Lily's Boy

Когда четверо чемпионов Турнира Трёх Волшебников договорились сыграть дружеский матч ловцов перед Рождеством, они решили, что всё пройдёт тихо — только между собой. Так что, естественно, об этом стало известно каждому в Хогвартсе. Гарри шёл по лужайке с «Молнией» на плече, в форме команды по квиддичу Гриффиндора, а перед ним в огромной толпе, заполнившей весь газон перед Хогвартсом, словно по мановению палочки расступился проход. В центре он встретился с Седриком, Флёр и Виктором, а также ещё одним учеником Дурмстранга по имени Борис. У того на шее висел свисток, а в руках он держал маленькую металлическую коробку. — Ну да, «по-тихому», конечно, — заметил Гарри, и трое других виновато ухмыльнулись. — Я, может быть, пару раз упомянул, — признался Виктор. — Я рассказал Чжоу… и ещё нескольким друзьям, — сказал Седрик. — Студенты Шармбатона спросили… и я не могла им солгать, non? — развела руками Флёр. — Всё в порядке. Вот та толпа, это уже моя вина, — Смеясь признался Гарри, кивая в сторону группы студентов Хогвартса, где во главе стояли остальные члены гриффиндорской команды и Невилл. — Всё равно с зрителями веселее. Он, правда, не ожидал настолько широкой аудитории, но справится. Ну подумаешь: почти половина школы, плюс все студенты Дурмстранга и Шармбатона, наблюдают, как он сражается с международно признанным ловцом. Пустяки, ага. Через толпу, среди группы слизеринцев и студентов Дурмстранга, Гарри заметил Драко. Блондин язвительно ухмылялся, но, встретившись с ним взглядом, на долю секунды смягчился. Этой мимолётной перемены хватило, Гарри почувствовал прилив уверенности. Он справится. — Итак, — объявил Борис, и его голос, усиленный магией, перекрыл шум толпы. — Правила такие. Все четыре ловца начинают на мётлах, с обеими ногами на земле и с закрытыми глазами. Я выпускаю снитч, считаю до пятнадцати и даю свисток. Только после этого ловцы могут взлетать. Голос Бориса, звучавший с характерным акцентом, наполнил поле, и толпа затихла, затаив дыхание. — Всего пятнадцать раундов. Побеждает тот, кто наберёт больше всех очков. В случае ничьей, будет дополнительный раунд между этими ловцами. Действуют стандартные правила игры. Ловцы, всё ясно? Все четверо кивнули и Борис ухмыльнулся: — Мне нужна по одной добровольной помощнице от Хогвартса и Шармбатона. Одна из подруг Флёр, девушка по имени Адриенн, выступила вперёд, а рядом с ней, Анджелина Джонсон. Борис протянул коробку, щёлкнув замком, внутри сверкал золотой снитч. — Леди, пожалуйста, осмотрите снитч и убедите публику, что Дурмстранг играет честно. Обе девушки придирчиво изучили снитч, провели пару стандартных проверок и вернули его Борису. — Всё в порядке, — подтвердила Анджелина. — Профессиональный уровень, вмешательств нет. — C’est bon. Можно играть, — с улыбкой сказала Адриенн. Обе вернулись в толпу к своим. — Ловцы, займите позиции. Гарри занял место между Седриком и Флёр, а с другой стороны от Седрика встал Виктор. Он оскалился в предвкушении, по венам гнал адреналин. Всё это обещало быть по-настоящему эпичным. — Закройте глаза, пожалуйста! — скомандовал Борис. Гарри крепко зажмурился, ощущая пульс в ушах, стараясь ровно дышать. Борис объявил, что выпускает снитч. Толпа замерла в ожидании, буквально вибрируя от нетерпения, пока тот считал обратный отсчёт. Это было совсем не похоже на летний матч с Чарли. Казалось, публика сейчас интересовалась этим куда больше, чем даже самими заданиями Турнира Трёх Волшебников. — Три… два… один… Свисток пронзительно прозвучал, и Гарри рванул в небо, стрелой взвившись вверх и тут же начав выискивать хоть мельчайший отблеск золота. Остальные трое ловцов сделали то же самое, закручиваясь в стремительные петли над импровизированным полем. Гарри не стал никого преследовать, при трёх соперниках ставить всё на одного было глупо. Он никогда ещё не играл против нескольких ловцов сразу и был искренне заинтригован, как всё обернётся. Он нырнул под Флёр, пронёсшуюся в противоположном направлении. Зрители исчезли из его головы — остался только снитч. Внезапно он заметил, как Седрик резко сменил курс. Гарри инстинктивно кинулся следом, вдруг это не ложный манёвр? И не прогадал: впереди на миг блеснуло золото. Он прижался к мётле, заставляя её нестись быстрее, и сделал винтовой манёвр под Седриком, чтобы перехватить инициативу. Над ним появился Виктор, а сзади уже приближалась Флёр. Снитч резко ушёл влево, и четверо ловцов едва не столкнулись в воздухе, резко меняя направление. Гарри прорывался вперёд, чувствуя, как кто-то буквально дышит в затылок. Он почти достал его… И в следующую секунду снитч оказался в руке. — Гарри Поттер из Хогвартса зарабатывает первое очко! Он поймал снитч. Гарри довольно усмехнулся, заметив, как Седрик с притворным раздражением скривился и сбавил скорость, погоня окончена. Развернув мётлу, Гарри вернулся к стартовой точке и передал снитч Борису. Впереди ещё четырнадцать раундов.

