Часть 1
2 мая 2025 г., 17:45
Хлёсткая пощечина, и из лопнувшей губы закапало на несвежую клетчатую рубашку. Дёрнувшаяся было голова пацана понуро повисла, он не издал ни звука, только шмыганье носом отразилось эхом от металлических стен обезьянника. Этот яркий красный цвет, расползающийся по грязно-жёлтой клетчатой ткани даже странно гармонировал. Мальчик не делал никаких попыток вытереться, может, боялся занести инфекцию, может, просто не хотел. Стоял, роняя кровавые капли на пол. Высокий полицейский с одутловатым лицом брезгливо поморщился и ничего не сказал.
Такое ему не впервой видеть. У начальника Шихёка было много подопечных, но попадались одни и те же. Этот худой пацан так чаще всех. Все понимали, что сам пиздюк вряд ли балдеет оттого, что таскает по городу наркотики за пазухой. Ведь сам он вовсе не торчок. Иначе б не попадался с завидной регулярностью, а сгнил где-то в подворотне. Скорее всего, этот опекун, который и приехал за ним, и был распространителем. Об этом знали все, об этом же и молчали все.
Пацана он ударил за то, что тот попался. Это значит Шихёку снова пришлось откупать его. Вызволять, тем самым тратя своё драгоценное время. Пиздюк был его человеком, что бы это ни значило. Этого Шихёка хорошо знали в разных кругах, от самых грязных наркоманских притонов до стерильных богатых офисов, где работали сплошь зверолюди, что составляли правящую верхушку страны.
Дело в том, что начальник Шихёк работал на довольно любопытную организацию, что официально называлась брачным агентством для альф и омег. Но на деле эта мутная контора представляла собой самую верхушку айсберга. Её влияние распространялось намного больше, чем можно было представить.
Он устраивал знакомства и свадьбы с омегами на самом высшем уровне, почти все династические браки были организованы с его помощью. Он также заведовал всеми борделями в стране, оборотом наркотиков и бог знает чем ещё.
Вероятно, он заработал такое количество денег, что со временем можно было бы поставить весь бизнес на законные рельсы, но похоже вся эта незаконная байда доставляла ему особый личный интерес. Либо же, начав заниматься незаконной деятельностью, соскочить без потери головы из всего этого говна не представлялось возможным.
— Твой долг увеличился, — брезгливо вытирая пальцы носовым платком, сказал Шихёк.
Мальчик ничего не ответил. Он не знал толком, какой за ним числится долг на данный момент. Так как эти неведомые долги родились раньше него. Он сам был продан за долги, и его мать, прекрасная омега, которую он смутно помнил, соврала Шихёку, говоря, что ребенок будет иметь вторичный пол, так как отец являлся высокопоставленным альфой. То, что пацан оказался бетой, Шихёк узнал гораздо, гораздо позднее. Конечно, у него в заведении было полно бет, и это не являлось проблемой. Однако цена маленького омеги была выше раз в десять. У Шихёка были в отношении пацана большие планы, так как тот унаследовал утончённую красоту своей матери. Однако всё пошло крахом.
Омеги были от рождения созданы для любви, и если их не удавалось устроить выгодно замуж, то в борделе они работали, и с удовольствием. Не то что беты.
У бет же было слишком много физиологических заморочек. От ориентации до постоянных болей при половом акте. Шихёк жутко не любил с ними возиться.
Однако у него всегда была работа и для таких особей. В его заведении рабочие руки и ноги требовались всегда.
Теперь этот маленький оборванец, в котором уже практически не угадывались нежные черты его прекрасной матери, смотрел на него матом. Сказать вслух, конечно, не смел. Знал, что Шихёк шею свернёт за это.
Долг пацана рос оттого, что именно Шихёк давал ему такую работу, во время исполнения которой его частенько ловила полиция. И хоть мальчишка научился хорошо бегать, всё же порой попадался.
