Только не Слизерин

— А зачем отмечать… проигрыш? — не понял Рон. Он даже не спросил, а просто прокомментировал вслух, но какой-то старшекурсник ему ответил: — И что теперь, отменять вечеринку, что ли? Ну, в целом… и в чем он не прав? Если бы они выиграли, все пошли бы пить, тусоваться и объедаться сладостями, но что мешает пить, тусоваться и объедаться сладостями, если ты проиграл? Тем более все уже организовано и готово. — Хренов Поттер! — возмущался Флинт. — Они взяли чертова первокурсника, и… и, блин, выиграли?! По гостиной пронесся хор нытья. Все были солидарны с Флинтом. Рон разделял их досаду по поводу проигрыша, но внутри себя радовался успеху друга. — Жаль, его не скинуло с метлы, — произнес Деррек, — вот это было бы зрелище! Рон услышал смех, но вместе с тем одна из старост (шестикурсница, кажется) фыркнула: — Вряд ли бы мы смогли отрываться и радоваться победе, разбейся он насмерть. — Я бы смог! — хохотнул какой-то здоровяк рядом с старостой и тут же получил от нее тычок локтем в живот. — Это вам так кажется, потому что вы в жизни ничего страшнее флоббер-червя не видели! — возмутилась она. Хотя Рону эта девчонка не нравилась, потому что она напоминала ему Перси, а еще относилась ко всем младшекурсникам снисходительно и требовательно, но сейчас он был благодарен ей за эти слова. — Она права, — тихо сказал Тео. Блейз кашлянул и опустил взгляд в пол. Рон вопросительно поднял брови, но никаких пояснений ребята не дали. В гостиной снова собрались все, но теперь всеобщее внимание было приковано к квиддичной команде — они даже форму не переодели, и сейчас выделялись яркими изумрудными пятнами среди обычных черных мантий. Рон, Тео и Блейз набрали всякой вкусноты с общего стола и отошли подальше от центра событий, но игроки и их подпевалы разговаривали так громко, что их все равно было слышно всем. — А «Нимбусы», выходит, не так хороши, ха? — спросил Боул. Конечно же, взбесившаяся метла Гарри вновь стала предметом обсуждения. — Больше походило на то, что метлу кто-то заговаривал, — произнес Блейз, чтобы его могли слышать только Рон и Тео. — Интересно, кто бы это мог быть? Рону пришлось прикусить губу, чтобы не выдать правду. У него самого еще в голове не уложилось, что его собственный декан вычудил подобное, и если бы не Гермиона!.. — Откуда такие познания о наговорах? — хмыкнул Тео. — Сам знаешь, откуда, — закатил глаза Блейз. Рон заметил, что Блейз чуть-чуть наклонил голову в его сторону, как будто намекал Тео, что не готов при посторонних обсуждать какие-то вещи. Рон сделал вид, что ничего не заметил. Хотя его раздирало любопытство, что там и откуда Блейз знает подобное, но… в конце концов, у него тоже были свои секреты от ребят. И мысль вновь свернула к одному из них. Трехголовый пес (Пушок?! Серьезно, Хагрид?!), люк под его лапой, подозрительно хромающий Снейп, теперь еще и бешеная метла Гарри… Рон пообещал друзьям, что попытается затихариться и со слизеринского угла понаблюдать за происходящим. Мало ли, вдруг тот же Снейп на своей территории забудется, потеряет бдительность и где-то проколется? Пока что у Рона в голове эти все факторы не женились. Да, Снейп совершенно точно ненавидел Гарри, и вместо того, чтобы объяснять ошибки, предпочитал орать и оскорблять его на уроках, но… Пару раз Рон видел, как его однокурсники влипали в неприятности, и Снейп, как декан, все разруливал — не похоже, что жизнь студентов была ему так уж безразлична. Если только Гарри не вызывает у него какие-то особые чувства, выбивающиеся из нормы. Да и Хагрид вон Снейпа защищает… Перед глазами что-то замельтешило, Рону пришлось вынырнуть из своих мыслей и вновь сфокусироваться на происходящем вокруг. Оказывается, к ним подошел Маркус Флинт. — Так, вы двое — брысь! — сказал он Тео и Блейзу, а потом указал на Рона: — А ты сиди. Тео и Блейз переглянулись, но встали со своих мест. Флинт плюхнулся в одно из освободившихся кресел, а потом долго-долго-долго смотрел на Рона, почти не моргая. Рон решил тоже долго-долго-долго смотреть и не моргать в ответ на случай, если это какая-то