Sunny dust

      Вчерашний приятный шум волн сменился громкой оглушающей музыкой. Нам Гю уже привык к ней, но менее раздражительной она от этого не становилась. Парень сидел на диване на отдельном VIP-балконе с видом на сцену. На ней какой-то известный американский рэпер читал бессмыслицу про секс и наркотики, а люди в толе на это радостно визжали.       Нам Гю пил колу из стеклянной бутылки и тряс ногой. Его задача — следить за происходящим, не более. Но само существование подобных артистов слегка выводило его из себя. Да ладно существование самих артистов, но откуда у этого берутся поклонники? Как это становится популярным?..       В лицо рэперу прилетел чей-то белый кружевной лифчик. Нам Гю сморщился. Теперь в толпе какая-то малолетка сверкала своими оголенными телесами.       Мерзость. И не стыдно же ей? Какой в этом смысл?       От размышлений парня отвлёк звук сообщения. От Су Бона. Нам Гю улыбнулся.       "Смотри, это мы!"       Он прислал фотографию двух котов. Один чёрный в ошейнике, а второй рыжий и подранный. Они лежали друг на друге, свернувшись в клубок.       Нам Гю отправил эмодзи кота.       "И кто есть кто?".       "Я рыжий. Ты чёрный".       "Как скажешь".       "Нам Гю...".       "Чего?".       "Я скучаю :(((".       "Всего день прошёл".       "ЦЕЛЫЙ день :(".       Нам Гю с громким звуком выбросил бутылку в ведро и сжал ткань дивана.       "Я скоро вернусь. Пока сочиняй стихи. Вместе подберём под них музыку".       ":(((((".       "Ладно".       "Только не заглядывайся там на этих американцев!"       "Было бы на что...".       "То есть ты пытался?!".       "Нет конечно, балда!".       "Ну тогда ладно :)".       Нам Гю выключил телефон, бросил его рядом с собой и, запустив руки в волосы, глубоко вздохнул.

