Не бесите некроманта!

POV S.S

      Широкое, почти бескрайнее поле белёсой рваной раной рассекала на двое узкая пешеходная тропа, по которой студенты еженедельно неспеша брели в Хогсмид за покупками и приятным времяпрепровождением.       Осеннее утреннее солнце уже припекало не так яро, как делало это летом, но с каждым пройденным по тропе километром я понимал, что всё равно денёк сегодня выдастся жарким. И не только из-за солнца.       Я ещё глубокой ночью был доставлен странно притихшим Нафаней в эту мирно спящую деревушку, и несколько часов просто бродил по пустой и единственной в ней улице в попытке собраться с мыслями и расставить приоритеты в предстоящей работе. Но тонкая алая полоска на горизонте оповестила, что совсем скоро наступит рассвет, и было бы неплохо поторопиться, чтобы потом не бегать в запаре.       Я наугад подошёл к первой попавшейся мне на глаза двери и лёгким щелчком пальцев снял с неё слабенький охранный контур. Зайдя внутрь, в ту же секунду был атакован миленьким и, похоже, совсем ещё молоденьким книзлом. То, как умиленно котейка заглядывал мне в глаза, выпрашивая то ли ласку, то ли вкусняшку, живо напомнило мне совершенно другого кота, который всегда так же пристально смотрел своими изумрудными глазищами мне прямо в душу, выворачивая её наизнанку.       — Потерпи, малыш… Я скоро верну тебя…       Второй этаж. Спальня. Сладко спящая парочка на кровати совершенно ни о чём не подозревает. Ритуальный кинжал. Два удара. Влитое в раскрывшиеся в немом крике рты рубиновое зелье. Длинный, но совершенно простой катрен. И передо мной стоят два свеженьких зомби, готовые исполнить любой мой приказ.       Как всё просто…       Тьма внутри ликует. Она почти вырвалась на свободу. Всё, что её ещё сдерживает — это память о единственном человеке, которого я любил. И люблю. И буду любить несмотря ни на что.       Гарри Поттер будет жить!       И совершенно не важно, сколько сторонних людей мне сегодня придётся принести в жертву Бледной Госпоже. Мой котёнок снова вернётся в мир живых.       На улице всё ещё довольно прохладно, но тело, укутанное в мягкое длинное пальто сливочного цвета, словно горит изнутри.       Короткий взмах руки — и мои свежесделанные мертвяки с грохотом вваливаются в следующий дом, чтобы пополнить ряды моей маленькой армии.       Всё, что от меня требовалось — это вовремя накладывать Полог Тишины на те дома, где мои модифицированные, ядовитые и крайне заразные творения с энтузиазмом создавали себе подобных.       И вот уже меньше чем через два часа я расслабленно шагал по тропе в сторону Хогвартса, а в десятке метров позади меня молча, нестройными рядами тащилось чуть больше трёх десятков мёртвых тел.       Со стороны, наверное, на любого увидевшего эта картинка должна была навевать ужас. Ну ещё бы. Видок у меня сейчас тоже был, мягко скажем, не самый свежий — не сильно-то я и отличался теперь от тех, кого создал. Впалые щеки, круги под глазами, нездоровый синюшный оттенок лица. Волосы, которые полностью стали седыми, развевались за моей спиной, словно божественный нимб…       Только вот от Бога во мне больше не было ничего. Скорее всего, в ближайшее время для всех вокруг я стану живым воплощением дьявола. Ну и хрен с ними. Нечего было бесить некроманта. Сами виноваты.       А на границе защитного контура Хогвартса меня встретила целая делегация аж из пяти магов, ощерившихся в мою сторону волшебными палочками. Вид помятых со сна, с трясущимися ручонками и бегающими по сторонам глазками волшебников вызывал в моём организме единственное желание — прекратить побыстрее все их бесполезные мучения.       Они непонимающе смотрели на меня — я скучающе пялился на них. Торопиться мне больше было некуда. Контракт подписан.       Вот так мы молча и стояли несколько минут друг напротив друга, разделённые лишь тонкой и невидимой глазу защитной завесой.       — Кто ты такой, и что тебе здесь понадобилось? — Дамблдор в весёленьком цветастом халате и в тапочках на бо́су ногу мрачно сверлил меня взглядом, изредка поглядывая на стоящих рядом профессоров. На вид старик был абсолютно спокоен и уверен в собственных силах, но его нервозность с головой выдавали мелко подрагивающие кончики пальцев, которыми он сжимал рукоятку Бузиной палочки.       