Lily's Boy

— Глупый, идиотский, безрассудный, беспечный… Снейп ворвался в дом, словно порыв ледяного ветра; его магия так ощутимо вибрировала в воздухе, что в окнах жалобно задребезжали стекла. — Успокойся, — позвал Ремус. Он подошел и положил ладони на плечи Северуса, на мгновение прижавшись своим лбом к его лбу. — Что Альбус натворил на этот раз? — Не только Альбус, — прорычал зельевар. — Всё это чёртово Министерство. Гарри встревоженно переглянулся с Сириусом. — Что происходит в Министерстве?  Снейп сделал глубокий вдох, выпрямляясь. — Департамент международного магического сотрудничества решил возродить Турнир Трех Волшебников. Сириус и Ремус выругались в унисон. Чашка в руке Ремуса не выдержала резонанса его магии и с сухим хрустом раскололась, рассыпав осколки по столу. Гарри уставился на них в полном замешательстве. — Что еще за Турнир? — Соревнование между тремя крупнейшими школами Европы: Хогвартсом, Дурмстрангом и Шармбатоном, — ответил Сириус, пока Ремус пытался утихомирить Снейпа. — Каждая школа выбирает чемпиона. Три испытания, призванные проверить магию, храбрость и смекалку. — Звучит не так уж плохо, — задумчиво протянул Гарри. Вообще-то, это звучало даже весело. Сириус одарил его мрачным взглядом. — Турнир прикрыли в 1792 году из-за чудовищно высокой смертности среди чемпионов и зрителей, — сухо отрезал он.  — Ох. — Мало того, что они его возрождают, так Хогвартс, разумеется, принимает гостей! — продолжал Снейп. — Словно нам мало забот! Школа будет кишеть иностранцами, включая этого проклятого Каркарова... — Каркаров? — рявкнул Сириус, резко выпрямляясь. — Какого черта он там забыл?! — Теперь он директор Дурмстранга, — Снейп скривился так, словно проглотил лимон. — В этой школе всегда питали нездоровую любовь к Темным искусствам. Гарри не рискнул уточнять, кто такой Каркаров, подозревая, что ответ ему очень не понравится. — Студентам об этом знать не положено, но ставлю что угодно — любой, у кого есть родственник в Министерстве, будет в курсе к сентябрю, — Снейп наконец опустился на стул. — Участвовать могут только совершеннолетние, но зная Альбуса… хаос гарантирован. — Уже нашли нового преподавателя Защиты? — поинтересовался Ремус, машинально массируя напряженные плечи Северуса. Снейп даже не попытался отстраниться. — Если и нашли, то мне не доложили. Будем надеяться на кого-то стоящего, учитывая ситуацию. — Ну, если участвовать можно только с семнадцати, я просто останусь в стороне, верно? — рассудительно заметил Гарри. — Понаблюдаю, подержусь в тени и буду подальше от Дамблдора. — Тебе всё равно нужно быть начеку, — предупредил Ремус. — В толпе гостей гораздо проще спрятать нож в спину. — Если честно, это звучит не опаснее моих прошлых лет, — Гарри пожал плечами. — Учитель, одержимый Волдемортом, гигантский василиск в коридорах, серийный убийца, жаждущий моей крови — без обид, Сириус. И всё это на фоне директора с тайным планом превратить меня в живую бомбу. Обычный учебный год. Взрослые уставились на него.  — Почему, чёрт возьми, мы позволяем ему туда возвращаться? — пробормотал Сириус.  — Почему, чёрт возьми, я всё еще там работаю? — согласился Снейп. Гарри фыркнул. — Всё будет нормально, — сказал он невозмутимо. Школьная опасность была приятным разнообразием после обычной. — Напоминаю: студенты не должны знать об этом до объявления, — Снейп бросил на него мрачный взгляд. Гарри закатил глаза.  — Просто добавлю это к списку остальных секретов, не волнуйтесь. — Нахальный маленький негодяй. — Простите, профессор, но ваш испепеляющий взгляд как-то перестал на меня действовать в тот момент, когда Сириус превратил вас в хомяка на прошлой неделе, — невинно признался Гарри. — Теперь я вижу только эти пухлые щечки. Снейп зарычал, Сириус разразился лающим хохотом, а Ремус лишь прикрыл глаза рукой, пряча улыбку. По крайней мере, окна в доме больше не дрожали.

