Три дня до любви

***

— Как это нет машин? — недоумевала Ольга, нервно ходя по коридору. — Простите, ничем больше не можем помочь. Всего доброго, — вежливый голос в трубке оборвался. Это была последняя служба такси в городе. Женщина обзвонила все, и никто не смог принять её вызов. — Чёрт! Ну и как теперь добраться до аэропорта? — злость вызывала дрожь по всему телу. Опоздать на самолёт она не имела права да и никогда не позволила бы себе. Всегда правильная и пунктуальная. Для неё быть вовремя — это значит на пол часа раньше, чем нужно. Опоздание равно неуважению. Но сейчас её принципы трещали по швам. — Думай, Оля. Думай. Должен же быть какой-то выход… — ходила туда-сюда, нервно постукивая телефоном об ладонь. Вдруг она остановилась и присела на банкетку. В голове боролся здравый смысл с… гордостью? — Казанцев. Нет, только не он. Я не буду ему звонить. Ещё чего, — категоричное «нет» заявила гордость. — Оля, но у нас нет другого выбора. Он же сам предлагал вчера свою помощь. Позволь ему это сделать. Что тут такого? Просто набери, — пытался спасти ситуацию здравый смысл. — Ох… Только ради университета, — гордость отступила. Ольга нашла нужный номер в списке контактов. Палец на несколько секунд завис над кнопкой вызова, прежде чем её нажать. Гудки отбивались напряжением во всём теле. Это же просто звонок. Чего меня так колотит? — Ольга Сергеевна, ну надо же. Не ожидал вашего звонка в столь ранний час, — резвый голос мужчины раздался из трубки, заставляя Москвину зажмурить глаза. Ожидал. Знал. Сам всё подстроил так, чтобы она позвонила. — Вадим Юрьевич. Простите, мне так неловко… Но ваше предложение ещё в силе? Я про то, что… Не могли бы вы подвезти меня в аэропорт? Представляете, ни одно такси не принимает вызов, — просьба о помощи далась тяжело. Она привыкла всегда сама справляться со своими проблемами и любыми трудностями. Но сейчас её стойкость пошатнулась. — Выгляните в окно, — спокойствие мужского голоса резко контрастировало на фоне её мечущихся в разные стороны мыслей. — Что? Зачем это? — ничего не могла понять Ольга. Да он наверняка издевается! Женщина подошла к окну, немного отодвинула штору и застыла с выражением лица «да ну нафиг, как это возможно?». Фары черного автомобиля представительского класса помигали. Вадим вышел из машины, не сводя глаз с окна. — Ну что вы застыли, Ольга Сергеевна? Вы уже собрались? — внутри него всё ликовало. Его план сработал. Служб такси в городе было не так много. Несколько звонков нужным людям накануне, и для определённого абонента все машины были заняты. Жестоко? Да. Но ради внимания этой женщины он готов был прибегнуть к любым методам, пусть даже таким радикальным и безумным. — Да, я сейчас же выхожу, — времени на перевариванее происходящего не было. Ольга быстро удалилась из окна и уже готовилась завершить вызов. — Подождите, я поднимусь, — голос на том конце телефонной линии снова заставил женщину застыть в замешательстве. — Зачем это? — она правда не понимала. — А чемодан свой вы хотите сама тащить? Ну уж нет, ждите, — Казанцев, не дожидаясь согласия, уже зашел в подъезд и закончил телефонный разговор. Он что, волшебник на голубом вертолёте? С чего такая настойчивость в желании помочь? Ольга быстро надела сапоги, накинула пальто и взялась поправлять волосы перед зеркалом. Вдруг раздался лёгкий стук в дверь. Женщина поспешила открыть. — А вы быстро, — Вадим обвел её оценивающим взглядом с ног до головы. Ольга выкатила перед собой чемодан, передавая его в руки Казанцеву. — Простите за любопытство, но вы в него по чистой случайности несколько кирпичей не закинули? — Казанцев был удивлён тяжестью чемодана. — Там только всё самое необходимое, — поспешила оправдаться Москвина, а к лицу подступил румянец. Засмущалась? — Ну да-да, я так и понял, — мужчина выпустил лёгкий смешок в её сторону и поспешил на выход.