⟣ · · ⟡ · · ⟢

К тринадцатому раунду напряжение только росло, но ни один из ловцов не выглядел уставшим. Виктор вёл с четырьмя очками, у Гарри и Флёр было по три, Седрик отставал с двумя. Несмотря на декабрьский холод, Гарри обливался потом, и всё равно не мог перестать улыбаться. Он получал настоящее удовольствие. — Тринадцатый раунд! — объявил Борис. — Ловцы, на позиции! Они пролетали над полем уже почти два часа, и толпа вокруг слегка поредела. Некоторые, видимо, не учли, сколько времени займёт пятнадцать погонь за снитчем в исполнении четырёх ловцов. Но зрителей всё равно оставалось немало, к ним даже присоединились несколько преподавателей: Флитвик, МакГонагалл и Спраут. Тринадцатый раунд прошёл быстро, Виктор поймал снитч всего через пару минут, доведя счёт до пяти очков. Гарри стиснул зубы, не желая отпускать болгарского ловца слишком далеко вперёд. Если уж проигрывать, то с минимальным отставанием, на одно-два очка, не больше. В четырнадцатом раунде Гарри едва не перевернулся, буквально повиснув вниз головой с мётлы, чтобы выхватить снитч прямо над головами группы шестикурсниц и при этом умудрился не врезаться ни в одну из них. Он вернул снитч Борису и приготовился к финальному раунду. Отставал он всего на одно очко. Может быть… совсем чуть-чуть… и удастся догнать. Тогда будет дополнительный раунд. — Хочешь отнять у меня лидерство, да? — Виктор усмехнулся Гарри, пока они готовились к старту. — Попробую, — ухмыльнулся тот в ответ, забираясь на мётлу и зажмуривая глаза по команде Бориса. По сигналу свистка Гарри рванул в небо, заняв привычную траекторию. Остальные трое поступили так же. Все отчаянно пытались заработать ещё одно очко, Виктору нужно было закрепить победу, Гарри, догнать его и выйти на дополнительный раунд, а Седрик с Флёр стремились не дать Краму обойти их с разгромным счётом. Внезапно Флёр резко нырнула вниз, и на её лице читалась решимость. Гарри бросился за ней и понял, что именно привлекло её внимание — снитч вернулся к Борису, туда, где всё началось. Хитрый, зараза. Похоже, Борис и сам понял, в чём дело, он шлёпнулся ничком в траву и откатился в сторону, чтобы ловцы не влетели в него. Флёр вырывалась чуть вперёд, но Гарри не сдавался наклонился вперёд так сильно, как только мог, лишь бы не перевернуться и не шмякнуться вниз. Видно было, что Флёр не так уверенно чувствует себя на грани, она держалась строго по центру мётлы, и именно это колебание дало преимущество. Он вырвался вперёд и в последний момент сомкнул пальцы на металле снитча. Он откинулся назад, мётла дёрнулась, и Гарри едва удержался, выравниваясь в воздухе. Трибуны взревели. Седрик расхохотался. Даже Флёр, хоть и нехотя, выглядела впечатлённой. А вот Виктор подлетел к Гарри и какое-то время пристально на него смотрел. — Я не думал… ты так хорошо играешь, — произнёс он наконец и выглядел при этом слегка раздосадованным. Гарри засиял. Они вернулись к Борису, который, похоже, был в полном шоке от происходящего. — Друзья, у нас ничья! — громко возвестил он. — Гарри Поттер и Виктор Крам набрали по пять очков! Седрик Диггори и Флёр Делакур завершают участие, давайте поаплодируем им за отличную игру! Гарри и Виктор хлопали вместе с толпой, пока остальные два чемпиона, улыбаясь, перекинули мётлы через плечо и направились к своим друзьям. На поле остались только двое, и над зрителями повисла тишина. Борис усмехнулся, перебирая шнурок свистка. — И остались двое, — прокомментировал он. — Правила те же: глаза закрыты, пятнадцать секунд, старт по свистку. Этот раунд решающий, один снитч, два ловца, победитель забирает всё. Готовы? Они обменялись взглядами, короткий кивок, и каждый занял свои позиции по обе стороны от Бориса. Гарри зажмурился и сделал несколько глубоких вдохов, стараясь сосредоточиться. Борис начал отсчёт и как только свисток прорезал воздух, Гарри взмыл в небо. Играть один на один было совсем не то, что соревноваться вчетвером. Если честно, даже проще: следить всего за одним соперником куда легче, чем за тремя. Всё больше походило на настоящий матч по квиддичу, разве что без бладжеров. Да и с таким сильным ловцом, как Крам, Гарри ещё не сталкивался ни разу. Они оба кружили высоко над полем, и Гарри метался взглядом из стороны в сторону, выискивая снитч. Проходили минуты. Конечно, финальный раунд не мог закончиться быстро, казалось, сам снитч это знал. И вдруг Виктор резко сорвался в пике. Гарри даже не задумался, бросился следом. Он уже видел этот приём раньше, но если был хоть малейший шанс, что Крам действительно заметил снитч, следовало держаться за ним. Он ничего не видел, но это не значило, что Виктор не видел. Земля стремительно приближалась, и Гарри ухмыльнулся про себя. Пошёл на финт Вронского. Он помнил, как Линч впечатался в землю на Кубке мира. Но Гарри не повторит его ошибки. Он справится. Понимая, что Крам просто блефует, Гарри использовал этот спуск, чтобы продолжать выискивать снитч, не обращая внимания на приближающийся склон. Едва ли пятнадцать футов оставалось до земли, когда он его увидел — вспышка золота. Почти под носом. Ему придётся вывернуть почти на сто восемьдесят градусов, чтобы успеть, но он был уверен: Виктор его не заметил. Виктор тянул до самого последнего момента, не выныривая из пике. Но Гарри было не так-то просто запугать. Он летел вровень с болгарином, мётлы почти касались друг друга. Виктор лежал на своей, как будто действительно преследовал снитч — хотя Гарри знал, что это не так. Он должен был ждать. Снитч находился ближе к Виктору, и если Гарри выровняется слишком рано, тот сразу поймёт почему, и успеет перехватить. Надо тянуть до самого-самого конца. Земля приближалась стремительно. Виктор бросил на него быстрый, недоверчивый взгляд и дёрнул мётлу вверх, стремительно уходя в набор высоты, уверенный, что Гарри вот-вот впечатается в землю. Вот он, момент. Гарри резко выровнял мётлу, одновременно разворачиваясь — носки ботинок едва коснулись травы. Он пронёсся над землёй в сантиметрах от столкновения, инерция тянула назад, но он вывернулся, развернулся в воздухе, сбрасывая скорость и рванул вперёд. Снитч оказался в его руке. Он это сделал. Он выиграл у Виктора Крама. В квиддич. Кровь шумела в ушах, когда Гарри замедлился и неловко спрыгнул с мётлы, едва не рухнув, ноги подкашивались. Шестнадцать раундов безостановочной погони наконец дали о себе знать. Всё, чего он хотел, это упасть куда-нибудь на скамейку. Он широко улыбался, держа снитч высоко над головой, почти не слыша рёва толпы за грохотом собственного пульса в голове. — У нас есть победитель! — возгласил Борис, подойдя к нему широким шагом. Он схватил Гарри за руку с снитчем и вскинул её вверх. — Победа за Гарри Поттером из Хогвартса! Вы так же удивлены, как и я? Официальное подтверждение, похоже, стало