Кстати о палочке. Не мешало бы забрать артефакт, всё-таки раритет — самому Певереллу когда-то принадлежал, так что нечего всяким там Дамблдорам его своими потными ручонками обтирать…       — Дайте мне доступ к алтарю Хогвартса и обещаю, что лишних жертв не будет, — я криво усмехнулся уголком губ, а про себя добавил: «Наверное»…       — А немного ли вы на себя берёте, мистер… — директор от такого заявления, кажется, немного подрастерял своё красноречие. — Эта школа — неприкосновенная твердыня, созданная самими Основателями! Даже Волан-де-морт не смог пробиться сквозь её защиту! Возвращайтесь туда, откуда пришли — мы уже вызвали авроров и совсем скоро они будут здесь!       Мара свидетельница, я честно пытался сократить число будущих жертв до необходимого минимума. Но раз уж пошла такая пьянка…       — Я не Волан-де-морт, Альбус, — мой презрительный злобный фырк был адресован не старику, а ныне безвременно почившему Лорду, и то лишь потому, что будь у меня свободное время, я бы сам с удовольствием расправился с этим уродом. — Не заставляй меня применять силу. Вспомни, что в школе полно детей, а мои создания очень и очень голодны…       — Ты не сможешь пройти сквозь щиты Хогвартса! — вот и МакГонагалл проснулась до конца и тоже начала возмущаться, видимо, чувствуя себя под защитой замка в полной безопасности. Зря, кстати. — Убирайся! И не смей угрожать детям!       Похвально, конечно, что она так печётся о своих подопечных, но где ты, драная кошка, была, когда мелкого Снейпа гнобила кучка зарвавшихся подростков? Почему закрывала глаза на то, как два богатеньких ублюдка и их дружки самоутверждались за счёт затюканного жизнью пацана?       Аг-ррр… Как же бесит…       Разводить политес у меня не было ни малейшего желания — я и так прекрасно осознавал, чем всё это закончится. Знал, мысленно переварил и смирился с собственной судьбой. Так что к дьяволу всех — они сами виноваты. Именно их бездействие в прошлом повлекло за собой то, что я сейчас собирался здесь устроить.       Без лишних спецэффектов — да кому они вообще нужны — замысловатым пасом обеих рук я просто уничтожил остатки защитного контура над замком. Со стороны могло показаться, что я разрываю руками в воздухе что-то плотное. Ну да и хрен с ними.       Зомбаков за моей спиной было не так уж и много, но даже этого вполне хватило на то, чтобы массой мёртвой плоти завалить четырех истошно визжавших и яростно отбивавшихся профессоров. Не учли они только одного — мёртвому телу совершенно насрать на все ваши светлые заклинания. Мёртвое тело боится лишь магии Смерти. И ещё раз умереть, уже окончательно, оно может лишь от руки своего создателя…       Обречённые крики из-под медленно шевелящейся груды тел уже еле слышались, когда мне в спину прилетело Круцио. Да что они здесь в Англии, кроме Непростительных больше никаких заклинаний не знают?! Вот Дамблдор — ведь глубокий старик и явно далеко не дурак… Так какого хрена он пытается остановить тёмного колдуна тёмной же магией? Или он надеется на то, что эффект будет как в математике, где минус на минус даст плюс?       От впившегося в меня заклинания я даже не поморщился — щекотно, конечно, но в бросании Круциатусов старик явно мастером не был: ему ли не знать, что сила Непростительного напрямую зависит от внутренней ненависти насылающего проклятие? А наш Великий Светлый всегда был слишком правильным — если, конечно, не считать морально-этических сторон некоторых вопросов.       Палочки у меня в руках не было — она и раньше мне была не нужна, а сейчас и подавно. И, видимо, именно этот факт выбивал Дамблдора из колеи — ведь даже его дражайший Волан-де-морт пользовался проводником Силы, а тут какой-то левый колдун свободно владеет невербальной беспалочковой… И это замешательство старика сыграло мне на руку.       За пару секунд преодолев разделяющее нас расстояние, я просто и без затей отправил светлейшего мага здешней современности в нокаут. Присев рядом с неподвижно распластавшимся телом на корточки, я двумя пальцами подцепил легендарный Дар Смерти и сунул себе в карман пальто.       Со стороны моих мертвяков больше не раздавалось никаких звуков, и я, скосив на них глаза, отметил, что мои создания, замерев на месте, стоят и ждут дальнейших приказов. Что ж, тогда продолжим.

