Наверное, флаффа не будет, любимый!

Клыки отчего-то не росли, а жрать хотелось неимоверно. Первая человеческая еда после превращения вышла с болезненным поносом. Никита всё ещё мог чувствовать. — Поехали! – в одну из начинающихся ночей небрежно бросил Никите Отто. — Куда? – бессильно прошептал Никита, равнодушно смотря на довольное лицо своего ненавистного любовника. — Покормлю тебя, любимый! – оскалился мужчина.– А то сдохнешь ещё, а у меня на тебя долгоиграющие планы! Тебе лучше уже, я вижу. Одевайся и поехали! Никита встал с разобранной кровати, увидев на спинке стула, стоящего рядом с кроватью новую одежду. Дальше они ехали куда-то, а куда, Никите было неинтересно. Всё мельтешило перед глазами: огни улиц, клубы, казино, девичьи возгласы, но Никита старался ни на кого не смотреть, тащась следом за Отто. Ноги передвигались плохо, поэтому Отто нетерпеливо схватив Никиту за руку, быстро повёл его за собой. Они зашли в казино, и в другое время Никита бы с удовольствием посмотрел обстановку внутри увеселительного заведения, но теперь ему было на всё наплевать. — Сейчас я улажу кое-какие дела, а ты посиди пока в зале и никуда не уходи! – издеваясь, протянул Отто. Ещё бы.. Куда ему уходить? Ему бы не свалиться с барного стула, пока этот урод улаживает свои дела. Через минут десять Отто вышел из-за закутка слева барной стойки и, приобняв находящегося в трансе Никиту, повёл его туда, откуда только что пришёл. — Давай, Ники, сейчас я тебя покормлю! В помещении, куда его завёл Отто, было прохладно, а на полу, раскинув руки, лежал юноша, и похоже, он был без сознания. — Что?.. – лицо Никиты непонятливо вытянулось.– Что это?.. — Твой будущий ужин! – ухмыльнулся клыкастой улыбкой мужчина. – Он спит. Крепко. Давай я помогу тебе, ведь у тебя ещё не выросли твои зубки, малыш! — Я.. Я не буду! – попятился к дверям Никита, застучав пока ещё человеческими зубами. — Сдохнуть хочешь? – спокойно поинтересовался Отто. – Смотри, Ники! Ему не будет больно, если тебя это беспокоит. Сейчас я сделаю ему хорошо! Отто с мерзкой улыбкой уставился на лежащего юношу, и Никита с изумлением смотрел, как мальчишка начал извиваться на полу. С губ парня срывались самые пошлые стоны, какие только слышал Никита. — Да.. Да.. Трахай меня.. Боже.. Боже мой! – в экстазе выкрикивал юноша, залезая ладонью себе под брюки. Никита, облизнул пересохшие губы, переводя взгляд на Отто, который, смотря на широко раскинувшего ноги парня, поглаживал свой пах. — Ты что.. – шокировано просипел Никита, глядя полными ужаса глазами на Отто. – Ты.. Ты его во сне трахаешь, что ли?. — Ну смотри, как ему нравится! – возбужденно прошептал Отто.– Восхитительно! Тебе вот не очень со мной понравилось. Но ты не ревнуй, любимый. Я ж это делаю для тебя. Сейчас я немножко попробую наш сладкий ужин, чтобы тебе было проще.. Отто, подойдя к парню, встал перед ним на колени, легко приподняв на себя. Медленно проведя языком по шее юноши, Отто впился клыками в яремную вену жертвы, сильнее удерживая его на своих коленях. Парень задёргался, болезненно вскрикнув, но глаз не открыл, а вот Никита хотел бы сейчас проснуться, только вот то, что с ним происходило, было не сном. — Подойди сюда, Ники! – глаза упыря горели алым. – Кровь – это жизнь! Это сладкий нектар, любимый. Давай, попробуй, и поверь мне на слово: лучше ты никогда в жизни и не пробовал! Нет, нет, нет! Он не будет! Он не монстр! Он – человек! Человек.. Не монстр! Нет! Но запах крови заставил затрепетать ноздри Никиты, словно он был дикий голодный зверь, учуявший свою добычу. Он так давно не ел! Манящий запах был совершенен. Никита, как под гипнозом, приблизился к Отто, который опустил истекающего кровью юношу обратно на пол. Нет.. Но не было сил сопротивляться. Он – монстр. Никита, упав на колени, зашипел, набрасываясь на еду. Это еда, пока ещё живая. Вкусно. Никита урча разрывал горло жертвы до конца, и ему показалось, что у него заострились зубы. Неужели?.. Никита жрал, краем уха слыша довольный смех упыря, который сделал из него кровожадное существо. Вкусно! И правда, не было ничего вкуснее этой пищи! — Скоро я познакомлю тебя с родителями, любимый, в качестве своей пары. Никита рыкнув на это, продолжил вгрызаться в уже мёртвую плоть человека. Похоже, он опять провалился в небытие на время. Никита очнулся в доме Отто. В животе больше не было резей. Сытно. Никита заскулил, вспоминая, что он сделал с бедным парнем. Сволочь! Это проклятое чудовище сделало его таким! Такой же тварью! Никита бы заплакал, но он больше не умел этого делать. Нет, он не будет кровососом. Нет. И эти уроды – родители Отто, заслужили самую адовую гибель, что только могла существовать на земле. Никита не собирался мириться с ролью чудовища, но за свою жизнь, которую у него отняли, он должен был отомстить.