сигналом, толпа взорвалась. В следующее мгновение Гарри уже оказался на плечах у близнецов Уизли, окружённый восторженной сутолокой. — Он же, чёрт подери, сделал это! — закричал один из близнецов, обвив руками его ноги, чтобы удержать. Гарри заметил, как в толпе сияет Седрик — рядом с ним Чжоу, аплодирующая с такой силой, будто сама только что выиграла. У угрюмой группы дурмстрангцев стоял Драко, делая вид, что раздражён, но в его взгляде Гарри отчётливо видел восхищение. Наконец близнецы опустили его на землю, хлопнули по спине и ослепительно улыбнулись. — Загляни в гостиную, когда закончишь, — сказал Фред. — Будем праздновать по полной. Чувак, ты только что победил Виктора Крама! Слышать это вслух было странно. Почти нереально. Гарри кивнул, поблагодарив близнецов взглядом, когда те начали уводить толпу обратно к замку. Он повернулся, чтобы найти Бориса и вернуть ему снитч. Парень из Дурмстранга стоял рядом с Виктором и похлопывал того по плечу. — Жёсткий был матч, — сказал Гарри, подходя ближе и неуверенно улыбаясь Краму. Он надеялся, что тот не слишком зол — в конце концов, он игрок с именем. — Ты почти поймал меня на том финте. — Почти, но не хватило, — отозвался Виктор, и на его лице появилась улыбка. — Я понял, ещё когда ты летал против дракона… но скажу ещё раз: ты летаешь очень хорошо. — Он протянул руку и хлопнул Гарри по плечу. — Если к моему возрасту ты не будешь играть за сборную своей страны — это будет катастрофа. Но когда будешь, я жду нового матча. Мне будет приятно снова летать против тебя. Гарри застыл, уставившись на него. Он что, всерьёз предлагает ему пойти в профессионалы? Не просто в лигу, а в сборную? — Я… да, — выдохнул он, не зная, что ещё сказать. — В любой момент. Если захочешь реванш, я готов. — Вот это было весело, — заявил Борис, забирая снитч у Гарри и аккуратно убирая мячик в коробку. — Теперь, надеюсь, команда оставит тебя в покое насчёт тренировок, Виктор. — Не уверен, — с сожалением отозвался тот. — Может, теперь они будут давить ещё сильнее, раз меня обыграл четырнадцатилетний. — Он улыбнулся Гарри, показывая, что дразнится, а потом бросил взгляд на свою мантию. — Мне нужен душ. Гарри тоже глянул на себя и поморщился. Да, горячий душ и чистая одежда сейчас звучали чертовски привлекательно. Как он вообще мог так взмокнуть в декабре? — Увидимся за ужином? — спросил он. Дурмстрангцы кивнули. Виктор на секунду задержался, протягивая Гарри руку. — Я серьёзно, — сказал он, глядя ему прямо в глаза. — У тебя есть талант. Если тебе правда интересно играть профессионально… я знаю людей. Не стоит разбрасываться таким даром, если он тебе дорог. — Он чуть смягчился. — Я понимаю, что у тебя могут быть и другие приоритеты. Но мы будем на связи. И если когда-нибудь тебе понадобится помощь, я с радостью помогу. В его словах и взгляде было что-то значительное, словно речь шла не только о квиддиче. Гарри пожал ему руку, так же серьёзно. — Спасибо, Виктор. Я подумаю. Они распрощались, и Виктор позволил Борису закинуть руку ему на плечи, так они и двинулись в сторону своего корабля. Гарри закинул мётлу на плечо и направился к замку один. По крайней мере, он так думал. — Эй, Поттер! — негромкий оклик, почти шипение, заставил его невольно улыбнуться. Драко прислонился к задней стене одной из теплиц, щёки у него порозовели от холода, волосы были чуть растрёпаны ветром. У Гарри екнуло сердце. Мерлин, какой же он красивый. — Как же без эффектного выступления, да Поттер? — усмехнулся блондин. Гарри тут же свернул к нему, подняв вокруг защитный барьер. В голове всё ещё звенело от победы, он не мог удержаться: подбежал, схватил Драко за бёдра, развернул его и жадно поцеловал. Тот тут же обвил его шею руками, прижавшись грудью к Гарри и поддаваясь поцелую. Когда он отстранился, Драко поморщился. — Ты сейчас просто отвратителен, — заметил он, ткнув пальцем в липкую от пота мантию. Но, откинувшись на стекло теплицы, только ухмыльнулся. — Не могу поверить, что ты победил Крама. — Он сказал, что мне стоит идти в профессионалы, — прошептал Гарри, всё ещё не веря в это. — Ты вполне мог бы, — согласился Драко. Его, похоже, не особенно смущало состояние Гарри, потому что он притянул его ближе, и с наглой ухмылкой скользнул ладонью вниз, сжав его за зад. — Быть парнем профессионального игрока в квиддич? Могло быть и хуже, — поддразнил он. — По крайней мере, ты всегда будешь в форме. Гарри и сам не знал, что потрясло его больше: перспектива стать профессиональным ловцом… или то, как Драко без тени сомнений говорил о будущем, в котором они всё ещё вместе. Он не смог подобрать слов, просто обхватил ладонями его лицо и снова потянулся за поцелуем, тихо застонал. — Нас ведь поймают, — пробормотал Драко между поцелуями, совсем не пытаясь остановиться. Гарри только усмехнулся, прижавшись к его губам. — Оно того стоит, — усмехнулся Гарри. И всё же он с трудом оторвался, хоть и продолжал прижимать Драко к стеклу теплицы. — Предполагаю, теперь тебе надо идти праздновать с твоими гриффиндорскими дружками, — лениво протянул Драко. — Намного больше я бы хотел отпраздновать это с тобой, — ответил Гарри. — Но ещё больше — переодеться во что-нибудь не потное. Драко фыркнул и покачал головой: — Ах ты мой романтик, — усмехнулся он. — Ладно, дуй отсюда. Если ты продолжишь меня целовать в этой форме, мне будет очень сложно сосредоточиться в следующий раз, когда Слизерин будет играть с Гриффиндором. Серые глаза были затуманены, зрачки расширены и Гарри ухмыльнулся. Значит, на квиддичную форму у Драко была слабость? Надо будет запомнить. Воодушевлённый, всё ещё на подъёме после победы, Гарри наклонился вперёд, прижавшись к нему всем телом, тесно, почти без промежутков. Он чувствовал, как возбуждение Драко упирается ему в бедро, и знал: тот тоже это ощущает. Провёл губами по линии его челюсти, лёгкое касание, от которого блондин едва заметно напрягся и подался навстречу. Искушение поддаться было сильным. До этого они ограничивались поцелуями и парой смелых касаний под рубашками, но ничего подобного. Гарри был так возбужден, что едва соображал, но в голове ещё теплился здравый смысл: если они увлекутся прямо здесь, за теплицами, это будет чистое безумие. — Вспоминай это, когда в следующий раз будем играть друг против друга, — прошептал Гарри, оставляя на шее Драко поцелуй, от которого тому придётся потом избавляться с помощью маскирующих чар. Затем он отстранился, глаза озорно сверкнули. — Увидимся позже, Драко. Мне срочно нужен душ. Холодный. Очень холодный. Он отступил, будто ничего не произошло, и, уже уходя, усмехнулся, услышав, как позади раздражённо застонал Драко. — Ненавижу тебя, Поттер! — крикнул тот ему вслед. Гарри рассмеялся, снял защитное заклинание и направился к замку. У него был по-настоящему отличный день.