***

Первые несколько минут коллеги ехали в тишине. По радио играла расслабляющая музыка. Ольга отходила от чуть неслучившейся катастрофы — именно так она себе представляла перспективу опоздать на самолёт. — Спасибо вам, — тихий женский голос заставил Казанцева на мгновение посмотреть на неё. — Ну что вы, Ольга Сергеевна. Не надо благодарности. Нам же и так с вами по пути, — его спокойствие передавалось женщине. Москвина выдохнула последние капли напряжения и отпустила ситуацию. Сейчас она чувствовала уверенность в том, что больше форс-мажоров не будет. Потому что он рядом? — А хотите кофе? Я угощаю, — предложение Вадима было как никогда кстати. Глаза Ольги предательски закрывались, и она так и норовила заснуть прямо в машине. Не удивительно, ведь женщина ни на минуту не сомкнула глаз — сбор чемодана занял слишком много времени, оставив на сон ровным счётом ничего. — Не откажусь. А то боюсь, что усну сейчас прямо здесь, — впервые не фильтруя мысли, ответила мужчине. Автомобиль свернул к ближайшей заправке. Отстёгивая ремень безопасности, Казанцев задал вопрос: — Вы какой кофе предпочитаете? Дайте угадать — капучино? Но последующего ответа он явно не ожидал. — Лавандовый раф на кокосовом молоке со щепоткой корицы. Вот это вкусы. Потянем? — Интересно… — единственное, что произнёс мужчина перед тем, как покинуть салон автомобиля.

***

Через несколько минут Казанцев уже возвращался с двумя стаканчиками кофе. Себе взял двойной эспрессо, Ольге — эту её непонятную жижу со щепоткой корицы. Приблизившись к автомобилю, он заметил милейшую картину — Ольга, склонив голову на бок, спала. Моя девочка. Уснула. Но в таком положении спать — это убийство для спины. Казанцев поставил кофе в подстаканники в центральной консоли, а затем обошел автомобиль и осторожно открыл дверь со стороны, где спала Ольга. Он аккуратно отстегнул ремень безопасности и максимально нежно приподнял женщину на руках. Так близко он к ней ещё не был. В голову сразу ударил аромат её парфюма — пьянящий мускус с цветочными и древесными нотками. Москвина немного поёжилась, находясь в сильных мужских руках, и прижалась сильнее. Так, будто его тело — это её обычное место для сна. От таких действий Вадим ощутил, как его сердце пропустило такт. Он аккуратно уложил свою спутницу на задние сидения, подложив ей под голову маленькую подушку. Милейшее создание… Когда спит, не командует и не спорит. Казанцев задержался на секунду, наблюдая, как Ольга мирно спит в его машине. Любовался. Вадим сел за руль и сделал глоток эспрессо. В салоне автомобиля снова воцарилась тишина. Мужчина полностью выключил музыку, чтобы улавливать дыхание Ольги. Жалко будет её будить. Может ну его, это Сочи? Увезти бы её сейчас подальше от работы и суеты. Абсурд, конечно. Но почему-то в груди Казанцева становилось тепло от этих мыслей.

***

Ольга заворочалась. Вадим посмотрел в зеркало заднего вида. Женщина медленно открыла глаза и слегка нахмурилась. Затем она приподнялась на локте, протирая глаза. — Я что, уснула? Я же была там, а как оказалась тут? — Я посчитал, что там вам будет удобнее. Не мог же я оставить вас в таком положении — потом бы жаловались на боль в шее. Смело. Но приятно. — Спасибо… А как же кофе? — Уже остыл. — Ничего, я и такой выпью. Вадим протянул ей напиток, не отводя взгляд от дороги. Ольга приняла стаканчик из руки мужчины, слегка коснувшись его шероховатых пальцев. По телу пробежала приятная дрожь. — Всё-таки это лучший кофе, — сделала глоток любимого напитка. — Не уверен, что его можно так назвать… Но главное, что вам нравится. Не уверен, что его вообще можно пить! Женщина усмехнулась. — Вы просто не пробовали, вот и не понимаете. — Позволите? — мысленно одёрнул себя за вырвавшийся вопрос. Конечно, давайте пить кофе из одного стаканчика, Ольга Сергеевна, так же делают все коллеги. Сейчас мне прилетит. — Пожалуйста, — Ольга абсолютно спокойно протянула свой кофе Вадиму. Ого. Вот так сразу? Даже без возражений? Может, она просто не высыпается, поэтому такая колючая на работе? — Вкусно… — пригубил Вадим прямо с той стороны, из которой до этого пила Ольга. Там всё ещё оставался отпечаток её помады. Но женщина не заметила его действия. — Вот видите! Никогда не делайте поспешных выводов. — А я не про кофе. После этих слов улыбка Ольги превратилась в замешательство. Женщина отвела взгляд и начала пристально смотреть в окно, делая вид, что не расслышала последнюю фразу Казанцева. Не хотелось сейчас думать о том, о чём кричал ей внутренний голос.