— Хоть бы помылся! Смотреть на тебя противно!
Парень действительно выглядел сущим оборванцем, а в заляпанной кровью рубашке так вообще зрелище представлял печальное. Его несвежая одежда, отросшие неаккуратные волосы и даже неприятный запах служили своеобразной защитой. Ведь те заведения, в которые посылал его начальник, кишели распалёнными альфами, которые умудрялись ебать вообще всё, что движется. Несмотря на свой стрёмный вид, он всё равно периодически огребал щипки и удары по своей заднице от жадных лапающих ладоней. Дело в том, что секс с альфой помимо всего прочего был фактически опасен для здоровья, а в некоторых случаях и жизни, бет.
Больше всего на свете этот бета боялся работы, связанной с продажей своего тела. Нет, он не относился к ней предвзято, так те омеги, что вырастили его, они все торговали своим телом. Дело было в том, что именно он не мог этим заниматься. Вероятно оттого, что по рождению являлся бетой. Его выворачивало при одной мысли о сексе даже с себе подобными. Его первый сексуальный опыт прошёл в спокойной обстановке, однако довольно травматично. Сразу после он упал на колени перед Шихёком, прося дать ему любую работу, кроме этой.
У начальника Шихёка в штате не водилось таких людей, кого тот заставлял заниматься проституцией. Всё обычно решалось полюбовно. Зачастую сами омеги и даже беты приходили к нему за этой работой, и их было достаточное количество. Сама работа, по сути, была довольно денежной и как ни странно не требующей особых усилий. Если бы пацан включился с энтузиазмом, тогда, может, и долг уменьшался бы.
Но теперь, делая самую грязную, отвратительную и связанную с рисками как тюрьмы, так и банально смерти, он не получал практически ничего. Существование в долг оказалось его образом жизни.
Соседи по общежитию презирали его, а начальство так и вовсе травило, называя бесполезным.
— Помойся, надень что-то почище. Надо будет документы отвезти в район Каннам.
Чонгук выдохнул. Похоже, гнев начальника сошёл на нет. Тот был очень эмоциональный и, когда его что-то бесило, был готов обрушить весь мир на голову виновника. А потом словно срабатывал переключатель, и он становился обычным и даже доброжелательным. Чонгук за долгие годы уже привык к его таким выкрутасам и не впечатлялся.
В Каннам он любил ездить. Там он бывал довольно редко по каким-то важным делам шефа. Вся эта странная чужая жизнь, где люди выглядели так, словно вышли из телевизионного сериала, завораживала парня. Он видел офисных работников сквозь прозрачные стёкла кафешек и офисов, в каких он не был никогда. Даже не представлял, какая на вкус их еда, как они жили, имели свои семьи, квартиры, нормальную законную работу и много чего, что казалось таким далеким от реальности. Настолько, что все эти люди и здания, в которых они находились, казались продолжением телевизионных шоу, что Чонгук частенько смотрел в свободное время.
Кто-то из пацанов, много заработав, однажды притащил телевизор в их комнату и жизнь заиграла новыми красками. Оказалось, что где-то за невидимой стеной есть другая жизнь, частью которой Чонгук никогда не являлся. Его это не расстраивало, так как всё, что происходило в телевизоре, не представлялось ему реальным. Он вполне себе привык к своей нескучной жизни и видел плюсы в обыденных мелочах.
Для выездов в дорогие районы у него имелась униформа посыльного. Это соответствовало тому, что он делал. В основном привозил документы или каталоги с омегами. Начальник Шихек считал, что в такой доставке каталога есть свой традиционный шарм. Однако именитые альфы по большей части очень стеснялись своего сотрудничества с организацией Биг Хит. Об этом неоднократно ему говорилось, но он остался глух к советам. Этот человек привык вести дела по старинке.