⟣ · · ⟡ · · ⟢

К счастью, когда он добрался до Гриффиндорской башни, его растрёпанный вид можно было легко списать на квиддич — по крайней мере, для всех, кроме близнецов Уизли, которые посмотрели на него слишком уж многозначительно. — Давай, любовничек, — прошептал Джордж ему на ухо, подталкивая к лестнице в спальни и игриво двигая бровями. — Иди приводи себя в порядок. Мы пока задержим народ тут. Гостиная была набита до отказа: здесь были не только гриффиндорцы, но и представители всех факультетов — все хотели отпраздновать победу Гарри над болгарским ловцом. Даже Кассиус пришёл с парой своих друзей из Слизерина, он выглядел немного напряжённым, оказавшись в самом сердце красно-золотого торжества. Как бы ни хотелось задержаться в душе и предаться мечтам о том, что могло бы случиться, если бы они с Драко решились зайти чуть дальше, однако Гарри не дал себе увлечься, близнецы могли отвлекать гостей только до поры. Он натянул футболку «Холихейских Гарпий» и удобные джинсы, после чего спустился обратно на вечеринку. Теперь, когда он наконец огляделся как следует, его действительно впечатлило, насколько быстро близнецы всё организовали: длинный стол с угощениями, наверняка стащенными из кухни, гора ящиков с сливочным пивом, музыка фоном к общему гулу голосов, и даже новые рождественские украшения, разумеется, в гриффиндорских цветах. Близнецы сидели в окружении старшекурсников, а рядом: Невилл, Джинни, Рон и Гермиона. На диване между Фредом и Джорджем было свободное местечко, и Гарри юркнул туда. — Спасибо, — пробормотал он — и за то, что место придержали, и за то, что отвлекли внимание от того, почему я так долго отсутствовал. — Фред подмигнул, ухмыляясь. — Откуда у тебя эта футболка? — спросил Рон, критически оглядывая зелёную «Гарпию». Гарри пожал плечами: — Подарок на день рождения. — Пусть думают, что от Сириуса. — Наконец-то у кого-то появился вкус, — хмыкнула Джинни и кулаком стукнулась с ним. — Гарпии куда лучше этих твоих Пушек. Это тут же вызвало у Рона длинную тираду о том, что Пушки изо всех сил стараются, просто у них проблемы с руководством. Гарри закатил глаза и обернулся к старшекурсникам: — Добро пожаловать в Гриффиндор, — сказал он с улыбкой, глянув на Чжоу, которая вернулась с несколькими бутылками сливочного пива, ловко перелезла через спинку дивана и устроилась у Седрика на коленях. Одну из бутылок она протянула Гарри, всё так же улыбаясь. — О, я тут уже бывал, — небрежно обронил Кассиус. — А вот украшения в этом году особенно хороши. Прямо по-праздничному. — И когда это ты тут бывал? — удивился Гарри, приподняв брови. На смуглых щеках слизеринца вспыхнул румянец. — Не твоё дело, Поттер, — отрезал тот. Гарри усмехнулся, гадая, не связано ли это с тем самым загадочным «кем-то». Неужели Кассиус встречается с гриффиндорцем? — Это было потрясающее мастерство, Гарри! — воскликнула Чжоу, стукнув горлышком своей бутылки о его. — Правда, очень впечатляет! — Ага, я и не знал, что ты на такое способен, Поттер! — подхватил с улыбкой Патрик, сосед Седрика по комнате. — Крам теперь дважды подумает, прежде чем бросать вызов кому-нибудь. Хотя большинство из них явно были друзьями Седрика, а не Гарри, никто не выглядел расстроенным из-за того, что Гарри так уверенно его обошёл. Даже сам Седрик улыбался во весь рот и настаивал, что гордится собой хотя бы за то, что дважды поймал снитч. — Я играл не на своём уровне, — признался он, проводя рукой по волосам. — И в плане метлы, и в плане мастерства. Но это было безумно круто! — Я дам тебе попробовать «Молнию» как-нибудь, — пообещал Гарри. — Тебе тоже, Чжоу, если хочешь, — ловец из Когтеврана при этих словах прямо засияла. Хотя время от времени к нему всё ещё подходили с поздравлениями, сама атмосфера праздника постепенно изменилась: теперь это был скорее неофициальный рождественский вечер — просто встреча друзей, где всем было хорошо. Гарри невольно подумал: а почему у школы до сих пор нет общего пространства для всех факультетов? Никто же даже не поощряет межфакультетское общение. Чистое безумие. Идиллию внезапно нарушил хлопок открывающегося портрета, и в комнату вошла профессор Макгонагалл. Она заморгала, ошарашенно оглядывая толпу. Взмах палочки и музыка оборвалась, а десятки пар глаз уставились на неё в оцепенении. — Мне доложили о беспорядке в гостиной Гриффиндора, — произнесла она жёстким тоном. — Позвольте спросить, что здесь происходит? — Гарри победил Виктора Крама в квиддиче! — раздался голос Шеймуса с конца комнаты. Макгонагалл поджала губы. — Я в курсе. Я там присутствовала, — отрезала она. — Но это не объясняет, почему гостиная превратилась в проходной двор. Это пространство предназначено для гриффиндорцев! — По школьным правилам мы можем приглашать гостей, профессор, — напомнила Кэти Белл. Макгонагалл выглядела не слишком убеждённой: — Одного гостя, мисс Белл. Одного на человека. Внезапно по комнате прошла волна движения. Джордж обнял Кассиуса за плечи. Фред положил руку на руку Седрика. Гарри потянулся и взял Чжоу за руку. Повсюду в гостиной гриффиндорцы «закрепляли» за собой гостей с других факультетов, пока не оказалось, что каждый пришёл сюда по приглашению. Без исключений. Лицо Макгонагалл оставалось напряжённым, губы сжались в тонкую линию — большинству показалось, что она сдерживает гнев. Но Гарри знал лучше: их декан просто изо всех сил пыталась не улыбнуться. — Хорошо, — наконец сказала она. — Только ведите себя потише. И смените пароль до вечера, мисс Данн. Староста седьмого курса кивнула, обняв за талию Беатрис Хейвуд из Пуффендуя. — Есть, профессор, — весело откликнулась она, и на её щеках заиграли ямочки. Макгонагалл коротко кивнула: — Продолжайте. Музыка вновь заиграла, а она развернулась на каблуках и вышла. Гарри отпустил руку Чжоу, не скрывая широкой улыбки. Похоже, профессор Макгонагалл не так уж слепо верна Дамблдору, как он считал.

