киса

после того, как я узнала, что это будет неделя не только правды, но и что нас отвезут в какую-то заброшку, были только две вещи, которые меня интересовали - можно ли там будет помыться и дадут ли нам испытание алкоголем. конечно, нам разрешили помыться. за камерами мы все по очереди сходили в душ в одной из машин. это было облегчением. весь день я чувствовала на себе ту налипшую грязь за свою ложь. да, я врала. мне было страшно. я не хотела признаваться в том, что употребляла, что лежала в лечебнице, что наврала о том, что моя мать умерла. мне было стыдно. до дрожи в коленях стыдно. я была уверена, что меня выгонят сразу после полиграфа. но видимо, преподавателям слишком жалко выбрасывать меня на произвол судьбы. девочки избегали меня сегодня. не виню их. я сама себе не доверяю. я уверена, что они перебирают в голове все, что я когда-то им говорила. и они могут не сомневаться в том, что я сказала им ложь. и только тебе одной я сказала правду. кира. ты для меня особенная. тебе я врать не могу. я расцениваю это как что-то настолько неправильное, что-то жалкое даже для меня. ещё в первый день я выбрала тебя. я смотрела на тебя за баром, следила за твоими эмоциями, я была с тобой, пока ты кричала в истерике. и по лицу я получила тоже от тебя. ты до сих пор извиняешься, но это так глупо. я заслуживаю чего-то намного хуже, чем разбитую губу. я уже и не помню даже, что произошло. наверное, я сказала что-то не то, а может и просто попала под горячую руку. но тогда я поняла, что от тебя не отвяжусь. я вьюсь за тобой невидимым хвостиком, стараясь не обращать на себя внимание. почему-то. потому что меня тянет к тебе. меня тянет к твоей властной силе, к тому, что ты можешь причинить мне боль. это даёт мне ощущение, что все настоящее, отрезвляет меня. только ты, кира, позволяешь мне не остаться наедине с собой, в этом омуте проклятого дерьма моих мыслей. ты нужна мне. но ты тоже не сказала мне ни слова. и это убивает меня. не такой боли я хотела. лучше избей, отпинай, плюнь в лицо и оставь в грязи. но не молчи рядом со мной, не отходи. я не врала тебе. каждое слово было голой и чистой правдой. кира. из-за тебя я пью. я первая подхожу к этому сраному ящику и беру из него две бутылки вина. никто не говорит и слова против. я пью быстро, будто могут отобрать. пьянею также. я не замечаю, как кто-то включает музыку, на украденный колонке. не замечаю, как девочки по одной, кто тоже пьяный, кто нет, подходят ко мне. и я снова лгу им, снова вешаю на уши слова о том, как мне стыдно и как сильно я хочу научиться быть искренней. я замечаю, что ты не смотришь. ты должна. должна. кира. я завидую тебе. ты меняешься. ты становишься лучше. и с кажой неделей ты удаляешься от меня. я смотрю на тебя откуда-то снизу, своими жалкими глазами. а ты склоняешься ко мне, гладишь по голове как помойного котёнка. кира, забери меня домой. топи блох, корми, я буду ручной. я буду все делать правильно. только не отпускай меня к ним, на волю. они не поймут. вторая бутылка подходит к концу. я танцую у костра, с кем-то обнимаясь. язвонко смеюсь, но внутри что-то острое колется прямо в грудь. я оборачиваюсь и вижу, что ты уходишь. бросая пустую бутылку, я бегу за тобой, путаясь в своих двух ногах. я пытаюсь поспеть, пьяным голосом кричу твоё имя. а ты все ещё не оборачиваешься. догнав, я падаю на колени, хватая твои ноги. теперь тебе тяжело не обращать на меня внимание. - кира, пожалуйста, не поступай так со мной, прошу, - я плачу, шмыгаю сопливым носом. ты смотришь разочарованно. и я начинаю плакать сильнее. я целую твои ноги, вцепляюсь в них сильнее. ты вдруг наклоняешься. и я жду удара. но его нет. ты берёшь меня на руки вместо этого. я все шепчу твоё имя, будто если перестану, ты сразу же исчезнешь. кира кира кира. ты серьёзная, ты хмуришься. а я улыбаюсь во все свои фиолетовые от вина зубы. - что ж ты напилась то так, а, горе. - мне было очень плохо без тебя. - и как это понимать, кисунь? а я и не знаю. наверное, так, что я теперь не могу жить без тебя. что ты теперь моя зависимость. тебе ли не знать. что ты пускаешь теперь адреналин и дофамин в кровь, твой голос, твои руки, твоя улыбка. я даже не знаю, куда мы идём. но мне наплевать. ты знаешь лучше. тебе я доверяю все. я чувствую, как ты отпускаешь меня на матрас на полу. я боюсь, что ты уйдёшь, поэтому вцепляюсь в тебя руками, тяну на себя. но получается плохо. я сильно напилась. - кира, останься со мной. - не хочу. твои глаза темнеют. это игра, да? я буду играть по твоим правилам, я все буду делать, как ты скажешь. - пожалуйста, кира. - ты лгунья. я не могу тебе доверять. ты так близко. зачем ты это делаешь? мне же нельзя тебя трогать. я знаю, что ты будешь ругаться. я шумно дышу. пусть хотя бы воздух будет касаться твои губ. - все, что я говорила тебе. каждое