Lily's Boy

В этот момент Гарри казалось, что он заслужил медаль хотя бы за то, что до сих пор не превратил Рона Уизли в говорящую лужу соплей. Гермиона была ненамного лучше, но, к счастью, её отвлекло заявление миссис Уизли о том, что библиотека теперь «безопасна». До возвращения в Хогвартс оставалось меньше двух недель, и юная ведьма явно собиралась прочитать всё, до чего успеет дотянуться. Разумеется, между делом она не забывала донимать Гарри расспросами о летних заданиях, расписании подготовки к экзаменам и вообще обо всём, к чему могла придраться. Рон продолжал болтать с ним так, будто они по-прежнему лучшие друзья, восторженно рассказывая, как здорово будет вернуться в школу и как Гарри на своей «Молнии» надерёт слизеринцам задницы на квиддичном поле. Эта навязчивая мания доказать превосходство над другими факультетами, особенно над Слизерином, уже порядком его раздражала. Гарри всё чаще начинал ломать голову, чего они добиваются. Если Дамблдор действительно велел им держаться с ним по-дружески, неужели это и есть их способ? Может, раньше это и сработало, но тогда ему было одиннадцать, и он буквально жил под принудительными чарами. Тогда он бы и с каменной статуей подружился, если бы чары Дамблдора велели. Теперь Гарри всё яснее понимал, почему у этой парочки не водилось друзей, кроме друг друга и его. — Даже для них это уж слишком, — пробормотал он как-то днём, спрятавшись в спальне Ремуса. — Если бы они действительно хотели снова подружиться, сделали бы это хоть немного мягче. — Не думаю, что эти двое вообще понимают, что такое мягкость, — сказал Ремус сухо. — Хотя странно: Гермиона умная девочка, должна бы понимать, что злить тебя — не лучший способ расположить тебя к себе. — Она просто уверена, что я борюсь со своими чувствами, — буркнул Гарри, вспоминая, как она болтала об этом с Тонкс, решив, что он не услышит. — Единственное, с чем я борюсь, — это с желанием врезать Рону. Ремус фыркнул и покачал головой. — Зато у тебя есть Джинни и близнецы. Гарри скривился. Да, близнецы рядом, только вот сутками напролёт запираются у себя, лихорадочно изобретая новые шуточные товары к учебному году. А проводить время с Джинни наедине означало выслушивать от миссис Уизли поток неловких замечаний. — Меня тревожит, к чему Дамблдор может прибегнуть, если я так и не помирюсь с ними, — признался он, наконец озвучив то, что давно вертелось в голове. — Он ведь понял, что его чары больше не действуют. Если попытается снова… или… Одна мысль о том, насколько далеко директор способен зайти, вызывала отвращение. Рон и Гермиона имели к нему доступ повсюду — в башне, в спальне, даже к его сундуку. Если Дамблдор решит, что для его же блага стоит снова наложить на него чары и прикажет им это сделать, он не сможет этого избежать. — Если придётся, можешь просто притвориться, будто дружишь с ними, — сказал Ремус. — Хлопот прибавится, но, возможно, это нужно, чтобы ты оставался в безопасности. Гарри лишь издал невнятный звук, не отвечая прямо, потом нахмурился и наконец высказал то, что давно вертелось в голове не давало ему покоя: — Как думаешь, Дамблдор мог околдовать их, как меня? — Он ненавидел, как отчаянно эта надежда прозвучала в голосе. — Может, он принудил их вести себя со мной определённым образом? Если бы не друзья, появившиеся у него на четвёртом курсе, поведение Рона после выхода его имени из Кубка, пожалуй, окончательно бы его добило. Тогда он, наверное, встал бы на колени и умолял рыжего вернуться, как только тот соизволил бы извиниться. Неужели Дамблдор действительно мог зайти так далеко, лишь бы держать его уязвимым? Ремус тяжело вздохнул, провёл рукой по волосам. — Возможно, — признал он, хотя в голосе слышалось сомнение. — Сегодня перед ужином будет собрание. Если хочешь, я попрошу Северуса остаться и проверить их. — Думаешь, Снейп согласится остаться на ужин? Он всегда уходил одним из первых, едва заканчивалось собрание Ордена. С тех пор, как они расстались в Серен Ду, Гарри почти не видел его. На лице Ремуса мелькнула тёплая улыбка. — Останется, если я попрошу. — Он сделает всё, если попросишь ты, — Гарри лишь ухмыльнулся, наблюдая, как тот краснеет. Странно было думать о Северусе Снейпе в таком ключе, но это была чистая правда. За этот год Гарри понял одно: слизеринец готов жить и умереть по слову Ремуса Люпина. — Хватит уже, — проворчал тот, легко толкнув его в плечо. — А то я, пожалуй, напомню список того, на что Драко готов ради тебя. Теперь уже Гарри вспыхнул и быстро покачал головой. — Всё, молчу, — пообещал он. — Но если Снейп не против, было бы здорово. - Тогда он хотя бы узнает наверняка и сможет перестать надеяться. — Может, ему даже понравится шанс помучить гриффиндорцев посреди лета, — усмехнулся Ремус. — Да и тебе не повредит выпустить пар с кем-то, кто не обращается с тобой, как с хрустальной вазой. Гарри не мог не согласиться: звучало заманчиво. Он и не ожидал, что будет скучать по Снейповской прямоте. После недель, когда все ходили вокруг него на цыпочках — даже Ремус и Сириус, как ни старались этого не показывать, — ему не терпелось повздорить с кем-то, кто ответит тем же.