⟣ · · ⟡ · · ⟢

На следующий день, после теперь уже легендарного матча ловцов, наступил Сочельник, и Гарри сидел в спальне один, спокойно читая перед обедом. Всё тело ныло после вчерашних полётов, и спускаться в людное помещение совершенно не хотелось. Тишина и покой стали настоящей редкостью и он был не прочь этим насладиться. Откинувшись на подушки, Гарри моргнул, когда между раскрытыми страницами книги внезапно появился клочок пергамента. Небольшая записка, всего два слова, но почерк был слишком знаком: «Спустись вниз». Что понадобилось Снейпу в канун Рождества? Гарри был уверен, что тот уже уехал обратно в Серен Ду с Ремусом. Или… может, Ремус приехал в Хогвартс? Гарри оживился, аккуратно заложил страницу, отложил книгу и сжёг записку заклинанием. Схватив подготовленные подарки для троих взрослых по крайней мере, он сможет отдать Снейпу те, что предназначались Ремусу и Сириусу, он сложил их в сумку, натянул ботинки и накинул на плечи мантию-невидимку. Коридоры были полны студентов, спешащих к подземельям, но Гарри давно стал мастером в том, чтобы лавировать между ними, оставаясь невидимым. Он добрался до пустого коридора, где находился портрет, скрывающий вход в комнаты Снейпа, и постучал. Дверь приоткрылась ровно настолько, чтобы он мог проскользнуть внутрь, и как только он оказался в помещении, скинул мантию. Окинув взглядом комнату, Гарри замер, а затем на лице расплылась огромная улыбка. — Сириус! Крёстный сидел на диване в гостиной Снейпа и тут же вскочил, едва завидев Гарри. — Привет, щеночек! С Рождеством! — Он раскрыл объятия, и Гарри бросился к нему, не в силах сдержать радость. Он сам смутился от того, насколько счастлив был снова его видеть, лето казалось таким далёким. Сириус поцеловал его в макушку, крепко прижимая к себе. — Это… безопасно? — Вдруг отстранившись нахмурился Гарри. — А если Дамблдор узнает? — Спокойно, — откликнулся Ремус с кухни, где разливал вино. — Дамблдор до сих пор не в курсе, что я навещаю тебя весь семестр. Он точно не узнает, что Сириус здесь. Всё под контролем. — С бокалом в руке он подошёл и обнял Гарри за плечи, сжав его коротко, но тепло. — С Рождеством. Слыхал, у тебя был выдающийся матч вчера? — Кто рассказал? — Я украшал лестницу у парадного входа по приказу Дамблдора, — подал голос Снейп. — Оттуда открывался на удивление хороший вид на стадион. Гарри не смог не улыбнуться ещё шире от мысли, что Снейп наблюдал за ним, а потом рассказал обо всём Ремусу. — Не могу поверить, что ты обыграл Виктора Крама! — Воскликнул Сириус, взъерошив ему волосы. — Ты просто молодец, щеночек! — Как ты, Бродяга? — Улыбнулся Гарри. — Не ожидал тебя увидеть. — А я к тебе и пришёл, балбес, — фыркнул Сириус, закатив глаза. — Рождество же! Лунатику удалось уговорить Северуса потерпеть лёгкое гриффиндорское вторжение. Завтра ему уже надо дежурить на балу, а мы подумали, что у тебя день будет загруженный, так что решили отметить пораньше. Ты не против? Раздался негромкий хлопок, и обеденный стол в комнате вдруг оказался уставлен едой. Рядом появилась Кери, с широкой улыбкой на морщинистом лице. — Мастер Гарри, сэр! — пропищала она. — Как хорошо видеть вас снова. Вы опять похудели, — добавила она с укором, оглядывая его с ног до головы. Гарри слегка смутился. Ну… да, он пару раз забывал поесть за последние недели. — Рад тебя видеть, Кери. Это ты всё приготовила? На столе стояли жареная индейка, начинка, пышный картофель, овощи, большая соусница с подливкой и целая гора свинок в одеяле. Кери счастливо кивнула. — Всё готово для рождественского ужина, — объявила она. — Может, вам ещё что-нибудь принести? — Всё выглядит потрясающе, — сказал Сириус. — Спасибо тебе. Она довольно кивнула и исчезла с лёгким щелчком. Сириус тут же подтолкнул Гарри вперёд. — Давай, щеночек, налетай. И рассказывай про вчерашнюю игру. Они уселись за стол, и тут же началась лёгкая суматоха: все наперебой тянулись за блюдами, стараясь ничего не пролить и никого не облить подливкой. Когда тарелки были полны, Сириус откашлялся. — Не хочу становиться чересчур сентиментальным — а то Северус ещё сбежит, — усмехнулся он. — Но я правда не думал, что снова буду иметь всё это: Рождество, любовь, семью. Да, даже тебя, мрачная летучая мышь, — добавил он, скосив взгляд на Снейпа. Тот, как и следовало ожидать, скривился, но не возразил. — За это я просто хотел сказать спасибо. Всем вам. Вы стали тем самым теплом, которого мне так долго не хватало. Сириус сглотнул — казалось, он уже выпил не один бокал. — С Рождеством. — С Рождеством, — повторили все, даже Снейп, и подняли свои бокалы. Гарри достался маленький бокал