***

      Прошло уже четыре дня. Нам Гю сам не звонит и не пишет. Занят, наверное...       Су Бон сидел на их лавочке с блокнотом, пытаясь что-нибудь сочинить. Но в голову ничего не лезло. — Море... чайки и мосты... вместе вы... — парень прорычал и отшвырнул карандаш на землю, — вместе вы полная ересь!       Он посмотрел на дату в своём телефоне. Ещё три дня... Может, пора собирать свои вещи. Хотя, что там собирать, кроме гитары и ноутбука. — Это ваше, молодой человек?..       Су Бон резко обернулся на голос. Это была старушка. Та, которую он однажды уже видел. Когда накидался на берегу... Она протягивала карандаш. — Э-э-э... Да, спасибо. — Я присяду?       Су Бон пожал плечами и отодвинулся. — Красиво здесь, правда?.. — она опиралась на трость. И как она вообще смогла сюда добраться по крутому склону и не покатиться кубарем?.. — Да. Мы часто... — парень прочистил горло, — я часто сюда прихожу. — Знаю.       Су Бон посмотрел на неё, изогнув бровь. — Я возле этого пляжа всю жизнь живу. В молодости тоже приходила сюда... Только никакой скамейки здесь не было! Все просто сидели на траве... Это недавно её поставили. Лет десять назад...       Парень хмыкнул.       Вот это недавно. А динозавры, получается, у нас позавчера вымерли.       Старушка медленно покачивала головой в такт волн. — Сегодня ты без своего друга... — Друга?.. — Тёмненький такой... Вы вместе здесь играете, я видела. — А... — вспомнив, как они здесь сидели вместе, и... делали кое-что ещё, Су Бон поджал губы и стал вычерчивать на песке под собой кроссовками круги, — да, друг...       Женщина посмотрела на ноги парня. — Эх, всё истоптали. А такая полянка хорошая была... — Полянка... — Ты дорожишь этим другом, да?..       Су Бон впал в ступор. — Ну... да. Не в этом ли смысл дружбы?.. — Отнюдь. Очень часто, особенно сейчас, друзья нужны лишь для полноты картины. — Что вы имеете в виду? — Мой муж рано умер. И когда ни одна из моих подруг не пришла меня поддержать, я поняла, что они никогда и не были мне подругами. Лишь дополняли идеальную картинку. — Соболезную. — Ой, не стоит. Сколько лет назад это уже было... Так я никого и не нашла. Живу только ради своих котиков.       А я живу благодаря котикам. — Ясно. — А что с твоим другом? — она достала платок и высморкалась, — ты уж прости меня, старую, за лишние расспросы. Совсем не с кем поговорить... — Да нормально всё, — Су Бон поставил одну ногу на скамейку и обнял её, — он работает. — А ты нет?.. — А я нет.       Бабушка покачала головой. — Ты талантливый мальчик. Хорошо играешь.       Парень хмыкнул. — Похоже, так считаете только вы и Нам Гю. — Так вот как его зовут...       Су Бон кивнул. — Ну ты уж на себя наговариваешь. Я видела как тебя в парке толпы слушали. — Эти люди — одноразовая аудитория. — А ты что, хочешь стать самым настоящим артистом? — Не знаю, — парень опустил взгляд, — я просто хочу быть счастливым... — Вот это правильно. Не вся молодёжь это понимает, — она похлопала парня по плечу, — А девочка у тебя есть?.. — А?.. — Су Бон растерянно посмотрел на старушку, та улыбалась, — д-да... — Любишь её?       Парень отвёл взгляд и перед его глазами появился Нам Гю. Те моменты, когда они играли вместе, когда целовались, когда он улыбался на очередную, сказанную Су Боном чепуху... Щёки музыканта порозовели. — Любишь!.. — бабушка засмеялась и сразу после этого закашлялась. — Люблю... — он посмотрел вдаль на морской горизонт. — Знаешь, сколько лет я уже живу на этом свете... И я поняла, что любить кого-то гораздо приятнее, чем когда кто-то любит тебя. Конечно, лучше, когда два в одном, — она снова засмеялась, — какая она? — Что?.. — Опиши мне свою девушку. — Ну... она тоже любит музыку. С характером, любит поогрызаться. Он...а очень красивая... Стильно одевается и всегда ухожена.       А ещё у неё член, это так, к слову. — У тебя глаза горят... Я так же была в своего Сок Ёля когда-то влюблена... Матушка моя говорила, что я всегда в облаках витаю, когда о нём думаю!..       Су Бон улыбнулся уголками губ. — Береги её, сынок... Терять свою любовь... очень сложно.       Парень поджал губы и кивнул. Он достал телефон и сфотографировал закат. Он отправил эту фотографию Нам Гю с подписью "вот бы ты был прямо сейчас здесь".       Вот бы ты был со мной... — Ты часто с ней видишься? А то в эпоху этих гаджетов, — она с толикой презрения посмотрела на телефон Су Бона, — молодёжь уже забывает значения слова "гулять". — Частенько...       Но я хочу больше. — Приводи её сюда. Такое романтичное место... А то с пацаном своим только и приходишь.       Су Бон хмыкнул. — Мы здесь с Сок Ёлем впервые поцеловались...       Волны тихо шумели, убаюкивая. — Я когда помру, вы с этой девочкой вспоминайте меня... — Ладно... — Тут раньше ещё дерево было. Гигантская ива. В детстве мы под ней играли, а в юношестве... Ой, о таком в приличном обществе не говорят!.. — она снова засмеялась, — А ещё мой любимый на нём огромными буквами выцарапал наши имена!.. Срубили его, гадины... Может, эта скамейка и сделана из ветвей этой ивы...       Су Бон боковым зрением посмотрел на надпись, оставленную им на мягком дереве. — Я пойду уже, бабуль... — Иди-иди. Молодому организму нужен здоровый отдых.       Парень сунул в сумку блокнот с карандашом и направился в сторону города. Старушка крикнула ему вслед: — Передавай от меня привет своей девочке! — Хорошо! — крикнул он в ответ.       Су Бон посмотрел на фотографию, отправленную Нам Гю. "Не прочитано" больно ударяло в сердце. — Чем ты так там занят...

***

— Нам Гю, вот отчёты по музыке и оборудованию. Если кратко: артисты и гости всем довольны.       Бугай протянул парню кипу бумаг. — Ага, спасибо. Свободен, — Нам Гю выхватил отчёты и помахал рукой в сторону выхода из кабинета. — Если понадоблюсь, я в комнате с инвентарём. — Хорошо.       Послышался щелчок двери и Нам Гю, бросив стопку бумаг на стол, упал на своё кресло, прокручиваясь. — Чёртов фестиваль. Никогда больше не соглашусь на этот недельный шабаш... — он бубнил себе под нос, гладя свои волосы, собранные в хвост.       Парень взял телефон и увидел сообщение Су Бона. Два часа назад...       "вот бы ты был прямо сейчас здесь".       Нам Гю прижал телефон к груди. — Чагия... — он глубоко вздохнул и закрыл глаза.       Парню хотелось написать в ответ целую поэму, но всё, что он прислал, было: "да".       Ещё три дня...

