Одно неверное решение

      В жизни Джисона было несколько моментов, о которых он позже пожалел.               Когда ему было десять лет, он не послушался маму и отправился гулять зимой без шапки. Из-за этого он целый месяц провел на больничном с воспалением ушей.               В пятнадцать, в порыве юношеского бунта, он вместе с другом обесцветил волосы какой-то дешевой краской, обещавшей ослепительный блонд. Однако результат оказался далеким от ожиданий: его волосы приобрели желтый оттенок, с которым он долго ходил, как одуванчик.              Когда за день до того, как должны были фотографировать для выпускного альбома, у него выскочил огромный прыщ, хотя даже в пубертат его кожа была идеальной. В надежде на чудо он выдавил его, и теперь у всех двадцати четырех его бывших одноклассников в выпускном альбоме красовались фотки Джисона с невероятно большим красным пятном на лбу.               Однако решение, о котором он больше всего сожалел, было принято неделю назад. Именно из-за этого решения он сейчас смотрел на спину своего парня, хотя должен был приятно проводить с ним время на свидании. И если бы у него была возможность изменить прошлое, он бы непременно это сделал.       

       За семь дней до пушистой катастрофы

              Скучная пара по иностранной литературе тянулась так мучительно долго, что даже игры на телефоне не помогали ускорить время. Он обожал госпожу Ким за ее доброту и понимание, за ее интересные практические задания и за умение развивать критическое мышление у студентов. Однако сегодня что-то пошло не так: то ли луна была не в том положении, то ли он встал не с той ноги, то ли Шекспир вызвал у него какие-то странные эмоции, но все, чего он хотел в данный момент, чтобы госпожа Ким помолчала.               Преподаватель начала пару с обсуждения исторического контекста создания пьесы, рассказала о временах Шекспира, о его жизни и влиянии на литературу. Затем она затронула основные темы произведения: любовь, ненависть, судьбу и конфликт. А занятие все никак не заканчивалось. Джисон уже начал думать, что сам Шекспир, услышав на небесах, ну или в аду, где он там обитал после смерти, что о нем говорят, специально замедлил время, чтобы о нем подольше поболтали, самовлюбленный индюк.               Джисон мечтал оказаться дома. Он был голоден и хотел пообедать или правильнее сказать поужинать, сейчас начало пятого. Кроме того, ему не терпелось посмотреть новую серию аниме, которая вышла сегодня утром. Но больше всего ему хотелось обнять своего любимого человека.               Сегодня Минхо рано ушел на работу, оставив Джисона мирно спать, наслаждаясь неизвестно каким по счету сном. У них не было того сладкого момента, который обычно бывает по утрам, когда они, сонные, нежились в постели, лениво обнимались и целовали друг друга.               Была ли в этом вина Джисона? Он так не думал, даже если и выпнул своего парня с кровати, когда тот попытался прижаться к нему. Просто ему нужно было ко второй паре, и впервые за весь семестр он мог нормально выспаться.               Джисон, в очередной раз проиграв уровень, посмотрел на время, радуясь, что до конца пары осталось десять минут.               — Джисон, — шепотом окликнул Феликс, сидящий справа от него.               Феликс был его лучшим другом, его второй половиной, близнецом, с которым их разделили в роддоме, а еще братом Минхо. У него были очаровательные веснушки и ослепительная улыбка, и весь он был такой нереальный, словно сошел со страниц какой-то сказки. Пока не открывал рот, и тогда становилась понятно, что сказка то была с перчинкой и определенно для взрослых.               — Мм, — хмыкнул он в ответ, не отрываясь от игры.               — Сходишь со мной кое-куда после пар? — он прошептал это с такой интонацией, перед которой никто не мог устоять.               — Далеко? А то я очень хочу домой, у меня нет никакого желания расхаживать по городу, — ответил он, наконец, переведя взгляд на друга. И тут же увидел его огромные глазища, с мольбой смотрящие на него — Ладно, можешь не говорить куда, конечно я схожу с тобой.               Феликс даже подпрыгнул на стуле, тихонечко пискнув:               — Ура! — радостно зашептал он, — Не переживай, мы быстро, ты окажешься в объятиях хёна раньше, чем он успеет от тебя отдохнуть.               Звонок, возвестивший об окончании пары, прозвучал как раз в тот момент, когда Джисон с возмущением воскликнул:               — ЧТО? Он что-то тебе говорил? Минхо устал от меня? — начал тараторить он. — Ну же, Ликс, скажи мне, твой брат хочет со мной расстаться? — он был так потрясен брошенной другом фразой, что совершенно не обращал внимание на своих одногруппников, спешивших уйти домой.               — Ты дурак? Хён души в тебе не чает, о каком расставании ты говоришь? — Феликс смерил его полным неверия взглядом, закатывая глаза.               — Я говорю? Это ты начал, — возмущенно пыхтел Джисон. — Почему ты сказал, что он не успеет отдохнуть от меня? — уже намного жалобнее спросил он.               — Сони, я же пошутил. Прости, не думал, что ты так отреагируешь, — заверил его Феликс, целуя в макушку. — Собирайся, а то мы остались последние, вдруг нас закроют в аудитории, и будем мы ночевать здесь, голодные и холодные.               Джисон огляделся по сторонам, замечая, что и правда, они остались одни в огромной аудитории. Он быстро начал запихивать все в рюкзак, желая поскорее уйти из университета.               — Я и правда голодный, ничего не ел с самого утра, если кофе с тостом можно считать за еду, — пожаловался он, выходя вместе с Феликсом из здания.               — Как Минхо отпустил тебя на учебу без полноценного завтрака?               — Он ушел еще до того, как я проснулся, поэтому ничего не знает, и лучше бы все так и оставалось, — он многозначительно посмотрел на Феликса.               — Когда это я рассказывал ему что-нибудь, что ты говорил мне по секрету? — возмущенно спросил Феликс, пихая Джисона в бок.               — Никогда, поэтому я и люблю тебя. И еще за то, что ты познакомил меня со своим братом, а ныне с любовью всей моей жизни, — засмеялся он. — Ты мне расскажешь, куда мы идем?               — Я тебя тоже люблю, помни об этом, когда захочешь закатить истерику по поводу нашего места назначения, — мило улыбнулся Феликс.               — Мне совсем не нравится твой тон. Скажи, что мы просто идем в какое-нибудь модное кафе со странными блюдами, — умоляюще протянул Джисон.               — Мы идем в один магазинчик, который открылся совсем недавно. Я увидел пост в твиттере, там на фото были всякие интересные штучки, и мне захотелось сходить туда.               Тон Феликса звучал слишком буднично, поэтому Джисон сразу же заподозрил неладное. Не мог тот говорить о каком-нибудь магазине косметики таким тоном. А где еще могут быть интересные штучки? Осознание словно молотком ударило его по голове, и он остановился, как вкопанный, широко раскрытыми глазами смотря на Феликса.               — Ликси, только не говори мне, что мы идем в секс-шоп!? — практически прокричал он.               — Помни, про нашу любовь.               — К черту, я передумал, никакой любви не существует. За исключением Минхо, его я люблю безмерно, — быстро исправился Джисон. — Я не пойду с тобой, — при этих словах Феликс мертвой хваткой вцепился в его руку, не давая сменить направление.               — Джи, ну пожаааалуйста, — начал канючить тот. — Я там увидел одну штучку и хочу ее попробовать. А потом зайдем в кафе.               — Чан-хён тебя не удовлетворяет? — спросил Джисон, не уверенный в том, хочет ли он услышать ответ на этот вопрос.               — Удовлетворяет конечно, дело не в этом. Просто иногда хочется как-то разнообразить свою сексуальную жизнь. Например, у нас есть анальная пробка специальной формы, которая четко упирается в простату, но главное в ней то, что ей можно управлять с помощью приложения на телефоне. И вот я встав… — Феликс не смог закончить свой увлекательный рассказ, потому что Джисон пихнул его локтем в бок, скривившись от отвращения.               — Боже, замолчи! Я не хочу представлять, как мои друзья занимаются сексом. А тем более ты — практически мой родственник, — Джисон с трудом, но все же освободился от рук Феликса, и, тяжело вздохнув, переплел их пальцы. — Ладно, пошли в твой извращенский магазин, но в кафе платишь ты.               