ПАНТЕРА - Блюз

      В медицинский центр они приехали вместе. Тэхён сказал, что оставит бету там одного и уедет работать.       Парень заметно нервничал, не зная куда себя девать, он пританцовывал за Тэхёном, пока тот сообщал на ресепшн огромного медцентра, что они прибыли согласно особым договоренностям. А Чонгук в это время хотел исчезнуть вместе со своей формой доставщика, которая выглядела тут как никогда уродливой. Тэхён, казалось, не замечал его убогости. Теперь, когда и тональника не осталось на лице, Чонгук выглядел сущим бомжом и оборванцем с огромным ставшим иссиня-лиловым синяком и распухшей губой.       — Если что случится, ты можешь всегда позвонить мне, — альфа завис ладонью над головой Чонгука, словно хотел погладить, но не стал. — Как только ты сдашь анализы, предложат завтрак. Ты должен обязательно поесть. Потом водитель тебя отвезёт домой. Там тоже, прошу, не мучайся голодом, холодильник в твоём распоряжении. Единственное, я бы хотел, чтобы ты пока не ходил один куда-то на улицу самостоятельно. Ибо я переживаю.       — А мне можно?       — Почему нельзя? Ты же не пленник.       Чонгук аж проморгался. Ему, по сути, было некуда ходить. В заведение Шихёка он сам под страхом смерти бы не пошёл… Но эта свобода окрыляла. И как бы отреагировал господин Тэхён, если Чонгук сбежал бы?       Вскоре пришёл медбрат и прервал его мысли о побеге. Он велел идти с ним, и тут парню стало очень страшно. Он только пронзительно посмотрел на Тэхёна, оглянувшись, тот просто стоял там и внимательно следил за тем, как его уводили по светлым больничным коридорам.       Вскоре Чонгук уже не заботился об одежде, так как его переодели в одноразовую сорочку, чтобы провести все возможные исследования. Это было страшно и местами просто утомительно, но никакого выхода не было, пришлось терпеть. В ходе обследований ему обработали губу и принесли мазь, которой полагалось обрабатывать синяки.       Врачи и медбратья относились к нему ровно и не выражали интерес, почему столь высокопоставленный альфа привёз такого оборванца. Они с профессиональным спокойствием брали анализы, обрабатывали его раны. Так же сделали рентген на ту ногу, что была давно сломана и срослась не совсем правильно.       Когда всё закончилось, Чонгук чувствовал себя совершенно вымотанным. Даже пробежав весь день по городу, передвигаясь зайцем на автобусах, будучи всё время на стрёме, он не чувствовал себя настолько усталым, как после этого врачебного обследования.       Наконец, ему сказали, что он прошёл всё запланированное, и отвели в маленькую комнатку, чтобы он там переоделся. Внутри его встретил Тэхён.       — Вы говорили, что водитель приедет, — немного испуганно произнёс парень, глядя на господина.       С этого ракурса хорошо было видно шикарный чёрный хвост. В дневном свете на нём можно было разглядеть эти невероятные пятнышки. Чёрные на чёрном. Никогда ещё Чонгук не видел зверочеловеческого хвоста так близко к себе. Это оказалось неожиданно прекрасно.       — Да вот решил встретить сам, к тому же доктор хотел поговорить с нами обоими. И я привёз тебе тут… — он протянул свёрток, в котором находилась одежда. По-видимому, новая.       Чонгук ответил недоумённым взглядом, но свёрток взял.       — Одевайся скорее, и мы с доктором ждём тебя на разговор.       Никогда у Чонгука не было новой одежды. А теперь в дрожащих руках у него находились джинсы с биркой и пуловер, а также носки и даже трусы. И всё подходящего размера. Оставалось только догадываться, как альфа его узнал и как покупал. Или попросил кого-то? Всё это казалось странным и смущающим.       В смятении, переодевшись, он вышел в коридор и встретился взглядом с альфой, что ждал его, прислонившись к стене и сложив руки на груди. Тот оглядел его придирчиво с ног до головы, сузив глаза, и, видимо, остался доволен. Потом кивком попросил следовать за собой в кабинет.       — Добрый день, господин Ким. И вам, молодой господин Чон. Хотя с вами мы уже и виделись. Ну что я вам могу сказать? Все анализы сделали по cito, чтобы не затруднять ожиданием. Мальчик наш здоровый. Вы же знаете, что не являетесь омегой? — он посмотрел прямо на Чонгука поверх толстых очков.       Парень понурил голову. Конечно, он знал, какого хрена?       — Конечно, мы в курсе, — спокойно ответил за него Тэхён.       — Так вот, Чонгук здоров, но есть небольшие нюансы, которые я должен вам озвучить. У пациента наблюдается значительный недостаток веса и дефицит многих витаминов. Я выпишу вам определённые препараты, а так же вы должны следить, чтобы он питался вовремя и в полном объеме. Больше белка, мяса, рыбы и так далее. Овощи, жиры, углеводы. В общем-то, если наладите питание, потребность в постоянном добавочном принятии витаминов пропадёт сама собой. Но я бы рекомендовал вам пить их в течение месяцев трёх и следить за весом и состоянием.       — Спасибо, доктор.       — На здоровье, господа. Если будут возникать какие-то вопросы — обращайтесь. Всё же мальчик не омега. Рекомендую быть осторожными. Если что, я всегда на связи.       Чонгук покраснел словно закатное небо. Эти намёки ему вовсе не нравились, хотя в словах доктора крылась истина. Даже незнакомые люди ужасались, что альфа-зверочеловек завёл себе простого бету. Как оказалось, ещё и с недостатком веса.       В этот день ему пришлось краснеть дважды, так как доктор-омеголог очень чётко инструктировал его, как готовиться к соитию через анальное отверстие и какие процедуры выполнять до и после. Даже выдал тестеры смазки, которые сейчас лежали у него в кармане, и презервативы для узлов и регенерирующие свечи. Он хотел сразу всё выбросить, но не посмел.       — Поехали куда-нибудь поедим. Нам велели тебя кормить усиленно, — сказал альфа, восприняв слова доктора как руководство к немедленному исполнению.       Его хвост слегка коснулся руки парня, и тот вздрогнул. Всё же хвост такая часть тела, которую он не мог воспринимать обычно, как руку или ногу. Это казалось чем-то сказочным и за гранью понимания.       Чонгук чувствовал себя слегка скованно в своей новой одежде, но она ему безумно нравилась. У него никогда в жизни не было новой одежды… Классический пуловер был нежно-бежевого цвета, а джинсы светло-голубые новые и без пятен. Даже носки, которые он не видел, но ощущал на своих ногах, казались сущим совершенством. Куда делась его старая одежда, он не стал спрашивать. Скорее всего, Тэхён её просто выбросил за ненадобностью. Туда ей и дорога.       После ресторана, который привёл Чонгука в бешеный восторг, Тэхён потащил его по магазинам. Некоторые вещи он заставлял его примерять, некоторые покупал просто так, проверив только бирку с размером.       На несчастные попытки возражения от Чонгука он опять пригрозил ему контрактом, который парень так и не прочёл до конца. А ведь, оказывается, контракт гласил, что пока Чонгук живёт с Тэхёном, он обязан принимать подарки и одежду, и украшения. Альфа даже назвал номер пункта контракта.       — Вы помните всё наизусть?       — Конечно. Я же его и составлял, — на полном серьёзе ответил господин.       К тому моменту, как Чонгук и Тэхён ввалились в квартиру, нагруженные пакетами, они не чувствовали ног. Волосы Чонгука подверглись стрижке, и он ощущал себя самым счастливым, потому что впервые в своей жизни он провёл своё время так приятно и безмятежно. Несмотря на каменное выражение лица, альфа буквально окружил его заботой с ног до головы. Под конец вечера Чонгук мог позволить себе взять Тэхёна за рукав, с тем чтобы тот склонил голову, потому что надо было что-то позарез прошептать ему на ухо.       — Бросай вещи, принимай душ и поднимайся наверх.       