💀💀💀

      И снова я иду во главе своей маленькой армии, таща за собой по воздуху бессознательное тело почти бывшего директора почти уже бывшей школы Магии и Волшебства.       Заходить через парадный вход не стал — какой смысл тащиться потом кругами через весь замок, если можно было пройти через потайной ход сразу к Тайной комнате?       Да и жертву я нашёл почти идеальную — старик силён, так что он один вполне сможет заменить троих. Всё таки не настолько я тварь, чтобы вести на заклание ни в чём не повинных детей. Да и контракт предусматривал выброс определённого количества Силы, не оговаривая при этом количество народа, принесённого в жертву.       Привычный глазу полумрак, гулкое шипение из дальнего угла — это Сссал приветствовал старого друга. А у меня на душе было пусто. Эмоции ушли в глубокий минус — хотя, может, это и к лучшему, ведь в здравом уме я бы никогда не смог сделать то, что собирался.       — От тебя сса километр нессёт магией Сссмерти… — исполинская голова василиска с любопытством разглядывала мой новый внешний вид с высоты трёх моих ростов. — И печать её сссветитсся, сссловно зссвезда…       — Прости, друг. Но я должен уберечь Тигрёнка… — наверное, это должно было быть произнесено извиняющимся тоном, но… Сожаления не было. Никакого. Только чёткая цель, к которой я шёл с грацией носорога.       Мне показалось, или змей облегчённо вздохнул?       — Я готовсс… Что мне сссделать?       — Ничего. Просто когда этот, — я кивнул в сторону болтающегося в воздухе тела, — отдаст свою силу алтарю, замок умрёт. И ты вместе с ним.       В глазах реликтовой змеи не было ни намёка на страх. Даже ни малейшего осуждения своим действиям я в них не заметил. Лишь какая-то странная тихая грустная радость растекалась вокруг старого Змея, заставляя на секундочку всколынуться в груди жгучую тоску.       Но мысль о том, что это моя единственная и абсолютно точно последняя возможность спасти Ри, задвинула её на самые дальние задворки души — может быть даже, когда всё закончится, я буду оплакивать смерть старого друга, и, может быть, даже пожалею тех, кто попал в эту мясорубку не по причине собственной дурости и жадности… Может быть, когда-нибудь… Но точно не сейчас.       То, что в школьном пособии было описано как «огромный булыжник, укрытый истлевшими шкурами», на деле же являлось алтарным камнем Хогвартса. Салазар, связав защиту замка с собственным фамильяром, буквально принудил того стать для него бесплатной батарейкой — спя в этом месте, змей невольно делился собственной энергией с защитным контуром, последние года фактически в одиночку подпитывая его. Ведь «умные» английские маги запретили все ритуалы, которые проводились бывшими директорами для поддержания замка в рабочем состоянии.       А нет подпитки — нет и магии, которая не только держала закрытыми границы замка, заставляла двигаться лестницы и оживляла портреты, но и давала Силы здешним домовым эльфам. А Сссал уже далеко не молод, и его силёнок попросту больше не хватает. Поэтому и лестницы сбоят, и портреты перестали друг к другу в гости ходить и эльфам едва хватает магии на поддержание в замке минимального порядка.       Через сколько Хогвартс полностью остался бы без магии — дело времени, но по прикидке Поттера ещё лет пятьдесят и всё — волшебный замок превратился бы в самый обычный. И оживить его уже не смогло бы ничто.       — Миль… Всссё хорошшшо… — Сссал аккуратно лизнул мою щеку кончиком своего раздвоенного языка. — Не бойссся… Я уже давно готов уйти… Уссстал… — огромная голова змея резко закрутилась из стороны в сторону, словно в поисках чего-то. — Вот. Возьми. Наберешшшь яда — пригодитссся.       Старый добрый друг… Как жаль, что я так и не смог тебя отсюда вытащить. А теперь тебе придётся умереть из-за блажи какой-то дохлой псины…       Но сантименты прочь — Мара хоть и дала неограниченные полномочия и времени отвесила с запасом, но не стоит испытывать терпение этой неадекватной местами сущности.       Взмахом руки испепелив гору шкур, покрывавших алтарь, я с интересом уставился на огромный кусок обсидиана, который Основатели приспособили для сбора магии на нужды школы. Интересное решение — до этого момента я считал, что камнем Рода может стать лишь драгоценный или полудрагоценный материал, а эти гениальные волшебники, видимо, решили не заморачиваться и взяли первый попавшийся под руку булыжник, чтобы создать из него сердце Хогвартса.       