Яркая улыбка вспыхнула на лице Феликса, обнажая зубы.               — Ура! — воскликнул он, крепче сжимая переплетенные пальцы. — Я тебе куплю самое большое пирожное.               Магазин находился примерно в пятнадцати минутах ходьбы от их университета. В витрине не было выставлено никаких провокационных товаров, небольшая вывеска «Тайны наслаждения» светила приглушенным неоновым светом. И если бы не табличка «Магазин для взрослых», Джисон бы никогда не подумал, что здесь находится секс-шоп.               Внутри все было в светлых тонах: стены пастельно-розового цвета, белоснежный пол, который отражал мягкий розоватый свет от ярких светильников. Возле одной из стен стоял небольшой диван, обитый мягкой пушистой тканью, на котором лежали фигурные подушки. И, конечно же, множество стеллажей, заставленных разнообразными эротическими товарами.               Джисон совершенно не так представлял себе секс-шоп. Он думал, в таких магазинах все должно быть пошло, грязно, везде цепи и неприятно пахнет. Здесь же в воздухе витал неуловимый запах чего-то сладкого, а обстановка была очень милой и располагающей. Ему хотелось поближе рассмотреть яркие и необычные штучки, которые манили своим разнообразием. Возможно, он даже устроился бы на диване, что бы проверить его мягкость и рассмотреть поближе замысловатые подушки.               — Закрой рот, а то муха влетит, — посмеялся Феликс.               — Здесь все так... миленько, — неуверенным тоном ответил Джисон.               — А ты думал, здесь будет подземелье в черно-красных тонах с цепями на стенах, и в каждом темном углу будут прятаться извращенцы? — посмеивался Феликс, с недоверием смотря на него.               — Ну...да. Я не знаю, понял, я никогда не был в секс-шопах, — оправдывался Джисон. — Давай, иди бери что ты там хотел и пошли, я скоро умру от голода.               — Ты такой скучный, давай хотя-бы посмотрим здесь все.               — Здравствуйте! Чем я могу вам помочь? — с приветливой улыбкой обратился к ним молодой человек, который словно был создан для этого магазина. Он был примерно их возраста, со светло-розовыми волосами, уложенными легкими волнами, в выбеленных голубых джинсах и белой футболке. И если бы не бейдж на груди с именем Чонин и названием магазина, Джисон бы подумал, что сюда забрел какой-то популярный айдол, настолько хорошо выглядел парень.               — Мы сначала сами все посмотрим, а потом обратимся к вам, — лучезарно улыбаясь, заверил его Феликс.               — Хорошо, я буду за стойкой, — сказал консультант, указывая рукой нужное направление. — Если вам что-то понадобится, просто позовите меня, — улыбнувшись так широко, что глаза стали маленькими щелочками, парень направился к стойке.               Они провели примерно полчаса просто блуждая между стеллажами и полками, И еще столько же времени потребовалось Феликсу, чтобы, наконец-то, выбрать то, что ему нужно. Впрочем, не только Феликсу — он тоже приобрел несколько интересных вещичек.               — Ты ограбил кого-то? Откуда у тебя столько денег? — все еще не мог прийти в себя Джисон от озвученной суммы покупок.               — Ага, ограбил... Чанни-хёна, — посмеялся Феликс. — Пошли уже, угощу тебя десертом в качестве компенсации, хотя в следующий раз я этого делать не буду, ты ведь тоже купил себе много чего.               — Купил, но это ты мне втюхал какую-то невъебенную смазку, от который я голову потеряю, а еще и тот набор, на который я потратил все свои сбережения, — возмущенно пыхтел Джисон, пока крутил головой по сторонам в поисках кафе, — Вон, смотри, там кафе.               На противоположной стороне улицы и правда красовалась большая вывеска с надписью «Мурлыкающий уголок» и изображением кофейной чашки с котом внутри.               Друзья быстро перешли дорогу, и чем ближе они подходили к заведению, тем более радостным становился Джисон. Сквозь большие окна можно было рассмотреть интерьер кафе, и теперь он понимал, почему оно так называлось. Внутри, среди столиков и разнообразных сооружений, прогуливались коты. Но прежде чем он успел поделиться своими впечатлениями с Феликсом, в кармане завибрировал телефон.        Минхо💕 Джисони, ты скоро придешь? Я почти закончил ужин

       Джисон

скоро буду

люблю

✗♡✗♡

              — Я не пойду в кафе, хён приготовил ужин и ждет меня, — убирая телефон обратно в карман, сказал Джисон.               — Раз мы все равно дошли до него, давай зайдем, я куплю тебе десерт с собой, — предложил Феликс, уже открывая дверь.               Как только Джисон зашел внутрь, он подумал, что попал в настоящий рай. Просторное помещение излучало тепло и уют, в центре была большая деревянная конструкция, напоминающая дерево, стены были украшены причудливыми лесенками, туннелями и проходами. Но самое удивительное — повсюду сновали коты. Эти пушистые создания свободно ходили между столиками, играли с игрушками и посетителями.               — Джи, здесь котики! — восторженно пищал Феликс, прижимаясь к нему, — Они такие милые! Я останусь здесь жить, уходи без меня.               — Я с радостью оставлю тебя здесь, но только после того, как ты купишь мне десерт, — с улыбкой ответил Джисон, взяв друга за руку и потянув его к витрине-прилавку в глубине зала.               Ну все, теперь и Джисон хочет здесь жить. В стеклянной витрине стояли разнообразные десерты, которых он раньше никогда не видел, но самое удивительное — все угощения были оформлены в виде котов! Сладкий хлеб, пончики, пудинг, печенье, бисквиты у всего были кошачьи ушки и милые мордочки. Глаза Джисона заблестели от восторга, а во рту скопилась слюна. Он словно в сладком трансе переводил взгляд с одного десерта на другой, не в силах сделать выбор.               — Здравствуйте! За какой столик хотите присесть? — поинтересовалась милая рыжеволосая девушка.               — Здравствуйте! К большому сожалению, нам с собой. — ответил Феликс. — Ты решил, что хочешь? — повернувшись к Джисону спросил он.               — Я...я хочу все, — он не решался назвать что-то конкретное. — А вот эти булочки с чем? — спросил он у администратора, указывая на небольшие круглые булочки с маленькими острыми ушками и шоколадной мордочкой.               — Остались только со сладкой пастой из красных бобов, — любезно ответила девушка.               — А вот эти пончики? — спросил он, с любопытством разглядывая круглое лакомство с разноцветной посыпкой и забавными ушками.               — Начинка зависит от цвета глазури, белые с ванилью, розовые с клубничной начинкой, ну а коричневые — шоколадные.               — Можно тогда один шоколадный и один клубничный, пожалуйста, — говоря это, он переводил взгляд с администратора на Феликса, ведь именно он будет оплачивать заказ.               — А мне можно четыре макаруна с разными вкусами, и упакуйте наши заказы в разные пакеты, — с улыбкой попросил Феликс.               Пока девушка собирала их заказ, Джисон достал телефон, фотографируя небольшого черного кота, который сидел на полочке на стене и внимательно наблюдал за ним. Затем он сделал пару снимков десертов и снял двух котиков, которые чуть дальше играли с дразнилкой. Он бы провел здесь целый день, играя с пушистыми созданиями и пробуя замысловатые десерты.               — Вот, ваш заказ. Я вам положила брошюрку, там есть все наши соцсети и номер телефона для бронирования. Будем рады видеть вас снова! — улыбаясь, девушка передала им крафтовые пакеты.               — Спасибо, до свидания! — в один голос проговорили они с Феликсом.               Дорога до того места, где им пришлось разойтись, пролетела незаметно в непринужденной болтовне. Они поговорили о задании к занятию по медийному праву в понедельник, обсудили странную прическу их однокурсника Сынмина и даже поспорили о том, с каким питомцем проще: с кошкой или собакой. В итоге пришли к выводу, что содержание любого животного — это большая ответственность.               — Пока, передавай хёну привет, — попрощался Феликс, крепко обнимая друга. — Напиши, как доберешься до дома.               — Хорошо, ты тоже напиши, и только потом падай в объятья Чана, а не как всегда, — возмущался Джисон, — Я же волнуюсь! — помахав рукой, он развернулся и направился к своему дому.                      — Чаги, я дома! — радостно воскликнул он, едва переступив порог. Не теряя времени, он снял обувь и поспешил в комнату, ощущая аромат вкусной еды.               — Джисони, ты поздно, — без капли упрека заметил Минхо, подходя к нему и нежно целуя в щеку. — Что ты принес?               — Феликс затащил меня в магазин, а потом мы заглянули в кафе, поэтому я так поздно. Но, — с довольным видом он протянул своему парню пакет из кофейни. — Вот, после ужина попробуем.               — Мм, вкусненькое. Я сделал жареную лапшу с овощами, иди умывайся, а я пока накрою на стол.                      Уже поздним вечером, поужинав, они удобно устроились перед телевизором, собираясь насладиться десертом. Джисон открыл пакет, доставая оттуда белый непрозрачный контейнер, перевязанный зеленой ленточкой, и брошюру. Отложив красочный рекламный буклетик на столик, он сосредоточил все внимание на десерте. С осторожностью развязав ленточку, он открыл крышку контейнера и услышал, как рядом с ним громко вздохнул Минхо, пододвигаясь ближе.               — Вау! А это точно можно есть? Они такие симпатичные, — Минхо с восторгом рассматривал разноцветные пончики.               — Их нужно есть. Один шоколадный, другой клубничный, — пояснил Джисон. — Я подумал, что мы могли бы разделить их на две части, и тогда каждый сможет попробовать разные вкусы.               — Сейчас принесу нож, — Минхо быстро направился на кухню, по пути спрашивая, — Тебе взять что-нибудь попить?               Сейчас Джисон ничего не хотел, но он был уверен, что съев десерт, его будет мучить жажда.               — Возьми на свое усмотрение, мне все равно, — крикнул он в ответ.               Пока Джисон включал новую серию аниме, Минхо уже принес нож и два стакана с напитками, в одном была вода, а во втором апельсиновый сок, его любимый.               — Я тоже не смог выбрать, — посмеялся он, разрезая пончики.               При первом укусе у Джисона округлились глаза, и он издал блаженный звук. Это было невероятно вкусно: слегка хрустящая сахарная корочка, за которой скрывалась мягкая, пористая текстура, а шоколадный крем таял на языке, словно облачко, обволакивая его нежной сладостью.               — Это божественно, — наконец произнес он, доев первую половинку, — Тебе понравилось, хён?               — Ты еще спрашиваешь? Это лучший пончик, который я пробовал за всю свою жизнь, — усмехнулся он, протягивая руку за второй половинкой.               Этот пончик оказался еще вкуснее. Клубничный джем буквально взрывался на языке, добавляя свежести и кислинки, которые идеально контрастировали с общей сладостью.               — Ммм, — разочаровано промычал он, облизывая пальцы, — Почему так мало, надо было взять еще и ванильный.               Минхо мягко рассмеялся, притягивая Джисона за руку к себе, и оставил нежный поцелуй на его губах.               — Ммм, сладко, ты сладкий, — он опять соединяет их губы, на этот раз чуть настойчивее.               Их губы, мягкие и сладкие от десерта, медленно скользили друг по другу. Весь окружающий мир отошел на второй план, остались только они и их дыхание, которое становилось все более учащенным, подстраиваясь под их ритм. Время потеряло свою силу, каждая секунда растягивалась, позволяя им наслаждаться друг другом.               Понемногу движения губ стали замедляться, пока полностью не прекратились, и они просто сидели, прижавшись и наслаждаясь друг к другом.               — Люблю тебя, — негромко произнес Минхо, еще раз чмокая его в губы.               — Я тебя тоже люблю, хён.               И тут ему в голову пришла замечательная идея, почему бы не сходить с Минхо на свидание в это кафе. Это же идеально, они любят кофе, десерты и котов, а ну еще и друг друга, и это кафе идеально по всем показателям.               Как же он тогда ошибался.       

       День катастрофы

                     Джисон вынырнул ото сна, не понимая, что послужило причиной его пробуждения. Он попытался перевернуться на другой бок, но ничего не вышло, его всего будто придавило к кровати. Он сделал еще одну попытку, но все было напрасно, тело не сдвинулось ни на миллиметр. Легкая паника начала ползти по позвоночнику, но он сопротивлялся, не давал тревоге занять его мысли.               Он засучил ногами по кровати, благо они двигались, и издал какой-то мучительно-раздосадованный звук, пытаясь выбраться из-под тяжести. Прямо над ухом раздался мягкий смешок, и он распахнул глаза, которые до сих пор были закрыты.               В комнате царили предрассветные сумерки, но окружающая обстановка была прекрасна видна. Опустив взгляд вниз, он понял, что тяжесть, придавившая его к кровати, принадлежала Минхо. Точнее, это был сам Минхо. Джисон лежал на спине, а старший, перекинув через него ногу, как обезьянка, оплетал его всеми конечностями, не давая двигаться.               — Ммм, сколько время? — спросил он хриплым голосом, еще не успев отойти ото сна, и наконец, когда Минхо слегка ослабил хватку, повернулся к нему лицом.               — У нас есть примерно десять минут до подъема, — слова звучали на грани шепота.               Минхо придвинулся ближе и уткнулся лицом куда-то в шею Джисона. Горячее, влажное дыхание коснулось кожи, пуская мурашки по разморенному сном телу.               Рука Джисона легла на бедро, которое все еще покоилось на его теле, пальцы нежно сжали мягкую, теплую плоть. Минхо прерывисто выдохнул, невесомо прижимаясь губами к Джисону, под подбородком, вниз по шее, слегка всасывая кожу. Остановившись на ключицах, он прикусил выступающую косточку, сразу же зализывая укус. Джисон дернулся, издав хриплый стон:               — Хён, мы не можем, — но несмотря на свои слова, он откинул голову назад, предоставляя больший доступ, и его рука заскользила вверх по бедру Минхо, сжимая в ладони ягодицу.               — Что мы не можем? — Минхо запустил пальцы в растрепанные локоны Джисона, просто массируя кожу головы. — Обниматься? — язык заскользил вверх по шее Джисона, оставляя за собой влажный след. — Почему? — ладонь переместилась на круглую щеку, большой палец обвел скулу, и, приподнявшись, Минхо чмокнул его в нос, а затем начал высвобождаться из его объятий.               Джисон потянулся вслед за телом старшего, не желая выпускать его из рук.               — Вернись, — голос был на грани мольбы. — Я не это имел в виду.               И именно в тот момент, когда Минхо открыл рот для ответа, на всю комнату раздалась мелодия будильника.               — Угх, почемуууу, — захныкал Джисон, — Я хочу с тобой еще пообниматься, — он повернулся на живот и уткнулся лицом в подушку.               Минхо засмеялся:               — А кто несколько минут назад говорил, что мы не можем? — он обошел кровать и сильно шлепнул его по заднице.               — Ауч, больно, — Джисон схватился за свои горящие ягодицы, но не предпринял ни одной попытки встать.               — Если я выйду из душа, а ты все еще будешь валяться, то я отшлепаю тебя так, что ты не сможешь сидеть ближайшую неделю, — угрожающе сказал Минхо, доставая из шкафа чистую одежду. Затем он подошел к кровати и нежно поцеловал тыльную сторону ладони, которая все еще была прижата к ягодице.               — Ммм, какое интересное предложение, — захихикал Джисон, но начал вылезать из постели. — Но моя задница слишком драгоценна, чтобы так с ней обращаться.               — Хорошо, в следующий раз, когда ты будешь просить сильнее, я тебе припомню эти слова, — рассмеялся Минхо, выходя из комнаты.               — Дурак, — пробубнил он себе под нос, шлепая босыми ногами на кухню.               Он включил кофемашину, подаренную родителями Минхо, храни господь этих прекрасных людей, если бы не эта малышка, он бы засыпал уже на первой паре и разорился, покупая кофе в автоматах. Открыв холодильник, Джисон задумчиво окинул взглядом все полки. Приготовлением пищи обычно занимался Минхо, но это не значит, что Джисон не умел готовить. Просто у его парня был врожденный талант к кулинарии, и все его блюда получались просто замечательно. А вот Джисон, несмотря на все свои старания, мог что-нибудь сжечь или поранить себя из-за своей неуклюжести.               