⟣ · · ⟡ · · ⟢ 

Утро четырнадцатого дня рождения Гарри выдалось ясным и солнечным. Его разбудил настойчивый стук: несколько сов нетерпеливо барабанили клювами по стеклу. Самым неистовым оказался крошечный пушистый комок, которого Сириус подарил Рону — судя по письму, сову назвали Сыч. Сыч? Серьёзно? Впервые в жизни он заснул накануне быстро и спокойно. Раньше он всегда дожидался полуночи, чтобы в одиночестве прошептать самому себе поздравление, когда часы пробьют двенадцать. Но в этот раз ожидание настоящего праздника пересилило тревогу. У него наконец-то были люди, с которыми можно было этот праздник разделить. Подарки пришли от привычных дарителей — от Уизли, от Рона, Гермионы, Хагрида. Но к его удивлению, среди свёртков оказались подарки от близнецов, Невилла, Сьюзен и Ханны, а также открытки от Дафны, Блейза, Эрни, Энтони, Салливана, сестёр Патил и даже Кассиуса Уоррингтона. В жизни он ещё не чувствовал себя таким популярным. В стопке не было ничего от Драко, и Гарри постарался не обращать внимания на неприятный укол в груди. Наверное, сова просто задержалась. В конце концов, Драко всё ещё был во Франции. Дверь спальни распахнулась, и огромный черный пес одним прыжком оказался на кровати, разметав подарки во все стороны. — Бродяга! — со смехом воскликнул Гарри, отпихивая лохматую тушу. — Ты устроил беспорядок! — Для этого и существует магия! — ответил Сириус, уже в человеческом облике. Он сиял улыбкой и уселся на край матраса. — С днём рождения, Гарри! Он широко раскинул руки, и Гарри тут же подался вперед, принимая объятие. Оно пахло порохом, костром и домом. — С днём рождения, щеночек, — раздался от двери мягкий голос Ремуса. — Сириус, дай ему вздохнуть. Завтрак готов. Кери испекла блинчики. Услышав это, Гарри мгновенно вывернулся из рук крестного и рванул на кухню. — С днём рождения, мастер Гарри! — радостно пропищала Кери. — Кери приготовила ваше любимое!  Перед ним опустилась тарелка с высокой стопкой блинов, утопающих во взбитых сливках и свежих ягодах. — Спасибо, Кери! — Гарри вгрызся в еду с таким энтузиазмом, что Сириус, зашедший следом, только покачал головой. — Нас даже не подождал? — Это же блинчики, — пробормотал Гарри с набитым ртом. На этот раз к столу последним пришёл Снейп. Он коротко кивнул Гарри. — С днём рождения, Поттер. Гарри широко улыбнулся, на всякий случай убедившись, что во рту больше нет блинчиков. Снейп всё равно выглядел слегка брезгливо. — Так что мы сегодня делаем? — Ну, у тебя утром урок зельеварения, и… — Сириус расхохотался, увидев, как вытянулось лицо крестника. — Шучу, шучу. В гостиной тебя ждут подарки, а примерно в десять будет небольшой сюрприз. Если это был тот самый сюрприз, о котором Сириус намекал уже несколько недель, Гарри едва мог дождаться. Завтрак прошёл шумно и весело. Когда от блинчиков не осталось и следа, все четверо поднялись в гостиную. На кофейном столике лежало несколько аккуратно завернутых подарков. — Давай же, — подбодрил Ремус. Гарри замялся. Он никогда не открывал подарки в присутствии других. На Рождество внимание распределялось на всех, а сейчас все смотрели только на него. Наконец он потянулся к первому свёртку — тяжёлой коробке в коричневой бумаге. Под ней оказался набор книг в твердом переплете. «Хроники Земноморья», Урсула Ле Гуин. — Она маггловская писательница, — пояснил Ремус. — Думаю, тебе понравится. Я начал читать их примерно в твоём возрасте.  — Спасибо, Ремус, — искренне поблагодарил Гарри и осторожно отложил книги, берясь за следующий подарок.. Следующий сверток, подписанный безупречным почерком Снейпа, на удивление оказался не книгой. Это был небольшой кожаный сворачивающийся футляр, примерно длиной с его голень. Он расстегнул ремешок, и внутри обнаружился аккуратный ряд из дюжины флаконов с зельями. Каждый лежал в отдельном кармашке и был подписан тем же угловатым почерком. Бодроперцовое зелье. Обезболивающее. Сон без сновидений… — На случай, если тебе придется обходиться без мадам Помфри, — протянул Снейп. — Хотя постарайся не доводить до этого. Ты только-только перестал быть абсолютно бесполезным в лаборатории, будет досадно, если ты самоликвидируешься в первый же месяц. Гарри широко улыбнулся и, поддавшись внезапному порыву, шагнул вперед и порывисто обнял Снейпа.  — Спасибо, профессор. Северус застыл, словно его поразило Петрификусом, но через секунду всё же неловко похлопал Гарри по плечу. Гарри не стал испытывать судьбу. Он быстро отпустил его и вернулся к столу. Оставалось ещё три подарка. Все были завернуты в одну и ту же блестящую серебряную бумагу. — Этот от меня. Этот от меня и Лунатика. А этот, откровенно говоря, не считается, потому что изначально должен был принадлежать тебе, — пояснил Сириус, указывая на каждый. Гарри начал с подарка от одного Сириуса, осторожно разрывая бумагу — на всякий случай, вдруг она взорвётся конфетти. На этот раз обошлось. Когда бумага слетела, его глаза загорелись. Коробка из Зонко. — Решил, что ты сможешь взять это в школу. Пусть старик не расслабляется, — сказал Сириус, в глазах у него плясали озорные искры. Гарри ухмыльнулся. Подарок от Сириуса и Ремуса оказался большим и мягким. Развернув его, Гарри обнаружил невероятно мягкую тёмно-серую мантию с золотой застёжкой в виде отпечатка лапы. — Там есть чары изменения размера, на случай если вырастешь, — сказал Сириус, пока Гарри осторожно проводил рукой по мягкой шерсти. — И согревающие чары. А ещё… когда придёт время, можно будет вышить на ней герб твоей семьи. У каждого молодого волшебника должна быть хорошая мантия. Гарри накинул мантию на плечи и почувствовал, как его окутывает мягкое тепло, почти как объятие. Он улыбнулся. Из волшебной одежды у него были только школьные мантии. Эта выглядела так, словно её мог бы носить Драко. Он опустил взгляд, представляя, как будут смотреться на груди гербы Поттеров и Блэков. И Слизерина с Певереллами тоже, наверное. — Она потрясающая. Последний подарок оказался огромным ярким гобеленом. Сложная абстрактная сцена сотворения мира, вытканная золотыми и шелковыми нитями. Гарри пришлось разложить его на полу, чтобы развернуть полностью. — Его привезли в Британию самые первые Поттеры, когда переселялись сюда, — голос Сириуса стал хриплым. — С тех пор он висит в доме каждого первенца Поттеров. Мы можем повесить его здесь. А когда у тебя появится собственный дом, заберёшь его с собой.  Гарри коснулся ткани, чувствуя её прохладу. — Джеймс знал его историю наизусть… я помню лишь куски. В хранилище должна быть летопись. Гарри неловко почувствовал, как к глазам подступают слёзы. Ничего подобного у него никогда не было. Всю жизнь его заставляли верить, что он — «просто Гарри», мальчик с ненормальными родственниками. Его кожа, его магия, его история — всё это было неудобным фактом для окружающих. Дамблдор говорил о «великой силе», но никто не говорил о его семье. — Мы сходим в хранилище Поттеров. Мы разберём всё, расскажу тебе о семье. Я многое узнал, пока жил у Джеймса. Всего не знаю, но для начала хватит, — неуверенно сказал Сириус. — Я не Джеймс и не пытаюсь его заменить. Просто… он бы хотел, чтобы ты знал, откуда ты родом. Он бы сам всё это тебе рассказал, если бы мог. Я подумал, что могу хотя бы попробовать— Он не договорил. Гарри с разбега уткнулся Сириусу в грудь, и тот прижал его к себе, целуя в вихор на макушке. — Тебя лишили слишком многого, щеночек. Ты заслуживаешь знать, кто ты есть. Гарри стоял так и не двигался, пока не убедился, что больше не расплачется. Потом отстранился; в горле всё ещё стоял ком. — Ладно, — тихо сказал он. — Я… отнесу всё это наверх. — Не забудь про сюрприз в десять, — напомнил Ремус. — Тебе нужно будет одеться. Гарри почти забыл об этом. Он аккуратно свернул гобелен, собрал подарки и поднялся к себе в комнату. Закрыв за собой дверь, он глубоко вздохнул. Его всё ещё немного трясло. В этот момент он ненавидел и Волдеморта, и Дамблдора за то, что они лишили его всего, что должно было быть у него с самого детства. Любви. Семьи. Наследия. Волдеморт запустил всё это, убив его родителей. Но именно Дамблдор потом держал его в изоляции. Именно Дамблдор пытался лишить его семейной магии. Гарри открыл шкаф и тряхнул головой, отгоняя тяжёлые мысли. Сегодня был его день рождения. Не стоило портить его мрачными мыслями.

⟣ · · ⟡ · · ⟢ 

Когда стрелки часов начали подбираться к десяти, Сириус, чтобы не проговориться, превратился в Бродягу. Гарри в ответ начал швырять в пса разными, в основном безобидными, сглазами. Бродяга носился по прихожей, уворачиваясь от них и радостно лая.  — Ну скажи уже! — взмолился Гарри. Бродяга игриво зарычал и помотал головой. Часы пробили десять. Сириус мгновенно вернул себе человеческий облик и обхватил Гарри за плечи. — Пойдём! Он потащил его к входной двери, почти подпрыгивая от нетерпения. Значит, сюрприз — это какое-то место? Они куда-то идут? Гарри вышел на подъездную дорожку и замер. К дому приближались две фигуры — одна выше другой. Солнце играло в их светлых волосах, заливая их почти ослепительным золотистым сиянием.  — Драко! — выдохнул Гарри, не веря своим глазам. Он резко обернулся к крёстному: — Но он же… как ты… я ничего не понимаю! — Ремус обмолвился, что вы с ним подружились, — довольно улыбаясь, сказал Сириус. — Я решил, что тебе не помешает компания сверстника в такой день. Тем временем гости подошли ближе. Нарцисса Малфой, изящно наклонившись, оставила легкий поцелуй на щеке Сириуса.  — Прекрасно выглядишь, кузен, — сказала она. — Свобода явно пошла тебе на пользу.  — Определенно. Тебе тоже стоит как-нибудь попробовать, Цисса, — с дерзкой усмешкой отозвался Сириус. — Кузен? — переспросил Гарри. Сириус положил руку ему на плечо. — Нарцисса Блэк-Малфой, — официально представил он. — Дочь сестры моего отца. Цисса, дорогая, кажется, вас ещё не представляли друг другу официально. Гарри Поттер, мой наследник. Нарцисса протянула руку, и Гарри, уже зная, что делать, почтительно коснулся губами её ладони.  — Рада нашему знакомству, Наследник Блэк.  — Взаимно, леди Малфой, — ответил Гарри. Он перевел взгляд с одного на другую.  — Погодите, если вы кузены, а я его наследник, это значит, что Драко — мой кузен? Мысль об этом была… странной. Сириус и Нарцисса обменялись веселыми взглядами.  — Не переживай, щеночек, — сказал Сириус, усмехнувшись. — Ты мой наследник по имени, а не по крови. — Сириус, позволь представить моего сына, Драко, — сдержанно сказала Нарцисса, слегка подтолкнув его вперёд. Драко поклонился. — Рад знакомству, лорд Блэк. — Рад знакомству, Наследник Малфой, — столь же формально ответил Сириус, но тут же покачал головой, обращаясь к кузине: — Салазар, Цисса, у него точно скулы Блэков. От Люциуса почти ничего не осталось, верно?  — С каждым днём всё меньше, — сказала она, ласково проводя рукой по волосам сына. Драко довольно выпрямился. Как только формальности были улажены, Гарри наконец оказался лицом к лицу с ухмыляющимся Драко.  — «Неожиданная компания», Поттер? — поддразнил тот, припоминая самое первое письмо Гарри. — Мягко сказано.  Драко скептически окинул взглядом поместье. Похоже, огромный особняк и его территория ничуть его не впечатляли. Вероятно, дома у него было что-нибудь вдвое больше.  — Неудивительно, что ты тут выучил Финт Вронского. Места — хоть отбавляй. Впрочем, я всё равно не верю, что ты можешь его выполнить без риска свернуть шею.  — Я тебе докажу, — бросил вызов Гарри, чувствуя, как внутри всё поет от восторга. — Да, идите полетайте, — разрешил Сириус. — А мы с Нарциссой поболтаем в гостиной. Может, даже выманим Снейпа из его лаборатории на чашку чая.  — Дядя Северус здесь? — удивился Драко.  — Мы позовем вас к обеду, — сказала Нарцисса, извлекая из сумочки метлу сына. Сумка явно была намного больше внутри, чем казалась снаружи. — Веселитесь, мальчики. Будьте осторожны. И с днём рождения, мистер Поттер. — Спасибо, миссис Малфой! — воскликнул Гарри и, схватив Драко за запястье, потянул его к квиддичному полю. Едва они скрылись за углом, Гарри выпалил: — Ты должен быть во Франции! — А ты должен быть в Суррее у своих магглов, — тем же тоном ответил Драко. — Объясняйся, Поттер!  Он взмыл в воздух, лениво закручивая спираль, а Гарри, призвав свою «Молнию», присоединился к нему. Они кружили под жарким солнцем, пока Гарри рассказывал о спасении Снейпом и о жизни с крёстным. — Мама удивилась, когда получила письмо от дяди Северуса с просьбой отпустить нас на день тридцать первого, — сказал Драко, когда пришла его очередь рассказывать. — Полагаю, твой крёстный тоже приложил письмо и объяснил ситуацию. Она восприняла это довольно спокойно, если учесть всё остальное.  — Я не знал, что она знает о нашей дружбе, — заметил Гарри.  — Я рассказываю маме всё, Поттер, — просто ответил Драко. — Она не скажет отцу. Он ухмыльнулся и подлетел ближе. — Но хватит о предках. У тебя же где-нибудь здесь должен быть снитч?

⟣ · · ⟡ · · ⟢ 