Еще один пас рукой, и тело директора аккуратно опустилось на отшлифованную веками и змеиным телом чёрную поверхность. Не надо быть великим магом, чтобы, глядя на то, насколько редко по камню проскакивали тусклые серые искры, понять, что он тоже был на последнем издыхании. Так поможем же друг другу.       Бедный алтарь настолько изголодался, что вцепился в свою жертву мёртвой хваткой — запястья и лодыжки старика в доли мгновения окольцевали каменные кандалы, намертво распяв тело по всей поверхности. Я же, огладив на прощание огромный нос василиска, простым шлепком по лицу привел директора в чувство.       Он резко дёрнулся, но, поняв, что встать уже не сможет, близоруко прищурившись, пристально уставился на меня своими блёклыми голубыми глазёнками — его легендарные очки-половинки сейчас болтались на цепочке где-то за краем алтаря. Не стал издеваться над стариком ещё больше — просто напялил их ему на нос.       — Кто ты? — неужели это единственный вопрос, который на данный момент интересовал старика?       — Приглядись повнимательнее, Альбус, — я, криво усмехнувшись, убрал со лба мешающиеся седые пряди. — Узнал?       — Северус… — на лице светлейшего читался полнейший шок — всё-таки узнал. — Но как?       — Что «как»? Как я стал таким красавцем? Или как я вдруг оказался некромантом, которого ты под собственным носом не замечал много лет подряд? Или, может быть, как я докатился до жизни такой? — язвительности и сарказма в моих словах сейчас было столько, что с ними не сравнился бы даже собранный у Сссала яд.       — Но ты же говорил, что у тебя нет метки…       То ли старик чего-то не догонял, то ли просто зациклился в собственном старческом маразме на одной точке, но отчего-то он умудрился провести параллель между моим Даром и своим безумным врагом. Хотя как одно связано с другим, я так и не понял.       — Твой Лорд мёртв. Сдох позавчера вместе со всеми своими Пожирателями, — у старика неверяще округлились глаза. — Твоё идиотское пророчество всё же сработало, пусть и через жопу, — я злобно рыкнул, вспомнив на мгновение, КАК именно оно сработало.       — Тогда зачем всё это, Северус?       — Ну а как ты хотел, Альбус? Волан-де-морт мёртв, Поттер мёртв, а ты всё ещё жив… Не порядок… — я, видимо, как-то слишком уж маньячно улыбался, потому что, судя по выражению лица Дамблдора, он сейчас очень сильно хотел испариться из поля моего зрения. — Ты же всегда пропагандировал всеобщее благо и любовь… Вот и послужишь напоследок благому делу: поможешь мне вернуть обратно любимого человека.       На лице светлейшего уже была чистейшая паника — он дёргался в каменных путах в попытке вырваться, и предсказуемо у него ничего не получалось ни с магией ни без. Голодный алтарь точно не отпустит такую жирную жертву.       — Северус, одумайся! Лили уже не вернёшь — она давно мертва…       — Альбус, ты идиот? — я даже подзавис немного от таких слов — хорошо же псина обработала за прошедшие годы старика, раз он до сих пор думает о таких абсурдных вещах. — Нахрена мне эта мелкая вертихвостка?       Мне под задницу упёрлось что-то большое и упругое и я, благодарно вздохнув, уселся на предоставленный Сссалом хвост. Всё таки вся эта беготня, нервотрёпка, перекачка магии и её экстренное восстановление ударили по моему физическому состоянию намного сильнее, чем хотелось бы.       Я устал. Хотя устал не столько физически, сколько морально. Устал каждую секунду думать о том, что моего любимого мальчика больше нет со мною. Устал сомневаться сам в себе. Устал понимать, что это конец…       И как бы там сегодня ни сложились звёзды, но мой котёнок будет жить.       Спустя долгие пару минут молчания, я всё-таки нашёл в себе силы и снова заговорил. Правда, голос мой был глух и совершенно безэмоционален, что, похоже, впечатлило старика ещё больше.       — Мне нахрен не сдалась твоя Лили, Альбус. И я тебе об этом уже говорил. А вот её сын… Гарри Поттер… Единственный человек во всех мирах, которого я когда-то любил. А он любил меня в ответ… Но твоя безумная псина предала тебя и отдала моего мальчика в лапы Лорда… За что и сдохла… Не смотри на меня так! Поверь, в отличие от тебя, умирал он очень долго и мучительно, — я криво усмехнулся. — И да, Альбус, это я в тот день, когда Блэк впустил к твоим Поттерам Тёмного Лорда, забрал малыша с собой. Это я растил его все эти годы, обучил всему, что знаю сам, и научил пользоваться своим Даром.       