вина. Напиток показался ему странным на вкус, и он, должно быть, поморщился, потому что Ремус, сидящий напротив, усмехнулся: — К этому нужно привыкнуть, — заметил он, отпивая из своего, куда более щедрого, бокала. После обсуждения матча разговор перешёл на другие темы, но снова и снова возвращался к Рождественскому балу. Каждый раз, когда Гарри пытался узнать, чем занимались взрослые, стоило только задеть Волдеморта или Питера Петтигрю, его мягко, но решительно перебивали и уводили разговор в сторону. Он понимал, что не время говорить о серьёзном, ведь Рождество, но от этого желание всё выяснить становилось только сильнее. Сны, похоже, больше не снились, но время от времени он просыпался с ноющим шрамом. — Сначала Гарри! — воскликнул Сириус, бросив ему первый подарок. — Нет, давайте откроем все вместе, — возразил Гарри, не желая, чтобы все таращились только на него. С дня рождения такого хватило. — Вот, это вам. — Он раздал свои подарки, бросив неловкий взгляд в сторону Снейпа, который на мгновение замер, словно не сразу поверил, что подарок предназначен ему. — Мне подарок? — переспросил он негромко, с удивлением глядя на Гарри. Тот просто кивнул, не поднимая глаз, и принялся разворачивать свёрток. Повисло неловкое молчание, пока Люпин не прочистил горло: — Эти книги — просто находка, Гарри, спасибо! Ты их уже читал? — Он тут же принялся обсуждать с ним стопку книг по Защите, позволив Снейпу открыть свой подарок без пристального внимания, что оба, и Гарри, и зельевар, явно оценили. К концу вечера у Гарри уже скопилась целая гора подарков, которые предстояло утащить обратно в Гриффиндорскую башню, а Сириус был достаточно навеселе, чтобы во всё горло распевать рождественские гимны. Никто не решался его остановить, даже Северус. После всего, что ему довелось пережить за последние десять лет, он по праву заслуживал немного радости на Рождество. Гарри подхватывал те песни, которые знал, смеясь, когда Сириус вплотную подбирался к Ремусу и начинал трясти того за плечи, пока тот не сдавался и не пел вместе с ним. Даже будучи пьяным, Сириус не рисковал лезть к Снейпу, и тот выглядел так, будто всерьёз пересматривал свои жизненные решения. — Пожалуй, пора увести этого весельчака домой, — со смехом сказал Ремус. — А тебе, Гарри, стоит заняться второй частью твоего рождественского сюрприза. — Есть ещё? — приподнял брови Гарри. Ремус подмигнул. — Советую, когда закончишь здесь, заглянуть в класс Зелий, — невозмутимо произнёс Снейп. Гарри почувствовал, как внутри разгорается любопытство. Что его может ждать в классе? Новый подарок? — Спасибо, что пришли. И что привели с собой Сириуса, — сказал Гарри, обнимая Ремуса. — Мы бы ни за что не пропустили семейное Рождество, — твёрдо ответил тот. У Гарри в горле тут же вырос ком. Его первое за всю жизнь семейное Рождество, пусть и немного особенное. — Увидимся в новом году, щеночек. Веди себя прилично, — добавил Ремус с кривоватой улыбкой, прекрасно зная, что всерьёз на это рассчитывать не стоит. — Я попробую, честно. — только усмехнулся Гарри в ответ. — В чём я сильно сомневаюсь, — лениво протянул Снейп. Гарри повернулся к нему, чувствуя себя ещё более растерянным, чем летом. По крайней мере, тогда они были вдали от школы, уроков и всего, что напоминало о злом профессоре Зелий. Здесь же, посреди учебного года, видеть Снейпа таким, почти семью, было, мягко говоря, странно. Всего неделю назад тот отчитывал его за неправильную технику помешивания зелья. — Увидимся на балу, профессор, — наконец сказал Гарри, полагая, что Снейп тоже вернётся в Серен Ду. Он и Ремус не обменялись подарками, видимо, собирались устроить свой собственный, личный праздник. Гарри предпочёл не вдаваться в подробности. — Спасибо, что устроили всё это. — Не припомню, чтобы у меня был выбор, — отозвался Снейп, хотя не выглядел особенно раздражённым. — Хорошего дня, Поттер. — Могли бы, хотя бы попробовать называть меня Гарри, — ухмыльнулся тот, закидывая сумку за спину. — Это ведь, возможно, не смертельно. — Убирайся, несносный мальчишка. Гарри рассмеялся, накинул мантию-невидимку и выбрался из личных покоев профессора. Он двигался по коридорам так быстро, как только мог, не рискуя выдать своё присутствие, прямиком направляясь в класс Зелий. Дверь оказалась заперта, но Alohomora справилась с этим без труда. Гарри проскользнул внутрь и тихо ахнул. Комната была полностью преобразована. Все парты и стулья отодвинули к стенам, а посреди аудитории, прямо на полу, лежал тёмно-зелёный плед. В его центре возвышалась крошечная рождественская ёлочка. Повсюду в воздухе парили крошечные разноцветные огоньки, мягко мерцая. И среди всего этого, сидя на пледе и улыбаясь, как только Гарри снял мантию, был Драко. — Я уж начал думать, что ты не придёшь, — произнёс слизеринец. — Северус сказал, что если к утру всё будет на своих местах, мы можем оставаться тут сколько захотим, — сообщил Драко. — Хотя при этом он добавил ещё пару вещей, которые мне бы очень хотелось забыть. Но я пощажу тебя и пересказывать не стану. Гарри фыркнул, хотя его передёрнуло от самой мысли, что Снейп мог обсуждать хоть что-то связанное с его личной жизнью. Он ещё умудрился избежать воспитательных разговоров, сославшись на книжку от Джорджа, и пока это