игра в гляделки, правила которой ему забыли сообщить. Воздух вокруг наэлектризовался, Рону казалось, что левое веко у него дергается, но все равно не сдавался, смотрел на этого капитана троллей в упор, продолжая жевать желейных головастиков. — Чарли Уизли же твой старший брат, да? — наконец спросил Флинт, моргнув первым. — Ну-у-у, да, — протянул Рон, радуясь, что теперь тоже может моргать. — Он хорошо играл. Для гриффиндорца, — на последнем слове Флинт оскалился. — Где он сейчас? В запасе у кого-то? — Э-э… да нет. Он в Румынии. Драконов изучает. Флинт поднял брови. — Странный выбор, — прокомментировал он. — Для «Соколов» он, может, стилем игры мягковат, но к «Сорокам» или «Стрелам» вписался бы хорошо. А неудачники из «Пушек» его вообще на руках бы носили и объявили бы своим господином — и были бы правы. Рон шумно выдохнул через нос. — У «Пушек» просто темная полоса, — проворчал он. — И дырявые руки, — добавил Флинт. — Зато сердца большие! — парировал Рон. — Они много жертвуют на благотворительность, устраивают разные… — Потому что иначе их прожуют и выплюнут, Уизли, — хмыкнул Флинт и тут же перевел тему: — А ты что? — Я?.. — Хорошо играешь? Сердце подпрыгнуло и застучало где-то в горле. Рон попытался сглотнуть, чтобы загнать его обратно. Почему-то у него возникло ощущение, что Флинт спросил его об этом не просто так, и сейчас многое зависело от того, как Рон себя поведет. — Уклоняйся от прямого ответа столько, сколько можешь, — всегда советовал Фред. — Тот, кто первым назовет цену — проиграл, — добавлял Джордж. — Расколешься — и они будут знать твой порог. — Об который сразу же треснут тебя башкой. Конечно, близнецы говорили скорее о деньгах и торгах, и все же… — А что? — спросил Рон. Флинт снова выдержал долгую неморгающую паузу, прежде чем ответить. — В следующем году Хиггс заканчивает школу, освободится место ловца, — объяснил он. — Вот я и подумал: вдруг твой брат научил тебя каким-то приемчикам? Не. Отвечай. Ему. — А. Я понял, — скучающим тоном произнес Рон, хотя внутри него все скрутилось от напряжения. Хотелось просто вскочить со своего места и начать носиться, а потом умолять, умолять, умолять, чтобы его приняли в команду. — Приходи осенью на первый круг отбора, — сказал Флинт и потом добавил: — Для своих. Для… своих? Охренеть! — Если гоблины о чем-то тебя спросили, значит, ты уже нужен им больше, чем они тебе, хотя они мастерски умеют делать вид, что все ровно наоборот, — это уже рассказывал Рону Билл. — Они так манипулируют твоим синдромом самозванца. Всегда держись вежливо, но не вываливай свои больные точки. — Хорошо, посмотрим, — сказал Рон и демонстративно уставился на свои ногти. Ему казалось, что дрожащие пальцы слишком бросаются в глаза, и Флинт сразу раскусит этот блеф, назовет маленьким придурком, отзовет приглашение и!.. — Бывай, малец, — произнес Флинт, больно стукнув Рона в плечо. Он поднялся со своего кресла и пошел обратно к сокомандникам, как будто бы ничего и не заподозрил. А может, это тоже блеф, и Маркус Флинт просто сделал вид, что не заметил блеф Рона? А на деле это какая-то многоходовочка, нацеленная на то, чтобы свести его с ума?.. Еда больше не лезла в горло, наоборот, Рон теперь чувствовал тошноту. Он отставил тарелку с остатками вкусняшек на подлокотник, вскочил и понесся к спальне первокурсников. К счастью, там никого не было, и за его истеричными метаниями из угла в угол наблюдал только Струпик. А если Флинт не блефовал, а если он и правда ожидает чего-то от Рона? И что тогда? Как оправдать ожидания? Дверь вдруг распахнулась, в спальню ввалился Эдриан Пьюси. В его руках была бутылка — и явно не от сливочного пива. — Что ты делаешь в комнате третьекурсников? — спросил Пьюси, уставившись на него. Рон поднял брови и осмотрелся по сторонам. Пьюси тоже завертел головой и переформулировал вопрос: — Что я делаю в комнате первокурсников? Рон пожал плечами. — Пожалуй, тот бладжер меня все-таки… это, ну, — Пьюси защелкал пальцами, пытаясь вспомнить слово. — Приложил? — подсказал Рон. — Может, тебе к Помфри?.. — А-а-ай! — Пьюси