Надвинув кепку на отросшие патлы, Чонгук шагал по широкому пешеходному переходу, слившись с толпой людей, что спешила по своим архиважным делам. Он прижимал к груди коробку с каталогом юных омег для женитьбы. Среди них был его близкий в последние годы дружок-пирожок Чимин, которого Шихёк надеялся продать подороже. С одной стороны, Чонгук хотел, чтобы Чимин нашёл своё счастье, хорошего мужа и наплодил смазливеньких, как и он сам, детишек, с другой стороны, понимал, что как только омега вырвется из заведения Шихёка, они, скорее всего, больше не увидятся и не пересекутся. Так было много раз. Красивые омеги всегда были в цене. И переступая порог дома альфы, входя в его семью, мгновенно забывали прошлую жизнь, словно та переставала существовать. Это был негласный закон омег, которым посчастливилось выйти замуж.
А те, кто возвращались, бывало и такое, были уже обозлены на весь мир. Видит бог, омеги начальника Шихёка пытались сохранять брак всеми способами, и как они в итоге оказывались опять на пороге заведения, какие такие страшные обстоятельства их заставляли это сделать, оставалось только догадываться.
Некоторые омеги продавались по нескольку раз в высшие круги. Однако это было сложным. Все высокопоставленные альфы были знакомы друг с другом, и омега, кочующий от мужа к мужу, был за гранью возможного. Так однажды вернувшийся омега сразу терял в цене практически вдвое.
Конечно, у начальника Шихёка всегда хватало и новых юных особей, подходящих под любые, даже самые изощрённые требования.
***
— Господин директор, к вам пришёл курьер с посылкой. Отказывается отдавать. Говорит: лично в руки, — голос секретаря через селектор звучал слегка роботизировано. Тэхён отложил документы и потёр переносицу. Сегодня был один из слишком насыщенных дней, которые требовали от него максимальной концентрации, а он всё никак не мог собраться. Все от грёбаной бессонницы, что мучила его годами с самого детства. — Хм, странно. Ну, пусть войдёт. Раз лично в руки, — устало ответил он. — Хорошо. Я охрану предупрежу, чтобы досмотрели, — отрапортовал услужливый секретарь. Через несколько минут в большой светлый кабинет шагнул озирающийся парень-курьер в свободной форменной куртке, явно не по размеру. Совсем ещё подросток, он прижимал к худой груди объёмную чёрную коробку с вычурным логотипом, вышитым золотыми нитями и щедро усыпанным стразами. — Господин Ким, мне велено доставить этот каталог и передать его из рук в руки, — прошелестел насмерть перепуганный мальчишка, глядя на огромного зверочеловека. — Каталог? — удивился тот. Директор был очень высоким альфой-зверочеловеком. Его аура действовала подавляюще, и мальчишка-курьер совсем потерял дар речи, глядя на него. На негнущихся ногах он подошёл к альфе и положил на стол перед ним большую чёрную коробку. Та изящно распалась (так устроен был её механизм), открывая своё шикарное содержимое. Внутри был внушительный альбом с фотографиями и краткой характеристикой омег, которые предлагались в качестве спутника жизни, ну или для развлечений. — Это от Биг Хит, что ли? — альфа устало поморщился. Конечно, Чонгук знал о славе своего места работы в высоких кругах. Все ненавидели и обсуждали Биг Хит, но при этом все пользовались их услугами, так или иначе. — Да, господин, — парень слегка поклонился. — Совсем из ума выжили? Теперь в рабочее время мне будете омег своих пихать? Скажи, почему нельзя всё то же самое выслать на электронную почту? Почему я тут разговариваю с собой? — рыкнул альфа раскатистым низким голосом, что завибрировал в поджилках, отчего бедный курьер вжал голову в плечи. Парень закусил свою подбитую губу и промолчал. Он не знал, что ответить этому красивому важному господину и почему начальник Шихёк не послал всё это ему на электронную