работало. Гарри сбросил мантию-невидимку у двери и опустился рядом на плед, тут же потянувшись за поцелуем. — А всё это зачем? — Завтра, с этим балаганом, у нас точно не будет ни минуты тишины, — пояснил Драко. — Я просто хотел побыть с тобой. Когда Северус рассказал, что Ремус собирается устроить тебе сюрприз, я подумал: а почему бы и мне не присоединиться. Раз уж ты всё равно будешь в подземельях. — Он чуть улыбнулся, большим пальцем поглаживая Гарри по щеке. — Надо же ловить момент. Когда начнутся занятия, ты опять исчезнешь во всех своих делах. — Я всегда найду на тебя время, — уверенно сказал Гарри. — Вопрос в том, найдёшь ли ты время вот на это, — парировал Драко, кивнув на свечи, гирлянды, ёлочку и расстелённый плед. — Нам некуда спешить, никто нас не ждёт, и кроме Северуса никто не знает, что мы здесь. Глаза Гарри потемнели, голова уже набросала с десяток возможных вариантов, как может пройти этот вечер. И все они наверняка входили в список того, что Снейп категорически запретил. Ну… о чём Северус не знает, того и не было. — Если бы я знал, — с сожалением сказал Гарри, - прихватил бы с собой твой подарок. Он подумал о завёрнутой коробке, спрятанной в сундуке у кровати. Драко усмехнулся. — Я, вообще-то, заранее попросил Кери помочь. — Он кивнул в сторону крошечной ёлки, и Гарри только тогда заметил два аккуратно упакованных подарка под ней. Один из них был его. — Хитрый змеёныш, — пробормотал он, склонившись к Драко и мягко коснувшись его губ. — Может, откроем сейчас? Внезапно он занервничал — не хотелось провести весь вечер, мучаясь в ожидании реакции Драко. Они обменялись подарками и начали разворачивать их одновременно, ни одному не хотелось сидеть под пристальным взглядом другого. Гарри с любопытством разглядывал свёрток: в нём оказался гладкий чёрный камень размером с ладонь, отполированный до блеска и покрытый резными рунами. Он поднял взгляд на Драко, и тот неуверенно улыбнулся. — Это медитационный камень-защитник, — объяснил блондин. — Кладёшь под подушку и он помогает расслабиться перед сном, а так же усиливает щиты при Окклюменции, пока ты спишь. Я знаю, тебе снились те сны, и… я подумал, что он может помочь. У Гарри перехватило дыхание. Он снова посмотрел на камень, уже с благоговейным выражением лица. — Это потрясающе, Драко… правда. Просто невероятно. Он раньше даже не слышал о чём-то подобном, должно быть, такие штуки встречаются крайне редко. Что же пришлось проделать Драко, чтобы достать такой камень специально для него? Подарок Гарри внезапно показался ему ничтожным на фоне камня. — Я, эээ… Флёр его посоветовала, — пробормотал он, кивнув на лежавшую у Драко на коленях книгу с французскими заклинаниями. — Говорит, там есть редкие, старинные чары. Я знаю, это не особо впечатляет, но… — Мне очень нравится, — перебил Драко и тут же поцеловал его. — Не могу дождаться, когда найду что-нибудь, чем можно будет подколоть Уизли. Даже Грейнджер не подберёт встречное заклинание на французском. Гарри хихикнул. Учитывая, как те двое вели себя весь год, он и сам с удовольствием на это посмотрел бы. По-прежнему сияя от радости, Гарри подвинулся ближе. — Ну и что теперь? — спросил он с лукавой улыбкой, заметив, как у Драко расширились глаза. — Можно в карты сыграть, — небрежно предложил блондин, хотя его пальцы уже скользнули к краю Гарриной футболки. — Хм, — протянул Гарри, запуская пальцы в мягкие светлые волосы. — Или устроить ещё один урок танцев. Гарри скривился, а Драко в ответ тихо рассмеялся. Он не спеша потянулся вперёд, и, прежде чем Гарри успел среагировать, мягким движением уложил его на спину прямо на плед. Опершись коленями по обе стороны от его бёдер, он наклонился ближе, губы едва не касались кожи. — Мы могли бы обсудить, как чертовски горячо ты смотрелся на метле вчера… — проворчал он с хрипотцой в голосе. — И какая же ты задница, что просто так оставил меня в таком состоянии. Гарри ухмыльнулся, не выпуская из пальцев короткие светлые пряди на затылке. — Я думал, тебе как раз нравится моя задница, — прошептал он, притянув Драко ближе и впившись в его губы. Драко тихо застонал. — Не в этом суть, Поттер, — пробормотал он, голос сорвался на хрип. Драко опустился медленно, почти не отводя взгляда, и лёг на него, опираясь на локти. Их груди соприкоснулись, и оба вздрогнули, когда внизу стало совсем тесно. Гарри тихо выдохнул сквозь приоткрытые губы, сдвинулся, устраивая одну ногу между бёдер Драко, а другую подогнул, чтобы удержать его ближе. Их поцелуй стал глубже, увереннее, с жадностью, от которой дрожали пальцы. Одна рука скользнула под рубашку, вверх по спине, горячая кожа под ладонью будто притягивала. Драко дрогнул, сдавленно выдохнул ему в губы и на короткое мгновение качнулся бёдрами вперёд, Гарри не сдержал тихий стон, его сердце бешено колотилось. — Драко… — выдохнул Гарри, сердце бешено колотилось. Они ещё ни разу не заходили дальше поцелуев и неуклюжих поглаживаний поверх одежды, а сейчас он едва мог сообразить от того, как хорошо всё это ощущалось. Он потянулся к подолу рубашки. — Можно?.. Сними. — Ты тоже, — прошептал Драко, садясь и стягивая с себя футболку. Гарри на мгновение забыл, как дышать. Кожа у блондина была бледной, без единого изъяна, соски — тёмно-розовые, чуть