Три дня до любви

***

Ольга ушла в свои мысли. Внутри разгоралась почти что война между сердцем и гордостью. — Что это с тобой, Оля? Это ведь Казанцев! Тот самый самоуверенный и наглый тип. Он просто коллега. Это просто поездка. Просто помощь, — гордость металась в панике. — Но почему от его взгляда внутри становится тепло? Почему от случайных прикосновений пальцев рук по коже пробегает ток? Почему здесь с ним так спокойно? — это оживало её сердце. То, которое столько лет было приспано ей же самой и покрыто толстым слоем вечной мерзлоты. Москвина украдкой посмотрела на отражение Вадима в зеркале дальнего вида — сосредоточенный, уверенный, спокойный. Внутри неожиданно что-то всколыхнуло. — Стоп! Ольга, ты что? Даже не думай! Вспомни, как было больно в прошлый раз. Не повторяй ошибок! — гордость не унималась, пытаясь облагоразумить свою хозяйку, но сердце упорно не слушалось. — А вдруг это больше чем просто деловая поездка? А вдруг это путь к чему-то большему, важному? Ольга сама не заметила, как её губы тронула едва уловимая улыбка. — Не ври себе. Тебе хочется остаться в этой машине. Нет, не так… Тебе хочется остаться с ним. Быть там, где он. Быть рядом с ним. Быть вместе с ним. Быть его… Быть… А он? Что чувствует он? — сердце желало ответов. — Неужели ты думаешь, что эта поездка до аэропорта — не просто знак вежливости, не просто помощь коллеге, а что-то большее? Не придумывай. Такой мужчина в твою сторону даже бы не посмотрел. Не строй тщетных иллюзий, — говорило токсичное обесценивание себя.

***

Автомобиль уже подъезжал к парковке. Вдруг по радио заиграла очень знакомая Ольге мелодия. — Сделайте погромче, пожалуйста, — попросила женщина своего сегодняшнего спасителя-водителя.

«Океан слишком близко

Звёзды гаснут, как искры

Я летела так быстро, что просто забыла

Забыла влюбиться в тебя

Я искала пол века моего человека

Я летела так быстро, что просто забыла мечтать»

Москвина закрыла глаза и наслаждалась песней, еле-еле покачивая головой в такт музыке. Вадим припарковал машину и хотел было уже покинуть салон, как его остановил женский голос. — Подождите минуточку. Пожалуйста. Я хочу дослушать, — это самое милое, о чём его когда-то просили. — Любите эту песню? — Казанцеву стало действительно интересно. Хотелось узнавать её, запоминать все мелочи о ней. — Да… Она такая нежная и проникновенная. От неё сразу так уютно на душе… Мужчина начал внимательно вслушиваться в слова.

«Я не знаю откуда

Возникает рассудок

Но совсем не из сердца

Оно ожило, ожило

После встречи с тобой»

А может, это какой-то намёк? Думай, Казанцев, что она хочет тебе этим сказать! Или ничего не хочет? Может, просто песню слушает, без подтекста? Что ж так сложно, а?! С другими ему было легко. Но так же легко было и без них. А с ней… Да, сложно. Но без неё ещё сложнее. Девушка: пилит сторис под песни, чтобы он всё понял. Женщина: включает ту самую песню в его машине, делает погромче, заставляет его слушать и молчит, ждёт, пока он всё поймёт. Песня закончилась, Ольга распахнула глаза и как ни в чём не бывало бросила Вадиму непринуждённо: — Пойдём.

***

И они пошли. Вадим позади с двумя чемоданами, а Ольга впереди налегке с незастёгнутым пальто. Подул сильный ветер, развевая непослушные волосы женщины. — Стойте, Ольга Сергеевна, — окликнул Казанцев, приближаясь к ней. Мужчина оставил чемоданы и подошёл ближе. Москвина не понимала, что сейчас будет происходить. Ритм её сердца в миг разогнался до тахикардии. Казалось, женщина даже дышать перестала. Вадим остановился прямо перед Ольгой, пристально вглядываясь в глубину её океанских глаз. — Тонем, Вадик. Выплывай! — раздался голос его разума. Мужчина наклонился ещё ближе и принялся застёгивать пуговицы на женском пальто. Ольга выдохнула в облегчении. — На улице такой ветер, а вы с душой нараспашку… Так и заболеть можно. А вы мне нужны здоровая, — с заботой продолжал продевать пуговицы в петли. Вы мне нужны… Закончив с пуговицами, мужчина на ощупь нашел пояс и красиво завязал его, подчеркивая талию Ольги. Делал он всё это непозволительно долго — хотелось подольше прикасаться к ней, пусть и через преграду в виде одежды. — Вот теперь я за вас спокоен, — Вадим вернулся к чемоданам и продолжил путь ко входу в аэропорт. Ольга ещё несколько секунд стояла в остолбенении. Не хотелось нарушить этот момент. Жгучее желание как можно дольше ощущать его прикосновения опаляло изнутри.

***

Салон самолёта наполнился приглушённым гулом двигателей. Ольга сидела у окна, сжимая подлокотники так крепко, что костяшки побелели. Это был её первый полёт, и она очень боялась. В голове как назло крутились рассказы о турбулентности. Вадим устроился на своём месте рядом с женщиной, бросив на неё внимательный взгляд. Ему не нужно было задавать вопросов — страх был написан на её лице. Обычно уверенная и непоколебимая, сейчас Ольга дрожала от тревоги за предстоящий полёт. — Всё будет хорошо, — тихим, но уверенным голосом сказал мужчина. — Не переживайте. Авиационный вид транспорта самый безопасный. В этот момент самолёт начал движение по взлётной полосе. Ольга зажмурила глаза, тревога подступала. Вадим понял, что просто слов недостаточно для того, чтобы развеять её страх. Нужно было действовать. Мужчина осторожно накрыл своей ладонью руку женщины. Ольга вздрогнула от неожиданности, но руку не убрала. — Не бойтесь ничего. Я рядом, — спокойно произнёс Казанцев, сжимая женскую руку чуть крепче. — Спасибо за поддержку. Я такая трусиха… — помотала головой Ольга. — Значит, будем бороться со страхами. Вместе, — после этих слов Вадим поднёс руку Ольги к своим губам и мягко коснулся ими внутренней части её ладони, не разрывая зрительного контакта. После этого трогательного жеста мужчина не стал отпускать её. Он переплёл их пальцы в замок и в таком положении переместил крепко связанные руки на подлокотник. Сердце Москвиной всё ещё билось быстро, но уже не от тревоги за полёт… Внутри разгоралось пламенное чувство. Что будет дальше, она не знала. Но сейчас в небе с ним рядом ей было хорошо, как никогда ранее.