Он решил приготовить яичные блинчики. И в тот момент, когда он, нарезав все ингредиенты и взбив яйца, поставил сковородку на плиту, в кухню вошел Минхо. На нем были джинсы и белая футболка, а волосы уже были высушены.               Прижавшись к Джисону со спины, он обхватил его руками за талию, положив голову на плечо.               — Иди в душ, я закончу с завтраком, — промурлыкал он на ухо, начиная медленно раскачивать их из стороны в сторону, — Тебе горячий кофе или со льдом?               — Спасибо, чаги. Холодный, — и, на мгновение задумавшись, добавил. — А у нас не осталось мороженого? Хочу с ним.               Повернувшись в кольце рук Минхо, он посмотрел на него, слегка надув губы и похлопав ресницами. Он знал, что это выражение лица безотказно действует на старшего, и с удовольствием пользовался этим.               — Я посмотрю, — оставив короткий поцелуй на пухлых губах, Минхо направился к плите, чтобы налить яичную смесь на сковороду.                      Уже перед выходом из дома, Джисон напомнил о предстоящем свидании:               — Хён, не забудь, вечером мы идем в кафе, — надевая обувь, произнес Джисон и потянулся за рюкзаком.               — Как я могу забыть о таком? — усмехнулся Минхо, закрывая за ними дверь. — Ты же всю неделю без умолку болтал об этом.               — Эй, — возмутился Джисон, ударив его по плечу. — То есть ты не хочешь идти со мной на свидание? Все понятно, пока, — и он развернулся, чтобы уйти.               Но Минхо поймал его за руку, притянул к себе и обнял:               — Глупый, я очень хочу пойти с тобой на свидание, — крепче сжав его в своих руках, он выдыхнул ему на ухо. — А после него я хочу проводить тебя до дома и поцеловать, и не только в губы.               Покраснев, Джисон отпихнул его от себя:               — Извращенец, мы же на улице, веди себя прилично.               — А что неприличного в том, что я хочу поцеловать тебя не только в губы, но и в твои пухлые щечки? — с усмешкой спросил Минхо, а в его глазах заблестели искорки.               — Ты такой дурак, хён, — надув губы, Джисон поправил лямку рюкзака, — До вечера!               И развернувшись, чтобы пойти на автобус, он услышал возглас Минхо:               — И не только те, что на лице.               От этих слов его тело словно вспыхнуло огнем. Уши стали красными, румянец окрасил щеки, спускаясь вниз на шею. Боже, его парень такой дурак, но он его так любит.                      Время до вечера пронеслось молниеносно. Ему казалось, что только пару мгновений назад он перешагнул порог университета, но вот уже осталось полчаса до окончания последней пары. Его голову заполняли только мысли о предстоящих планах на вечер.               Чем ближе стрелки часов подбирались к заветным 16.00, тем сильнее стучало сердце. Это было далеко не первое их свидание, они вместе больше трех лет, так почему, его охватывало волнение? Но это было то приятное волнующее предвкушение, от которого все тело становилось необычайно легким, а сердце ухало в груди так громко, что, казалось, его биение было слышно всем окружающим.               Экран телефона, лежащего на столе, загорелся, и раздался звук вибрации, сигнализирующий о новом сообщении.        Минхо💕 Минут через 10 приду Жди возле ворот       

       Джисон

      ОК

✗♡✗♡

              Он вздрогнул, когда раздался звонок. Звук был слишком громким и неожиданным.               — Ты весь день, как на иголках, все нормально? — слова Феликса были пропитаны беспокойством, он внимательно смотрел, как Джисон собирает вещи, стараясь успокоить свои нервы.               — Просто немного волнуюсь, мы сегодня идем с Минхо в то кото-кафе.               — Понятно, днем ты насмотришься на котов, а ночью будешь изображать одного из них, в вашей постели?? — хихикнул Феликс, начиная издавать непонятные звуки, — Мрм, хён, я был плохим котенком, ммммяу, — заливисто смеялся он.               — Замолчи, аааа.... боже, заткнись, — Джисон закрыл уши руками, мотая головой из стороны в сторону, — Я ничего не слышу, ляляляляляля.               Феликс продолжал хохотать всю дорогу до ворот, время от времени отпуская пошлые комментарии. Он безмерно любил своего друга, но иногда удивлялся, как при такой ангельской внешности может быть настолько дьявольский характер. Впрочем, у Минхо тоже иногда проскальзывала эта бесовщинка. Похоже, это семейное, но их родители такие милые люди, от кого им достался этот зловещий огонек?               Феликс, идущий впереди него, замер на месте, отчего Джисон, не успевший среагировать, врезался в его спину. Он не мог понять, что именно так поразило его друга, что тот вдруг остановился и умолк.               — Ах, твой Ромео уже ждет тебя, как романтично! — Феликс помахал рукой брату, приветствуя его, и, развернувшись лицом к Джисону, начал поправлять его прическу. Когда он был удовлетворен результатом, он поднес указательный и средний пальцы к своим губам, оставляя на них поцелуй, а после прижал их к щеке Джисона, улыбаясь. — Не буду целовать тебя на глазах у твоего парня, вдруг будет ревновать. Желаю вам замурррчательной ночи! — рассмеялся он и, быстро развернувшись, побежал к автобусной остановке.               Джисон провожал взглядом удаляющегося друга и размышлял о том, что он сделал в прошлой жизни, раз в этой ему досталось целое семейство со странностями.               А затем он увидел Минхо. Тот стоял чуть поодаль, все в той же одежде, что и утром, с той же прической, такой же родной, как и всегда. В руках у него был небольшой букет цветов.               Его сердце екнуло и забилось с удвоенной силой, словно стремясь вырваться из груди и поскорее преодолеть разделяющее их расстояние, чтобы оказаться в руках Минхо.               Джисон взял себя в руки и поспешил к своему парню.               — Привет, — робко произнес он, любуясь нежной улыбкой, расцветающей на губах Минхо.               Старший наклонился вперед и нежно прижался губами к его губам в таком любящем поцелуе, что бабочки, поселившиеся в его животе больше трех лет назад, мутировали до размеров птеродактиля. Они щекотали своими огромными крыльями все его внутренности, пуская волну тепла по всему телу.               Джисон не мог сказать, сколько времени они так простояли, целуясь, Возможно, это была целая вечность, а может, всего лишь мгновение — кто знает? Но одно он знал точно: ему было мало. И как только Минхо начал отстраняться, Джисон инстинктивно потянулся вперед, желая вновь ощутить вкус его губ.               — Привет, чаги, — прошептал Минхо прямо в губы, чмокнув их еще раз. После чего он шагнул назад и протянул Джисону букет. — Это тебе.               Джисон, словно завороженный, широко раскрытыми глазами смотрел на цветы. Он не мог отвести взгляд от их красоты и не решался взять их в руки. Светло-персиковая упаковка была перевязана розовой атласной лентой, а в центре композиции красовались нежные розовые розы, окруженные пушистыми гвоздиками и милыми герберами, которые были окрашены в те же пудрово-розовые тона. Яркие зеленые листья и маленькие белые цветы добавляли свежести и естественной гармонии.               — Ты чего, Джисони? — Минхо все так же стоял, держа букет на вытянутой руке, а в его тоне слышалось искреннее беспокойство. — Тебе не нравится?               Хоть Минхо улыбался, Джисон отчетливо уловил нотки боли и разочарования в этой фразе, которые послужили толчком к действию, ведь последнее, чего он хотел — это причинить боль своему парню.               Он аккуратно взял букет, стараясь не повредить нежные цветы, и поднес его к лицу, вдыхая невероятный аромат. Сладкий, но не приторный, просто волшебный.               — Мне очень нравится, спасибо! — ответил он, все еще наслаждаясь запахом. — Просто я не ожидал такого. Я думал, мы просто сходим в кафе, а ты... — голос звучал все тише и тише, а конец фразы вообще затерялся в шуме окружающего мира.               — А я люблю тебя, — просто сказал Минхо. — Ты всю неделю был таким одухотворенным из-за нашего свидания, что я почувствовал себя виноватым. Я так давно не приглашал тебя никуда, ни в кино, ни в кафе, да даже на банальную прогулку. Все, что мы делаем — это сидим дома, смотрим телевизор и едим, ну еще занимаемся сексом, но им больше нигде и нельзя заниматься, хотяяя, — в глазах заплясали лукавые огоньки. — Можно сегодня это исправить. — усмехнувшись, он многозначительно пошевелил бровями.               — Все, я передумал. Мы никуда не идем, забирай свой букет, — Джисон с возмущением протянул цветы обратно, но не выдержал и захихикал. — Ты ненормальный, хён.               — И ты меня любишь, — Минхо взял его за руку, переплетая пальцы, и потянул вниз по улице. — Пройдемся пешком? Не хочу толкаться в автобусе.               Дорога до «Мурлыкающего уголка» была полна смеха, шуток и непринужденной беседы. Минхо рассказал, что на работе ему предложили взять еще один класс. Нагрузка, конечно, увеличится, но и зарплата ощутимо вырастет. Тогда Джисону больше не придется писать статьи для всяких сомнительных интернет-порталов, чтобы у них хватало денег на квартиру, и он сможет сосредоточиться на финальных экзаменах и дипломной работе. На что Джисон ответил, что эти статьи помогают ему нарабатывать опыт, который пригодится в дальнейшей карьере, и он не станет содержанкой на шее Минхо.               Джисон поделился своими планами поехать на следующие выходные к родителям. И он будет рад, если Минхо составит ему компанию. Последний месяц мама закидывала его сообщениями, приглашая в гости. При этом имя Минхо фигурировало в них чаще, чем его собственное, и Джисон начал думать, что мама любит Минхо больше, чем собственного сына. Он даже задал ей этот вопрос напрямую, на что она отмахнулась, сказав, что он напридумывал себе какую-то ерунду, а буквально через пару минут написала, что специально для Минхо приготовила порцию супер острого кимчи. Напридумывал, как же.               Они завернули за угол и оказались прямо напротив кофейни. Преодолев последние несколько метров, они подошли к двери, и Минхо, потянув за ручку, распахнул ее, приглашая Джисона внутрь.               Внутри было очень светло и уютно. Яркие лучи уходящего солнца проникали сквозь большие окна, заливая все пространство мягким, теплым светом. В воздухе витал аромат жареных кофейных зерен и свежей выпечки.               — Как много котиков! — с восторгом произнес Минхо, оглядываясь вокруг. — Пойдем скорее, сделаем заказ, я так хочу поиграть с ними!               И он побежал, да-да именно побежал, своим неуклюжим, вразвалочку бегом, он понесся к прилавку. Джисон в шоке смотрел на удаляющуюся фигуру своего парня, и ему ничего не оставалось, кроме как последовать за ним.               Когда он подошел к витрине, Минхо уже вовсю расспрашивал девушку администратора о правилах заведения, что можно делать с животными, а что категорически запрещено.               — Пожалуйста, не забудьте продезинфицировать руки перед тем, как подойти к животным. На входе установлен специальный аппарат. Вы можете гладить их и играть. В центре, рядом с деревом, находится корзина с игрушками, но они и так лежат повсюду. Там же лежат различные щетки, которыми можно расчесать кошек. Однако помните, что нельзя принуждать животных к взаимодействию. Если они не хотят что-то делать, не настаивайте. Фотографировать можно только без вспышки, а вот кормить животных категорически запрещено, — перечислила она. — На каждом столике лежит памятка, где можно найти более подробную информацию о правилах посещения.               — Спасибо. А можно поставить цветы в воду? — поинтересовался Джисон, повыше поднимая свой букет.               — Конечно, только я оставлю его в служебном помещении, шуршащяя упаковка и ленточка привлечет внимание котов, а это было бы нежелательно, — объяснила девушка, взяв букет.               — За какой столик мы могли бы присесть? — спросил Минхо, нетерпеливо переминаясь с ноги на ногу.               — Пойдемте, я вас проведу, — с очаровательной улыбкой ответила она, выходя из-за прилавка. — Для того чтобы сделать заказ, подойдите, пожалуйста, к стойке и назовите номер, табличка с которым стоит на каждом столе. Как только ваш заказ будет готов, его принесут вам.               Их столик расположен недалеко от окна, и с этого места было прекрасно видно весь зал. Как и говорила девушка, на столе лежали правила нахождения в кафе и меню. Все десерты в меню сопровождались картинками, поэтому трудностей с выбором не должно было возникнуть.               — Что ты будешь заказывать? — спросил он у Минхо, изучая ассортимент кофе. В ответ он не услышал ни слова, и, подняв взгляд на своего парня, он заметил, что тот не слушал его и даже не смотрел в меню. Он немигающим взглядом уставился на дерево, по которому ползали коты. Впрочем, в этом не было ничего удивительного. Минхо очень любил кошек, а здесь их было так много, что любой бы залип.               Джисон решил не отвлекать своего парня и пока получше ознакомиться с правилами. Красочный заламинированный листок был двусторонним: на одной стороне содержалась та информация, которую рассказала сотрудница кафе, а на другой — было рассказано о кошачьем языке. Рядом с различными изображениями котов было написано, что означает та или иная поза. Посмеявшись над забавными описаниями, он отложил листок в сторону и вновь обратил внимание на Минхо.               Ха. Изменилось ли что-нибудь? Да! Теперь он опирался рукой на спинку мягкого стула, полностью развернувшись к столику спиной. Джисон не знал куда тот смотрит, ведь видел только его широкую спину, но по наклону головы, было ясно, что все на тоже дерево, усыпанное котами.               — Чаги, — негромко позвал он, надеясь привлечь внимание. Ничего, тишина. — Хён, — ни единого движения, — Минхо, — уже немного громче, но так, чтобы не привлекать внимание к их столику. Не получив никакого ответа, Джисон привстал со стула и, наклонившись через стол, дотронулся до плеча своего парня.               Минхо дернулся, как ошпаренный, и с приоткрытым ртом повернул голову в его сторону.               — Ты чего так пугаешь? Я любовался этими милыми котиками, а ты напугал меня до усрачки, — в его тоне сквозило искреннее непонимание.               — Так это я виноват, что ты вообще не обращал на меня внимания, хотя я звал тебя несколько раз, — приподняв бровь, Джисон смерил его вопросительным взглядом.               — Ты звал меня? — Минхо с удивлением хлопал глазами. — Прости, кажется я увлекся, — улыбнувшись, он потянулся к меню, лежащему на середине столика. — Ты уже выбрал что-нибудь?               — Еще нет, думал, мы вместе выберем и разделим все блюда.               — Звучит отлично, — Минхо открыл меню, пробегая взглядом по картинкам. — Черт, все выглядят так мило, и как из этого можно выбрать что-то одно?               — Здесь есть кото-пуддинг, нам определенно стоит его взять, — предложил Джисон, зная о любви Минхо к этому лакомству.               — Правда!? — тихонько воскликнул Минхо и начал искать этот десерт в меню. — Я хочу остаться здесь жить.               — Я в этом не сомневаюсь, — пробурчал себе под нос Джисон.                      Когда они наконец определились с выбором, Джисон отправился к стойке, чтобы сделать заказ, а Минхо решил пообщаться с животными. Он сказал, что будет ждать его на диванчике возле дерева.               Приняв заказ, администратор пообещала, что через десять минут все будет готово и им принесут десерты за столик. Она также предупредила, что еду нельзя оставлять без присмотра, чтобы коты не залезли в нее.               По пути к Минхо он с большим интересом рассматривал интерьер. Столики располагались на небольшом возвышении полукругом, а в центре зала находилась огромная деревянная конструкция, напоминающая дерево с большими ветвями, на которых уютно устроились пушистые обитатели. Вокруг дерева располагались несколько низких диванов и мягких кресел, обитых тканью в приятных пастельных тонах — нежно-зеленом и тепло-бежевом. Пол в этой зоне был застелен зеленым ковром, который своим видом напоминал траву, словно приглашая посетителей снять обувь и ощутить мягкость своими ногами.               В кафе было много посетителей. В основном это были семьи с детьми, но были и влюбленные парочки, а может, и просто друзья. Его взгляд зацепился за одну по странному гармоничную пару, которая играла с большим черным котом. Изящный парень с розовыми выбритыми волосами, словно сошедший с обложки модного журнала, гладил кота, который устроился у него на коленях. Рядом с ним сидел другой молодой человек, чьи черные волосы забавно пушились в кучеряшки, и он был настолько накачанный, что его бицепс был в обхвате с арбуз. Джисон мог с уверенностью сказать, что они пара, их взгляды говорили сами за себя.               