махнул рукой и прошагал вглубь комнаты, прямиком к креслу у якобы-окна, выходящему на якобы-улицу. Рон попытался сесть на свою кровать и успокоиться, но его ноги дергались, а коленки нервно бились друг об друга. В итоге он снова встал и принялся ходить туда-сюда по комнате. — Да не мельтеши, в глазах рябит, — простонал Пьюси. — Что ты носишься? Рон обхватил себя руками. Стоит ли говорить или?.. — Флинт сказал мне в следующем году прийти на отборочные! — выпалил он, не в силах больше выносить давление этого факта. Пьюси какое-то время молчал, явно не понимая, в чем проблема. — Ну, приди. — Я боюсь… — Ну, не приди. Рон шумно выдохнул. — А можно как-то побольше сочувствия к моей ситуации, нет?! Пьюси фыркнул и поднял вверх бутылку. — Слушаю тебя до тех пор, пока тут не опустеет, — заявил он, — время пошло. И сразу же сделал один мощный глоток. — В общем, я с детства играю, — начал Рон, — с детства летаю, это все мне привычно и знакомо, но… — Но? — Не могу, когда на меня смотрят, — проскулил Рон, — сразу начинаю лажать, ронять мячи, врезаться в деревья… Пьюси поднял брови. — О нет… ты же не скажешь Флинту?.. — с надеждой спросил Рон. Причем с надеждой в обоих смыслах. В первом случае Пьюси не скажет ничего Флинту, и у Рона останется все тот же шанс прийти на первый круг отборочных — для своих, для приглашенных. Во втором же случае Пьюси все расскажет, Флинт отменит приглашение — и это сразу же перестанет быть проблемой Рона. Пьюси медленно заморгал, долго обрабатывая вопрос. — А надо? — Ну-у-у… — Мне в целом глубоко изумрудно. Смотри сам, хочешь ты или не хочешь. — Я… я не знаю, хочу я или не хочу, — вздохнул Рон. — Просто… просто не понимаю, почему он вообще подошел ко мне. Что я… а что я, а?.. Пьюси опять сделал глоток, а потом, заметив Струпика, протянул к нему бутылку и дал понюхать горлышко. Кажется, он неиронично рассматривал крысу как самого идеального собутыльника… — Слушай, расклад такой, — заговорил Пьюси после большой паузы и отказа Струпика собутыльничать. — Твои братья — загонщики в Гриффиндоре. Загонщики всегда охотятся за ловцом, пытаются выбить его с самых первых минут игры. Без ловца выиграть, конечно, можно, но очень-очень сложно, особенно если рассчитываешь на большой отрыв. Понимаешь, куда я веду? Рон ошалело заморгал. — Флинт… он думает, что они не будут лупить по мне бладжерами, потому что… потому что я их брат?.. — Думаю, да. Это же полный, самый настоящий в своей масштабности… бред! — Я… вы… — Рон задохнулся и закашлялся, — да у вас хоть у кого-то тут есть братья и сестры вообще?.. Пьюси задумался. — У мелкой Гринграсс вроде сестра есть, а так… — он дернул плечом, — не помню. Кажется, нет. — И это заметно! — возмутился Рон. — Да Фред и Джордж будут молотить по мне не только бладжерами, но еще и битами, а потом ногами! Пьюси снова приложился к бутылке. — Флинту об этом знать не обязательно, — сказал он. — В смысле? Он же должен знать, кого набирает в команду! — заявил Рон. — Как ему капитанить тогда? — А что ты за него переживаешь? За себя переживай, — посоветовал Пьюси. — Сначала попади в команду, а там разберешься. Все мы тут были новичками. — Вряд ли вы были новичками, роняющими квоффл от волнения… — Да Флинт в свою первую игру забил гол в наши же кольца, — хмыкнул Пьюси. — Думаешь, почему его все Меткачом за глаза называют? — То есть Флинт тоже лажал?.. — Да все лажали, Уизли! — Пьюси сделал еще глоток. — В плохую погоду я несколько раз пасовал рейвенкловцам, а не своим, потому что мокрый синий и мокрый зеленый — одна херня. Так ладно еще квоффл упустить, а Боул вон Монтегю вообще из игры выбил в прошлом году… — Ничего себе… — И, как видишь, все мы до сих пор в команде, — подвел итог Пьюси. — Говорю же, главное попасть и закрепиться, а там разберешься. Рон прикусил нижнюю губу. — Я слышал, там Малфой… Малфой тоже хочет в следующем году пробоваться, — сказал он. — И он вроде как настроен выклянчить у отца метлы… в смысле, для всей команды. — Ну и? — Тогда у меня точно ноль шансов… — Пусть сначала выклянчит, а там посмотрим, — махнул