***

      Прошло шесть дней. Су Бон сидел на своей кровати в одном нижнем белье и тянул себя за волосы. Нет Нам Гю, нет музыки, нет смысла. Появляется она. Она заполняет все мысли. Ломка.       Парень посмотрел на свои трясущиеся руки. Сейчас происходит то, чего он боялся больше всего. Нам Гю был пазлом, который заполнял нишу пустоты и одиночества. И теперь это пазл выпал из мозаики. И вся она посыпалась к чертям. — Fuck... — Су Бон встал и ноги сами его повели к ящику, в котором лежала злосчастная коробка с таблетками. Он открыл её и закинулся препаратом, разгрызая его зубами почти что в порошок.       Но тревога не пропадает. Она начинает только усиливаться. Парень попятился и ударился спиной о стену. Су Бон спустился по ней и сел на пол. Он закрыл руками лицо и, взяв в зубы валяющуюся тряпку, закричал. Его стали окружать голоса, отдающиеся эхом.в голове: Сэ Ми, Чун Хи, бабка со скамейки, Дэ Хо, местный бомж, мать... И все они твердили одно: Нам Гю не вернётся. Они глумились.       Су Бон стал часто дышать и бить себя по ушам, пытаясь заткнуть эти голоса. Но всё безрезультатно. — П-почему они не помогают... — он посмотрел на коробку из под наркотиков.       Он подскочил и закинул в рот ещё одну таблетку. — Я вижу тебя каждый день, а ты его больше не увидишь никогда! — Он бросил тебя так же, как и я. Никому такой как ты не нужен! — У тебя должна быть девочка, ты идёшь против богов. Пожинай плоды! — В пехоте такого как ты уже бы закидали камнями в канаве с дерьмом! — Надеюсь мой ребёнок никогда не столкнётся с таким ничтожеством как ты, мерзость! — Ты всегда меня позорил. Позорил в детстве и позоришь сейчас. Ошибка природы. Нужно было делать аборт!       Су Бон стал царапать себе руки. Ногти впивались в кожу, оставляя за собой кровавые следы. — Нет, мама! Пожалуйста, хватит! Мама! — Понятно, почему твой отец меня бросил. Нужно было, как только ты вылез из меня, выбросить на ближайшую помойку! — Мама, нет! Тебе нельзя кричать, сахар поднимется!.. — Сгниёшь в могиле, так и не поняв, что такое жить нормально! Дьявольский ребёнок... — Не надо мама, я не знаю, где шприцы. Инсулин...       Су Бон схватил валяющийся на полу телефон и еле как набрал какой-то номер из списка контактов. — Хочешь позвонить своему грязному дружку?! Это он склонил тебя на этот путь! — Сейчас, мама. Сейчас, я найду шприц. Не кричи, тебе нельзя!.. — Падаль. Не затыкай меня, мусор. — Мама, всё будет хорошо... Ало? Ало! Мне нужны инъекции инсулина, быстрее! Мама, она умирает! — на том конце никто не отвечал.       Парень стал оглядываться, перед ним плыли силуэты знакомых и мама... в гробу. — Ты уже умерла... — прошептал Су Бон и из его руки выпал телефон, упав с небольшим стуком, который отдался в голове парня звоном гигантского колокола, — я не успел... — нижняя губа затряслась, из глаз полились горячие слёзы. — Ты убил свою мать! Не подходи ко мне! — Ужас, ты не только отвратительный, но ещё и жестокий! — Хорошо, что я от тебя вовремя ушла, иначе бы закончила так же. — Нет! Я... я просто не успел! — Су Бон тянулся к призракам, которые при касании сразу растворялись и перемещались в другой угол комнаты. — Убийца! Да не просто кого-то, а родной матери! — Он сбежал от тебя, чтобы ты не убил его! — Это неправда! Он просто занят! — Нехорошо обманывать, особенно самого себя!.. Сколько раз он писал или звонил тебе на этой неделе?! — Я... Я докажу вам, что это неправда!       Парень вскочил, накинул на себя худи и пижамные штаны. Ткань кофты на рукавах пропиталась алой кровью. — Он ждёт меня. Точно ждёт.       Су Бон сунул ноги в шлёпанцы и выбежал на улицу. — Сам-то в это веришь?.. — толпа засмеялась. — Он любит меня! — Смешная шутка. — За что тебя любить? — В тебе нет никакого смысла! — Он любит меня! — Продолжай убеждать себя, давай. Те, кто любят, хотя-бы на сообщения отвечают. — Он был занят!       Су Бон бежал долго. От его квартиры до "Пентагона" было приличное расстояние. Но на адреналине парень этого совсем не заметил.       И вот он стоит на пороге клуба и пытается протиснуться сквозь толпу. — Куда? Бездомных не пускаем, — его оттолкнул охранник. — Я к Нам Гю, он тут работает! Он мой друг! — Да хоть предок Леонардо да Винчи. Нет приглашения или билета — пошёл отсюда, — громила толкнул Су Бона и тот больно упал на асфальт. — Видишь, он даже охране о тебе не рассказал. Ему плевать.       Парень поднялся, и попятился под аккомпанемент перешептываний толпы.       Боковым зрением он увидел пожарную лестницу... — Он ждёт меня.