Ты ведь не знал, что твой такой долгожданный Избранный — рождённый некромант? По глазам вижу, что не знал. Его родители хорошо постарались, скрывая этот секрет ото всех, даже от его же крёстного. И да, крёстную связь между Блэком и Поттером тоже я разорвал.       Глядя в наполненные шоком и болью голубые глаза, я хмыкнул про себя: да, Альбус, хреново осознавать, что даже близкие люди тебя предают… Особенно те, кому ты сам доверял.       — А сейчас я сделаю всё для того, чтобы вернуть Гарри обратно. Чтобы обезопасить его и не допустить повторения того, что уже произошло.       — Северус, даже если ты воспользуешься хроноворотом, ты всё равно уже не успеешь… — старик сейчас казался настолько сломленным, что у меня закралась подозрительная мыслишка, что он смирился. Хотя так даже лучше — добровольная жертва всегда намного ценнее вынужденной. Запишем потом ему плюсик в карму на следующую жизнь.       — Спасибо, учитель, я так-то в курсе. Пробовал уже, — я прикурил сигарету, возможно даже, последнюю в этой жизни, и улыбнулся. — Хроновороту, даже тёмному, такой скачок не под силу. А вот Госпожа в обмен на маленькую услугу дала мне карт-бланш, и насрать мне, что бы ты там мне сейчас не зачёсывал про любовь и прощение, но этот шанс я не упущу.       — Что с тобой случилось, Северус? Ты ведь всегда был таким тихим и спокойным мальчиком… — сдаётся мне, что кое-кто сейчас дико сожалеет о собственном пофигизме и об упущенной выгоде.       — Оборотень со мной случился, дорогой директор. Всего лишь самый обычный оборотень… — сзади громко на кого-то зашипел Сссал.       Сначала мне показалось, что это кто-то из моих мертвяков за мной увязался. Но, присмотревшись повнимательнее, с удивлением обнаружил жавшегося в угол бывшего Рона Уизли. Видок у его был тот ещё — словно правую его половину тела по крупной наждачке пару километров протащили — кожа на этой стороне отсутствовала полностью, являя нам подробный анатомический атлас по строению человека.       Вроде бы Ри запирал его в Выручайке? Тогда как этот уникум умудрился оттуда выйти, да ещё и прогуляться через пол Хогвартса? Похоже, мой гениальный шилозадый Тигрёнок реально умудрился запустить в мёртвой башке какие-то мыслительные процессы. Ничем другим поведение рыжего я объяснить не могу — он сидел, обняв свои колени, раскачивался из стороны в сторону и тихонечко на грани слышимости выл: «…а…и…»       Но мне это чудо магической мысли сейчас было нахрен не нужно, поэтому я быстренько спеленал его Инкарцеро, стукнул усиленным Петрификусом и засунул в Стазис. Хотя последнее, явно, было лишним: испортиться Рональду Уизли, после поднятия Поттером, не грозило ещё лет так сто, минимум.       — Так вот куда пропал сын Молли… — я думал, Дамблдор сейчас закатит мне показную истерику, а он только грустно вздохнул и спросил тихо. — За дело хотя бы? — получив мой утвердительный кивок, он вновь вздохнул и вдруг, встрепенувшись, воскликнул. — Северус, а как же твои зомби? Они же могут напасть на детей…       — Ну за это можешь не переживать, Альбус. Как только меня не станет в этом времени, они самоликвидируются. Знал бы, что вы меня встречать только впятером выйдите — вообще бы их созданием не заморачивался…       — Знал бы я, что всё будет вот так… — Альбус уже начал меня реально подбешивать своими вздыханиями.       — Но всё так. Именно так, а не как ты там себе распланировал в своей голове, Альбус. Ладно, — я устало поднялся с нагретого места и проворчал, — раньше сядешь, раньше выйдешь.       По-большому счёту мне даже и делать-то ничего не надо было — оголодавший алтарь уже совершенно самостоятельно и довольно-таки плотно присосался к магии Дамблдора и потихоньку перекачивал её в свои пустые закрома. Я лишь чуть ускорил процесс — вскрыл старику вены на запястьях и лодыжках и стал ждать нужного момента, чтобы закапсулировать эпицентр назревающего взрыва.       По приказу Мары было необходимо накормить сердце Хогвартса настолько плотно, чтобы оно лопнуло от переизбытка силы, тогда освободившаяся энергия отправила бы меня в прошлое, именно в тот момент и место, которые я бы представлял в это время в своей голове.       Но Дамблдор уже не подавал признаков жизни, а прожорливый булыжник всё ещё не был полон. Будь прокляты в посмертии все, кто не подпитывал эту оголодавшую заразу!       Рядом вновь зашипел Сссал, напоминая, что во всём этом бедламе он сегодня тоже принимает непосредственное участие. Кинув в сторону змея благодарный взгляд за всё, что он для меня за эти года сделал, я без малейшего сожаления проткнул его голову ещё одним гоблинским клинком.       