напрягшиеся от холода, а по животу шла едва заметная серебристая дорожка волос, теряясь под поясом брюк. Чёрт, он был невероятно красив. Румянец, как оказалось, спускался у Драко до самых плеч и груди. Он быстро потянулся к футболке Гарри, и тот поспешно приподнялся, стараясь не запутаться в ней и не снести очки. Теперь настала очередь Драко смотреть, затаив дыхание. Гарри поёжился, изо всех сил стараясь не прикрыть грудь руками. Лето в Серен Ду помогло немного, но он всё ещё оставался худощавым, с лёгким пушком, только начинающим появляться на груди. Он был благодарен тусклому освещению в классе и надеялся, что его хватит, чтобы Драко не заметил старые шрамы. Большинство из них всё равно были на спине. — Ты прекрасен, — прошептал Драко, склоняясь к нему и целуя так, что у Гарри перехватило дыхание, особенно когда их обнажённые тела соприкоснулись. — Гарри… Мерлин… — Его бёдра задвигались в лихорадочном ритме, и Гарри двигался навстречу, каждый раз ощущая, как по нему пробегает дрожь. Это было потрясающе, будто внутри взрывались фейерверки. Губы Драко спустились к шее, оставляя горячие поцелуи, пальцы скользнули по животу вверх, а затем снова вниз, легко касаясь напрягшейся ткани джинсов. Гарри застонал, его накрыло волной удовольствия, и он не смог сдержаться, напрягся, приподнялся, и всё кончилось в одно мгновение. Где-то на краю сознания он услышал, как Драко тихо выругался, сделал ещё пару толчков, а потом уткнулся лицом в его шею, прикусив кожу, чтобы не застонать слишком громко, и, наконец, обмяк, опускаясь на него. Они лежали, тяжело дыша, несколько долгих секунд, пока Гарри рассеянно водил пальцами по позвоночнику Драко. — Вау., — пробормотал он. Драко чуть пошевелился, повернув голову, чтобы заглянуть ему в глаза: — Если ты сейчас скажешь, что это было «неплохо», я тебя ударю. Гарри рассмеялся: — Это было куда лучше, чем «неплохо», — заверил он, усмехнувшись. — Это было… потрясающе. Такого с ним не было никогда. Он даже в мыслях не позволял себе заходить так далеко. Даже несмотря на то, что Драко его толком не тронул, всё было гораздо лучше, чем когда он оставался один в спальне. — Уверен, это точно входило в список того, чего нельзя делать в классе, — заметил он. — Фу, не приплетай сюда моего крёстного, — поморщился Драко. Он перекатился на спину, но остался рядом, их плечи всё ещё соприкасались. — Теперь я весь липкий. Гарри потянулся за палочкой и наложил на них обоих очищающее заклинание. Ощущение на чувствительной коже было странным, но уж лучше так, чем лежать в остывающей липкой луже. Он повернул голову, взглянул на Драко и не смог сдержать мягкую улыбку. Слизеринец смотрел на него подозрительно. — Ты чего такой довольный? Я и правда был настолько хорош? Гарри снова рассмеялся, перекатился на него, прижал запястья к полу и наклонился, чтобы поцеловать его в нос. — Просто я… очень счастлив, — признался он, совершенно не заботясь о том, насколько по-гриффиндорски это прозвучало. День выдался потрясающим: он провёл его с семьёй, а теперь был наедине со своим парнем. Лучшее Рождество в его жизни. — Слишком приторно, — заметил Драко, но при этом улыбался, сплетая пальцы с Гарри. — Ты однажды угробишь мне всю репутацию, Поттер. — Уже поздно, ты сам меня выбрал, — самодовольно отозвался Гарри. Он подвинулся, устраиваясь вполоборота поверх Драко, и положил голову ему на плечо. — Знаешь, в чём фишка гриффиндорцев? Мы упрямые. Так что теперь тебе от меня не отделаться. Драко тяжело вздохнул, хотя его рука всё крепче сжимала Гарри за бедро. — Как жаль… — пробормотал он и Гарри расплылся в довольной ухмылке. — Лжец.

⟣ · · ⟡ · · ⟢

Им потребовалась изрядная сила воли, чтобы, когда время отбоя стало поджимать, наконец разомкнуть объятия. Перед уходом Гарри наградил Драко долгим прощальным поцелуем и оставил того приводить класс в порядок. Сам он выскользнул в коридор и за несколько поворотов до башни снял мантию-невидимку, вливаясь в общий поток студентов, которые, судя по всему, тоже едва успевали к отбою. Гарри попытался стереть с лица глупую, слишком довольную улыбку, но у него ничего не вышло. Опустив голову, он заспешил прямиком к лестнице в спальни, молясь, чтобы никто не стал расспрашивать, где он пропадал. К счастью, в спальне оказался только Невилл. Он оглядел Гарри с головы до ног, приподняв брови в подозрении. — Я не собираюсь тебя допрашивать, — сказал он наконец. — Думаю, я и не хочу знать. — Ты лучший, Невилл, — искренне ответил Гарри. Тот усмехнулся: — Просто рад видеть, что ты счастлив. — В его карих глазах заплясали озорные искорки. — Но, э-э… тебе бы не помешало выучить пару маскирующих чар. Гарри вспыхнул и с шумом хлопнул ладонью по шее, где, как он подозревал, красовалось несколько засосов. Чёрт бы тебя побрал, Драко! Невилл захихикал. В этот момент дверь в спальню распахнулась, и в комнату ворвался Рон, с хмурым видом. — Где ты был? — рявкнул он. Гарри едва сдержал раздражённый взгляд. — Не твоё дело, — автоматически отозвался он, моментально потеряв всё хорошее настроение. — Я спать. Теперь он совсем не удивлялся, почему Дин с Шеймусом почти не показываются в спальне, с таким Роном и правда не захочешь тут торчать. Оставалось только надеяться, что после Рождества всё немного наладится.