Наверное, флаффа не будет, любимый!

Место для пикника за городом...Это было просто отлично! Ребята приехали на такси, расплатившись с водителем, пошли за Виталиком, который показал живописную полянку, идеально подходящую для отдыха. Всё было на американский манер: корзина, в ней напитки, фрукты, сэндвичи с ветчиной. Много еды брать не стали. Солнце пригревало, дождей не обещали, и что самое главное — вокруг ни души. Парни разложили тонкие пледы на траве, доставая из корзин еду и напитки. Никита заметил рядом ствол тонкого деревца, крепкий на вид, но, видимо, кем-то сломанный. Может, медведь сломал? А ведь сейчас лето, и лес недалеко совсем! До отъезда домой оставалось две недели, а Никита мысленно уже торопился это время. Город красивый, но родственники Виталия ему пришлись не по душе. — Я когда вернусь домой, — Никита мечтательно закатил глаза, откусывая кусок сэндвича, — на работу устроюсь, вы ещё увидите: буду знаменитым кондитером! — парни рассмеялись, а Никита как ни в чём не бывало продолжал: — Мама внуков хочет, но я ещё не готов к этому, погуляю пока! Жениться надо по любви! — И мы ещё, между прочим, не сходили в ночной клуб и не сняли американских девчонок! Нахера мне достопримечательности местные? Я трахаться хочу! — Гриша укоризненно посмотрел на Виталика. — Веди давай в клуб, пока не улетели обратно! — Тебе бы лишь потрахаться! — фыркнул Виталий. — Сам вроде ростом не вышел, а ебливый, гад! Ребята снова захохотали. — У меня просто монстр в штанах! — проговорил с набитым едой ртом Гриша. — Не то, что у некоторых! Вот тебя зависть и задирает! — Конечно! Прямо весь слюной от зависти изошёлся! — парировал Виталик, открывая банку газировки, из которой тут же брызнул сладкий напиток, немного облив футболку юноши. — Блядь! — выругался Виталик, быстро снимая верх, аккуратно раскладывая футболку на траве. Никита замер, прислушиваясь: вроде, где-то вдалеке послышался звук мотора… Затем он с изумлением заметил мчащуюся к ним машину, похожую на тачку Отто. — Отто что ли? — удивлённо спросил Виталик, вглядываясь в приближающееся авто. — Точно! Чего он тут забыл?.. Автомобиль, добавив ещё большей скорости, доехав до поменявших расслабленные позы на ожидающе-напряжённые парней, резко затормозил почти у корзин с едой. Никита наблюдал, как из тачки вышел Отто и ещё двое мужчин. — Эффектное появление! — спрятав волнение, пробурчал Никита. Приятели Отто нехорошо ухмылялись, а Отто первым делом устремил взгляд на Никиту. — Здорово, парни! – нахально поздоровался один из друзей Отто, жадно рассматривая тела мальчишек. Никите тут же захотелось по-девчачьи прикрыться чем-нибудь от сального взгляда. — Отто, а ты как тут? — обескураженно поинтересовался Виталик, напрягаясь под взглядами троих мужиков. — Да вот, приехал к родителям, а они сказали, что вы тут. Я эти места хорошо знаю, дай, думаю, повидаюсь с ребятушками, а то они ненароком и заскучали, наверное! Все трое заржали скользким, противным смехом. — Ребят...– начал Никита, решая встать с пледа, поскольку чувствовал себя не в своей тарелке. — Да не вставай, Ники! — ощерился Отто, довольно резко приседая и откидывая Никиту обратно на плед. — Я на тебя сразу запал, Ники, придётся тебе принять меня, любимый! — Да что за нахуй-то з… Не видя ничего от бешеного страха, Никита все же услышал напуганный возглас Виталика. А дальше, как в самых хуёвых ужастиках, раздались болезненные выкрики и возня. Перевернувшись на живот, Никита в глубоком шоке смотрел, как один из приятелей Отто, схватив Виталика, сдёрнул с него шорты, насаживая задом на голый ствол того деревца. Слюна потекла изо рта Никиты, он видел, как забарахтался насаженный на тонкий, но крепкий ствол Виталик, вопя от боли. Что-то склизко-противное комками потекло по шершавому стволу из порванного нутра друга. Другой мужик, навалившись на Гришу, уцепился за его щёку, рванув её вбок. Никита уже не различал крики друзей, сам хрипя от кошмарного зрелища. — Господи Боже мой!..– зарыдал Никита, опорожняя мочевой пузырь, сзади тяжело придавили к земле, впившись острым и разрывая ярёмную вену. Никита дергался в смертельном мучении, не имея возможности сопротивляться, но это было и не по силам обычному человеку. В глазах Никиты расстилался красный туман, в голове потяжелело, он уже ничего не видел толком, даже боли не чувствовал. Было тягучее чувство гибели, жизнь не пронеслась перед глазами, нет. Он горел внутри, но это была не совсем боль. А дальше Никита впал в предсмертное состояние. Отто знал, что Никита скоро очнётся, ему будет больно, очень больно, возможно, боль продлиться более суток, но он не сможет помочь ему. Никита будет «жить» совсем как Отто, потому что мужчина не отпустит его от себя. Теперь этот мальчик его, родители будут очень рады за счастье своего сына. Сознание Никиты угасало, последнее, что он услышал в своей жизни — это бешеный смех шлюхи Динь и умирающий хрип капитана Крюка.