Пьюси. — Поборешься тогда за место запасного игрока. А вот это неплохая мысль… Запасной игрок как бы считается универсальным, но его обычно тренируют как раз на ловца. — Ловцов стараются выбить первыми, — задумчиво произнес Рон, представив, как Фред и Джордж размазывают змееныша по полю. — А значит… — И поиграть сумеешь, и на метлах новых полетаешь, — закончил за него Пьюси. А что? Звучит как план… Хотя Малфоя тогда терпеть надо будет, выносить его подколки по поводу сидения на скамейке запасных и бла-бла-бла. Ну, ничего, это можно пережить. Пьюси прав, главное, попасть в команду. — Почему ты со мной возишься? — спросил Рон, вдруг осознав, насколько разговор ему помог. — Я же тебе никто. — Не знаю. Ты вроде забавный, — пожал плечами Пьюси. — Хоть какое-то разнообразие среди этих кислых надменных рож. — А, ну… ты вроде тоже ничего, — сказал Рон и протянул Пьюси кулак. Тот как будто бы не понял, что ему делать, поэтому чокнулся об него бутылкой. — Нормально, малой, прорвешься. — Надеюсь, — вздохнул Рон. — Кажется, многим здесь не очень нравится, что я с гриффиндорцами общаюсь. И Флинту особенно… Пьюси поперхнулся от смеха — и все, что он пил, пошло у него через нос. Рон во все глаза уставился на него, не понимая, чем вызвана подобная реакция. Наклюкался уже, что ли?.. — С чего ты взял? — спросил Пьюси, пытаясь вытереть лицо рукавом. — Ну… он несколько раз указал на это, типа как подколол? Не знаю. Типа как межфакультетская вражда и все такое… — Не помню, чтобы межфакультетская вражда мешала Флинту долбиться в десны с чертовым Оливером Вудом! Ч… чего?!.. А как… а в смысле?.. Пьюси медленно моргал, время от времени откидывая голову назад на спинку кресла. Рон заметил, что бутылка в его руках уже наполовину опустела. — Знаешь что? — спросил Пьюси, а потом охнул и сразу захихикал: — Я становлюсь такии-им болтливым, когда пьянею… представляешь? Все-таки напился. — Я никому не скажу, — пообещал Рон. Он тихо и аккуратно подошел к Пьюси, присел на корточки, поднес руку к донышку бутылки и стал медленно поднимать ее вверх. Пьяное сознание Пьюси подвоха не уловило, не поняло, что ему предлагают выпить еще раз. А потом еще раз. И снова. И опять. — Так кто там кого долбит? — спросил Рон, когда убедился, что его уловка сработала.

* * *

Пьяный Эдриан Пьюси выдал ему много чего интересного… — …Уоррингтон пробовался в прошлом году, но из-за наказаний и отработок не ходил на тренировки, в итоге его выперли. …полезного… — …Пароль от Ванны старост — «Чистые намерения». …и очень… деликатного. — … в общем, я зашел в раздевалку, а они там… метлы полируют. Друг другу. Если ты понимаешь, о чем я… — Понимаю, — кивал Рон и снова подталкивал ладонью донышко бутылки, — ты пей-пей. По крайней мере, теперь он знал, что предъявить, если опять начнутся стенания насчет общения с гриффиндорцами — и особенно с Гарри. А еще лучше… Нет, наверное, это совсем уже подло — шантажировать Маркуса Флинта его секретиком, чтобы тот уж точно взял Рона в команду, но… Ладно, это он уже решит по ходу дела. Тем более, Пьюси сказал ему еще кое-что: — Ты ему нравишься. — Н-нравлюсь? — сглотнул Рон. — Флинту? — Ты не лебезишь и не подлизываешься. Флинт не любит слабаков и сопляков без самоуважения. Чем больше ты с ним споришь, тем лучше. Ага, главное, чтобы он не начал тебя уважать так же сильно, как он «уважает» Оливера Вуда... Рон пока прекрасно справлялся с полировкой своей метлы сам. Однако же информация была полезной. Рон понял, что выбрал правильную стратегию переговоров, когда Флинт к нему подошел, а не стал радостно скакать, вилять хвостиком и всячески благодарить за приглашение. Это могло бы отпугнуть капитана троллей. — Ты мне очень помог, Эдриан, — тихим и убаюкивающим тоном произнес Рон. — Проводить тебя в спальню? В целом, он мог бы тут его уложить, но тогда и у Малфоя появился бы доступ к пьяной болтливости Пьюси. Нет уж, пусть сам его спаивает и информацию добывает, Рон не собирался предоставлять гаденышу все на блюдечке! — Абырвалг, — ответил Пьюси, роняя голову на грудь. К тому моменту он уже