почту. Он, в конце концов, всего лишь курьер и ничего не понимает в том, какие договоренности были между этими людьми. — Сядь! — приказал директор, буравя его глазами. В этом кабинете стол стоял буквой Т, и несколько стульев предназначались явно для посетителей. Чонгук скромно угнездился на краешке стула и вытянулся в струнку. Он не понаслышке знал, что если человек гневается, то нужно молчать. Возможно, со зверолюдьми это тоже работало. Он не знал, зачем он тут ещё оставлен, так как каталог он привёз, на этом его работа была закончена. Директор посмотрел на него немигающим взглядом, и парню стало совсем уж жутко. Глаза этого альфы не были человеческими, как и у многих зверолюдей. Этот взгляд гипнотизировал, вводил в ступор, лишал воли. — Я напугал тебя? — неожиданно мягко прозвучал вопрос. Парень не нашелся, что ответить. Слёзы были готовы пролиться из его расширившихся от ужаса глаз. — Прости, я вовсе не хотел. Мой гнев направлен не на тебя. Хочешь что-то выпить, кофе, может, лимонад? Парнишка помотал головой, стараясь не встречаться с этими звериным пронизывающим взглядом. В своей жизни он видел много альф, но этот был не просто альфой, а настоящим зверочеловеком. Чонгук видел возле его колена выглядывающий кончик чёрного хвоста. Во всем его облике было нечто неуловимо дикое и пугающее. Поняв, что от парня он ничего не услышит, директор попросил секретаря принести колы. Ведь все подростки любят колу. — Ты знаешь всех этих омег? — спросил он, открывая каталог с цветными, явно постановочными и отретушированными фотографиями. — Ну да, — осторожно кивнул Чонгук. — Тогда мне нужно твоё мнение. Что ты можешь сказать об этом парне? — он показал на фото знакомого омеги по имени Тэмин. Его в который раз ставили в рабочий каталог, представляя невинным и чистым. Мол, только и ждёт своего надёжного альфу, чтобы создать крепкую семью. На самом деле он возвращался уже три раза из-за своего склочного характера, что проявлял особенно в моменты, когда напивался. В этом смысле он контролировать себя не мог и пил всё, что попадалось на глаза. — Тэмин очень красивый и характером милый. Больше не знаю, что сказать, — не моргнув, соврал парнишка. Омеги в Биг хит появлялись разными способами. В основном приходили сами, и всё было добровольно, но далеко не всегда. Это брачное агентство, конечно не было таким уж простым, и, наверное, каждый высокопоставленный альфа был в курсе, что под вывеской приличного заведения скрывался полулегальный бордель. Да, там реально можно было найти омегу и даже жениться на нём, но хватало и остальных тёмных делишек, о которых было не принято говорить вслух. — А этот? Парнишка вытянул свою длинную шею и посмотрел на фото. — Ну этот… он красивый. И голос хороший, — силясь вспомнить что-то про Квана, сказал курьер, осознавая, что именно этот омега считался у них вечным девственником за его невинно выглядящее слегка детское лицо, однако по факту числу его любовников не было счета. Он любил трахаться так, что место его давно было бы в борделе. Но Шихёк не оставлял попыток выгодно продать Квана, пока тот ещё был молод и свеж. — У тебя все красивые, как я погляжу, — хмыкнул альфа и вперил в него свой нечеловеческий взгляд. — А твоё фото тут есть? — господин Ким начал быстро перелистывать, не задерживаясь ни на ком. — Ну нет, конечно. Я не омега, — парень даже закашлялся от неожиданности и абсурдности такого предположения. Зверочеловек ещё раз кинул на него свой странный взгляд, и листание замедлилось. — Пей свою колу. Я, пожалуй, оставлю ваш каталог и изучу его дома. Это был успех! Возможно, Шихёк даже похвалит его и подкинет деньжат за хорошо выполненную работу. Парень прикончил стакан одним длинным глотком, дабы не задерживать директора, и вытер рот тыльной стороной ладони. Сладкая газировка утолила голод, который стал уже мучительным, это было приятно. — Надеюсь, вы найдёте свою судьбу, — поклонившись, протараторил парнишка. Эта фразочка была частью рекламного слогана брачного агентства. И в свете всего известного про эту контору звучало она довольно фальшиво. Впрочем, с уст этого перепуганного пацана вполне себе гармонировала.***