⟣ · · ⟡ · · ⟢

И действительно, когда подросткам наконец позволили спуститься на кухню после собрания Ордена, в комнате уже стояла высокая фигура в чёрном. Оно того стоило хотя бы ради того, чтобы увидеть, как кровь отхлынула от лица Рона. — Профессор Снейп остаётся на ужин, — объявила миссис Уизли с нарочитой бодростью, хотя в глазах мелькнуло лёгкое недоумение. Гарри не мог её винить: без его просьбы этого бы точно не случилось. Интересно, что за предлог Снейп нашёл, чтобы объяснить своё внезапное присутствие. — Но… — Любая попытка возразить умерла у Рона на губах, когда тёмные глаза метнулись в его сторону. Из рыжего вырвался жалкий писк, и он поспешил усесться как можно дальше от профессора. Гарри, охотно подыгрывая, бросил на Снейпа мрачный взгляд. В ответ в глазах зельевара мелькнуло краткое веселье. Снейп сел между Ремусом и Кингсли — пожалуй, двумя единственными членами Ордена, которых он хоть как-то терпел, — но не забыл изобразить отвращение к вынужденному соседству с Люпином. Гарри поражало, как Ремус умудряется сохранять невозмутимость. Ещё больше его удивляло, что никто, кроме него и Сириуса, не замечает: брюзжание зельевара и мягкие язвительные ответы Ремуса на деле чистой воды флирт. Мерзость. — Ну что, Северус, — весело сказал мистер Уизли, передавая миску с салатом дальше, — готовы к началу учебного года? Не слишком ли тихо в замке без учеников? — Жду не дождусь наплыва тупиц, которые едва способны сварить простейший раздувающий раствор, — протянул Снейп, метнув выразительный взгляд в сторону гриффиндорцев. — Едва ли. Мистер Уизли рассмеялся, будто это была шутка. — Но ведь всегда находятся талантливые ребята, ради которых всё это стоит терпеть. — Мы стараемся, пап, — бодро откликнулся Фред и тут же удостоился фирменного Снейповского взгляда. — Жаль, профессор, что вам придётся терпеть нас всего один год, да? — добавил Джордж. Близнецы чувствовали себя куда смелее, зная, что летом им не грозит ни одно школьное наказание. Но даже у них не хватило дерзости для шуток прямо за столом: стоило Снейпу появиться на кухне, Джордж незаметно сунул в карман что-то, похожее на драже. Видимо, вечерние развлечения они решили отложить. — Напротив, мистер Уизли, — с холодной вежливостью отозвался Снейп. — Уверен, вся школа возрадуется, если вы двое действительно дотянете до выпуска. Близнецы лишь шире осклабились. Одной мысли о том, что Фред и Джордж могут не дотянуть до выпуска, хватило, чтобы миссис Уизли сжала губы в тонкую линию. — Вам, мальчики, в этом году лучше поднажать, — строго сказала она. — У вас ведь всего один шанс сдать ЖАБА. А без них, в конце концов, и речи быть не может о приличной работе в Министерстве. Я, пожалуй, попрошу профессора Снейпа приглядеть за вами, чтобы вы не влипли в неприятности. — У меня есть дела поважнее, чем спасать двух гриффиндорцев от отчисления, — холодно отозвался Снейп. Но его раздражение нисколько не смутило миссис Уизли, которая продолжала сверлить близнецов взглядом. — Вам есть на кого равняться: все трое ваших старших братьев сдали экзамены на отлично. Гарри спрятал гримасу раздражения, делая вид, что сосредоточен на жареном ягнёнке. Да как она смеет сравнивать их с братьями? Они ведь другие! Да и волноваться, по сути, не о чем: Фред и Джордж учились отлично, когда действительно старались. Да, у них всего по три СОВ, зато все на «Превосходно» — чтобы придумывать такие шутки и заклинания, нужен недюжинный ум. Более нелепой мысли, чем провал близнецов на экзаменах или их карьера в Министерстве, Гарри и представить не мог. — Оставь их в покое, Молли, — лениво откликнулся Сириус. — Уверен, с экзаменами они справятся. Если даже Джеймс и я смогли собраться и сдать ЖАБА, то эти двое точно не пропадут. — Великолепный пример, Блэк, — язвительно бросил Снейп. — Вы с Поттером собрали больше отработок за седьмой курс, чем кто бы то ни было. Сириус ухмыльнулся: — Мило, что ты всё ещё помнишь, Нюниус. — Просто интересно, сколько потребуется, прежде чем вас выгонят к чёрту из школы, — парировал Снейп. — А до какого числа ты дошёл, Сириус? — оживился Джордж. — Мы попробуем побить рекорд, — добавил Фред, ухмыляясь, пока деревянная ложка не опустилась ему на плечо. — Даже не думайте! — рявкнула миссис Уизли. — И ты, Сириус, не смей их подбивать. Подумай хотя бы, какой пример ты подаёшь Гарри! Сириус взглянул на крестника и подмигнул: — Я бы сказал, Гарри отлично держится, учитывая обстоятельства. — Если ты намекаешь, что он пошёл по стопам своего невыносимо высокомерного отца, шавка, то ты прав, — процедил Снейп, переводя взгляд на Гарри. — Не смейте так говорить о моём отце, — вспыхнул он. — Он не был высокомерным. — Следи за тоном, Поттер, — холодно одёрнул Снейп. — Даже страшно представить, какими выдумками набили твою голову этот пёс и волк, восхваляя твою безрассудную тягу нарушать правила. В его глазах мелькнула злость, а губы изогнулись в хищной усмешке. — В этом году у тебя не будет Турнира трёх волшебников, чтобы тешить своё раздутое самомнение. Глядишь, научишься хоть капле смирения. — Три года до Турнира я как-то справлялся, — парировал Гарри. Держать враждебное выражение было трудно: ему откровенно нравилось происходящее. Когда улыбка едва не вырвалась наружу, он вспомнил раздражение от того, что всё лето был заперт в Гриммо. — Уверен, найдётся