Рядом с ним раздалось тихое мяуканье, и он, посмотрев вниз, увидел маленькую серую кошечку. Присев перед ней, он протянул руку, давая себя обнюхать, и когда животное боднуло его в ладонь, Джисон смело погладил ее. Прошло всего несколько мгновений, и, вильнув хвостом, она убежала вперед, напоследок мяукнув что-то. Он посмеялся над таким поведением и продолжил свой путь.               Минхо сидел на диванчике в окружении нескольких котов и выглядел таким счастливым, что Джисон остановился на мгновение, любуясь им, а затем достал телефон и сфотографировал.               Он аккуратно присел рядом со своим парнем, стараясь не потревожить и не напугать животных. Минхо посмотрел на него, улыбаясь, и вернул свое внимание к коту с рыже-белым окрасом, который, развалившись на его коленях, подставлял свой животик.               — Смотри, Джисони, мы подружились, — Минхо с удовольствием чесал животик кота, пока тот громко тарахтел. — А ты уже подружился с кем-нибудь?               — Моя дружба была скоротечна, — посмеялся Джисон. — Моя серая подружка, помахав мне на прощание хвостом, убежала прочь, — он протянул руку к трехцветному красавцу, сидящему между ним и Минхо, в надежде заручиться его расположением. Однако кот, казалось, не был в настроении для общения и, отодвинувшись от руки Джисона, уютно устроился под боком у Минхо.               — Погладь моего, он очень дружелюбный, — предложим Минхо, убирая свою руку, чтобы Джисон мог его погладить.               Он осторожно дотронулся до мягкого пузика, нерешительно поглаживая. Все шло хорошо, ровно до того момента, пока мурлыканье не прекратилось, и кот не открыл глаза, смерив Джисона таким уничижительным взглядом, что мурашки побежали по его позвоночнику. И он поспешил убрать руку, чтобы не раздражать животное.               — Ты чего? — Минхо непонимающе перевел взгляд с Джисона на животное, и посмеявшись, продолжил почесывать пузико. Кот сразу же расслабился, зажмурил глаза и изогнулся, подставляясь под ласку.               — Похоже, котам я не нравлюсь, — как то обреченно произнес Джисон, наблюдая за двумя пушистиками, которые увлеченно играли друг с другом.               — Возьми дразнилку и поиграй с ними, они не смогут устоять, — предложил Минхо, запуская руку в шерсть неприступного трехцветного кота, который с радость подставил свою спину под прикосновения, словно только этого и ждал.               Он взял удочку-дразнилку, лежащую рядом с диваном, и попытался привлечь внимание тех котиков, которые играли друг с другом. Он потряс ее, раздался звон маленького колокольчика, прикрепленного к деревянной палочке, а небольшой пушистый шарик на конце веревочки заплясал в воздухе. Однако, к его разочарованию, кошки не обратили на это внимания и продолжили свои игры. Он попытался еще раз, раскачивая игрушку сильнее, но это не дало никакого результата.               Джисон отложил удочку, решив, что хватит с него унижений. И заметил, как к их столику идет девушка с их заказом.               — Наш заказ готов, пойдем.               Минхо вздохнул, будто сейчас ему предстоит самое тяжелое решение в его жизни.               — Мои хорошие, я к вам скоро вернусь, — он попытался подвинуть кота со своих колен, но тот ни в какую не хотел слезать. — Малыш...               — Что? — Джисон повернулся в его сторону сразу же, даже не дослушав фразу Минхо.               — А? — тот с непониманием посмотрел на него, а потом звонко рассмеялся. — Я обращался к коту, — он продолжал смеяться, пытаясь выбраться из под тушки кота на своих коленях.               Румянец пополз по щекам Джисона, и он закусил губу, чувствуя себя неловко.               Когда они вернулись за столик, то на несколько минут просто зависли, разглядывая все блюда. Карамельный кото-пудинг забавно колыхался, когда Минхо подвинул его поближе к себе. Румяная слоеная булочка улыбалась своей шоколадной мордочкой, а песочные сердечки с малюсенькими кошачьими лапками источали такой невероятный аромат меда, что у обоих потекли слюнки.               Джисон заказал себе капучино, но не ожидал, что взбитая молочная пенка в форме котика будет возвышаться над стаканом. На латте Минхо была просто кошачья лапка из шоколадной крошки.               Они сделали десятки фотографий и записали не одно видео. Они тихонько смеялись, когда шлепали пудинг по пухлой кошачьей попке, а тот забавно дергался. Минхо даже снял, как Джисон откусил голову котику, украшавшему его кофе, а потом смеялся, когда у Джисона остались молочные усы.               Они наслаждались десертами и компанией друг друга. Болтали, кормили друг друга и украдкой, пока никто не видит, тянулись через весь стол, чтобы оставить поцелуй на сладких губах. Джисон даже забыл, о своих неудачах в общении с котами. Подумаешь, нескольким пушистым созданиям не удалось понравиться, зато его парень был в восторге от него.               — Я сейчас быстренько схожу в уборную и сразу вернусь, — предупредил Джисон, в ответ Минхо только угукнул и продолжил пить кофе.               Он отсутствовал минут пять, не больше, а когда вернулся за столик, Минхо там уже не было. Столик вообще был пуст, словно они не сидели за ним всего несколько минут назад. Словно все произошедшее за последние часы было только сном Джисона. Словно он придумал себе вкусные десерты, свидание, цветы и Минхо... Но он ни за что бы не придумал, чтобы коты его возненавидели. Поэтому это определенно был не сон.               Он пробежался взглядом по залу и увидел, как возле дерева Минхо играл с кучкой котов. Он сидел прямо на полу, вытянув ноги, а на них растянулся его рыже-белый друг. В руке у него была та самая удочка-дразнилка, с помощью которой Джисон так и не смог привлечь ни одного кота. Однако Минхо, не прилагая никаких усилий, легко водил ею по полу, а следом за меховым шариком бегало по меньшей мере три пушистых обитателя кафе.               Джисон оставил своего парня развлекаться, а сам пошел к витрине, чтобы оплатить их счет и забрать цветы. Кроме того, он решил взять домой упаковку сахарного печенья, которое приглянулось ему еще во время первого визита в это заведение.               Он попрощался с девушкой администратором и направился вызволять Минхо из пушистого плена.               Только легче сказать, чем сделать. Минхо не обратил на него ни малейшего внимания, продолжая возиться с котами. Он даже взял щетку, чтобы расчесать их шерстку.               Джисон устроился в мягком кресле, положил на колени букет и упаковку печенья, не беспокоясь о том, что это может привлечь внимание котов. Это будет чудо, если они хоть капельку проявят к нему интерес.               Он отправил Феликсу несколько фотографий и сделал пару публикаций в инсте. Снял видео, на котором Минхо играет с котами, а также множество селфи с цветами.               Прошло минут двадцать, если не больше с того момента, как он ушел в уборную. А Минхо похоже было вообще не интересно, где он так долго пропадает. Он увлеченно расчесывал уже третьего кота, тихонько разговаривая с ними.               Джисон смотрел на спину своего парня, с которым должен был мило болтать, и размышлял, есть ли где-нибудь такой прибор, который может повернуть время вспять. Он бы с радостью вернулся на неделю назад и не рассказывал бы Минхо об этом кафе, не приглашал бы его сюда на свидание.               Тогда они были бы дома, лежали бы, обнявшись, перед телевизором и лениво целовались. Внимание Минхо было бы сосредоточено только на нем, а не на кучке пушистых созданий, которые возненавидели Джисона.               Черт. Эти пушистики увели у него парня, а он этого даже не заметил. Ему было обидно не из-за того, что Минхо с ними играл, нет, а из-за того, что тот вообще не обратил на него внимания. Не посмотрел, не улыбнулся, ничего. Он его просто не замечал, будто пришел в это кафе один.               Он взглянул на часы, понимая, что до закрытия осталось полчаса. Им пора было идти домой, и как бы ни хотелось Джисону оставить Минхо здесь и уйти одному, он не мог так поступить.               