Позже Чонгук ещё неоднократно слышал о знаменитом Ким Тэхёне, которого часто показывали по телевизору в новостях. О том, что тот прислал запрос на поиск омеги для серьёзных отношений и, скорее всего, даже для брака. Об этом зверочеловеке теперь гудела вся общага Биг Хит. Омеги, которые претендовали на место мужа Ким Тэхёна, в срочном порядке делали маникюры, депиляции и бог знает что ещё, чтобы в момент, когда их выберут, быть готовыми на все сто. Очень часто альфы приезжали в заведение, чтобы познакомиться с теми, кого они выбрали из каталога. Это являлось обычной практикой, ведь у всех альф очень чувствительный нос, и запах того или иного омеги, как бы он ни выглядел, может просто не понравиться, и тогда ничего не получится. В мире альф и омег всё должно идеально подходить. — Скажи мне, какой он, этот Ким Тэхён? — шептал на ухо пронзительной красоты омега Чимин, когда они сидели на третьем этаже под самой крышей в ночном клубе, принадлежавшем начальнику Шихеку. — Ну, он очень высокий. У него низкий голос. Но мне показалось, что он не слишком злой… И ещё у него есть огромный чёрный хвост. Я, правда, видел мельком, но это так… красиво. На солнце там видны пятнышки… чёрные на чёрном. И глаза у него нереального цвета, а взгляд вовсе нечеловеческий. — Ему понравился кто-то из каталога? — шептал восторженный Чимин, доверчиво прижимая своего друга бету за шею. — Не могу сказать точно. Может, Тэмин? Так как он спросил, знаю ли я его. — Опять этот Тэмин! Вечно всех из-под носа уводит. — Но он и всегда возвращается… Так что тебе такие альфы не нужны. Начальник Шихёк подберёт тебе самого лучшего — и богатого, и красивого. — Ким Тэхёна, например, — вздохнул Чимин, надув свои полные красные губки, и Чонгук тихо захихикал. Всё же омеги слегка отличались от обычных людей-бет. Их жажда любви, их физиологические возможности превосходили общечеловеческие в несколько раз. Никогда не сравнить и сексуальные практики с человеком и омегой. Омеги были чувствительными и жаждущими практически сразу после их созревания. Они обладали особой красотой и привлекательностью, ожидая, когда их сорвут, как спелый плод. Чонгук всегда восхищался ими и втайне немного завидовал. Они все выглядели как диковинные цветы с разными притягательными запахами. Чонгук мог чувствовать лишь отдалённые нотки этих запахов, тогда как чувствительные носы альф раскрывали все нюансы аромата жаждущего ласк цветочка. Это местечко, откуда просматривался большой зал и парадный вход, маленькие омеги обнаружили достаточно давно. Они частенько глазели на входящих гостей, обсуждая и мечтая о том, когда в эти двери войдёт их собственная судьба, муж и так далее. А Чонгук зачастую составлял им компанию, глазея на альф. Особенно его интересовали зверолюди с их длинными гибкими хвостами. Зверолюди были огромной редкостью. Этот вид альф и омег был совершенно магически необычным и завораживающим для Чонгука. Он знал, что много лет назад они смогли вырваться из откровенно рабского положения. Поэтому их и осталось так мало, и подобрать пару им было действительно сложно. Такие агентства, как у директора Шихёка, изначально появились как раз для таких целей. Если обычный альфа более-менее быстро находил для себя подходящего омегу, у зверолюдей этот процесс зачастую затягивался. Они были очень привередливы к запахам феромонов, и зачастую оставались одни, так