Гарри и не подозревал, как сильно скучал по компании сверстника, пока рядом не оказался Драко. А может, дело было не в возрасте, а в самом Малфое. Возможность проводить время вместе, не прячась по ночам в заброшенных классах; возможность гоняться за снитчем как друзья, а не как соперники — всё это вызывало у Гарри такую широкую улыбку, что он просто не мог её сдержать. Даже когда Драко нахмурился и ворчливо поинтересовался, с чего это Поттер лыбится, как идиот. Они летали до самого обеда. Гарри рассказывал о концерте, на который Сириус вытащил его на прошлой неделе, а Драко с удовольствием перечислял все интересные места, где успел побывать в Европе. — Я захватил свои карты, — сказал слизеринец, бросая квоффл в сторону Гарри. Тот едва успел поймать его, вытянувшись так, что движение плавно перешло в «переворот ленивца». — Могу научить тебя одной французской игре. Очень простая. Мирьель говорила, что она довольно популярна в Шармбатоне. — Мирьель? Это одна из тех девушек, с которыми ты познакомился во Франции? — спросил Гарри, удивляясь, почему имя странно застряло в горле. Драко кивнул, непринужденно подхватывая квоффл.  — Она и её кузина, Адалена. Их дом недалеко от нашего летнего дома. Мы почти всю неделю проводили вместе. — Понятно. Следующий бросок Гарри оказался таким сильным, что Драко едва не слетел с метлы. Блондин бросил на него сердитый взгляд. — А ты, значит, всё лето развлекался с Грейнджер и Уизли? — парировал он. — Раз уж ты не у маглов. — Они вообще не знают, что я здесь, — признался Гарри. — Мы решили, что так безопаснее. Я почти от них и писем не получал. Гермиона пишет чаще, чем Рон, но… в общем, ты первый, кто приехал ко мне этим летом. — Правда? Над ответом думать не пришлось, потому что с задней террасы их окликнул Сириус. — Обед готов, мальчики! Они приземлились одновременно. На полпути Драко вдруг резко остановился, широко распахнув глаза.  — Это что… гиппогриф?! Клювокрыл?!  Гарри оглянулся к линии деревьев. Оттуда как раз вышел Клювокрыл, тряхнул головой и проглотил мёртвого кролика. — А, да. Я разве не рассказывал? Сириус на нём сбежал. Теперь он живёт здесь. — После обеда ты расскажешь мне всё. До мельчайших деталей, Поттер, — заявил Драко, бесцеремонно ухватив Гарри за локоть и потянув за собой. Гарри вспыхнул. На долю секунды ему показалось, что Драко хочет взять его за руку. В столовой их ждал великолепный обед от Кери, а в центре стола возвышался огромный шоколадный торт с надписью «С Днём Рождения, Гарри», выведенной серебристой глазурью. По краям красовались крошечные мастерски исполненные снитчи.  — Дядя Северус! — поприветствовал Драко крестного, а затем вежливо кивнул мужчине рядом: — Профессор Люпин.  — Здравствуй, мистер Малфой. Рад, что ты смог приехать, — улыбнулся Ремус. — Драко, — сказал Снейп и коротко коснулся плеча крестника. — Рад видеть тебя в добром здравии. Гарри оглядел сидящих за столом и едва подавил смешок. Если бы год назад ему сказали, что он будет праздновать день рождения с Драко Малфоем и профессором Снейпом и при этом будет счастлив, он бы отправил такого пророка в Мунго. Но он действительно был счастлив. Это был лучший день рождения в его жизни, а день ещё даже не перевалил за середину. — Мой сын говорит, что вы начали лучше ладить с другими наследниками в Хогвартсе, мистер Поттер, — заметила Нарцисса, накладывая себе салат. — Приятно слышать, что имя Блэков вновь будет достойно представлено в Визенгамоте.  — Я всё еще учусь, — ответил Гарри. — Драко очень помогает. Он знает об этом куда больше меня.  — Если я могу чем-то помочь, не стесняйтесь обращаться. В конце концов, мы всё-таки в каком-то смысле семья, — заметила Нарцисса. — Когда-то мы даже думали, что Драко станет наследником Блэков. Я не знала, что Сириус принял меры. Люциус был… весьма разочарован. Её лицо на миг стало жестким, а Сириус тихо зарычал.  — Ты понимаешь, почему мне пришлось это сделать, Цисса. Я знал, что ты хорошо воспитаешь мальчика, но не мог быть уверен, какое влияние на него окажет Малфой. Имя Блэков и так пережило достаточно. — О, я полностью согласна. Драко пнул Гарри под столом. — Ты знаешь, что будет происходить в Хогвартсе в этом году? — заговорщицки спросил он. — А ты?  — Отец рассказал мне всё, — похвастался Драко.  — Уверен, он также велел тебе держать это в секрете, — вмешался Снейп, бросая на крестника выразительный взгляд. Щёки Драко слегка порозовели. — Но вы же сами рассказали мне, — заметил Гарри. Снейп перевёл тяжёлый взгляд на него, но Гарри только ухмыльнулся. — Ради твоей же безопасности. — И мы все очень благодарны за предупреждение, — спокойно сказал Ремус, на мгновение положив руку на предплечье Северуса. Разговор перетек на Турнир. Драко, как обычно, сетовал на возрастные ограничения и преимущество Гриффиндора в глазах директора.  — Жаль, что несовершеннолетние волшебники не могут участвовать, — протянул Драко. — Уверен, я бы выиграл. — Конечно, ты ведь знаешь куда больше заклинаний, чем семикурсники, — саркастически ответил Гарри. Драко наградил его мрачным взглядом. — Придётся сидеть и смотреть, как славу получает кто-то другой. Понимаю, для тебя это будет тяжело. Драко фыркнул и потянулся к тыквенному соку. — Будем надеяться, чемпионом Хогвартса станет слизеринец. Или когтевранец, — он бросил взгляд на Гарри. — Лишь бы не гриффиндорец. — Спорим, гриффиндорец может победить, — возразил Гарри. Семикурсников своего факультета он знал не слишком хорошо, но все они казались вполне способными. — Уверен, если Дамблдор сможет, он обязательно поставит на пьедестал льва, — мрачно пробормотал Драко. — Ещё немного славы для красно-золотых. Все трое слизеринцев за столом одновременно закатили глаза. Гарри даже не стал спорить. Он не сомневался, что Дамблдор действительно сделал бы именно так, если бы мог. — Ну что ж, скоро узнаем, — объявил Сириус. — А теперь кто хочет торт? Давай, именинник. Гарри был рад, что обошлось без песен и задувания свечей. На днях рождения Дадли это всегда выглядело мучительно неловко. Вместо этого ему вручили огромный нож, и он аккуратно отрезал по куску каждому за столом. Торт оказался мягким и воздушным, с толстым слоем крема и ганаша внутри. Настоящее чудо. — Кстати, чуть не забыл, — вдруг сказал Драко. Он наклонился к сумке матери и вытащил свёрток в зелёной слизеринской бумаге. — С днём рождения. Он думал, что приезд Драко и есть подарок. Когда он сказал об этом, блондин раздражённо закатил глаза. — Разумеется, я что-то тебе подарил, дурак. Давай, открывай. Внутри оказались новенькие квиддичные очки из мягкой кожи с золотыми пряжками.  — Ты как-то упоминал, что старая пара жмет тебе за ушами, когда ты надеваешь новые очки для зрения, — пробормотал Драко, заметно краснея. — Я не хочу слышать никаких оправданий, когда в следующем году надеру тебе задницу. Гарри рассмеялся, а Драко тут же опустил голову, когда мать сделала ему замечание за выражение. — Ставишь высокую планку, — поддразнил Гарри. Сердце у него колотилось куда быстрее, чем должно было из-за подарка. Он даже не помнил, когда говорил об этих очках. То, что Драко не только слушал, но и запомнил это, а потом специально искал подходящий подарок… от этой мысли у Гарри вспыхнули щёки, хотя он сам не понимал почему. — Они потрясающие, Драко. Спасибо большое. Мальчики сидели, глядя друг на друга и краснея, совершенно не замечая многозначительных взглядов взрослых. — Гарри, покажи Драко свою комнату, — предложил Ремус, спасая их от неловкости.  — И библиотеку тоже! — добавил Гарри. — Она огромная. — Ты становишься хуже Грейнджер, — беззлобно проворчал Малфой. Гарри показал ему язык. — А я уже думал, что ты стал цивилизованным. — С гриффиндорцами можно продвинуться лишь до определённого предела, Драко, — заметил Снейп и Ремус фыркнул. — Можно нам идти? — спросил Гарри, когда они с Драко доели торт. Драко мог остаться только до пяти, и Гарри хотел использовать каждую минуту. Они, скорее всего, не увидятся до начала учебного года. А там им снова придётся притворяться врагами. — Конечно. Поднимаясь по лестнице, Гарри крепко прижимал подарок к груди.  — Пойдём, моя комната наверху. — Тут нет портретов, — заметил Драко, осматривая коридор.  — Сириус говорит, так безопаснее. Никто не подслушает. Блэки, похоже, любили секретность. — В Мэноре они повсюду. Пара портретов меня любит, но большинство сразу докладывают отцу, если я делаю что-то не то. — Почему твоя мама просто не уйдет? — прямо спросил Гарри. — Разве нельзя… развестись? — В нашем мире всё сложнее. Люциусу Малфою не отказывают просто так. И официально у Блэков пока нет Лорда, который мог бы одобрить такой разрыв. Драко горько усмехнулся и Гарри сочувственно сжал его ладонь.  — Мы поймаем Петтигрю. Сириус очистит имя и станет Лордом Блэком. Тогда он сможет одобрить развод. Уверен, он даже позволил бы вам жить здесь, если бы вам нужно было безопасное место. Гарри не сомневался, что Сириус не оставил бы Нарциссу с таким ужасным мужем, если бы мог помочь. Он всё время говорил Гарри, как для Блэков важна семья. Драко вздохнул. — Хорошая мысль, Поттер, но мы не сможем скрываться вечно. Отец всегда добивается своего. Он резким движением откинул светлую прядь со лба.  — Ты вроде собирался показать мне свою спальню? Давай быстрее, у нас не так много времени. Гарри покраснел, когда мозг подкинул совершенно иную причину, по которой Драко мог хотеть увидеть его комнату. Он тут же мысленно одернул себя. Глупости. Бред. Как будто они с Драко могли бы когда-нибудь… вот так.  И всё же, когда он толкнул дверь, налегая на неё плечом, мысль никуда не делась. И, если быть до конца честным с самим собой, это не казалось такой уж плохой идеей.