слово. это правда. только тебе. - и с чего такая щедрость? я почти плачу. я не могу так. ты такая красивая, такая тёплая, такая близкая. я не думаю. ни секунды. я с силой прижимаюсь к твоим губам своими. это не первый наш поцелуй. я уже лезла к тебе вот так и ты ругалась и запрещала. но зачем тогда ты делаешь все это для меня, зачем? - нельзя. - прошу, кира, мне нужно, ты нужна. я скулю. как сучка умоляю тебя о поцелуе. а твоя рука на моей шее. - ты просто напилась. как и всегда. - кира, я люблю тебя. выкрикиваю. ты молчишь. это мой туз, мой козырь. это моя самая сокровенная правда. ты не можешь отрицать. ты это знаешь. - кира, пожалуйста, не оставляй меня. я плачу, утыкаюсь в твоё плечо, твоя куртка становится мокрой от моих слез. я вцепляюсь в тебя руками, а ты гладишь меня по спине. забери меня к себе, кира. - почему я верю тебе? - потому что только тебе я говорю правду. я покрывая горячими поцелуями твою шею. я расстегиваю твою одежду. ты оттаскиваешь меня от себя и роняешь на матрас. - нет, киса, я главная. мои глаза, кажется, закатываются от твоего низкого и хриплого голоса. от того, как быстро ты снимаешь свою одежду. от того, как твоё тело прижимается к моему. ты целуешь меня, кусаешь, забираешься в рот своим хищным языком. я мычу что-то, но тебе все равно. я обнимаю тебя и руками и ногами, потираюсь о тебя. кира. ты. только ты. моя особенная. - люблю люблю люблю. наконец получается сказать. ты усмехаешься и стягиваешь с меня кофту, под которой ничего нет. ты кусаешь мою шею, оставляешь засосы, помечаешь. и мнешь мою грудь, щипая за соски. я громко постанываю. - киса, тише. сейчас операторы прибегут. но ты сразу начинаешь посасывать мою грудь. и я понимаю, что тише тебе не надо, что это тоже игра. а я ведь делаю все, что ты захочешь. я трогаю тебя везде, где могу дотянуться. вожу руками по твоей мягкой татуированной коже. и все твержу твоё имя. не могу остановиться. ты опускаешься поцелуями ниже и стягиваешь с меня штаны. - поцелуй. требую. и ты поднимаешься ко мне. ты тоже можешь иногда играть. по моим правилам. ты целуешь все так же жадно. - моя киса. моя маленькая. я тоже тебя люблю. я замираю. нет. нет нет. не может быть. ты смеёшься. я завороженно смотрю в твои темные глаза. и верю тебе. впервые в жизни верю полностью, отдаваясь без остатка. ты опускаешься вниз. я наблюдаю за тобой между своих ног и вся верчусь от удовольствия. ты вылизываешь меня. так старательно, напористо. так приятно. до дрожи в ногах, то вскриков. я хватаю тебя за волосы, сжимаю твою голову бёдрами. а ты только ускоряешься и сильнее сжимаешь мою задницу. я хочу растянуть удовольствие, но не выходит. заканчиваю быстро и сильно, трясясь всем телом. ты даже не использовала пальцев. ты поднимаешься ко мне, ложишься рядом. я целую тебя, пробуя себя на вкус. - сладкая. и я снова возбуждаюсь от этих твоих слов. - ещё. - ещё? ты говоришь с вызовом, но я уже чувствую твои пальцы на своей вагине. ты проводишь ими медленно, дразнишь, а я вся льну к тебе. - ты моя, слышишь? ты только моя. а чья же ещё. кому я вообще могу быть нужна. - я видела, как они на тебя смотрят. хочу спросить, о чем ты, но твои пальцы уже внутри меня. ты трахаешь меня жёстко и грубо, а я вся плавлюсь от этого. - только моя. сучка. тебе нравится? - да... - сколько ты об этом думала, а? - все время, ах, кира, стой... - нет. я главная, помнишь, киса? я больше не могу, вся сжимаюсь вокруг твоих пальцев. оргазм так близок, но твои пальцы двигаются слишком быстро. и ты знаешь это. ты не позволяешь мне о кончить. но я знаю правила. - прошу, кира. - что? - я очень хочу закончить, пожалуйста! - скажи, что ты моя. быстро. - я твоя, кира. твоя. только твоя сучка. я все для тебя сделаю. все, что скажешь. и тут ты немного замедляешь темп и оставляешь во мне два из трех пальцев. вот она, долгожданная разрядка. на этот раз я бесшумно падаю без сил и тяжело дышу. я чувствую твоё тело рядом со мной. хочу придвинуться к тебе. ты читаешь мысли и обнимаешь меня, притягивая к себе. прижимаешь крепко. - киса... - да? - если тебя выгонят, я уйду за тобой. - глупости. я зарываюсь к тебе, в твою одежду, я ведь ещё голая. - уйду, сказала. - меня не выгонят. я исправлюсь. буду с черной лентой. ты отстраняешься, чтобы одеть меня. я останавливаю тебя. - хочешь я что-нибудь для тебя сделаю? - да. бросай пить. я закатываю глаза. ты одеваешь меня. и снова ложишься рядом. мы лежим на боку, ты обнимаешь меня со спины. мне так тепло. так приятно и спокойно. нет. ты не зависимость. наверное, это чувство называется как-то подругому. счастье? или что-то большее? - я люблю тебя, киса. засыпай. мы лежим в тишине какое-то время. я жду, когда ты спросишь. - ты правда никогда мне не врала? - никогда. ты веришь. и это правильно. потому что все мои слова тебе - правда.