Лезвие входило в змеиный череп с усилием, словно бы нехотя, но именно здесь, в крохотном местечке между глазами у василиска была единственная слабая точка. Сссал смотрел на меня до самого последнего мгновения, и лишь когда третье веко его бессильно закрыло зрачок, а сам он выдохнул последнее свистящее «Ссспасибо»… глаза мои обожгли жгучие слёзы…       Прости, друг…       А алтарь всё тянул и тянул из безжизненного тела остатки энергии, но и её не хватало…       Просрать последнюю возможность вернуть Тигра я не мог — поэтому, резко вскрыв собственное запястье, я приложил окровавленную руку к камню. Мне показалось, или по залу разнёсся радостный рык?       В любом случае выхода у меня два: либо я справляюсь с тем, что в моей жизни происходит очередной незапланированный пиздец, либо алтарь высосет меня подчистую и тогда мне уже будет искренне похер совершенно на всё.       На моё счастье камень насытился уже тогда, когда я только-только почувствовал первое лёгкое головокружение. И ещё пару минут я буквально насильно вливал в него свою магию. Алтарь подо мной раскалился, став цвета свежей лавы, но питаться так и не прекратил. Ненасытный артефакт…       Ну а когда у меня перед глазами уже начали мелькать чёрные точки от потери крови, я прямо-таки спинным мозгом почувствовал: пора! Активизировав прихваченный из поместья артефакт локальной изоляции, я накрыл себя и пульсирующий с бешеной скоростью камень защитным куполом.       Теперь после взрыва алтаря, замок, конечно, тряхнет знатно, но по крайней мере большинство народа останется живы. А там уж они сами разберутся. Мне наплевать, что здесь будет — возвращаться назад я как-то не планировал.       Пульсация всё нарастала. Теперь к световому шоу прибавился ещё и низкий недовольный гул, заставляющий вибрировать кости внутри тела и в панике желать свалить куда подальше. А я, не мигая, пялился на бешенные вспышки света и усиленно держал в голове лишь одну единственную картинку.       Моей задачей было попасть именно в этот момент. Ведь именно тогда всё и началось. Именно тогда я стал причастен, пусть и косвенно, к происходящему. И именно мне всё и исправлять.       Камень взорвался совершенно бесшумно. Просто на долгое мгновение каждый закоулок Тайной комнаты словно залило светом тысячи солнц, а после вокруг снова стало темно и тихо.       Сдаётся мне, что от легендарного убежища Салазара Слизерина больше не осталось ничего. Даже пыли. Что ж, будем считать, что останки Сссала я кремировал, а прах развеял над его домом. Ну а место, где развеялся прах от моего старого тела, меня совершенно не интересовало — оно своё отслужило.

💀💀💀

      Очнулся я от чьего-то тихого то ли воя, то ли жалобного скулежа…       За последние сутки я уже даже как-то успел привыкнуть к тому, что всё тело постоянно словно в огне горело… Сейчас же не болело ничего, только на душе был такой раздрай, что я, теперь уже сам, неосознанно взвыл… От радости.       Потому что вокруг меня сейчас вновь находился знакомый интерьер моей же гостиной в Хогвартсе. Может быть мне, конечно, показалось, но в тишине за дверью я даже расслышал звук удаляющихся шагов взбешённого Тигра…       Получилось! У меня получилось!       Пусть и заплатив непомерную цену, я всё же сумел вернуться в тот день, когда всё пошло наперекосяк. И коль уж мне выпала такая возможность исправить собственную ошибку, то я сделаю всё, но не допущу повторения теперь уже точно гипотетического будущего.       Почему гипотетического? Да потому, что у меня есть целый час до момента, когда произойдёт то, что в последствии послужит толчком к событиям, которые приведут к смерти Ри. И за это время я должен сделать очень, очень многое…       Во-первых: надо оставить Поттеру подробную инструкцию о том, что с ним будет, и как ему этого избежать. Во-вторых: предупредить Тигрёнка по поводу вероятной истинности Драко и Лиса — а то негоже, чтобы из-за узколобости лорда-павлина и моего собственного идиотизма брат так никогда и не нашёл свою суженную половинку. Ну и в-третьих…       Решительно отодрав собственную тушку от пола, я подошёл к столу, заваленному письменными принадлежностями. И пусть я педант до мозга костей и любой мало-мальский бардак мне всегда дико резал глаза, но сейчас было так искренне плевать на всё вокруг…       Письмо котёнку я написал буквально за несколько минут — а чего долго раздумывать, когда слова из-под пера сами ложатся на пергамент? За те сутки, которые мне понадобились для осознания условий контракта с Госпожой и их принятия, я тысячу раз прокрутил в голове этот монолог. И пришёл к однозначному выводу, что о таком Ри лично лучше не говорить, а дать ему самому прочитать. В одиночестве.       