праздником, мадам Сарду, — произносит Лу. — Прекрасно выглядите.    ​      — Вы мне льстите, мадемуазель Рид, — отзывается та. — Мне пришлось надеть первое, что попалось под руку. С моим нарядом произошло досадное недоразумение, так что…   ​      Она разводит руками и картинно вздыхает. Лу прекрасно видит, что всё это напускное и платье от именитого дизайнера вряд ли можно назвать тем, что случайно попалось под руку.          ​Кей тут же заверяет, что выглядит она очаровательно, и Шарлотта расплывается в довольной улыбке.    ​      Спустя пару минут Мартена увлекает в беседу кто-то из советников, и Лу с Кеем обмениваются взглядами. Стоун многозначительно улыбается и тихо говорит:         ​— Ты проиграла, так что готовься. Пожалуй, я загадаю тебе что-нибудь эдакое.    ​      Лу фыркает и ухмыляется тому, что он вернул ей её же фразу. Отвечает негромко:   ​      — Жду с нетерпением.    ​      Они перекидываются ещё несколькими репликами, но разговор прерывается, когда Иво, закончив диалог, продвигается ближе к центру. Лу и Кей следуют за ним, то и дело осматривая толпу.    ​      Вечер тянется словно резиновый. Они не пробыли на приёме и часа, а Лу кажется, словно прошла целая вечность.    ​      Желающих пообщаться с Мартеном слишком много, они буквально осаждают его. Лу замечает на лице Иво следы усталости.          ​За долгое время работы она хорошо научилась считывать его настроение и сейчас прекрасно видит, что тот утомлён, а значит, можно рассчитывать на скорое возвращение в Инквизицию.          ​В какой-то момент рядом с Иво возникает Марк, и её внимание переключается на него.    ​      Жонсьер, как всегда, выглядит строгим и собранным. Однако с недавних пор Лу знает, что всё это лишь предназначенный для окружающих образ, за которым скрывается настоящий Марк.    ​      В последнее месяцы она проводила в компании Жонсьера много времени и успела хорошо его изучить. Не раз Лу наблюдала, как он устало разбирает отчёты, закрывшись в кабинете поздно вечером. Видела небрежно брошенный на диван форменный китель, чуть закатанные рукава чёрной рубашки и взъерошенные волосы. Замечала, как иногда он устремляет в окно задумчивый взгляд и хмурится в ответ на какие-то свои мысли.          ​Она изучала его украдкой, стараясь не выдать своего интереса, однако с каждым днём становилось всё сложнее изображать невозмутимость.    ​      Её тянуло к Марку. Тянуло со страшной силой. В какой момент она перестала видеть в нём ворчливого коллегу и разглядела интересного мужчину, Лу не знала.          ​Возможно, это произошло тогда, когда они вместе работали в ночь переворота. Или тогда, когда на утро после она увидела его живым и здоровым и испытала облегчение.          ​А может быть, это случилось позже, когда Лу начала учиться у него тонкостям работы инквизитора. Когда просиживала вечера в его кабинете сначала за документами, а после за разговорами на отвлечённые темы.          ​И пусть о вещах, не связанных с делами, общались они не так уж часто, Лу всё же смогла узнать Марка чуть лучше.          ​Её взор возвращался к нему с завидной регулярностью. Порой она банально не могла заставить себя отвернуться, особенно в те моменты, когда он позволял себе расслабиться после сложного дня и сбросить свою инквизиторскую личину.          ​В такие моменты голос его становился тише, словно интимнее, а взгляд — теплее. Порой он дарил Лу такие улыбки, что у неё едва ли не кружилась голова. За всё время их знакомства она ни разу не видела, чтобы он так улыбался кому-то ещё.    ​      В эти моменты Лу почти верила в то, что Марк не так равнодушен к ней, как могло показаться на первый взгляд.    ​      Впрочем, иногда ей казалось, что она всё придумала. Что на самом деле в улыбках не было ничего, кроме вежливости, а соприкосновения пальцев, когда она передавала Жонсьеру очередную чашку кофе, были случайными, и тот факт, что он словно старался продлить момент — лишь игра её воображения.    ​      Лу не любила ходить вокруг да около, предпочитала говорить прямо в лоб. Вот только с Марком это не работало. Неуверенность в ответных чувствах мешалась с желанием выяснить, испытывает Жонсьер к ней что-то или же нет. Эти противоречия сводили с ума.    ​      — На твоём месте я бы не пялился на него так открыто. — Звучит над ухом голос Кея, и она вздрагивает от неожиданности.    ​      Отводит взгляд в сторону и тихо возражает:   ​      — Ни на кого я не пялюсь.    ​      — Пялишься. Причём уже несколько минут.    ​      Лу морщится и закатывает глаза.    ​      Конечно, для Кея её чувства к Марку давно уже не являлись секретом. Он всё понял едва ли не раньше, чем сама Лу. Временами даже пытался подтолкнуть её к действию, но, естественно, безуспешно.    ​      — Пригласи его на свидание. Сегодня вечером.          ​— Ага, уже бегу, — усмехается Лу.    ​      Однако при следующих словах Кея она разворачивается так резко, что едва не падает.          ​— Я серьёзно, Лу. Это моё желание.    ​      Она смотрит на него во все глаза, всё ещё надеясь, что это лишь неудачная шутка.    ​      Кей выглядит абсолютно невозмутимым. Он слегка кивает, безмолвно подтверждая серьёзность своего заявления.          ​— Я не стану этого делать, — шипит Лу. — Даже не надейся.          ​— Спор есть спор, Лу. У тебя просто нет других вариантов.    ​      — Крэп! Как ты себе это представляешь? — Она даже не старается скрыть негодования. — Он же меня просто пошлёт.    ​      — Не пошлёт, — возражает Стоун. После небольшой паузы добавляет: — Сколько ещё вы будете ходить вокруг да около? Вам двоим давно пора поговорить и всё прояснить.          ​Лу раздражённо выдыхает:   ​      — Нам нечего прояснять. К тому же, если бы он хотел, то давно сделал бы хоть что-то.          ​— А ты не думала, что он так же, как и ты, опасается невзаимности? — спрашивает Кей. — Вполне возможно, вас терзают одинаковые страхи.          ​— Ничего меня не терзает, ясно? Закрыли тему.    ​      Она поджимает губы. Стискивает кулаки так, что ногти впиваются в ладони, причиняя дискомфорт. В попытке подавить нахлынувшее раздражение делает несколько медленных, глубоких вдохов.          ​Кей абсолютно прав, Лу знает это, потому и злится. Не на него, а на себя. Злится за то, что ведёт себя, как школьница. За то, что, оставаясь с Марком наедине, теряет всю свою браваду, робеет и совершенно не знает, что делать со своими чувствами.          ​Дальше так продолжаться не может. Кому-то придётся набраться храбрости и сделать первый шаг. И вполне возможно, если бы она не обучалась у Марка, если бы не проводила с ним по несколько часов почти ежедневно, то уже давно не сдержалась бы. Однако необходимость постоянно контактировать с Жонсьером заставляет проявлять осторожность. Лу просто не представляет, как им работать вместе и дальше, если Марк вдруг отвергнет её.          ​Свести контакт к минимуму не получится, потому как Лу прекрасно понимает: никто не обучит её так хорошо, как Марк. Недаром он лучший. На кону стоит её дальнейшая карьера, и упустить предоставленный шанс будет глупо.    ​      Работать на Мартена ей нравилось. Рисковать Лу не боялась, а хорошая зарплата и всевозможные премии с лихвой покрывали возникающие порой неудобства.          ​Однако она прекрасно понимала, что не будет телохранителем вечно. Понимал это и Иво. Потому и предложил Лу подумать о карьере дознавателя в будущем.          ​— Так что, Лу? Ты сдаёшься? — Тихий голос Кея выдёргивает её из размышлений. — Если ты струсила, то я пойму. В конце концов, это всего лишь глупое пари…   ​      Она раздражённо цокает и смотрит на него почти с ненавистью. Стоун слишком хорошо её знает, понимает, на что надавить и какие подобрать слова, дабы побудить её к действию. Знает он и то, что Лу не любит проигрывать и никогда не пасует перед трудностями.          ​Она делает глубокий вдох и вновь сжимает кулаки, пытаясь унять предательскую дрожь в пальцах. Отвечает резко, не глядя на него:   ​      — Хорошо, я сделаю это.    ​      — Тогда вперёд.          ​Лу поворачивает голову и зло смотрит в лукаво блестящие глаза. Если бы взглядом можно было убить, то Кей уже упал бы замертво.    ​      — Что, сейчас? — тон её резок, в голосе отчётливо слышится ярость.          ​— Да. Хочу увидеть это своими глазами, — он обезоруживающе улыбается.    ​      От того, чтобы не врезать ему, уберегает лишь тот факт, что кругом полно людей. Лу не позволит себе затеять разборки прямо здесь, но после возвращения в Инквизицию непременно устроит ему разнос.          ​Словно прочитав её мысли, Кей произносит:   ​      — Ты подойдёшь к нему прямо сейчас и пригласишь на ужин или на прогулку, неважно. Главное, что этот вечер вы должны провести вместе.    ​      — Я тебя ненавижу, — цедит она сквозь зубы. — А ещё друг называется.          ​— Думаю, ты мне ещё спасибо скажешь, — всё так же улыбается Стоун.    ​      — А я думаю, что дам тебе в морду после того, как эта идиотская затея провалится.          ​— Пари? — ухмыляется он.    ​      — Чёрта с два, — отрезает Лу.    ​      Она поворачивает голову и встречается взглядом с Жонсьером. Он едва уловимо улыбается и кивает в знак приветствия. Обменявшись с Иво ещё парой фраз, направляется в их сторону.    ​      — Давай, Лу. Сейчас или никогда, — шепчет Кей. — Я присмотрю за Мартеном.    ​      Ответить она не успевает. Стоун тут же ретируется — ровно за пару секунд до того, как Марк останавливается напротив.    ​      Он окидывает Лу внимательным цепким взглядом, ненадолго задержавшись на обнажённой до самого бедра ноге. Ему определённо нравится то, что он видит. В этот момент Лу готова поклясться, что пусть лишь на мгновение, но заметила полыхнувший в его глазах огонь. Это придаёт ей немного смелости.          ​— Прекрасно выглядите, мадемуазель Рид, — произносит Марк негромко. — Вы украсили собой это платье.    ​      Губы Лу непроизвольно растягиваются в улыбке. Ей приятен комплимент Марка и то, как он смотрит на неё. Внимательно. Заинтересованно. По-особенному. Так, как не смотрел раньше. Так, словно только сейчас позволил себе взглянуть на неё не как на коллегу. Словно именно в этот момент разглядел в ней то, чего старался не замечать долгие месяцы.    ​      Пульс учащается. Не то от взора, в котором сквозит что-то очень похожее на восхищение, не то от волнения из-за предложения, которое она собирается озвучить.    ​      Лу делает вдох и, стараясь придать голосу невозмутимости, отвечает:   ​      — Спасибо, месье Жонсьер. — Благодарит она. Тут же, не оставляя себе возможности передумать, спрашивает: — Вы не заняты сегодня вечером?         ​Возникает короткая пауза. Марк явно не ожидал подобного вопроса и теперь, вероятно, старается понять, что может означать внезапный интерес Лу.    ​      Впрочем, Жонсьер почти не выдаёт замешательства и отвечает с присущей ему невозмутимостью:   ​      — Нет, Рид, не занят. Хотите что-то предложить?   ​      — Да, — она тут же хватается за предоставленную Марком возможность. — Как вы посмотрите на то, чтобы поужинать вместе?         ​Он вскидывает бровь, но потом прищуривается. Пристально вглядывается в лицо Лу, словно хочет найти в её глазах ответ на какой-то вопрос.          ​— У вас ко мне какое-то дело? — наконец, интересуется он.          ​— Эм-м… Да! — тут же находится Лу. — Я хотела… хотела обсудить кое-что по работе.          ​На мгновение ей кажется, что во взгляде Марка мелькает разочарование. Возможно, Лу выдаёт желаемое за действительное, но эта мысль, пусть и ничем не подтверждённая, всё же немного греет душу.    ​      — Что ж, я не против, — наконец отвечает Марк. — Куда предпочтёте пойти?   ​      — Я предоставлю право выбора вам, месье Жонсьер.          ​— Хорошо, — кивает он. — Как вернётесь в Инквизицию, приходите в кабинет. Я буду там.    ​      Они обмениваются ещё парой реплик, и Марк, подарив Лу очередную тёплую улыбку, растворяется в толпе.    ​      На мгновение она прикрывает веки и медленно выдыхает. Осознание того, что всё получилось, и оставшийся вечер Лу проведёт в компании Марка, пока не пришло. Её накроет чуть позже. Она знает это.    ​      Сейчас же её мысли занимает другое. Жаркие взгляды, глаза цвета горького шоколада и низкий, с лёгкой хрипотцой голос, мурашками отзывающийся во всём теле.          ​Чего ждать от грядущего ужина — она не представляет. Надо бы придумать тему, которую можно будет обсудить с Марком. Раз сказала, что хочет поговорить о работе, значит, необходимо поддержать легенду. Вот только проблема в том, что она решительно не знает, о чём спрашивать.          ​Жонсьер настолько хорош в роли наставника, что у Лу крайне редко возникают какие-то вопросы. Он объясняет понятно, даже дотошно, никогда не забывая о каких-либо мелочах. И серьёзных расследований у них сейчас, как назло, нет.          ​«Крэп! Вот зачем я ляпнула про работу? Как теперь выкручиваться?»   ​      Она задумчиво прикусывает губу, медленно продвигаясь в сторону Иво и Кея. Последний бросает на неё внимательный взгляд, а после едва заметно улыбается. Видимо, почувствовал смесь волнения пополам с предвкушением, обуревающие Лу.  ​       ​Остаток вечера и обратную дорогу в Инквизицию Лу пребывает в раздумьях. Мысли вяло бродят в голове, а мозг отказывается выдавать ей хоть какую-то более-менее стоящую идею. Чем ближе время ужина, тем сильнее она начинает нервничать. Она волнуется, что Марк в два счёта раскусит обман, боится столкнуться с его недовольством.    ​      Когда, проводив Иво до кабинета, они с Кеем выходят в приёмную, тот улыбается и, не скрывая явного удовольствия, произносит:         ​— Успокойся, Лу. Уверен, этот вечер пройдёт просто идеально.          ​— Я вот понять не могу, чему ты так радуешься? — Она скрещивает руки на груди и сверлит его недовольным взглядом.    ​      — Тому, что, может, вы оба, наконец, перестанете изводить себя глупыми переживаниями и поймёте, что ваши чувства взаимны.    ​      — Кей, тебе больше заняться нечем? — раздражённо спрашивает Лу.          ​Правота Стоуна выводит из себя. То, что все её самые потаённые мысли оказались на виду, откровенно бесит. Даже понимание того, что Кей никогда не сделал и не посоветовал бы чего-то плохого, не успокаивает.          ​Вновь безошибочно уловив её настроение, произносит:         ​— А я предупреждал, что дружить с эмпатиком сложно, — он улыбается. Впрочем, тут же посерьёзнев, добавляет: — Лу, ты мой близкий друг, и я просто хочу, чтобы ты была счастлива. И если для этого мне придётся подтолкнуть тебя в верном направлении, то я сделаю это. Просто поверь мне и расслабься.          ​Лу выдыхает. Чувство такое, что из неё разом выкачали весь воздух. Ей не слишком нравится признавать чужую правоту, но в данный момент ничего другого не остаётся.          ​— Ладно, умник. Посмотрим, насколько ты окажешься прав, — произносит негромко.    ​      Кивнув ему на прощание, отправляется к Марку. Тот как раз выходит из кабинета с чашкой в руках. Останавливается, явно залюбовавшись Лу. Изучает её пристально. Внимательно. Беззастенчиво. Она почти чувствует его взгляд на своей коже. Взгляд, от которого немеют кончики пальцев, и сердце предательски бьётся в груди.    ​      Лу замирает напротив. Между ними повисает тишина.   ​      Вязкая. Томительная.          ​Оба сосредоточенно вглядываются в лица друг друга. Ищут ответы на так и не заданные вопросы. Пытаются уловить хоть какой-то проблеск эмоций, не обнажив при этом своих.    ​      Никто не хочет сдаваться первым. Каждый боится проиграть. Ошибиться. Ведь тогда придётся навсегда распрощаться с надеждой, что может быть когда-нибудь…         ​Марк моргает и словно приходит в себя. Сбрасывает охватившее его оцепенение. Открывает перед Лу дверь и делает приглашающий жест.    ​      — Подождите меня тут, я сейчас вернусь, — он кивает на зажатую в руке пустую чашку и удаляется в сторону небольшой кухни для персонала.          ​Лу пересекает кабинет и встаёт у окна. Вглядывается в укрытый вечерним сумраком город. Не без удивления отмечает, что волнение, ещё недавно накрывавшее её с головой, отступило. Сейчас она чувствует себя спокойно и уверенно. Мысленно соглашается с Кеем и принимает решение не упускать возможности выяснить, действительно ли Марк заинтересован ею, или же это всё лишь плод её фантазии.    ​      От тихого голоса, раздавшегося почти у самого уха, Лу вздрагивает. Оказывается, она настолько погрузилась в себя, что упустила момент, когда Марк вернулся.          ​— Идёмте, Рид. Машина уже ждёт, — произносит он, когда Лу медленно поворачивается. — Если вы, конечно, не передумали.          ​— Даже не надейтесь, — усмехается она.          ​— Тогда прошу, — дёрнув уголком губ, отзывается Марк.