Он собрал свои вещи, встал с кресла и, стараясь не испугать котов, приблизился к Минхо.               — Хён, — голос звучал надломлено, и он сглотнул, прежде чем продолжить, — Нам пора домой, кафе скоро закроется.               — Ой, Джисони, а я не увидел как ты пришел, — он бросил быстрый взгляд на Джисона, в его словах не было ни капли сожаления, и развернулся опять к котам.               — Я заметил, — огрызнулся Джисон. — Поторопись, я буду ждать тебя на улице, — и, не дожидаясь ответа, направился к выходу.                      Дорога до дома прошла странно. Минхо без умолку болтал о своих впечатлениях, рассказал подробно о каждом коте, и о том, что именно им нравилось, а что нет. Казалось, он не замечал плохого настроения Джисона и того, что тот не произнес ни слова за все время, пока они шли.               Первым делом он поставил букет в воду и убрал печенья на полку. Продолжая игнорировать Минхо. Он промчался мимо него в ванную и закрыл дверь на защелку. Они никогда этого не делали. За все время их совместного проживания они ни разу не закрывали защелку. Они никогда по настоящему не обсуждали этот вопрос, просто так казалось правильно. Им нечего было стесняться, они видели друг друга в разных состояниях. И не было ничего предосудительного в том, что во время принятия душа, другой мог присоединиться.               Но сегодня Джисон хотел побыть один. Хотел немного привести мысли в порядок. А вид довольного и улыбающегося Минхо, только сильнее закрутил бы водоворот в голове.               Минхо ничего не сделал плохого. Это же кото-кафе, конечно, там надо было играть и общаться с котами. И это не Минхо виноват, что Джисон не смог найти с ними общий язык. Не Минхо виноват, что он был магнитом, который притягивал к себе всех котов. Не Минхо изначально пригласил его в это кафе.               В глазах защипало, но Джисон не собирался плакать. Сегодня был прекрасный день, у них было замечательное свидание, по большей части, нужно думать об этом. Сейчас он примет горячий расслабляющий душ, и все будет хорошо.               Ничего хорошо не стало, проторчав около получаса под обжигающими струями воды, он только сильнее начал жалеть себя, и все же заплакал. Бывали такие дни, когда любая мелочь могла вывести из равновесия. Случайное слово, повышенный голос, грубое прикосновение, все что угодно сказанное или сделанное в какой-то особенно неудачный момент, могло стать катализатором слез. Похоже, сегодня как раз такой день.               Он насухо вытерся полотенцем, насколько возможно промокнул волосы, не пожелав сушить их феном, натянул футболку и боксеры и, отперев дверь, вышел из ванной.               Время было еще раннее, только начало девятого, но он выключил свет в спальне и забрался в постель. Накрыв голову одеялом, он закрыл глаза в надежде, что сон заберет его в свои объятия.               Он не знал, сколько прошло времени, но внезапно почувствовал, как прогнулась другая сторона кровати. Минхо забрался под одеяло и прижался к нему со спины, обняв. Сердце Джисона пропустило удар, а затем забилось с удвоенной силой, словно птичка, пойманная в клетку. Тело окаменело, конечности налились свинцом.               — Чаги, что случилось? — тихим, ласковым голосом спросил Минхо, касаясь горячим дыханием его затылка и задней части шеи.               Джисон молчал. Он не хотел ничего говорить. Зачем? Это только его проблемы.               — Поговори со мной, Джисони, — мягко настаивал Минхо. — Я знаю, что что-то произошло. Я обнимаю тебя, но ты так напряжен, что мне кажется, будто я держу в руках камень. Я что-то сделал не так? Просто скажи мне... наори на меня, ударь, только не молчи, — голос сорвался на прерывистый шепот, и в нем звучало неподдельное отчаяние.               — Сегодня в кафе, — начал он, стараясь сдержать слезы. — Когда я вышел из туалета, тебя за столиком не оказалось. Ты играл с котами, и все вроде хорошо. Я оплатил счет и подошел к тебе, чтобы пойти домой. Но ты даже не заметил меня, — сделав глубокий вдох, он продолжил. — Я просидел рядом с тобой около получаса, но ты вообще не обратил на меня внимание. Я просто смотрел на твою спину, отличное свидание.               Минхо крепче прижал его к себе и нежно поцеловал в макушку.               — Прости меня, малыш. Я так увлекся кошками, что не заметил, как ты вернулся, — он еще раз поцеловал его. — Ты же знаешь, как я их обожаю, я могу часами наблюдать за ними, гладить и играть. Если бы ты сказал, я бы не стал с ними возиться.               — Я был не против того, что ты с ними играл. Мне просто обидно, что кошки оказались для тебя важнее, чем я.               — Это неправда. Ты самый важный человек в моей жизни. И я говорю это не просто в моменте, чтобы успокоить тебя. Ты для меня — все. Ты мой друг, мой соулмейт, мой парень, любовь всей моей жизни, моя семья, — в голосе Минхо было столько искренности, что Джисон начал понемногу успокаиваться.               — Я знаю, что это глупо, что я веду себя глупо. И.... — он замешкался, не зная, стоит ли говорить то, что все это время вертелось в его голове. — Боже... я...только не смейся, если я услышу хоть каплю смеха, я сразу же соберу вещи и уйду, — набрав в легкие побольше воздуха, Джисон выпалил на одном дыхании, — Я ревную, я приревновал тебя к этим кошкам...вот и все, можешь смеяться сколько хочешь, мне уже все равно, — он попытался натянуть на голову одеяло, но рука Минхо остановила его.               — Я не буду смеяться, — его голос звучал на удивление очень серьезно. — Я тебя тоже ревную. Иногда. Ты, наверное, удивишься, но когда мы только начали встречаться, я ужасно ревновал тебя к Феликсу. Все дошло до того, что мы с ним сильно поссорились, и он высказал все, что обо мне думал. И тогда я понял, какой я придурок.               — Почему ты раньше не рассказывал об этом? — спросил Джисон с искренним недоумением.               — Не знаю. Говорят, что ревность — это признак неуверенности в партнере. Но я безгранично тебе доверяю, я не верю другим людям, которые находятся рядом с тобой.               — Хён, мы такие дураки, — Джисон окончательно расслабился и, не сдержавшись, рассмеялся. — К Феликсу, серьезно?               Минхо ничего не стал отвечать, а лишь начал осыпать легкими поцелуями заднюю часть шеи Джисона, крепче прижимая его к себе.               — Щекотно, хён, — захихикал Джисон.               — Мм, правда? А если так? — и Минхо начал щекотать его по-настоящему, нежно пробегая пальцами по ребрам.               Джисон, извиваясь, словно змея, пронзительно завизжал. Он заливисто смеялся, всхлипывая, и пытался вырваться из рук Минхо. Когда ему наконец удалось это сделать, он перевернулся на спину и легонько толкнул Минхо в грудь, скорее игриво, чем с намерением оттолкнуть или освободиться от его объятий. В глазах у него собрались слезы, потому что он не мог перестать хихикать, тело дрожало, а живот болел от сильного сокращения мышц во время смеха.               Переведя дыхание, Джисон впервые за вечер посмотрел на Минхо. Его тело нависало над ним, глаза блестели, как у дикого зверя, только что поймавшего добычу, губы были приоткрыты, вероятно, чтобы отдышаться после их игривой борьбы, грудь тяжело вздымалась.               Джисон сглотнул, его взгляд остановился на губах Минхо. Но прежде чем он успел что-либо сказать или сделать, старший уже прижался к его губам. Сначала их поцелуй был нежным и неторопливым. Минхо положил руку на талию Джисона и прильнул к нему всем телом, осторожно касаясь его губ. Однако вскоре поцелуй стал настойчивым и требовательным. Минхо целовал его с такой страстью, что у Джисона закружилась голова.               Минхо скользил руками вверх и вниз по его бокам, иногда сильно сжимая. В ответ Джисон слегка потянул его за волосы, и тот издал глухой стон. Он разорвал поцелуй, чтобы глотнуть немного воздуха, и стал покрывать влажными поцелуями челюсть и шею Минхо, выдыхая прямо в кожу:               — Хочу тебя, — прошептал он, засасывая кожу в нескольких местах.               Минхо шумно выдохнул, запуская пальцы в волосы Джисона. Сжав их в кулак, он потянул его голову к себе, жадно впиваясь в губы. Свободной рукой Минхо обхватил бедро Джисона и закинул его ногу себе на талию, отчего между их телами не осталось вообще никакого расстояния.               