Холодно

31 марта 20ХХ года. 9:04

      Вот до чего доводят утренние опоздания… Вчера Ло чудом удалось ускользнуть от Харриса, но сегодня такой фокус не пройдет. Придется явиться в вуз — заполнить бумаги, заглянуть на кафедру, куда его недавно вызывали. А чтобы всё прошло гладко, лучше взять с собой Джона. Он тут главный, он во всем разбирается. Только вот незадача — Ло опять опаздывает.       Пара уже идет пять минут, а он только-только выскакивает из метро. Еще два километра до корпуса. Автобусы, как назло, ходят раз в двадцать минут. Ожидать бессмысленно — остается одно: бежать.       Каким-то чудом, преодолев расстояние за 7 минут 25 секунд, он влетает в вуз, лавирует между студентами, подскакивает к аудитории и буквально падает на ближайшее свободное место. Главное — не привлекать внимания, чтобы его отметили, и никто не понял, что он только что забежал.       Он осматривается, пытаясь найти знакомые лица, но вместо своих одногруппников видит совершенно незнакомых людей. Медленно до него доходит ужасная истина: он не туда зашел.       Стыд, липкий и холодный, окутывает его с головы до ног. Ло резко поднимается, пытаясь слиться с потоком студентов, но… — Молодой человек. Грозный голос преподавателя вонзается в уши, будто стальной крюк. — А куда это вы направляетесь? Пара только началась, а вы уже уходите? Ло медленно поднимает взгляд, чувствуя, как краснеют уши. — Извините… Я не в ту аудиторию зашел, — промямлил он, натягивая шарф повыше. Преподаватель хмурится, что-то записывает в своей тетради, а затем листает список. — Сейчас проверим… Из какой вы группы? — ФПФО-22, — выдавливает Ло, тяжело переступая с ноги на ногу. — Второй курс… Ну и не стыдно вам? Уже второй год учитесь, а с расписанием до сих пор разобраться не можете? Ло не отвечает. Он уже разворачивается на пятках и несётся прочь, красный как рак. Выбежав в коридор, он чувствует, как лицо горит. Отличное начало дня. Куда теперь? Конечно же, в нужную аудиторию. На ходу он вытаскивает телефон, чтобы наконец свериться с расписанием. Экран мигнул, и вместо расписания всплыло сообщение от Джона: "Ты где? Препод спрашивал тебя. Я сказал, что ты в туалете. У тебя пять минут, пока он не засомневался." Ло аж спотыкается. Туалет?! Правда?! Учитывая, что он только что носился по всему вузу, эта версия выглядела, мягко говоря, неубедительно. Он ускоряет шаг. Осталось совсем немного — заодно успеет отдышаться и сделать вид, будто его действительно просто не было в аудитории. Дверь лекционного зала кажется тяжелой, как вход в преисподнюю. Ло осторожно толкает её и крадучись пытается прошмыгнуть внутрь. — Где был? — раздается шёпот сбоку. Джон, сидящий на своем обычном месте, едва заметно постукивает ручкой по столу, не глядя на Ло. — Долго рассказывать, — шепчет тот в ответ, осторожно опускаясь на стул. — Ну и рожа у тебя… Как будто пять кругов ада прошел. Ло тяжело вздыхает. — Почти так и было. Джон выдыхает и, даже не поворачивая головы, хмыкает: — Аудиторию перепутал? Классика. — Он небрежно вписывает Ло в список группы. — Да… — Ло торопливо вытаскивает потрёпанную тетрадь и ручку. — Ладно, хоть к первой паре приполз. Молодец. — Джон лениво потягивается. — У нас философия. Советую слушать внимательно. Препод сегодня в боевом настроении. Ло согласно кивает и быстро записывает что-то в тетради. — Ну и как вчера провел свободное время? — Да так… Погулял, покормил кота… — Он вдруг расплывается в улыбке, вспоминая своего пушистого питомца. Вытащив телефон, пару секунд что-то листает, а затем с энтузиазмом суёт экран под нос Джону. — Смотри, какой милый! — Опять ты со своим котом… — Джон скептически косясь на фото, но в его глазах на секунду мелькает интерес. — Ты уже раз десять показывал мне его. — И что? Он же правда милый! Вот, гляди: тут он пытается залезть в мой рюкзак, а тут… — Ло, если ты не уберешь телефон, философия у тебя сегодня начнется с глубокого размышления о жизни без телефона. — Джон усмехается и качает головой. — Да ну тебя! — Ло демонстративно прокручивает галерею дальше. — Вот тут он падает с подоконника, но делает вид, что так и было задумано. Джон прищуривается, разглядывая фото, и хмыкает: — Очередное чудо-юдо с твоим характером. Наверняка носится по квартире, как бешеный, и орёт в три часа ночи? — Ну… есть немного, — Ло усмехается, не скрывая умиления. Джон качает головой и возвращает телефон. — Понимаю. И хозяин, и кот — два стихийных бедствия. Ло фыркает, но возразить не успевает — дверь аудитории скрипит, и входит преподаватель. В мгновение ока в аудитории воцаряется тишина. Джон ещё раз бросает на друга короткий взгляд, ухмыляется и, наклонившись ближе, шепчет: — Если философ начнёт гнать тебя в угол, включай свою коронную улитку. Может, пожалеет. Ло лишь закатывает глаза. Он проклинает в душе ранние пары, административные проволочки и особенно — свою дурацкую привычку вечно попадать в передряги.