чем заняться. Может, очередной Пожиратель Смерти на должности преподавателя? Дамблдор уже нашёл нового преподавателя Защиты от Тёмных искусств? — Профессор Дамблдор, Поттер, — сухо уточнил Снейп. — И это не твоё дело. — Значит, нет, — хмыкнул Гарри. — Что, и правда стало сложно найти того, кто не хочет меня убить? Кто-то в конце стола хихикнул — похоже, Тонкс. — Как бы тебе ни хотелось верить в обратное, Поттер, — лениво протянул Снейп, — но, несмотря на старания твоего крёстного пса, мир не крутится вокруг тебя. Ни Хогвартс, ни его преподаватели. — Да брось, парень, — подмигнул Билл. — Преподы по Защите менялись, как перчатки, задолго до тебя. Остальные члены Ордена поспешили перевести разговор в спокойное русло, и ужин закончился относительно мирно. Гарри, впрочем, не удержался и пару раз метнул в Снейпа ядовитые реплики, на которые тот ответил не менее язвительно. Было приятно наконец поспорить с тем, кто не станет ни жалеть, ни говорить свысока. С тем, кто выдержит, если его собственный язык окажется чересчур ядовитым. Все смотрели на него так, будто он либо безумен, либо неимоверно смел, раз осмеливается говорить со Снейпом в таком тоне даже вне школы. Возможно, это было глупо, но подобное только укрепило за профессором славу ненавистного обитателя подземелий — особенно после того, как он пообещал Гарри неделю отработок, как только начнётся учебный год. — Вы не можете! Сейчас же лето! — возмутился Гарри. Снейп довольно прищурился. — Ещё как могу. — Думаю, на сегодня достаточно, — вмешался Ремус, с вежливой, но твёрдой ноткой разочарования. — У Гарри было трудное лето, Северус. Ты не можешь наказывать его за слова вне школы. Хотя, — он бросил на подростка выразительный взгляд, — извиниться ему всё же стоило бы. Гарри угрюмо фыркнул, глядя исподлобья. — Простите, сэр, — процедил он сквозь зубы. Ремус бросил взгляд, говорящий, что он, пожалуй, переигрывает, но Гарри стоял на своём. — Неважно, — отмахнулся Снейп. — Уверен, он заработает свои отработки сразу, как только начнётся учебный год, если не научится держать язык за зубами. Впрочем, чего ещё ожидать, если за его воспитание взялся Блэк. Это снова вывело Сириуса из равновесия. Похоже, они оба чересчур увлеклись перепалкой. — Позволь, я тебя провожу, — спокойно произнёс Ремус, не дав Сириусу вставить слово. — Молли, спасибо за ужин, было чудесно. — Он повернулся к Гарри, и на лице отразилось разочарование. — Щеночек, я ожидал большего. Профессор Снейп здесь гость, и даже летом он остаётся твоим преподавателем. Даже понимая, что это всего лишь игра, Гарри ощутил лёгкий укол вины. Но роль есть роль: он фыркнул и с шумом отодвинул стул. — Как скажете. Я в библиотеку, — буркнул он и вылетел из кухни, едва сдерживая смех. Лишь добравшись до библиотеки, Гарри наконец расхохотался. Долго ждать не пришлось: дверь распахнулась, и следом вошли Ремус и Снейп, запечатав комнату защитными чарами. — Нахал, — заметил Снейп без тени злости. Гарри ухмыльнулся. — Не говорите, что вам это не понравилось. Единственным ответом стала короткая тень улыбки, скользнувшая по лицу зельевара. — Да-да, очень смешно, — проворчал Ремус, закатив глаза. — Честное слово, я думал, Молли хватит удар, когда вы начали это представление. И Сириус заодно! — Он покачал головой, глядя на обоих с притворным отчаянием. — Иногда думаю, что зря позволил вам подружиться. — Слишком поздно, — весело заметил Гарри. — К тому же вы двое не лучше. Откровенно, поражаюсь, как никто до сих пор не догадался, наблюдая за вашим флиртом. Оба покраснели почти одновременно. — Люди видят то, что хотят, — пожал плечами Ремус. — И, без обид, Северус, но никто в той комнате не желает даже представить, что у тебя может быть личная жизнь. Тем более со мной. Снейп усмехнулся, и взгляд на миг стал мягче. — Их проблемы. — Эй, я всё ещё здесь! Хватит, прошу, — простонал Гарри, понимая, что это возмездие за его дерзость перед половиной Ордена. — Вернёмся к делу, ладно? Профессор, вы успели их проверить? Они оба посерьёзнели. — Ни мистер Уизли, ни мисс Грейнджер не находятся под какими-либо чарами — принуждения или иными, — тихо подтвердил Снейп. У Гарри сжались челюсти: крохотная искра надежды угасла. — Понятно. Значит, всё это действительно они. Они работают на Дамблдора по собственной воле. — Скорее всего, он убедил их, что они действуют во благо тебе. Или, на худой конец, всего волшебного мира. От этого Гарри стало чуть легче, но неприятный осадок остался: возможно, Дамблдор направлял их, но равнодушие к его чувствам было уже их собственным выбором. — Спасибо, что проверили, сэр. Я ценю это. Снейп кивнул. — Заодно я проверил и остальных детей Уизли — они чисты. Видимо, директор не считает их угрозой своему контролю над тобой. Это, по крайней мере, было хорошей новостью, и Гарри ощутил облегчение. — Надеюсь, так и останется. Пока что под чарами оказывались лишь Ремус и Сириус, не считая меня — те, кто действительно мог бы вытащить меня из-под власти Дамблдора. — Будь начеку, — серьёзно сказал Снейп. — Если кто-то начнёт вести себя странно, скажи мне, я проверю. Мы зашли слишком далеко, чтобы позволить неосторожности всё разрушить. От одной этой мысли у Гарри сжалось внутри. Если Дамблдор заподозрит кого-то из наследников, ему хватит пары заклинаний и капли сыворотки правды, чтобы разрушить всё, что