Чонгук похолодел. «Вот оно, началось!» — подумал он. Теперь медицина подтвердила его здоровье и уже нет препятствий, чтобы начать сексуальные отношения. Чонгук с тоской посмотрел на многочисленные пакеты и коробки, которые частично закрывали пол и кровать. Сейчас они виделись ему словно последняя трапеза перед смертной казнью. Дрожащими руками он выбрал одну из купленных пижам. Ту, что выглядела скромнее остальных и была с длинными рукавами и штанами. И с такими тяжёлыми мыслями он отправился в душ.       На второй этаж поднимался на дрожащих ватных ногах. Слегка потоптавшись перед приоткрытой дверью в комнату Тэхёна, он шагнул туда ни жив ни мёртв — перепуганный насмерть.       Альфа лежал на кровати, подсунув под спину подушки, и что-то читал в своём телефоне. Шикарный антрацитовый хвост покоился рядом, и лишь самый кончик изредка мотался туда-сюда. Чонгука завораживал этот хвост. Блестящий и гладкий мех и чёрные на чёрном пятнышки — безумно красиво! Сам хвост порой был словно ещё одна конечность, хотя альфа никогда особенно не пользовался им. Но порой кончик хвоста гладил Чонгука по руке или по спине, ему это нравилось, хоть и было несколько странно.       — Будешь пиво? — как-то обыденно спросил альфа.       Вопреки ожиданиям Чонгука, он не стал на него с ходу прыгать и рвать с задницы штаны.       — Можно, — тихо прошелестел Чонгук.       Он ожидал уже чего угодно, кроме этого. Словно в него вселился Чимин, с которым они частенько делили банку пива, когда никто не знал, спрятавшись на чердаке или ещё где. Чимину было строжайше запрещено пить алкоголь, считалось, что на омег он влияет крайне плохо, особенно на их природный запах. А у Чонгука никогда не было денег, чтобы такое потреблять. Но иногда и в Биг Хит случались маленькие праздники, и украденная Чонгуком банка пива была самой вкусной и волшебной для двух друзей.       Тэхён отложил телефон и достал откуда-то сбоку кровати жестяную банку, открыл её и похлопал по кровати рядом с собой.       По телевизору начинался какой-то фильм, и, как бы это ни было странно, парень сел рядом, и тут же в его руки шлёпнулась прохладная банка пива. Тэхён поправил подушки под спиной, чтобы Чонгуку было удобно сидеть. И наклонившись сверху, альфа вдруг втянул воздух носом, отчего парень вжал голову в плечи.       — Хм… как ты вкусно пахнешь. Уверен, что ты не омега?       Чонгуку стало смешно, ведь только что доктор сказал им обоим, чтобы даже мысли такой не допускали. Он бета на сто процентов.       — Это же просто гель для душа, — попытался оправдаться он.       — Ну мне-то можешь не рассказывать. Твой запах я почувствовал ещё тогда, когда ты пришёл в мой офис. Просто теперь, когда нахожусь рядом с тобой, он кажется ещё богаче.       Покраснев, Чонгук посмотрел на альфу смущённо, тот хмыкнул неопределённо в ответ и погладил его короткие волосы. Новая модная стрижка была ему к лицу, как и светло-голубая шёлковая пижама, которую Тэхён выбрал для него сам.       После альфа вновь погрузился в свой телефон, похоже он выполнял какую-то работу, делая пометки тонким стилусом. Хмурился и что-то бурчал под нос. Чонгук в это время смотрел фильм, который ему показался довольно скучным, но попросить переключить он не посмел. Вскоре он начал клевать носом, и альфа в какой-то момент мягко забрал банку у него из рук. Парень сполз спиной по подушке и не заметил сам, как задремал.       Чонгук пришёл в себя где-то посреди ночи. Альфа его заботливо укрыл, на теле покоилась его тяжелая рука, а так же чёрный, поблескивающий в темноте хвост.       Альфа спал так крепко, что даже не пошевелился, когда Чонгук заворочался. Но когда он попытался спустить ногу с кровати, большая рука ожила и прижала его спиной к каменной груди альфы.       — Не уходи, — коротко попросил он.       Было сложно уйти в таких обстоятельствах, когда тебя держат, закатав в кокон из одеяла, и придавливают конечностями. Ничего не оставалось делать, и Чонгук от безысходности снова уснул.       