еле-еле шевелил языком, путал слова и иногда отрубался на половине фразы. И все равно Рон решил не рисковать и вывести Пьюси отсюда, пока остальные ребята не вернулись. Рон перебросил его руку через плечо и потащил Пьюси к выходу. К счастью, ноги тот переставлял сам, иначе Рону пришлось бы оставить его где-нибудь в коридорчике у стеночки. А еще им очень повезло, что на лестнице тусовались друзья и однокурсники Эдриана, так что Рон с чистой совестью скинул эту туго соображающую тушку на них. — …и вы так классно играли! — услышал он знакомый писклявый голос. Рон подошел к перилам, перегнулся через них и посмотрел вниз. — …Тот момент, когда ты протаранил этого идиота-Поттера, чтобы сбросить его с метлы! — заливался Малфой. — Это не просто игра, это уже искусство! А Флинт стоял и смотрел куда-то в сторону, как будто специально не замечал всех подлизывательных стараний Малфоя. — Да-да, — скучающе произнес он. — Слушай, мне надо отойти… — Какое-то срочное дело, да? — со сладким наигранным пониманием в голосе спросил Малфой. — Нет, просто не хочу с тобой разговаривать, — прямолинейно и жестко ответил ему Флинт. Малфой сначала покраснел, а потом побледнел. Он стоял с плотно сжатыми губами и смотрел на Флинта так, словно вот-вот был готов расплакаться. Рон закрыл ладонью рот, чтобы не заржать на всю лестницу и тем самым спалить свое присутствие. Вот и подтверждение слов Пьюси — подлизываться к Флинту нельзя. Пошлет. Играй сегодня Слизерин с каким угодно факультетом, кроме Гриффиндора, скорее всего, Рон поступил бы, как Малфой — выждал момент, подошел и начал бы фанатично рассказывать, как ему там все понравилось и какая чудесная и увлекательная вышла игра. И все же метлы… Если Малфой это всерьез все рассказывал и ему правда удастся уломать своего отца, гаденышу даже не нужно будет приходить на отборочные — ни на первый круг для своих, ни на какой другой. И не поможет Рону репутация Чарли, не поможет никакая инсайдерская информация, даже неожиданное пробуждение какого-то квиддичного таланта не поможет, да и Рон не особо верил, что в нем такое способно проснуться. Пожалуй, строить мосты нужно начинать уже сейчас… — Эй, Малфой! — окликнул змееныша Рон, когда спустился вниз по лестнице. — Чего тебе, Уизел? Ага, и как с такой падлой мириться-то вообще? И надо ли?.. Может, удар в нос все-таки окажется выразительнее слов?.. — Нам еще семь лет учиться вместе, — издалека начал Рон. — Семь лет в одной комнате… — Ну и что? — перебил его Малфой. Спокойно, Рон, спокойно! Дыши… — А то, что в этих всех склоках нет смысла, — процедил он сквозь зубы, хотя на деле хотел, ну о-очень хотел сказать другое. — Своими ссорами мы мешаем не только себе, но и остальным, кто с нами живет. — Ну, и? Рону уже начинало казаться, что этот шуршунчик плешивый специально его провоцировал на конфликт. — Как хочешь, Малфой, — заявил Рон, устав от этих игр. — С этого момента я не буду с тобой ссориться, не буду с тобой драться, не буду устраивать никаких подстав, пока… — он выдержал паузу для драматизма, — пока ты не нападешь на меня первым. И если ты это сделаешь, я отвечу соразмерно. Уж поверь. Малфой фыркнул и что-то там пробормотал себе под нос. — Как хочешь, — повторил Рон. — Квоффл на твоей стороне поля. Решай. Но не ной потом, что я тебя не предупреждал. Ужасно, ужасно, ужасно сильно хотелось толкнуть его плечом, но Рон удержался и просто прошел мимо. И чем больше он отдалялся, тем сильнее чувство гордости за себя согревало в груди и расправляло ему плечи. Если Малфой решится пойти на уступку и согласится остановить вражду, Рон все равно будет тем мудрым звеном этой тупой цепи, которое сделало первый шаг и разорвало замкнутый круг. Если Малфой продолжит выпендриваться и подлить, значит, ярлык инфантильного избалованного засранца закрепится за ним до конца, и Рон раз за разом сможет напоминать об этом, тыкать, как нашкодившего низзла — а что ты плачешь, это ты сам выбрал, а я предлагал! Рон довольно щелкнул костяшками пальцев. Главное, чтобы ему самому хватило выдержки сдержать собственное обещание.