Гарри строил. — Мы будем внимательны, — пообещал он. Снейп коротко кивнул, явно удовлетворённый, и повернулся к Ремусу: — Что-нибудь ещё, или можем идти? — Иди, я подойду через пару минут, — ответил тот, скользнув ладонью по его руке и бросив взгляд, который Гарри предпочёл не расшифровывать. Снейп кивнул и аппарировал. — Всё в порядке? — спросил Гарри, неуверенно глядя на него. Почему Ремус остался? — Это тебе решать, — спокойно ответил тот. — Эти твои шпильки про преподавателя Защиты ведь были не просто ради того, чтобы вывести Северуса? Гарри тут же ощутил укол раскаяния. — Ты же понимаешь, что я не про тебя говорил? — поспешно заверил он. — История с Хвостом это случайность. Ты был лучшим преподавателем Защиты, который у меня когда-либо был, и никогда не должен был уходить. Я не считаю тебя одним из тех, кто пытался меня убить. Он не хотел, чтобы Ремус хоть на секунду подумал, будто Гарри его винит. — Приятно слышать, но я не это имел в виду, — сказал Ремус, слегка улыбнувшись. — Ты правда думаешь, что новый преподаватель может быть опасен? — О. Ну, эм… послужной список не внушает оптимизма, — усмехнулся Гарри. — Не то чтобы я волновался, скорее… жду худшего. Странно только, что до начала учебного года осталось так мало, а преподавателя всё ещё нет. Обычно такие замены ничем хорошим не кончаются. — Тут ты прав, — поморщился Ремус. — Надеюсь, тебе хотя бы достанется кто-то просто некомпетентный, а не по-настоящему опасный. Гарри, вспомнив Локхарта, благоразумно промолчал: первое у него всегда превращалось во второе. — Главное, чтобы я сдал СОВ, а кто преподаёт — не важно. — За Защиту можешь не переживать, щеночек, — сказал Ремус, взъерошив ему волосы. — Хоть завтра сдавай, всё равно получишь «Превосходно». Гарри расплылся в довольной улыбке. Он и вправду ждал экзаменов, хотел наконец показать, чему научился втайне, какой прогресс сделал за это время. — Вот по Зельям бы «Превосходно» получить, — признался он. — Хочу увидеть выражение лица Снейпа, когда ему придётся признать, что я не безнадёжен. Ремус рассмеялся: — Северус уверен, что ты справишься. Иначе не позволил бы тебе сбавить темп занятий в начале лета. — Его улыбка потеплела, как часто бывало при упоминании темноволосого слизеринца. — В классе он будет на тебя давить лишь потому, что знает: ты способен на большее. Хотя, конечно, устроит целый спектакль, когда придётся пустить Гарри Поттера в класс ЖАБА по Зельям, — добавил он с усмешкой. Глядя на него, Гарри удивлялся, как остальные в доме до сих пор не догадались, что между ними происходит. Чёрт, да они ведь умудрялись скрывать это ещё подростками, а теперь и подавно. — Эй, Ремус? — тот приподнял бровь. — Почему даже Орден не знает о вас с Снейпом? В школе понятно, приходилось скрываться, но здесь ведь все знают, на чьей он стороне. Наверное, ужасно утомительно притворяться, что ненавидишь того, кого любишь, даже там, где вроде бы можно быть собой. Взгляд Мародёра потемнел, когда их глаза встретились. — Всё непросто, — тихо сказал он. — Северус не доверяет большинству из них настолько, чтобы открыться. Половина Ордена всё ещё уверена, что он служит Волдеморту и водит Альбуса за нос ради собственной безопасности. Если хоть кто-то проболтается не тем людям… Гарри поморщился, понимая, что в таком случае Снейпу это стоило бы жизни. — Но главное — Дамблдор не должен об этом узнать. Всё его доверие к Северусу, всё положение, которое тот занимает, и та информация, что проходит через него, держится на убеждённости, будто Северус обязан ему всем. Дамблдор должен считать, что он не доверяет никому, кроме него, и что у него нет ничего, ради чего стоило бы жить, — в глазах Ремуса мелькнула боль. Та самая, которую Гарри знал слишком хорошо. Он невольно задумался, сколько лет Снейп прожил, считая это правдой. — Мне жаль, — тихо сказал Гарри. — Так не должно быть. — Так уж вышло, — ответил Ремус, слабо улыбнувшись. — Мы всегда держали наши отношения в тайне, и это не раз спасало нам жизнь. Когда-нибудь всё это закончится, и нам больше не придётся скрываться. А пока я просто рад, что он рядом. Настоящей любви не нужны свидетели. Гарри и представить не мог, через что им пришлось пройти за те двенадцать лет, пока Сириус сидел в Азкабане, а Снейп с Ремусом жили порознь, каждый по-своему переживая одиночество. Для него, ребёнка, те годы были достаточно тяжёлыми. У взрослых же были свои, совсем другие проблемы. Он не мог представить, каково это — двенадцать лет скрывать свои чувства к Драко. — Хотелось бы, чтобы вам больше не приходилось скрываться, — тихо сказал он. Ремус улыбнулся и сжал ему плечо. — И я надеюсь. — Он взглянул на часы. — Пожалуй, пойду. Думаю, ты уже достаточно отсиделся, чтобы остальные решили, будто ты перестал дуться. Гарри скривился; удивительно, что их до сих пор никто не потревожил. — Да, наверное. Увидимся завтра? Ремус обнял его и поцеловал в макушку. Если Гарри подрастёт ещё хоть чуть-чуть, Ремусу придётся вставать на цыпочки, чтобы сделать это. Мысль заставила его улыбнуться. — С утра пораньше. Спокойной ночи, Гарри. — И тебе. Ремус отступил и мгновением позже исчез. У Гарри завистливо кольнуло под ложечкой: Снейп и Ремус могли вернуться в Серен Ду и остаться там вдвоём. Однажды он снова будет там — рядом с Драко, со своей семьёй. Ему осталось только дождаться этого дня.