***

      Проснулся он один в кровати у Тэхёна. Самого альфы не было слышно. В душе было тихо, а в сушилке не горел свет. Повалявшись ещё какое-то время, Чонгук вылез из неги тёплых одеял и начал спускаться по лестнице. Тут-то и обнаружилась его пропажа. Тэхён уже в деловом костюме что-то ставил на стол.       — Доброе утро, соня! — поприветствовал он.       — Простите, господин, я не слышал, когда вы проснулись.       — Спал как убитый. Даже не шелохнулся. Впрочем, я тоже спал отлично благодаря тебе, — внезапно сказал он.       — Скажете тоже, — усмехнулся Чонгук.        — Называй меня на ты. Мы же, в конце концов, уже спали вместе.       Чонгук неожиданно захихикал. Альфа остановился и посмотрел заворожённо на него.       — У тебя безумно красивая улыбка. Я хочу, чтобы она не сходила с твоих губ.       Чонгук захлопал глазами, не зная, как реагировать на это.       — К сожалению, я сегодня очень спешу, поэтому тебе придётся завтракать одному. Но я приготовил всё для тебя.       На столе и правда стоял королевский завтрак из мягких вафель, джемов, хлопьев и бог знает чего ещё.       — Кофе сделаешь сам. Кофемашина у нас не очень сложна в управлении. Справишься.       — Ага.       — А теперь согласно нашего контракта ты должен поцеловать меня. Как смотришь на это?       — Я… я не знаю…       Альфа не стал долго его мучить, так как парень побледнел, как полотно, и показал пальцем на свою щёку.       Чонгук, стараясь контролировать свою дрожь, приблизился к нему и, удерживая его за рукав пиджака, встал на самые носочки и коснулся его свежевыбритой щеки губами. Приятный свежий запах лосьона заполнил ноздри.       — Ну что? Похоже на то, как тебя заставили целовать старого дядюшку? — альфа улыбнулся.       — Нет… похоже больше на дикое животное… — Чонгук испугался своей смелости и тут же зажал свой рот обеими руками. Порой он говорил раньше, чем думал, и всегда это было так не к месту.       — Даже так? Весьма интересно, — Тэхён погладил его мягким движением по макушке. — Тебе же не было очень страшно?       Чонгук покачал отрицательно головой.       — Вот и хорошо. Привыкай. Сегодня подпишем контракт. Прошу: прочитай всё внимательно. Если возникнут вопросы, то сразу звони. Если чего-то вообще происходит — тоже звонишь! К сожалению, как бы я ни хотел остаться, сегодня должен быть на службе, а завтра посмотрим.       — Буду вас ждать.       Тэхён внимательно посмотрел на него, словно фотографируя его образ на своей звериной сетчатке. Его выражение лица было ровным, словно он смотрел на стену, а не на дрожащего бету, обещающего ждать его. Чонгук не знал, куда свернула его незавидная судьба и как будет дальше вести себя Тэхён, который не выглядел злым, лишь несколько мрачным.       После ухода альфы Чонгук остался совсем один в огромной шикарной квартире. Ему ничего не оставалось, как изучать этот пресловутый контракт, про который ему уже все уши прожужжали.       Сначала парень хмыкал, читая какие-то банальные мелочи, такие как совместные ужины, прогулки по выходным. Особо был отмечен совместный ночной сон. В прошлую ночь Чонгук думал, что остался в постели альфы случайно и тот пожалел его будить, но, судя по контракту, это было не так. Совместный сон был выделен в отдельный пункт. Видимо, хозяин считал это очень важным.       