и не найдя того самого, подходящего. Однако, несмотря на такую жёстокую историю становления, ныне все зверолюди были баснословно богаты. Это объяснялось их недюжинным умом и бешеной работоспособностью, а так же каким-то звериным чутьём, которое странным образом мутировало из диких охотничьих целей в мир бизнеса и технологий. Сейчас все ведущие передовые отрасли управлялись зверолюдьми. Поэтому, когда заявка Ким Тэхёна стала обнародована, в заведениях Шихёка начался нездоровый ажиотаж. Никто не хотел упустить эту возможность — от несозревших ещё девственников омег, до откровенно продающих себя каждый вечер новому партнёру закоренелых проститутов. Ведь феромоны не выбирают носителя, и подойти может кто угодно. — Я надеюсь, он достанется тебе, — шептал Чонгук в ухо своему единственному другу-омеге. Тот как никто был достоин принца. Добрый и красивый Чимин часто подкармливал всегда голодного Чонгука, всегда жалел его. Позволял читать свои книги и учебники. Так как омеги, подобные Чимину, предназначались в спутники высокопоставленных альф, их образованием занимались особо тщательно. Их день был распланирован с утра до позднего вечера в разных занятиях, а также танцах и прочих активностях, чтобы они могли стать достойной партией во всех возможных отношениях. Так же всем омегам на выданье необходимо было соблюдать специальную диету, дабы быть стройными и здоровыми. Чонгуку оставалось только завидовать им. Так как ему доставались лишь объедки. Он часто делал уроки с Чимином, а так же ел, чем тот его угощал, когда получалось стащить что-то особенно вкусное. — Мне кажется, моя фотография в каталоге вышла не очень удачной. Этот фотограф, ему платят Тэмин и ему подобные, чтобы он их снимал, как надо, а остальных — как придётся. — Думаешь? — Да я уверен! — фыркнул Чимин и сморщил хорошенький носик. — Всё равно решает запах феромонов. А такого сладкого жасмина я ещё ни от одного омеги не чувствовал, — Чонгук потрепал Чимина по светлой макушке. Этот ангельский жасминовый феромон так шёл к его ангелоподобной внешности. Надо быть просто слепым, чтобы не выбрать его своим мужем. А звезда заведения Шихёка — Тэмин, как ни хорохорился, как ни старался — неумолимо старел, и несколько возвратов говорили сами за себя. Все понимали, что его ждёт только переход в другую сферу услуг, о которой все молчали, но которая пользовалась бешеной популярностью. Конечно, Тэмин осознавая, что шанс у него практически последний, и делал вообще всё возможное и невозможное, чтобы им воспользоваться. Такие финты, как договоренность с фотографом, казались детской шалостью по сравнению с тем, что он вообще мог сотворить. Благо никто толком не знал, придёт ли Ким Тэхён в заведение или нет. Пока уже то, что он оставил у себя каталог, было большим успехом. Многие альфы безумно стыдились того, что не могли найти себе омегу своими силами. Однако с годами это становилось делать всё сложнее и сложнее, от этого такие заведения, как у директора Шихёка, стабильно процветали. — Эй, Чон Чонгук, иди сюда! Дело есть! — Он тебя совсем загонял! — вызверился Чимин, который видел, как впахивает его друг-бета. Того вообще не считали за человека и могли разбудить даже среди ночи, чтобы убрать какую-либо гадость в клубе или отнести посылку куда-то на другой конец города. — Да всё нормально, — отмахнулся бета, прикусывая саднящую болячку на губе. Чимин, видя это, зашипел на друга, так как добрых полчаса обрабатывал его раны и царапины антисептиком, украденным из местного медицинского кабинета. Чонгук подошёл к директору, который сидя за баром ещё до открытия заведения накатил себе чистого виски со льдом. Шихёк отсалютовал парню толстостенным бокалом и сказал, прищурившись: — Собирай вещи, сынок! Сегодня тебя купил альфа.