⟣ · · ⟡ · · ⟢

Выходные принесли весёлое оживление и кухонную суету, а запах свежей выпечки заполнил весь дом. Чарли вернулся. Как и обещал, он появился на ужин в тот же день, когда прибыл из Румынии, с красным ожогом на предплечье, который даже не пытался прятать от неодобрительного взгляда матери. Пришёл вместе с Биллом и сразу же поймал Джинни, бросившуюся ему на шею. — Осторожнее с локтями, Джин, — рассмеялся он, делая вид, что задыхается, хотя сам подхватил её и закружил в крепком объятии. Остальные рыжие уже облепили брата, наперебой расспрашивая о валлийском заповеднике и новой работе. Гарри держался чуть в стороне, но Чарли всё равно протиснулся сквозь толпу и крепко его обнял. — Рад тебя видеть, малыш, — улыбнулся он, но тут же посерьёзнел. — Мне жаль насчёт Диггори. И насчёт твоего кузена. У Гарри сжалось сердце. — Да... Спасибо. Но всё равно рад, что ты вернулся. — Только не ты опять! — наигранно простонала Тонкс, появляясь в дверях с лукавой улыбкой. — А я-то думала, наконец избавилась от тебя навсегда. — Перестань, ты же меня обожаешь, — заявил Чарли и, пересекши комнату, заключил авроршу в объятия покрепче, чем Джинни. Тонкс взвизгнула и отпихнула его, когда он попытался чмокнуть её в щёку. Гарри совсем забыл, что они дружат; казалось, с тех пор, как он впервые встретил Тонкс на Кубке мира по квиддичу, прошла целая вечность. — Надеюсь, тебя сожрёт дракон, — заявила Тонкс, театрально вытирая щёку. Чарли расхохотался. — Я тоже скучал, подруга. На шум из кухни выглянули Сириус и Ремус, переглянувшись с лёгкой улыбкой. — Ты, должно быть, Чарли, — сказал Сириус, протягивая руку. Чарли пожал её, с интересом разглядывая его лицо. — А вы, значит, тот самый Сириус Блэк, — усмехнулся он. — Надо признать, вживую вы куда симпатичнее, чем на плакатах «Разыскивается». — Ещё бы, — рассмеялся Сириус. — Фотограф из Азкабана так и не смог поймать мой удачный ракурс, а про освещение там я вообще молчу. Ремус тоже представился, и вскоре всех позвали к столу, ломившемуся от блюд, которые миссис Уизли приготовила в честь возвращения сына. В тот вечер на кухне Гриммо Гарри впервые оказался не в центре внимания: все наперебой расспрашивали Чарли, что с ним было после первого задания Турнира и чем он жил всё это время. Широкоплечий, загорелый, он оживлённо рассказывал о драконах и коллегах, оставшихся в Румынии. В голосе сквозила лёгкая грусть, но радость от встречи с семьёй была сильнее. Никто даже не взглянул на Гарри — разве что, когда Чарли упомянул, что яйца венгерской хвостороги вылупились и теперь она стала ещё свирепее. — Если вдруг захочешь повторить, — подмигнул он. — Обойдусь квиддичем, спасибо, — сухо ответил Гарри. Пусть Чарли оставит своих драконов себе.

⟣ · · ⟡ · · ⟢

Возвращение в Хогвартс было уже так близко, что Гарри почти чувствовал его вкус. Он так ждал этого, что напрочь забыл о списках учебников — пока в дверь его комнаты не постучала Джинни, держа в руках два конверта. — Немного запоздали в этом году, — заметила она, вскрывая свой. — Хорошо хоть всего два новых учебника, — отозвался Гарри, пробегая взглядом свой список. — За себя говори, — фыркнула Джинни. — Мне повезло, что я могу взять старые книги Джорджа. В Косом переулке будет сущий ад. — Мы будем заказывать совой или… — Гарри поморщился, представляя бесконечные очереди. — Мама сама всё купит, когда разберётся, что кому нужно. Так что, полагаю, тебе придётся заказывать совой. В её карих глазах читалось понимание: она отлично знала и о маминых попытках пробраться в хранилище Поттера, и о защите, которую он поставил. У него неприятно сжалось в животе. Пока никто не заподозрил неладного, но он надеялся, что гоблины сумеют удержать Молли подальше, не вызвав подозрений. Джинни между тем поглядывала на конверт в его руках. Гарри, не понимая, чего она ждёт, раскрыл его — внутри оказалось всего два стандартных листка пергамента. — Что? — спросил он, сбитый с толку. — Ничего. Просто подумала… ну, пятый курс всё-таки. Старост ведь выбирают? — А, точно. — Он совсем забыл об этом. — Может, Нев? — Надеюсь! — просияла Джинни. — Его бабушка, наверное, лопнет от гордости. Гарри тоже на это надеялся — Невилл стал бы отличным старостой. Может, это помогло бы ему хоть немного раскрыться. Снизу донёсся пронзительный визг, за которым последовало яростное бормотание портрета миссис Блэк. Гарри с Джинни только переглянулись. — Гермиона? — Гермиона. Кто ж ещё. — Мерлин, спаси нас, — пробормотал Гарри, и Джинни прыснула. Последнее, чего Гермионе не хватало, — это иллюзии власти. Решив покончить с этим сразу, они спустились вниз — и, разумеется, нашли Гермиону, сияющую от счастья, с блестящим значком старосты в руках. А вот настоящий сюрприз ждал рядом: точно такой же значок был у Рона. — Не может быть, — выдохнула Джинни, а потом громче: — Рон, ты староста? — переспросила она так, словно само слово было ей противно. Брат мрачно зыркнул на неё. — А что, нельзя? Да, я староста, — сказал он, выпрямившись и бросив на Гарри торжествующий взгляд. — Что? — В этот момент мимо проходила миссис Уизли с охапкой белья. Рон поднял глаза и показал ей значок. — Ох! Ох, мой мальчик! Ронни, дорогой! — всплеснула она руками. На шум прибежали близнецы и, узнав, что случилось, выглядели не менее брезгливо, чем Джинни. Их шутки не могли скрыть, как их задели слова матери о том, что теперь «вся семья при деле». — Поздравляю, Рон, — сказал Гарри, когда миссис Уизли ушла, пообещав купить сыну новую метлу. Самодовольная улыбка снова вернулась на лицо Рона, но Гарри сохранил невозмутимый вид. — Рад за тебя. Всё-таки здорово, что Дамблдор верит в твою способность совмещать обязанности старосты с подготовкой к СОВ. А мне, пожалуй, хватит просто учёбы и квиддича. Самодовольство на лице Рона дрогнуло — кажется, до него только что дошло, сколько там будет работы. — Верно подмечено, Гарри, — усмехнулся Джордж. — Без всей этой чуши про ответственность. — Не стоит завидовать, Гарри, — произнесла Гермиона с важным видом. — Уверена, профессор Дамблдор имел свои причины выбрать Рона, а не тебя. — О, разумеется, — согласился Гарри, сбивая её с толку. — Я слишком часто влипаю в неприятности, не дело меня поощрять. Нет, правда, удачи вам обоим. Хотя, боюсь, это слегка к чертям рушит твои графики подготовки, над которыми ты так трудилась, Гермиона. У Джинни дернулась щека — она с трудом сдерживала смех. Гермиона нахмурилась. — Да, ты прав. Нужно срочно всё переписать! — Она уже собиралась уйти, но вдруг остановилась. — Гарри, можно мне взять Хедвиг? Хочу написать родителям. Ты ведь не против? Он чуть не сказал «нет» просто из вредности, но Хедвиг с момента его приезда почти не покидала Гриммо: он боялся писать кому-либо, не зная, что именно Дамблдор сочтёт «неприемлемым». — Да, конечно. Пусть полетает. Она наверху, в гостиной с большим окном. А я пойду допакую вещи. Он поднялся по лестнице, оставив Гермиону, с жаром объяснявшую Рону, как нужно переделать их графики учёбы, — так увлечённо, что она даже не замечала ужаса на его лице. Гарри ухмыльнулся про себя. Это было даже слишком легко. Если Дамблдор и ожидал, что он расстроится из-за того, что не стал старостой, значит, старик окончательно потерял связь с реальностью.