Когда Чонгук в контракте дошёл до секса, ему внезапно стало тревожно. Секс полагалось осуществлять минимум два раза в неделю и больше, причём по обоюдному желанию сторон. Бета ужаснулся, думая, как в здравом уме можно согласиться на такое помимо обязательных двух раз. Видимо, омеги чувствовали нечто совершенно другое, так как для них вопросы секса не стояли так остро и не вызывали такой неконтролируемый страх. Так или иначе, альфа, каким бы милым и добрым он не казался, прежде всего купил бету ради сексуальных утех, и, в конце концов, Чонгуку придётся этим заниматься. Его обычно живое воображение не могло даже близко представить, как это будет и чем закончится. Он даже без одежды господина не мог представить. Альфа был подавляюще крупным мужчиной. Такой и пополам может переломить и не заметить.       Чонгук наслушался в общаге борделя рассказов о разного рода извращенцах. А так же о садистах, которые выбирали себе бету послабее и покрикливее, ибо кончали оттого, что жертва испытывала нереальные муки и громко плакала и кричала.       Конечно, ему сложно было представить, как лицо такого спокойного и доброго альфы изменяется в сладострастную и злую гримасу. Как он наслаждается мучениями беты. Возможно, это ещё пошло со времён угнетения бетами малочисленного народа зверолюдей? И это извращение сохранилось в том виде, что зверолюди часто приобретали себе на поругание обычных бет. Даже доктор во время консультации дважды предупредил, что Чонгук — не омега, и им надо быть предельно осторожными при физиологических контактах. Чонгуку было неописуемо страшно.       Он отложил контракт и задумался. Сухие строчки пугали. Обязательный секс два раза в неделю… Как это пережить, он не знал. Ибо его единственный опыт был не из лучших. После него он решил, что секс — это не то, что он будет делать ради работы и даже ради удовольствия своего партнёра (если таковой появится) или даже самого себя. Он считал это прерогативой альф и омег, у которых всё складывалось с физиологической любовью гладко, начиная с подростковых лет, когда впервые проявлялся их специфический запах феромонов.       С тяжёлым сердцем он начал разбирать покупки, заполняя пустые шкафы своими новыми вещами, которых было чрезвычайно много. Он не знал, сможет ли он это всё носить. Однако сердце сладко замирало, так как у него никогда не было новых вещей, да ещё в таком количестве. Среди вещей было несколько классических костюмов. Деловые сорочки. Джинсы, брюки, спортивные костюмы.       Тэхён ему сказал, что они непременно будут заниматься спортом, поэтому были даже плавки. Ибо на крыше дома, в котором он теперь жил, находился огромный бассейн для жителей. Чонгук мечтал это увидеть. Но один идти побоялся. В конце концов, его могут спросить, кто он такой и по какому праву здесь разгуливает. Будет проще, если экскурсию по жилому комплексу ему проведёт сам Тэхён, который относился к этому с великим энтузиазмом.       После того, как Чонгук закончил с вещами, осталось много пакетов, и он постарался сложить их более-менее компактно.       Внезапно он услышал, как хлопнула входная дверь и автоматическая система сказала свои приветственные слова. Шла вторая половина дня, но Тэхён ещё должен был быть на работе. «Возможно, вернулся пораньше?» — подумал Чонгук и бросился навстречу.       В конце концов, согласно контракту он должен был обязательно встречать альфу после работы. Но он точно не смог бы сказать, хотел бы сейчас возвращения Тэхёна или действовал согласно контракта.       Однако, вопреки ожиданиям, в апартаменты вошла женщина средних лет в неброской, но дорогой униформе. С собой у неё была объёмная прямоугольная сумка-холодильник.       — О, молодой господин, здравствуйте! — она поклонилась.       Чонгук сделал то же самое.       — Будете обедать? Господин Ким сказал, что вы должны обязательно хорошо поесть.       — Здравствуйте. Если можно, я потом поем… сам, — смущённо ответил Чонгук.       С ним редко общались уважительно, да ещё в таком ключе. В основном это он работал, и уж тем более никто для него не готовил еду. Это предложение смутило его до глубины души. Извинившись, он скрылся в своей комнате.       Благо там был телевизор, и он, включив какую-то передачу про животных, нарушил тишину комнаты этим.       Сев на кровать, он взял в руки треклятый контракт, словно нить, связующую его с хозяином, который, казалось, относился к нему хорошо и даже защищал. Чонгук сам не понимал, отчего он так начал нервничать. Но он не был властен над своим разумом. Через какое-то время в дверь тихонько постучали.       — Молодой господин! Господин Чонгук, прошу, съешьте обед. Я обещала хозяину, что вы будете питаться хорошо. Сейчас уже время обеда.       Он не смог отказать и со страхом вышел за дверь. На столе уже стояло множество тарелочек. В основной дымилось свежеприготовленное нежнейшее мясо с веточкой розмарина. Пахло это всё безумно приятно. Закуски, разложенные в изящные тарелочки, манили попробовать их на вкус.       — Поешьте со мной, пожалуйста. Я не могу проглотить столько еды один, — попросил Чонгук.       — Вы, наверное, просто не привыкли садиться за стол в одиночку. О, я понимаю. В нашей семье тоже было заведены общие трапезы. Современные люди сейчас совсем другие, — её лепетание было уютным и приятным.       Чонгук сел за стол и посмотрел на неё умоляюще.       — Пожалуйста, аджума, поешьте со мной. Мне действительно непривычно, — подыграл ей он.       На самом деле, совместные принятия пищи у него были только в интернате в моменты детства, которые за серостью он практически не вспоминал. Одно он знал точно: всё детство мечтал наконец стать взрослым и свалить оттуда как можно скорее. Однако жизнь за дверями приюта не была столь радужной, как ему представлялось. Он тогда узнал об огромных долгах его семьи, которые скинули на новорождённого ребенка, а самого его и его тело отдали как часть уплаты долга. Если бы Шихёк хотел, он мог бы продать Чонгука на органы, например. Возможно, заработал бы неплохо. Но так случилось, что сейчас бета находился за столом, полным шикарнейшей, вкусно пахнущей еды, предназначенной лишь для него одного, и вопреки всему не чувствовал радости. Скорее, его чувства были смешанными: стеснение, страх, неизвестность и бог знает что ещё.       Аджума послушно села, поправив опрятную коричнево-чёрную униформу.       — Вы омеги такие… выглядите всегда как малые дети. Это удивительно.       Чонгук проморгался. Женщина решила, что он омега? Ну, конечно! Что ещё она могла подумать про него, когда хозяин привёл домой парня.       — Меня зовут Сухён. Я отвечаю за еду в этом доме и частично за порядок. Раньше в ресторане работала. Но здесь работа намного спокойнее, и времени стало больше. У меня две внучки подрастают. А у вас есть сёстры или братья?       Чонгук покачал головой, не зная, что можно говорить про себя, а что нет. В конце концов, Тэхён никаких инструкций по этому поводу не давал.       — А вы такой худенький, потому что плохо кушаете. Вот мне господин Ким отдельно повелел проследить, чтобы вы поели! Давайте-давайте! И если что любите, просто скажите, я приготовлю специально для вас.       — Ну нет… не надо специально. Я не знаю… — прошелестел Чонгук.       — Какой вы миленький, — широко улыбнулась Сухён. — Ну ничего, скоро привыкнете.