Конечно, можно было бы особо не заморачиваться, а просто оставить ему свои воспоминания, но… Зная взрывную натуру Поттера, боюсь, что в этом случае Англия бы точно не уцелела. Поэтому и изложил всё в письменном виде — не хватало ещё стать причиной глобального уничтожения англоязычных магов, да и не магов, скорее всего, тоже.       Запечатав письмо личной магической печатью с предоставлением доступа лишь одному единственному человеку, я глубоко вздохнул.       Сука… В который раз убеждаюсь, что судьба та ещё сучка, и что получить от неё пиздюлей гораздо проще, чем дождаться чего-то хорошего.       С недавних пор для меня это стало такой же непреложной истиной, как и то, что требования Мары всегда стоит соблюдать неукоснительно, иначе рискуешь проебаться так же, как я, и пройти через все круги собственного ада…       За всеми этими невеселыми раздумьями даже не заметил, как руки сами делали привычную по прошлой жизни работу.       Удалённо наслать на кого-то смертельное проклятье, не имея при этом никаких генетических образцов этого человека, можно, конечно, но очень долго и муторно — в моём случае оно того явно не стоило. Сейчас я просто на основе собственной крови и силы создал малюсенькое, не больше горошины слабенькое проклятье, закапсулировав его для надёжности, чтоб не прилепилось ни к кому ненароком. Запаковав подарочек в конверт, я отправился в совятню.       Выбрав наугад одну из школьных птиц-почтальонов, я привязал к её лапке маленькую посылку и прошептал:       — Лети, милая. Доставь её прямо в руки Сириусу Блэку, — и, погладив согласно угукнувшую птицу по жёстким перьям, дыбом торчащим на голове, я выпустил её в окно.       Что ж, псина, скоро увидимся…

💀💀💀

      До момента появления в комнате Нафани у меня оставалось ещё около пятнадцати минут, так что я с удобством развалился на диване и с наслаждением прикурил свою первую в этом теле сигарету. Дым заполнил до отказа лёгкие и на несколько минут я даже рискнул помечтать, что всё обойдётся… Аккурат до того момента, пока мой домовой с круглыми глазами не материализовался прямо у моих ног и хрипло прокаркал: «Тигру срочно нужна твоя помощь! Аптечку не забудь!»       А аптечку брать не стал принципиально — не привык я как-то ненужный груз с собой таскать. Да и гриффиндорское трио сегодня ожидает приём всего лишь одного зелья, и то будет явно не лечебное.       А от предвкушения долгожданной встречи сердце в груди забилось, словно птица в клетке. Ещё пару мгновений — и я увижу своего мальчика… Живым…       Ри сидел, облокотившись спиной о каменную стену, и задумчиво жевал кусок пирога… Сюрреалистичная картина, особенно если учесть, что я трижды видел его смерть, а на одной из них даже присутствовал…       В пару размашистых шагов я оказался прямо перед ним и одним движением вздёрнул несопротивляющееся тело на ноги.       Глаза видели живого, здорового, пусть и немного озадаченного парня, а мозг за ними просто не успевал… Не успевал поверить в то, что это правда.       Бережно, словно боясь, что Ри снова исчезнет, мои ладони огладили широкие плечи, кончики пальцев пробежались по крепким накаченным рукам, даже сквозь свитер ощущая жар исходящий от них…       Я смотрел, прикасался, но всё равно не мог до конца поверить… Мой…       — Живой… — это всё, на что я был сейчас способен. А когда это чудо удивлённо уставилось на меня своими изумрудными глазищами… Я пропал…       Поцелуй был диким. Я словно выплёскивал в него всю свою боль и отчаянье. Я никак не мог поверить, что вновь целую эти пухлые губы, о которых как идиот мечтал столько времени, но так и не сделал для этого ничего…       Я пытался насытиться им впрок. Урвать как можно больше… Запомнить… Выжечь на сердце то безумное ощущение блаженства, что размягчало мои мозги до состояния желе от одного лишь прикосновения… Я реально сходил с ума…       Не представляю, чем всё это могло закончиться, если бы за моей спиной не раздался громкий мучительный стон. Он словно ледяной водой окатил меня с головы до ног, заставляя вынырнуть из этого пламени страсти.       