Теория хаоса

Ничто так не раздражает, как спор с человеком, который знает, о чем говорит.

Сэм Юинг

Драко даже не осознаёт, что он не один, пока не слышит, как напротив него со скрежетом отодвигают стул. Он поднимает взгляд от книги как раз в тот момент, когда Гарри, мрачный и молчаливый, садится напротив. Он даже не утруждает себя вопросом о том, всё ли с ним в порядке; это пустая трата времени. — Что случилось? — Рон Уизли, — отвечает он. Драко крутит перо между большим и указательным пальцами. — Да, у него талант появляться не к месту. Губы Гарри на мгновение искажаются в подобии оскала, но затем он отводит взгляд. — Оказывается, я — причина, по которой Сириус Блэк сбежал из Азкабана. До него, конечно, дошел этот слух, как и до Гарри. Потребовалось бы больше усилий, чтобы остаться в неведении. — Я не думаю, что это правда, — говорит он. — Когда хоть раз дело было не во мне? — с ноткой горечи говорит Гарри, и Драко хмурится. — Серьёзно, за последние несколько лет прослеживается определённая закономерность. — Закономерность не означает причинно-следственную связь, — возражает Драко. — Не то чтобы я не согласен с твоей оценкой — в конце концов, в одиннадцать лет тебе буквально подготовили подземную смертельную ловушку — но, на мой взгляд, в этот раз дело всё-таки не в тебе. — Ты самый умный человек из всех, кого я знаю, Драко, но ты не можешь просто притворяться, что все это не чертовски подозрительное совпадение. Драко качает головой. — Не сходится. В этой истории слишком много необъяснимых пробелов. Он, без сомнения, направляется в Хогвартс — с этим я соглашусь. Но если он действительно охотится за тобой, то почему ждал до сих пор? — Может, он часть нового плана Волан-де-Морта, — выплёвывает Гарри. Драко вздрагивает. Он так и не привык к тому, как непринуждённо Гарри произносит это имя. — Он на него не работает. — И ты это точно знаешь, да? — Ты ведёшь себя агрессивно, — говорит Драко. — Перестань. — Я просто говорю, что ты не можешь знать наверняка! — Он был чуть ли не единственным в благороднейшем и древнейшем роде Блэков, кто не… Драко резко замолкает, когда несколько проходящих мимо пуффендуйцев бросают на него подозрительные взгляды. Он хмурится, облизывает губы, закрывает книгу и, наклонившись вперёд, говорит тише: — …кто не принял Темную Метку. Он дружил с твоими родителями. У него не было причин внезапно переметнуться. — И поэтому он попал в Азкабан? — возражает Гарри, и хотя он зол, он тоже говорит тише. — Потому что не предал их? — Да его вообще не судили, — говорит Драко. — Мне ли не знать, я запрашивал записи. — Надеюсь, он найдет меня, — тихо говорит Гарри. Драко хмурится. — Не говори так. — Пусть приходит. У меня есть к нему парочка вопросов. Он вздыхает и отодвигает книгу, понимая, что сегодня ему больше не удастся почитать о магической хирургии. — Гарри, — говорит он, — я знаю, что ты зол… — Ещё бы я не был зол, чёрт возьми! — восклицает Гарри, резко вставая. Он говорит настолько громко, что на них оборачивается несколько человек, что весьма тревожит Драко — он-то знает, насколько сложно отвлечь когтевранца от учёбы. — С чего бы мне не злиться? — Сядь, — шипит Драко. Последнее, что им сейчас нужно, — это лишнее внимание. — Если ты так уверен, что он невиновен… — Я никогда не говорил, что он невиновен, он всё же вламывается в школу — я просто не думаю, что… — …то докажи это. Разве не этим ты занимаешься, Холмс? Драко раздражённо дёргается от издёвки в его тоне. — Я не Шерлок Холмс, и ты ведешь себя как болван. — На данный момент у нас есть вполне убедительные доказательства того, что он предатель и Пожиратель Смерти, из-за которого убили моих родителей, так что извини, если я не разделяю твоего святого беспристрастия! Эти слова задевают, но Драко не показывает этого. — Я не могу с тобой так разговаривать, — сухо говорит он, собирая книги и вещи со стола. — Полетай немного, остынь и приходи, когда перестанешь набрасываться на своего лучшего друга. — Разве лучший друг не должен быть на моей стороне? — рычит Гарри. — Мы тут не о квиддиче спорим, Драко, мы говорим о человеке, который предал моих родителей! — Нет, Гарри, — резко парирует Драко, — друг встаёт на твою сторону, а лучший друг напоминает, что жизнь редко бывает такой простой, даже если ты не хочешь этого слышать. — Сомневаюсь, что ты вообще разбираешься в тонкостях дружбы! Если предыдущие слова ещё можно было вынести, то эти — словно пощёчина. Драко с трудом сдерживается, чтобы не дать волю эмоциям. Между ними повисает тишина. Гнев на лице Гарри понемногу сходит на нет, уступая место тому, что Драко принимает за сожаление — хотя откуда ему знать? Ведь он, как подсказывает ему его же горькая мысль, не разбирается в тонкостях дружбы. — Я не это имел в виду, — запинаясь, начинает Гарри, — я… — Иди на хуй, — перебивает Драко, резко разворачивается на каблуках и уходит из комнаты для занятий. Он идёт к башне Когтеврана сдержанный и собранный. Он не прокручивает в голове слова Гарри. Он не позволяет им задеть себя. И уж точно его глаза не жжёт угроза злых слёз.