⟣ · · ⟡ · · ⟢

Несмотря на свои слова, собирать Гарри было почти нечего. Из Серен Ду он взял лишь то, что могло пригодиться в учебном году, и пара лёгких заклинаний быстро уложило всё в аккуратные стопки. Пока по дому витали радостные пересуды о старостах, Гарри воспользовался моментом и достал двустороннее зеркало. — Драко Малфой. Через несколько секунд на стекле проступило знакомое лицо, и сжатое внутри чувство наконец отпустило. — Привет. Я соскучился. — Я тоже, Шрамоголовый, — отозвался блондин, и в голосе прозвучала мягкость. Под глазами у него залегли тёмные круги, от которых у Гарри сжалось сердце. — Мерлин, не могу дождаться, когда завтра выберусь отсюда. Видел? Списки книг наконец пришли. Я уж думал, про нас забыли. — Похоже, нового преподавателя Защиты Дамблдор нашёл буквально в последний момент, — предположил Гарри. — Но, если судить по книге, я уже разочарован. Слинкхард… прелесть. — Он скривился, и Драко в ответ одобрительно хмыкнул. — Не знаю, кто это, но отец сказал, что Фадж в восторге от назначения. Так что ничего хорошего ждать не стоит. У Гарри неприятно сжался живот. Наверное, зря он шутил про учителей, пытавшихся его убить: те, что служат Министерству, могли быть ещё опаснее. — Впрочем, неважно, — сказал Драко, уголки губ изогнулись в знакомой насмешке. — Ну же, покажи. Гарри моргнул, сбитый с толку. — Что именно? — Ну же, Поттер. — Серебристые глаза чуть потемнели, в голосе зазвучала игривая нотка. — Покажу своё, если покажешь своё. В зеркале появилась его рука, длинные пальцы бережно держали зелёно-серебряный значок старосты. — О! — у Гарри внутри всё перевернулось: радость, гордость, короткий укол зависти и раздражение от мысли, что теперь Драко будет ещё более занят. — Я… эм… не стал старостой. Драко вскинул брови. — Серьёзно? — Чтобы Дамблдор дал мне хоть каплю власти? — фыркнул Гарри. — Не смеши. А то ещё подумаю, будто чего-то стою. — Он закатил глаза, пытаясь скрыть горечь, скользнувшую в голосе. — Я ожидал, он захочет хоть немного поддержать своего Золотого Мальчика, учитывая, что о тебе всё лето пишет «Пророк», — нахмурился Драко. — Жаль. Кто тогда? Лонгботтом? Гарри, должно быть, скривился, потому что Драко побледнел. — Только не говори, что Уизли. — Он и Гермиона, — сухо подтвердил Гарри. — Все, разумеется, в восторге. — Мерлин всемогущий… — пробормотал Драко. — Грейнджер — это было ожидаемо, она с первого курса гонялась за этим значком. Но Уизли, серьёзно? Что у Дамблдора в голове? — Думаю, он просто хотел дать Рону повод присматривать за мной, — пожал плечами Гарри. — Наградил чем-то, чем можно помахать у меня перед носом, чтобы я не забывал, кто здесь главный. Лучше уж ему, чем мне — ещё бы начал ревновать. — Он устало выдохнул. — Похоже, тем, что не расстроился, я только сильнее его разозлил. А мне, если честно, даже спокойнее: меньше забот. — Гарри усмехнулся, взглянув на Драко. — Я-то надеялся, что это освободит мне время, чтобы мы могли прятаться по пустым классам, но, видимо, теперь придётся скучать в одиночестве. — Напротив, — мурлыкнул Драко, и в голосе прозвучала хрипотца, от которой сердце Гарри пропустило удар. — Теперь у меня есть повод бродить по коридорам после отбоя. А у тебя есть твоя замечательная мантия. День рождения казался далеким прошлым. Гарри не мог дождаться, когда снова прижмёт его к себе. — Серьёзно, я горжусь тобой, — сказал он. — Знаю, как ты старался, чтобы получить этот значок. Рон, конечно, заявил бы, что Люциус купил сыну этот значок, но оценки Драко говорили сами за себя. Щёки блондина слегка порозовели, губы тронула довольная улыбка. — Спасибо. Честно говоря, я думал, выберут Блейза. Он политически куда безопаснее. Блейз оставался единственным слизеринцем пятого курса, чья семья не имела прямых связей с Пожирателями Смерти. — При всём уважении к твоему отцу, Снейп бы взбесился, если бы выбрали кого-то кроме тебя. Дамблдор не стал бы спорить, — усмехнулся Гарри. — Не то что с Гриффиндором: Макгонагалл бы ни за что не выбрала Рона. Даже Финниган подошёл бы больше. — Не терпится снять с Уизли баллы в первый же раз, когда он меня оскорбит, — сказал Драко с довольной ухмылкой, и Гарри рассмеялся. — Вот и всё, прощай, Кубок факультетов. Хотя вряд ли нас это спасло бы: штрафы старост всё равно проверяет глава факультета. На том конце раздался глухой звук, и Драко замер. — Мне пора, — прошептал он. — Увидимся завтра. Прежде чем Гарри успел что-то сказать, зеркало потемнело. Он тихо выругался себе под нос. Чем быстрее Драко выберется из этого проклятого дома, тем лучше.