***

      Это было сложно. Очень. Четыре пары подряд — и не сбежать? Слишком жестокое испытание для Лололошки. Гораздо веселее носиться по городу, кормить уличных котов… и, конечно, доводить Джона. Он весь такой невозмутимый, строгий. Прямо ходячая мишень для всевозможных издевательств. Но в группе его уважали. Любили, но боялись. В гневе Джон был страшен.       Однажды, когда группа случайно его подставила, он разозлился так сильно, что на целый день отказался выполнять свои обязанности. И тогда наступил хаос. Настоящая тёмная эра в истории их потока. Все спорили, ругались, чуть ли не перегрызали друг другу глотки. А Джон? Он просто стоял в стороне, скрестив руки на груди, и наблюдал, как всё горит. Не буквально, конечно. Но всё же. И, что самое жуткое, он был безумно доволен.       Джон вообще был интересным персонажем. Закрытый, молчаливый, сдержанный. О себе не рассказывал ничего — словно у него и прошлого-то не было. Никто толком не знал, где он живёт, чем занимается вне вуза, есть ли у него семья. Да и сам он не спешил раскрывать эти тайны, предпочитая оставаться в стороне от любопытных расспросов.       Ходили слухи, что он встречается с какой-то девушкой со старшего курса. Некоторые утверждали, что видели их вместе в кафе неподалёку от университета, другие клялись, что лично слышали, как он кому-то говорил по телефону: "Да, куплю смесь на обратном пути". А самые смелые байки и вовсе гласили, что у них уже есть сын, и сейчас они его вместе растят.       Ло, конечно, в это не верил. Он не мог представить Джона в роли заботливого отца, который укачивает младенца по ночам, варит кашки и читает сказки перед сном. Хотя, с другой стороны...       Вспомнив, с какой серьёзностью Джон ведёт группы, как следит за расписанием, как терпеливо объясняет отстающим и поддерживает порядок в общей беседе, Ло задумался. А ведь в этом действительно было что-то... родительское. Но всё равно, идея о том, что Джон после занятий спешит не в бар, не в тренажёрку и даже не к учебникам, а домой, к малышу, который встречает его радостным гулением, казалась абсурдной.       И всё же люди строили догадки, обсуждали, спорили, пытаясь хоть как-то разгадать эту загадку по имени Джон. Ло не исключение. Иногда ему самому хотелось докопаться до правды. Но зная Джона, он понимал: если тот не хочет что-то рассказывать — не выбьешь из него ни слова.       Ло плёлся по коридору, как приговорённый к смертной казни. Последняя, пятая пара. Физика. Самый настоящий кошмар в его расписании. Как же он её ненавидел, презирал всей душой. Каждая формула, каждый график – всё это вызывало у него тоску, сравнимую разве что с мыслью о понедельнике после каникул. Зайдя в аудиторию, он без колебаний направился к своему спасению – Джону. Ну а к кому ещё? Сидеть одному было бы слишком скучно, а рядом с Джоном хотя бы можно было надеяться на подсказку. Тот знал всё. Или, по крайней мере, создавал такое впечатление.       Ло плюхнулся на стул, бросил рюкзак под стол и, подперев щёку рукой, лениво повернулся к другу.       — Джон. Эй, Джон. — Голос его был наглым, тянущим, с явной насмешкой. Тот никак не отреагировал. Спокойно открыл тетрадь, сложил руки на столе, а затем, выдержав паузу, лениво повернул голову в его сторону. — Чего тебе? Ло ухмыльнулся, прищурив глаза. — Как сынок? В этот момент в воздухе повисла гробовая тишина. Джон даже не моргнул. В его взгляде не дрогнуло ни единой эмоции, но Ло знал – внутри его друг уже размышлял, как именно его прибить. — Какой ещё сын? — голос Джона был ровным, спокойным. Слишком спокойным. Ло не удержался и самодовольно качнулся на стуле, наслаждаясь моментом. — Да ну, не притворяйся! Говорят, ты тут на отцовские будни подписался, — хмыкнул он, чуть склонив голову набок. — Смеси там покупаешь, памперсы меняешь. Заботливый, трогательный... Никогда бы не подумал! Джон медленно вдохнул, затем так же медленно выдохнул. Глаза его сузились, но он по-прежнему сохранял ледяное выражение лица. — Ло. — Да-да, я тебя слушаю, папочка, — продолжил тот, хихикая. Это была ошибка. Джон, наконец, повернулся к нему полностью и наклонился ближе. Ло почувствовал, как его самодовольство резко испарилось. Джон выглядел угрожающе, и, что хуже всего, он ничего не делал. Просто смотрел. — Если у меня и появится сын, — тихо, но с пугающей выразительностью проговорил он, — то только для того, чтобы он вырос умнее тебя и никогда в жизни не связался с такими идиотами. Ло едва не расхохотался, но вовремя прикрыл рот рукой. — Значит, подтверждаешь? Джон не моргнул. — Подтверждаю только одно: если ты не закроешь тему, твоя последняя пара превратится в последний день в этом вузе. Ло мигом осознал, что шутки закончились. Конечно, Джон вряд ли что-то сделает, но его месть всегда была изощрённой и, что самое страшное, продуманной. Он знал, как именно насолить так, чтобы Ло жалел об этом несколько месяцев. — Ладно, ладно, без обид, — миролюбиво поднял он руки, отворачиваясь. В это время преподаватель начал что-то писать на доске. Ло скрипнул зубами. О, физика. Какой же ты ужас. Спустя минуту он всё же не выдержал и наклонился к Джону. — Если что, поможешь? Тот тяжело вздохнул, но кивнул. — На контрольной не рассчитывай. — Да я бы и не стал... — пробормотал Ло, поморщившись. Джон, конечно, мог подсказать во время занятия, но вот списывать на экзаменах – никогда. Ло снова откинулся на спинку стула и глубоко вздохнул. Пятница. Пятая пара. Физика. Чёртова комбо. Но если рядом был Джон, может, не всё так уж и плохо...