Джисон заскулил в поцелуй, ощутив, как член Минхо прижимается к его собственному. Но ему было мало, он хотел быть как можно ближе, хотел чувствовать кожу к коже. Он толкнулся бедрами вверх, стремясь ощутить хоть немного трения.               — Хён, сними, — он потянул за край спальной футболки Минхо, намекая, чего именно хочет. — Сними все, пожалуйста.               Минхо немного отстранился, чтобы снять одежду. Джисон, не теряя времени, сел, сорвал с себя футболку и потянулся к прикроватному столику в поисках смазки. Найдя все необходимое, он снова лег на кровать.               Минхо не сводил с него глаз, в которых читалось нескрываемое возбуждение, но не предпринимал никаких действий. Поэтому Джисон решил взять инициативу в свои руки. Точнее, в свои руки он взял член Минхо. Налив на ладонь достаточное количество смазки, он обхватил ею ствол, вызвав у Минхо громкий стон. Джисон медленно водил рукой по члену, зная, что такой темп сводит его с ума. Он либо расплавится в его руках и будет умолять о большем, либо взорвется и сам возьмет то, что хочет. Он надеялся на второй вариант.               И его надежды оправдались. Минхо сжал его запястье, не давая двигать рукой, а затем полностью убрал руку со своего члена.               — Кто-то нетерпелив... — усмехнулся он и, не теряя ни секунды, одним движением стянул с Джисона боксеры, откинув их куда-то за пределы кровати.               Минхо раздвинул его ноги, пробежав по ним руками вверх и вниз. После чего наклонился и оставил легкий поцелуй на бедре. Он проложил дорожку из поцелуев вверх к паху, но не прикоснулся к члену, вместо этого засосал кожу на чувствительной внутренней стороне бедра. Джисон дернулся, сходя с ума от болезненного, но такого тягуче-сладкого прикосновения.               Когда все бедра Джисона были покрыты укусами и засосами, а он сам, не переставая, скулил и хныкал, Минхо наконец удостоил своим вниманием его член. Он медленно облизывал его, начиная с яичек и постепенно поднимаясь к головке, круговыми движениями языка лаская ее. Джисон, издав протяжный стон, сжал простыню в кулаке и заерзал от наслаждения. Но Минхо крепко держал его бедра, прижимая их к матрасу, не позволяя толкнуться в тепло своего рта.               — Хён... чаги... пожалуйста, — умолял Джисон, хватая Минхо за волосы и плечи.               — Сейчас, малыш, подожди, — с этими словами Минхо игриво укусил его чуть ниже пупка, а затем потянулся за смазкой. Выдавив большое количество на пальцы, он начал растирать ее в руке, чтобы согреть.               Джисон задрожал, когда Минхо обвел смазанными пальцами его дырочку, и его глаза закатились, когда тот проник внутрь.               Он не спеша растягивал его, плавно двигая пальцем внутрь и наружу. Когда он добавил второй палец Джисон застонал, инстинктивно двигая бедрами, чтобы усилить это тянущее ощущение.        Минхо словно дразнил его, намеренно избегая прикосновений к простате. Он всегда был так близко, но никогда не достигал цели.               — П-пожалуйста, хватит дразнить меня, — умолял Джисон, чувствуя, как из его глаз текут слезы, но не в силах остановить их.               Минхо, словно только этого и ждал, он полностью вытащил пальцы, чтобы через мгновение войти в него сразу тремя, точно попадая по простате.               — Аахх, х-хён, — Джисон надрывно простонал, извиваясь в руках старшего и пытаясь насадиться на пальцы еще глубже и быстрее. — Е-еще..... — бормотал он, его зрение затуманилось, и все, что он мог видеть, — это яркие вспышки, пока Минхо трахал его своими пальцами.               Он был так близко, волна тепла поднималась вверх в его животе, член подергивался, сочась каплями предэякулята. Но это было не то, чего он хотел.               — С-стой, пожалуйста, — он заерзал, пытаясь отстраниться.               — Шшш, — успокаивал его Минхо, сразу же прекратив все свои действия, — Все хорошо, малыш.               — Да, да, все хорошо, — Джисон закивал головой, притягивая Минхо ближе к себе, и выдохнул ему в губы, — Не хочу кончать на твоих пальцах, хочу твой член, — Минхо издал стон, который потонул в их поцелуе, сбивчивом и мокром.               Разорвав поцелуй, Минхо обильно смазал свой член и устроился между ног Джисона, направляя свой ствол к дырочке, едва нажимая на нее самым кончиком.               Они неотрывно смотрели в глаза друг друга, когда тот толкнулся внутрь. Оба издали синхронный стон, ощущая, как расслабленное и податливое тело Джисона с готовностью принимает Минхо. Стеночки сжимались вокруг него, и младший, не в силах сдержать эмоции, захныкал от приятного растяжения.               Он впился ногтями в спину Минхо, чувствуя, как тот погружается все глубже и глубже.               — Блядь, — вырвалось, когда Минхо полностью вошел, касаясь бедрами его ягодиц.               На лбу Минхо выступили бисеринки пота, и он наклонился, чтобы поцеловать Джисона, пока тот привыкал к ощущению члена глубоко внутри себя.               — Ты такой узкий, малыш... узкий и теплый — прорычал Минхо ему на ухо, слегка покрутив бедрами.               — Можешь двигаться, все хорошо, м-можешь, — лепетал Джисон, тяжело дыша.               Минхо простонал и начал покусывать мочку его уха, одновременно подаваясь бедрами назад, выходя совсем немного и тут же толкаясь обратно. Оторвавшись от уха, он прильнул своими губами к губам Джисона, сглатывая его стоны, и начал наращивать темп.               Комнату наполняли влажные звуки их соприкасающихся тел, сбившееся дыхание, стоны и невнятное бормотание.               — Я близко, я так близко, — жалобно хныкал Джисон, но Минхо ни на секунду не сбавлял свой неумолимый темп.               Он слегка изменил угол проникновения, толкаясь прямо в простату, и Джисон закричал от наслаждения.               — Давай, малыш. Я тоже близко, сначала ты, потом я, — Минхо навалился на него всем телом, его ритм стал сбивчивым, а толчки — хаотичными.               Джисон ощущал, как в его животе нарастает неистовая бурная волна, его глаза закатывались, а Минхо продолжал двигаться внутри него, терзая простату. Сознание отключалось, и он укусил Минхо за плечо, пачкая свой живот горячими белыми струями.               Минхо, простонав, сделал еще несколько глубоких толчков и, содрогнувшись, кончил глубоко внутри Джисона.               Они лежали так несколько минут, вдыхая аромат друг друга и не разрывая зрительного контакта. Их лбы были прижаты друг к другу, а дыхание сливалось в одно целое.               Тело Джисона содрогнулось, когда Минхо вышел из него. Он тихонько захныкал, чувствуя, как дырочка начала сокращаться вокруг пустоты.               — Нам нужно в душ, — прошептал Джисон в губы своего парня, нежно их целуя.               — Давай не пойдем, — Минхо совершенно не хотел двигаться, его тело было таким расслабленным, что он боялся упасть, если бы попытался принять горизонтальное положение.               — Ты кончил в меня, — он сказал это просто как факт, ни сколько не обвиняя в этом.               — Я знаю, поэтому давай не будем принимать душ, — начал Минхо, проводя рукой по ягодице Джисона, подбираясь к раскрытой дырочке, — Я хочу утром толкнуться в тебя и почувствовать, какой ты горячий и влажный внутри.               Джисон задрожал, когда старший легонько надавил пальцем на самый центр, но не проникая внутрь.               — Х-хён, я... — он заскулил, не зная чего хочет больше, то ли податься бедрами вперед, уходя от немного болезненных прикосновений, то ли, наоборот, толкнуться назад, чтобы ощутить эту приятную, болезненную наполненность.               — Тише, — Минхо переместил руку на талию, успокаивающе поглаживая. — Так что ты скажешь?               — Ты умеешь убеждать, — хихикнул Джисон, поворачиваясь на бок, спиной к Минхо, и устраиваясь поудобнее в его объятиях.               Он почувствовал легкие поцелуи на своем плече и закрыл глаза, отдавая себя во власть сна. Но не прошло и десяти секунд, как поцелуи прекратились, а царившую в комнате тишину нарушил Минхо, сказав:               — Я тут подумал, что хочу завести кота.               ЧТО?               Эти дьявольские пушистые создания, все таки украли у него парня.