⟣ · · ⟡ · · ⟢

Тем вечером в доме на Гриммо устроили шумный праздник в честь двух новых старост. Кто-то вывесил растяжку, и кухня утонула в красно-золотых тонах. Собралась добрая половина Ордена — кто праздновать, а кто просто ради бесплатной еды, — а миссис Уизли порхала между гостями, сияя от счастья и без конца нахваливая нового старосту в семье. — Гарри, милый, прости, но я не смогла купить тебе учебники, — сообщила она, недовольно нахмурившись. Гарри тут же насторожился. — Гоблины, видишь ли, опять что-то поменяли и без тебя не пустили, даже с твоим ключом. Я бы купила всё вместе, но… этот Слинкхард, знаешь, совсем недешёвый, и… — Не беспокойтесь, миссис Уизли, я закажу совой сегодня перед сном, — спокойно ответил он. Хедвиг уже вернулась от родителей Гермионы, привезя поздравительное письмо и коробку сладостей без сахара. — Думаю, гоблины просто усилили меры безопасности из-за возвращения Волдеморта — боятся, что кто-то окажется под Империусом или вроде того. Он лениво пожал плечами и усмехнулся, на что миссис Уизли лишь тяжело вздохнула. — Что-то вроде того, наверное. Не пойму, о чём думал Альбус, рассылая списки в последний момент. Все эти бедные первогодки сегодня в Косом переулке совсем потерялись! — Она всплеснула руками и поспешила к Кингсли, который только что появился из камина в аврорской форме. Гарри оказался рядом с Чарли и Тонкс, с бутылочкой сливочного пива в руке. Сегодня метаморфмаг выглядела почти как Уизли — с ярко-рыжими волосами до талии и россыпью веснушек. — Профессор Спраут скорее перекопала бы все теплицы, чем сделала меня старостой, — ухмыльнулась Тонкс. — А вот этот парень был гордостью Минервы Макгонагалл. — Она толкнула Чарли локтем, и тот смутился. — Только когда не сидел на отработке за попытку притащить всякую живность, — возразил он. — Или на отработке с тобой за очередную выходку. — Дочь Андромеды Блэк и неприятности? — вставил Сириус с притворным вздохом, прижимая ладонь к груди. — Ну надо же! Гарри знал, что Чарли и Тонкс учились в одном году, но только теперь понял, насколько они были неразлучны в школьные дни. — Талант к неприятностям у вас, похоже, наследственный, — заметил он с притворной невинностью. Сириус расхохотался. — Что-то вроде того, — кивнул он. — Не волнуйся, кузина: в роду Блэков старост не водилось. Только Цисса однажды удостоилась значка. — То есть ты был не старостой? — невинно уточнил Гарри, и за столом снова раздался смех. — Я? Да ты прекрасно знаешь, что мы с Джеймсом слишком часто были на отработках, чтобы претендовать на такое. Нет уж, эта честь досталась нашему дорогому Ремусу. Это он у нас был пай-мальчиком. Все посмотрели туда, где Ремус, кажется, застрял в разговоре с Гермионой — судя по всему, говорилa в основном она. — Похоже на то, — усмехнулся Чарли. — Он прямо создан, чтобы быть образцом для подражания. — Чушь собачья, — отрезал Сириус. — Он придумывал проделок не меньше, чем мы с Джеймсом, просто умел не попадаться. Проклятый волчий нюх, маленький жулик, — проворчал он почти ласково. Он втиснулся между Чарли и Гарри, обнял крестника за плечи. — Нет, значок старосты того не стоит: одна морока. А вот капитанский по квиддичу — другое дело, щеночек. Одни плюсы и никакой ответственности. Ванная у старост, правда, просто сказка. — Ты ведь и капитаном не был, — напомнил Гарри. — Нет, но Робин Уотерс из Когтеврана был, — ухмыльнулся Сириус. — Щедрый парень. За символическую плату делился паролем. — Без подробностей, — поморщился Гарри, изображая тошноту. Чарли тихо хихикнул. — Быть капитаном куда проще, чем старостой, — заметил он. — Говорю как человек, который пробовал и то и другое. — Ну и хвастун, — протянул Сириус, явно довольный. Через комнату Гарри заметил, как Рон бросил на него взгляд. Похоже, рыжий весь день ждал хоть какого-то признака зависти — слова, жеста, чего угодно. Его, наверное, разъедало, что Гарри и правда плевать на все эти значки. Тонкс улизнула поговорить с Кингсли, и Гарри оставил Чарли с Сириусом обмениваться колкостями, а сам направился за добавкой. Обернувшись, он вздрогнул: Грозный Глаз стоял прямо за спиной, сверля его ярко-голубым магическим глазом. — Ладно, Поттер. Есть кое-что, что тебе стоит увидеть. Он знал: перед ним не тот человек, что охотился за ним прошлой осенью, но легче от этого не становилось. За лето Гарри успел понять: Грюм всецело на стороне Дамблдора, а ему это доверия не внушало. Всё же он позволил проводить себя к паре пустых стульев у стола и наблюдал, как тот вынул из кармана сложенную фотографию. Почему Грюм решил, будто это доставит ему удовольствие — непонятно. Смотреть на первый состав Ордена Феникса, на тех, кого уже нет, или на тех, кто пережил и не стал прежним; видеть улыбающихся родителей Невилла рядом со своими... Слишком много молодых лиц, ещё не знавших, что их ждёт. Аппетит пропал окончательно. — Ага. Спасибо, Грюм, — пробормотал он, возвращая снимок и поспешно ретировался. Далеко уйти не успел: миссис Уизли уже поднимала тост в честь старост. Щёки у неё горели румянцем, рука обнимала мечущегося Рона, а на другом конце стола сияла Гермиона. В