Нехотя разорвав поцелуй, я, судорожно хватая ртом воздух, уткнулся Ри в макушку, с хрипом втягивая в легкие его неподражаемый запах: так в моём детстве всегда пахло на лугу ночью после грозы…       — Миль… — голос у Ри хриплый, словно у него в горле пересохло. Он резко оторвал меня от себя и, казалось, заглянул своими невозможными глазищами мне прямо в душу, словно пытаясь найти в ней ответ на свой незаданный вопрос. — Что с тобой случилось?       Ты со мной случился.       Ещё много лет назад. В тот самый момент, когда я, наплевав на собственные принципы, украл тебя у всех в этом мире…       Но не стоит этого говорить… Не стоит давать мальчишке надежду… Хотя, после этого поцелуя уже, наверное, и говорить ничего не надо. И так без слов всё понятно.       Я снова проебался…       Но об этом я подумаю чуть позже — сейчас стоит заняться кое-чем более важным. Так что я, засунув куда подальше собственную зарождающуюся истерику, лишь усмехнулся уголком губ и ответил:       — Я подумал над твоими словами. Ну а мой ответ ты, надеюсь, сейчас и так понял…       Тигр смотрел на меня не мигая, словно раздумывая, не сошёл ли я внезапно сума. Сошёл. Правда не сейчас, а уже давно, но ему это знать тоже было не обязательно.       — Но мы с тобой обязательно обсудим всё позже, а сейчас, давай займёмся твоей внезапно возникшей проблемой, — я постарался улыбнуться как можно более непринужденно. Видимо, не получилось, потому что взгляд любимых глаз стал ещё пронзительнее, и теперь пытался просверлить во мне сквозную дыру.       Как же хорошо ты выучил меня за эти годы, мой котёнок… Ничего-то от тебя не скроешь. Мне порою кажется, что ты даже лучше меня понимаешь, что именно творится в моей голове, и тебе для этого никакая легилименция не нужна…       — Судя по всему, рыжий всё-таки сдох… — Ри задумчиво потёр кончик носа и на пару секунд его взгляд замер на моих губах, после чего он соблазнительно облизнулся. Провокатор мелкий… — Эти двое просто в отключке — я их, конечно, приложил с кулака, но легонько, чтоб под ногами не путались…       — И что ты собирался с телом делать?       Поттер неопределенно пожал плечами:       — Да я как-то не планировал начинать здесь учебный год с трупа… Кто ж знал, что этот идиот драться не умеет, а в драку один хрен полезет…       — А с телом-то что делать?       — Может, попросить Нафаню, чтоб он его где-нибудь в ближайшем болотце притопил? — Тигр честно пытался придумать самый оптимальный выход из ситуации. Только что-то мне подсказывает, что мысли его сейчас были далеки от тех, в которых он скрывает тело пацана так, чтобы того ещё долго не хватились. — Но у меня почему-то стойкое ощущение, что то, что он сдох — это хорошо.       Маленький провидец… Если бы я ещё в прошлый раз прислушался к твоим словам о грядущем пиздеце, то мы могли бы избежать всего этого…       — Я так понимаю, ты больше никуда не торопишься? — это от меня сейчас Поттеру прилетел жирный намёк на то, с какой скоростью он, психанув, свалил из моей гостиной. — Не хочешь тогда немного попрактиковаться в ритуалах поднятия?       Ри вновь смотрел на меня с недоверием.       — И почему у меня такое ощущение, что ты что-то сильно недоговариваешь… Ми-и-иль, — Ри так и не сводил с меня своих колдовских глаз, — у тебя всё точно хорошо?       — Сейчас у меня уже всё стопроцентно прекрасно, — я всё-таки смог нормально улыбнуться. Искренне, а не вымучивать на своём лице подобие счастливой улыбки. — А скоро будет ещё лучше. Так что думаешь по поводу небольшой практики?       — Предлагаешь переправить рыжего в Принц-мэнор?       — Предлагаю спустить всех троих в Тайную комнату. Всё же Слизерин тоже был рождённым некромантом и за эту тему шикарное экранирование на своих апартаментах навертел. В замке точно никто ничего не почувствует.       Поттер окинул рассеянным взглядом три живописно лежавших на полу тела, одно из которых уже пару минут как перестало подавать признаки жизни. Он задумчиво хмурился, что-то там у себя в уме прикидывая и просчитывая, а я как полоумный впитывал в себя его эмоции, как пересохшая от долгой жары земля впитывает дождь.       Хотелось сгрести в охапку это чудо, прижать покрепче, укрыть от всего и всех и спрятать так, чтобы ни одна тварь больше никогда найти не смогла…       Но мой сеанс визуального кайфа прервал всё ещё немного хриплый любимый голос:       — Согласен двумя руками. Только давай из них не просто тупых зомбаков сделаем! Есть у меня одна мыслишка…