***

1 апреля 20ХХ года. 14:20

Самым жутким решением вуза, без сомнения, была шестидневка. Кто вообще придумал учиться по субботам? Однако единственное, что спасало Ло от полного отчаяния, — это то, что в этот день была всего одна пара. Причём где-то в середине дня, так что можно было спокойно выспаться, не торопясь привести себя в порядок и даже позавтракать, а не в очередной раз глотать кофе на бегу.       Сегодня он, воспользовавшись этим редким шансом, вышел из дома пораньше. Было даже странно ощущать себя таким бодрым и собранным, без вечной суеты и гонки за временем. Но что действительно наполняло его воодушевлением, так это завтрашняя ночь.       С 2 на 3 число его ждало путешествие, которое обещало быть просто потрясающим. Холодные, бескрайние просторы Арктики манили его, будоражили воображение. Ло уже представлял, как будет стоять на палубе корабля, ощущая на лице ледяной ветер, вдыхая морозный воздух полной грудью. Он перечитал десятки статей, пересмотрел сотни фотографий, но знал — ни одно изображение не передаст тех ощущений, что ждут его там, в самом сердце ледяного безмолвия.       Даже воспоминания о вчерашней истории с Джоном не могли испортить его настрой. Конечно, Ло всё ещё помнил, как тот его подставил на кафедре. Сказал, будто Ло срочно вызывают, из-за чего тот, сорвавшись с места, примчался туда в полной уверенности, что его ждёт что-то важное. А на деле — никакого вызова не было. Просто очередная "шутка" Джона, из-за которой Ло выглядел полным идиотом перед преподавателями.

***

Вчера

— Дружище, да расслабься, — ухмылялся Джон, наблюдая, как Ло кипит от возмущения. — Смотри на это, как на возможность потренировать свою реакцию. — О да, спасибо, теперь я точно быстрее всех буду прибегать на бесполезные встречи!

***

      Но даже эта выходка не могла испортить Ло сегодняшний день. В конце концов, через пару часов он будет свободен. А завтра… Завтра начнётся самое настоящее приключение.