⟣ · · ⟡ · · ⟢

Сириус смотрел через всю гостиную на двух подростков, раскинувшихся перед камином за какой-то карточной игрой, которую, по словам Драко, он выучил во Франции. Его разум до сих пор отказывался воспринимать тот факт, что Поттер и Малфой могли быть настолько дружелюбны друг с другом. Впрочем, этот Малфой оказался не таким уж и плохим, особенно если учесть его воспитание. Нарсисса неплохо справилась. И Нарцисса… Сириус не ожидал, что встретиться с кузиной снова окажется так просто. В годы перед падением Волдеморта он считал её окончательно потерянной для семьи, увлечённой своим ужасным мужем. Тогда она была надменной и жестокой, втянутой в разговоры о чистоте крови и войне против магглов. Он не знал, что изменилось, но был этому рад. Всё больше она напоминала ту девочку, с которой он рос — готовую на всё ради семьи, просто желающую, чтобы её близкие были в безопасности и счастливы. Конечно, у неё всё ещё оставались твёрдые взгляды на статус крови, но теперь они больше напоминали взгляды самого Сириуса: маглорожденные вполне могли быть частью их мира, если только волшебные традиции не терялись среди маггловских обычаев. — Они правда ничего не понимают? — тихо спросила Нарцисса, наблюдая за сыном и крестником Сириуса. Ремус усмехнулся: — Ни малейшего представления. По крайней мере, Гарри мне ничего не говорил. Поразительно, правда? — Это отвратительно, — протянул Снейп, а Сириус тихо рассмеялся: — А мне кажется, это мило. Он наблюдал, как Гарри украл карту из рук Драко, бросив какую-то реплику, отчего щеки блондина тут же порозовели. — Они такие невинные. — Надеюсь, нам удастся сохранить это подольше, — вздохнул Ремус. — Мерлин, они ещё хуже, чем мы с Северусом в юности. По крайней мере, мы понимали, что флиртуем. На другом конце комнаты Гарри расхохотался, уворачиваясь от Драко, который пытался выхватить у него карту. Сириус тяжело вздохнул. Ну почему из всех людей Гарри выбрал именно Малфоя? Хотя это было нечестно, признал он про себя. Драко был неплохим парнем, по крайней мере для слизеринца. За последние недели Сириус услышал от Гарри немало о той роли, которую Драко вынужден играть на публике, и она, похоже, утомила бы любого. — Держу пари, к Рождеству они разберутся, — пробормотал Сириус. — Гарри иногда бывает тугодумом, но не до такой же степени. У него будет короткий кризис самоопределения, а потом всё наладится. — Меня удивляет, что Драко такой невнимательный, — заметила Нарцисса. — Он всегда знал, что ему нравятся мальчики. Честно говоря, я догадывалась, что что-то подобное может случиться ещё с той самой первой недели в Хогвартсе, когда получила письмо с тремя абзацами про Гарри Проклятого Поттера и то, насколько он его раздражает. — Она улыбнулась с лёгкой ноткой ностальгии. — Хотя я точно не ожидала, что всё обернётся вот так. — Гарри полон сюрпризов, — заметил Ремус. — Думаю, мы только коснулись вершины айсберга, — пробормотал Сириус. Всё, что открылось с момента их встречи с Гарри, было лишь началом. Он заметил, как Снейп и Нарцисса обменялись многозначительными взглядами, а Ремус нахмурился и осторожно положил руку на левое предплечье Снейпа. Сириус нахмурился ещё сильнее. — Что? — спросил он, ощущая, что что-то упускает. Снейп посмотрел на Нарциссу. — У тебя тоже становится темнее? Нарцисса медленно кивнула, её губы плотно сжались. Снейп тихо, но яростно выругался. — Что за чёрт? — прошипел Сириус, начиная терять терпение. Затем до него дошло. Его взгляд резко метнулся к руке Ремуса, вцепившейся в предплечье Снейпа. Он не видел его в коротких рукавах с того самого дня у бассейна. — О. Он становится сильнее, да? Питер, вероятно, уже нашёл своего хозяина, как предсказала Трелони. Сириус почувствовал, как внутри всё сжалось. — Это лишь вопрос времени, — подтвердила Нарцисса. — Люциус всё лето встречался со старыми «друзьями». Думаю, кое-какие планы уже в процессе. Стиснув веки на мгновение, Сириус покачал головой, затем снова посмотрел на двух подростков. Такие беззаботные, такие счастливые. Он хотел, чтобы Гарри оставался таким всегда. — Меня уже приглашали на несколько таких собраний, — сообщил Снейп. — Мне удалось избежать почти всех, кроме одной. Он определённо восстанавливает связи со старой компанией. Я держу ухо востро, но пока это лишь неподтверждённые слухи. Никто не решается поверить в очевидное, на случай, если это окажется ложью. Похоже, Турнир Трёх Волшебников будет далеко не единственной проблемой в этом учебном году. Сириус в тысячный раз проклял Питера Петтигрю. Из-за него он не мог защитить Гарри так, как должен был. Оставалось лишь отправить его обратно под опеку Дамблдора и надеяться, что ничего непоправимого не случится. Сириус взглянул на кузину — страх ясно читался на её красивом лице. — Цисса, если тебе когда-нибудь понадобится безопасное место, — начал он осторожно, не зная, как она воспримет его предложение, — Дом Блэков всегда примет тебя с распростёртыми объятиями. Он не мог ничего сделать с Люциусом в юридическом плане, но, если всё пойдёт по-настоящему плохо, он мог предложить ей убежище на время войны. — Я надеялась, что смогу сыграть свою роль достаточно хорошо, чтобы уберечь Драко от худшего, — пробормотала Нарцисса, сжав губы и переводя взгляд на сына. — Но, похоже, теперь это невозможно. Я не предвидела такого. Сириус тихо фыркнул; никто из них не ожидал, что эти двое будут смотреть друг на друга с такой нежностью, словно в их глазах сияли звёзды. — Пока ещё рано что-то утверждать, — продолжила Нарцисса. — Но я позабочусь о том, чтобы были подготовлены необходимые меры на случай… неизбежного. И приму к сведению твоё предложение. Спасибо, кузен. — Как бы ни сложились обстоятельства, теперь мы заодно, — ответил Сириус. У камина, ни о чём не подозревая, сидели двое подростков, а в комнате находились четверо взрослых, которые без колебаний отдали бы за них жизнь. Сириус понимал, что пока рано делать выводы — подростковые влюблённости проходят так же быстро, как сменяются модные тенденции, — но если Гарри хоть немного похож на своих родителей… Он был почти уверен, что однажды они с Нарциссой станут ближе, чем сейчас. Когда-нибудь. Если только Гарри наконец перестанет тупить и поймёт, что происходит у него прямо перед носом. Ах, первая любовь.