другой жизни, глядя на это, Гарри, возможно, что-то бы и почувствовал — зависть, гордость, неважно. Сейчас ему было в основном скучно. Чарли открыл бутылку огневиски, осторожно пряча её от родителей, пока она переходила от Билла к Тонкс и даже Кингсли. Как ни хотелось остаться и посмотреть, как компания хмелеет, Гарри понимал: при миссис Уизли ничего по-настоящему интересного не произойдёт. Вместо этого он подкрался к близнецам, которые подначивали Джинни съесть всё более подозрительные драже Берти Боттс. — Пойдём наверх? — тихо спросил он, метнув быстрый взгляд к двери. — Ещё бы, — тут же отозвалась Джинни и швырнула Фреду какое-то странно-фиолетовое драже. — В карты? Они вчетвером тихо ускользнули с кухни, на цыпочках проскользнули мимо портрета миссис Блэк и поднялись в комнату. Там закрыли дверь, расселись на полу, и Гарри достал из сумки колоду карт, спрятанную рядом с одеждой на завтра. — Скажу честно, дружище, не терпится поскорее убраться из этого дома. — заметил Джордж, виртуозно тасуя карты. Гарри согласно хмыкнул. — Жаль оставлять Сириуса, но вернуться в школу, ко всем, будет здорово. — Скучаешь по своему парню? — пропел Фред, расхохотавшись, когда у Гарри вспыхнули щёки. — Подождите… Вы правда знаете, кто это? — прищурилась Джинни, бросив на близнецов испытующий взгляд. — Без комментариев, — объявил Джордж, но ухмылка выдала их с головой. Джинни нахмурилась. — Нечестно. — Прости, Джин. Это не только мой секрет, — не слишком убеждённо извинился Гарри. О многом она знала, но многого и нет, и он не был уверен, насколько крепка её окклюменция. Безопасность Драко была слишком важна. Джинни театрально всхлипнула: — Посмотрим, расскажу ли я тебе хоть что-нибудь про свою личную жизнь, Поттер. Он скорчил рожу, и она пнула его в голень. — Вот этим точно можешь не делиться. Даже если это Невилл. Особенно если это Невилл. При одном упоминании о гриффиндорце Джинни вспыхнула. Близнецы, конечно, тут же воспользовались моментом и начали подтрунивать: сначала из-за Невилла, потом из-за какого-то парня из Когтеврана, которому она, как выяснилось, писала. Гарри только покачал головой, до конца так и не понимая, что у них там творится, но надеялся, что разберутся сами. Похоже, вечеринка внизу вышла не такой весёлой, как задумывалось, и один за другим гости стали перебираться к ним. Сначала заглянул Сириус — раскрасневшийся, немного грустный при мысли, что утром все разъедутся в школу. Следом появился Билл, ворча на каждого, кто советовал ему подстричься. Потом Чарли, за ним Тонкс, и наконец их «унюхал» Ремус, только усмехнувшись при виде переполненной комнаты. — Так вот где настоящая вечеринка? — сухо заметил он, вырывая из рук Сириуса бутылку огневиски и отпивая прямо из горлышка залпом. — Молли уже думает, что народ разошёлся, не попрощавшись. — Упс, — хихикнул Чарли, откинувшись на край кровати. — Нам, пожалуй, и правда пора. Мне утром на работу. — А вам, гриффиндорцы, на поезд, — показала язык Тонкс. — Значит, моя задача — доставить вас туда целыми. — У нас будет охрана? — У тебя будет охрана. — уточнил Билл. Гарри закатил глаза. — Повезло мне. Внизу что-то громыхнуло, и портрет миссис Блэк взвыл. Сириус простонал и поднялся. — Пойду гляну, — пробормотал он, протискиваясь между Чарли и близнецами к двери. Его заметно шатало, и Гарри с Ремусом синхронно вздохнули. — Мы знали, что этот день будет для него тяжёлым, — тихо сказал Ремус, встретившись взглядом с Гарри. — Пойду прослежу, чтобы он не напился до смерти. А вы ложитесь спать. Уже поздно. — Есть, профессор, — пропела Тонкс и тут же прыснула. Ремус закатил глаза. — Я вообще-то не тебе, но теперь буду знать, на каком ты уровне развития, — усмехнулся он. — Всем спокойной ночи. Похоже, это и стало негласным концом вечеринки. Джинни ускользнула, прежде чем мама или Гермиона успели поймать её и начать читать нотации за визит в комнату Гарри. Близнецы аппарировали к себе. Тонкс на прощание пообещала, что увидится с ним утром, и исчезла. Прежде чем Билл и Чарли успели сделать то же, Гарри остановил старшего брата. — Эй, Чарли, помнишь про должок? После матча ловцов прошлым летом. — Что нужно? — откликнулся он без промедления. Гарри помедлил, подбирая слова. — Приглядывай за Сириусом, ладно? Заглядывай время от времени, проверяй, всё ли у него в порядке. И… проследи, чтобы твоя мама не слишком его донимала. Просто… я волнуюсь за него, он ведь здесь, как в клетке. Конечно, Сириус сможет иногда сбегать в Серен Ду, но не так часто, как хотелось бы. Лицо Чарли смягчилось и он хлопнул Гарри по плечу. — Сделал бы и без всяких долгов, — усмехнулся он. — Не переживай. Сириус отличный парень, мы не дадим ему киснуть в одиночестве. Билл буркнул что-то вполголоса, от чего Чарли вспыхнул до кончиков волос и метнул в брата злой взгляд. — Заткнись, — прошипел он, а потом снова повернулся к Гарри. — Думай о школе, ясно? А о Сириусе мы позаботимся. Гарри улыбнулся, чувствуя, как становится легче на душе. Он попрощался с братьями и, наконец, остался один в комнате. Сириус, скорее всего, справится. Но немного лишнего внимания ему точно не повредит.