⟣ · · ⟡ · · ⟢

Во вторую неделю августа Сыч прилетел с письмом от Рона, и реальность вдруг обрушилась на Гарри всей тяжестью. Он долго смотрел на конверт, ощущая странную тяжесть в груди, и лишь спустя мгновение понял, что это тревога. Почему он так нервничал перед встречей с лучшими друзьями? После дня рождения, когда приезжал Драко, всё вернулось к привычному распорядку — только он и трое взрослых. Как-то вскользь Гарри упомянул, что у него есть и другие друзья, которые хоть немного знают, что происходит, например, Невилл, и осторожно намекнул, что тот мог бы заехать, но Сириус твёрдо дал понять, что это исключено. — Я же говорил тебе, когда ты приехал, что этот дом всегда был для семьи, а не для гостей, — сказал Сириус, извиняясь с полуулыбкой. — Я понимаю, что тебе хочется видеть друзей, но чем меньше людей знают об этом месте, тем лучше. Нарцисса и Драко — семья, каким бы странным это ни казалось мне самому. Они Блэки. Им здесь место. А больше — никому, щеночек. Не здесь. Гарри понимал. И, если честно, ему это даже нравилось. Серен Ду был словно отдельным, уединённым уголком рая — остальной мир просто не существовал, если они сами не искали с ним встречи. Похоже, эта передышка шла всем на пользу. Даже Снейпу, хоть в последнее время он вёл себя странно, но всё равно казался совсем другим человеком. Гарри не знал, всегда ли Снейп таким был вне школы, или это влияние Ремуса, но был почти уверен, что и сам дом сыграл свою роль. Тем не менее, он должен был бы радоваться предстоящей поездке в «Нору». И Кубку мира по квиддичу! Но… если бы Рон не дал понять в письме, что отказ не принимается, Гарри, возможно, и вовсе бы никуда не поехал. С зажатым в руке письмом он спустился на завтрак, где все трое взрослых уже были на месте. — Доброе утро, щеночек, — поприветствовал его Ремус, но тут же нахмурился. — Почему такой мрачный вид? Гарри поднял письмо. — Отец Рона достал билеты на Кубок мира по квиддичу. Они собираются забрать меня у Дурслей в воскресенье вечером. — Это же потрясающе! Международный квиддич, я так завидую! — Сириус излучал восторг, но тут же нахмурился, заметив выражение лица Гарри. — Почему ты выглядишь так, будто тебе срочно нужны ободряющие чары? — Нет, всё здорово! — поспешил заверить его Гарри. — Просто… мне нравится здесь. Я думал, что проведу всё лето с вами. Рон упоминал о Кубке, но Гарри не всерьёз ожидал, что мистеру Уизли удастся достать билеты для всех. — Щеночек, поезжай к Рону. Веселись с друзьями. Сходи на Кубок, — мягко сказал Сириус. — Я люблю, когда ты здесь, но ты не можешь вечно сидеть взаперти. Ты заслуживаешь провести время с друзьями, а не с тремя стариками. — Ой, говори за себя, дедуля, — возмутился Ремус, притворно нахмурившись. — Только у одного из нас седеют волосы, Лунатик, и это точно не я, — с улыбкой заметил Сириус. — В общем, щеночек, что я пытаюсь сказать: этот дом — теперь твой, он будет твоим столько, сколько ты захочешь. Но ты ещё молод, тебе стоит веселиться с ребятами твоего возраста. — Сириус поморщился. — К тому же, как это будет выглядеть, если ты вдруг скажешь, что так полюбил жить у своих родственников, что не хочешь уезжать даже ради Кубка по квиддичу? Они решат, что тобой завладел какой-то дух или что-то в этом роде. Гарри поморщился. Да, это точно выдало бы всю игру. — Полагаю, — пробормотал он, снова глянув на письмо. В воскресенье приедут Уизли, и ему придётся покинуть Серен Ду и вернуться в реальность. — Мы что-нибудь придумаем, чтобы держать связь, пока ты в школе. Всё будет в порядке, — Сириус наклонился и сжал его плечо. — Не вешай нос, щеночек. Мы знали, что это случится рано или поздно. — Да, но я надеялся, что позже, — проворчал Гарри, нахмурившись над своей кашей. — Будет полезно увидеться с друзьями, Гарри, — сказал Ремус, улыбнувшись. — Нам придётся вернуть тебя к Дурслям в воскресенье днём, чтобы они могли официально передать тебя. Хорошо, что мы уже купили тебе школьные принадлежности. Вместо того чтобы ехать в Косой переулок, Гарри и Ремус отправились на Марчин-аллею в Кардиффе — там было намного спокойнее. Сириус тоже хотел пойти, но, как оказалось, в том районе стояли защитные чары против анимагов. — Мои родственники, несомненно, будут в восторге, — сухо отозвался Гарри. По крайней мере, долго задерживаться у них не придётся.