Горек и сладок риск

      Яркий солнечный свет пробился сквозь занавески, и лучи, словно шёлковые ленты, скользнули к пушистым ресницам светловолосого юноши. Красивые черты лица вдруг исказились под натиском возникнувшего напряжения, и Алексей невольно отвернулся, прячась от навязчивого света.       Недовольно мурзясь, он смял мягкие бока подушки в своих объятиях, пытаясь ухватиться за ускользающий сон. Но с вынужденным пробуждением мозг таки обработал ленивые сигналы сенсорных нервов и импульсы боли захватили всю область под черепом. Богатырь окунул своё лицо в прохладную мякоть подушки и замычал, осознавая, что надежда на «ещё пять минуточек» окончательно уничтожена.       Завидуя себе вчерашнему, которому явно было весело, он приподнял гудящую голову и по очереди разлепил тяжёлые веки. Лениво скользнув взором по комнате, юноша вздёрнул бровь в недоумении, всё ещё часто моргая.       Его окружали чёрные стены со вставками из красного дерева, круглые металлические светильники отражали тёплый свет, что тонул в естественном освещении, журнальный столик с открытым мини-баром в виде длинного невысокого сундука стоял чуть поодаль от кровати. И не остался незамеченным фирменный, мать его, халат, свисающий с кресла.       Шкала осознания достигла максимума — Алексей слишком резко принял сидячее положение, тут же об этом пожалев. Он уронил голову в ладони, подытоживая себе под нос:       — Отель, — вздох, — я ночевал в чёртовом отеле.       Опуская ноги на холодный паркет, богатырь фыркнул. До этой абсурдной ситуации он никогда не нарушал принципиальное соглашение с самим собой — ночевать исключительно в своей спальне. Первоклассный сервис отельного комплекса манил: чего только стоила скатерть-самобранка с завтраками из мишленовских ресторанов в номерах люкс. Однако этим было не привлечь непреклонного юношу.       Алексей обернулся на мятую постель, ожидая найти ответы на все свои вопросы, но никаких улик, которые указывали бы на что-то поинтереснее сладкого сна, не было. В памяти тоже не за что было ухватиться, кроме того, что он точно хотел кому-то присунуть. Это бесило.       Поджав губы, он убрал одеяло и поднялся, нисколько не удивившись своей наготе: привычка спать голым не испарится из-за смены локации. В зеркале напротив кровати отразилась высокая фигура. Широкие плечи и рельефный торс наглядно демонстрировали бесчисленное количество часов, проведённых в спортзале. Загорелая кожа была усыпана шрамами, в большинстве едва заметными, но некоторые, более глубокие, явно скрывали историю, не разрешённую для ознакомления слабонервным.       Лицо парня, несмотря на лёгкую помятость после сна, выглядело ясным. Его чёткий овал мог бы накинуть своему обладателю пару лишних лет, но яркие голубые глаза по-прежнему светились молодостью и озорством, присущими девятнадцатилетним мальчикам.       Богатырь зачесал пальцами упавшие золотые пряди назад и начал озираться в поисках одежды. Отыскав рубашку, рукав которой цеплялся за кресло, предотвращая окончательное падение, Алёша скривился. Брюки комком лежали рядом. Сейчас хотелось поскорее свалить, а услуги прачечной займут минимум минут тридцать. Придётся проглотить недовольство и надеть мятую одежду.       Оставив её лежать на том же месте, он направился в сторону ванной и, открыв дверь, задержался. Отельные средства гигиены были нетронуты, махровые полотенца аккуратной стопкой лежали на своих местах. Никакого намёка на присутствие посторонних.       Шагнув к зеркалу, юноша сразу открыл воду и щедро обдал холодом лицо. Алексей положил руки на мраморные грани раковины и наконец расслабился от осознания факта, что он в номере один. Невольно поймал себя на мысли, что сейчас бы точно не захотел слушать чьи-то слащавые утренние приветствия и в целом взаимодействовать с человеком, проведённую ночь с которым он не помнил от слова совсем. Кем бы в итоге ни оказался загадочный компаньон, его лицо навряд ли удастся вспомнить.       «Может, этот герой в основном подставлял свой зад?» — хмыкнув, подумал он.       Однако попытки напрячь мозг и родить хотя бы одно чёткое воспоминание минувшей ночи только усугубляли последствия, что настигли его после выпитой браги. В памяти смутно всплывали стены и интерьер, свойственные коридорам отеля. Всё было затуманено. Его руки жадно изучали разгорячённое тело, путались в тёмных прядях, оттягивая их, — шансов отсрочить интимный момент и потушить вспыхнувший огонь прямо на пороге снятого номера, безусловно, не оставалось.       Сегодня ночью у него точно должен был быть секс. Но как этот сучонок смог так незаметно выскользнуть из ловких рук и испариться? Неужели у него остались на это силы?       — Да какого хера ты ничего помнишь?.. — Алёша выругался сквозь стиснутые зубы, после чего вопросительно посмотрел на своё отражение в зеркале. На долю секунды проскользнула мысль, что ему умудрились подсыпать какую-то дрянь — в частности это мог быть тот самый черт, — однако так же быстро и улетучилась.       Отвернувшись, Алексей продолжил копаться в голове, пытаясь восстановить хронологию всех событий вчерашнего дня. Вот они с Ильёй вернулись с задания — кажется, на тот момент едва наступило раннее утро. Намеренно забив на необходимость отчитаться перед боссом, богатырь сразу отправился домой. Принял контрастный душ, завалился спать и проснулся лишь к вечеру, с приходом заката.       После пробуждения в голове продолжали крутиться сцены с наводящими ужас складами, что хранили в себе последствия преступной деятельности и безнаказанности в виде человеческого товара — та ещё чертовщина.       Богатырь сам никогда не был святым: в их работе всякое происходило. Но когда он встретил «коллег», в чьих глазах и деяниях давно не осталось ничего человечного, его разум помутнел, взгляд приобрёл нотки безумства и жажды мести, пока руки безжалостно, кровожадно вырывали кадыки каждого, кто был причастен к найденному кошмару.       Чувствуя себя паршиво после неудавшейся командировки, Алексей без зазрения совести скинул все дела на своего подручного Глеба и, прыгнув на байк, отправился в элитный отельный комплекс «Змей Горыныч». Вслед ему низким басом лаял Буй, инстинктивно чувствуя, что с хозяином явно что-то творится.       В двух кварталах от источника звука даже через шлем были хорошо слышны басы. Высокое отдельностоящее здание находилось на Главной Городской улице недалеко от Золотых ворот. Строительство закончилось всего три года назад, а заведение уже считалось одним из самых часто посещаемых среди знатных персон и других обладателей толстых кошельков.       Три брата-близнеца, владельцы комплекса, создали нерушимую репутацию этому месту — не без помощи князя, конечно. Здесь беспрекословно соблюдались правила конфиденциальности: стоило только попытаться вынести за пределы отеля неразглашаемую информацию, как нарушитель тотчас отправлялся в чёрный список. Даже при малейшем подозрении в подобном проступке человек — неважно, какого чина и статуса — мог и вовсе лишиться «скворечника».       Припарковав байк у чёрного входа, Алексей направился в сторону двери обслуживающего персонала ресто-бара. Он не предупреждал братьев о своём внеплановом отдыхе: не хотел сейчас с ними видеться, а особенно с Ильёй, так как тот снова стал свидетелем высвобождения его внутреннего демона, ввиду чего при первой же возможности способен завести очередную шарманку про регулярный приём зелья и посещение психоправа.       Юноше нужен был просто самогон и, может, какой-то дерзкий пассивчик, а не братские посиделки и их игры в «папу и папу».       Алёша зашёл внутрь — низкие частоты музыки на секунду оглушили его, но уши быстро привыкли к качественному звуку, и от басов по телу прошлась приятная вибрация. В нос сразу ударил стойкий запах жжёного табака и браги. Кроваво-красное неоновое свечение очерчивало все поверхности, а на пару с приглушённым светом оно придавало помещению релаксирующую атмосферу. Пол, устланный мягким чёрным ковролином, беспощадно топтали чиновники и бизнесмены, трясущие своими телами рядом с элитными рабынями любви, представляя себя королями этой жизни.       Вторник, а тут, как всегда, аншлаг. Близнецы вообще отдыхают?       Обыденная рутина в виде приветствий и рукопожатий не заставила себя долго ждать. Последовали незначительные диалоги, за короткое время осушилась половина графина самогонки. Взгляд зацепился за фигуру, занявшую местечко рядом. Вскоре завязался непринуждённый диалог — стало так хорошо и легко…       Туман перед глазами рассеялся, когда в соседней комнате зазвонил отельный телефон. Алёша тут же вынырнул из мыслей в реальность и бодрым шагом направился к мобильнику, захватив по пути трусы.       «Кто-то из близнецов? То что нужно».       — Да, — нетерпеливо сказал парень, поправляя резинку боксеров.       — Ты проснулся? — с тревогой спросил один из близнецов — это был Лавр.       — Ага, только какого-то лешего не у себя дома. Вы на бухле стали экономить? Почему я ни хрена не помню после пол-литра самогонки, да ещё и чудесным образом принял решение тут заночевать? Ты же знаешь, что я…       — Да знаю, — перебил его управляющий, — остановись, давай о твоём вчерашнем рандеву мы потом поболтаем. Кое-что произошло и… тебя все ищут. Пока что никто не знает, что ты тут, и не узнают, если ты сам этого не захочешь. — Его тон сменился на более тихий и медленный, будто кто-то мог подслушать их телефонный разговор. — Эй, ты что-то натворил? Если тебе надо незаметно уйти или… — Лавр запнулся, а Алексей понял, что тот имел в виду, и взорвался недоумением от услышанного.       — Приплыли тапочки к лавочке, Лавр, вам поставку алкашки подменили? Ты чё несёшь? — Натягивая штаны, он подошёл к окну и вдруг замолчал.       Недалеко от главного входа в разных точках были припаркованы машины, рядом с ними покуривали мордовороты Добрыни. Рука богатыря замерла на собачке от молнии, а от нервозности на скулах заиграли желваки. С каждой секундой хрупкое спокойствие трескалось, как тонкий слой льда. Его мысли ещё плавали от резкой смены настроения. Один из близнецов продолжал что-то тараторить в трубку, но Алёша, борясь с нарастающим беспокойством, не вникал в суть разговора. Обернувшись, чтобы найти оставшуюся одежду, он решил завершить бессмысленный диалог.       — Э-э, ладно, по поводу палёной бражки мы ещё обязательно перетрём, — засовывая руки в рукава рубашки, сказал парень, — но сначала пойду узнаю, откуда у меня столько фанатов.       «И какого хрена сегодняшний день похож на фантазию психбольного?» — подумал про себя юноша.       Бросив телефон, принадлежащий отелю, на кровать, он нашёл свой мобильник и схватил его. Едва успел включить, как уведомления о пропущенных звонках тотчас посыпались нескончаемым градом; под противные звуки оповещений расщеплялись остатки его спокойствия. Текстовые сообщения были только от Добрыни, но ясности они не вносили.       «Где тебя носит? Тащи свой богатырский зад в хоромы босса, сейчас же!»       «Божедур, ты там обдолбался чем-то? Ты на кой тайник обчистил?»       — Чего блядь?! — несдержанно воскликнул Алёша, широко распахнув глаза. Лицо перекосило от выраженных на нём шока и ярости, голова, казалось, стала невыносимо тяжёлой. Всё, о чём он думал несколько минут назад в ванной, улетучилось — наваждение как рукой сняло. Парень обессилено рухнул на кровать, принявшись судорожно стучать пальцами по сенсорному экрану. — Что, мать вашу, происходит?       Ни при каких обстоятельствах он не мог пойти на это. Значит… А что значит? Он не помнил даже, как оплачивал номер, и сейчас был почти уверен, что это какой-то нездоровый розыгрыш со стороны его братьев. Развивая в своей голове логичную, как ему казалось, теорию, что ребята решили его побесить за то, что он не позвал их вчера с собой, парень уже собрался набрать Глеба. Но в последний момент передумал.       «Стоит сначала убедиться наверняка», — принял такое решение богатырь и открыл на мобильнике необходимое приложение.       Алексей лично разрабатывал систему безопасности для их дома и тайника, находящегося в подвале. Программа, отвечающая за дистанционное управление, была подключена к браслету на его руке, который в случае несанкционированного проникновения или другого нарушения посылал сигналы с помощью тока. Даже будучи в пьяном состоянии, он бы так просто их не проигнорировал. Нет, его промах исключён: этой ночью система точно не сообщала ни о каком взломе.       Пролистывая архив, где хранились записи с камер видеонаблюдения, парень нашёл нужную и открыл её в полноэкранном формате. Юноша резко принял сидячее положение, не веря своим глазам. Самая охраняемая и недоступная комната была пуста. Ту-дум. Ещё несколько манипуляций пальцами, и он не дыша принялся просматривать записи с камер, направленных на эту комнату, в ускоренном режиме. Промелькнула фигура — Алёшу словно окатили ведром ледяной воды, и он быстро перемотал видео назад, чтобы внимательно рассмотреть нежданного гостя. Может, ему всё-таки показалось? Тот человек с интересом разглядывал неприступную стену, что разделяла его и бесценное содержимое тайника. Как полагается, перед ним появилась Герда и улыбнулась, шевеля голографическими губами. Видимо, она поприветствовала его, собственно, как и всегда.       Ведь перед ней стоял Алексей.

***

      Восьмью часами ранее…       Высокий мужчина неспешно двигался по тускло освещённому коридору; шаги были глухими и почти сразу растворялись в тени за его спиной. Каждый вдох наполнял лёгкие сырой прохладой, свойственной для подземных помещений. Длинные пальцы левой руки ловко играли с зажигалкой, пока он приближался к очередному датчику движения. Щелчок. Бледно-зелёный свет с тихим гудением вырвал из мрака небольшой кусок коридора.       Правая рука скользила по гладкой плитке — он словно ненасытный исследователь, желающий знать ответы на все загадки мира, чей ум стремился поглотить каждую деталь неизвестности. Внутренняя жажда, предвкушая скорое удовлетворение, обтекалась слюнями. Он позволил себе ухмыльнуться. Звуки расслабленной поступи периодически перекрывались металлическим лязгом зажигалки, вплетаясь в мягкое, едва слышимое мурчание электричества. Это было похоже на исполнение симфонии, которой искусно дирижировал её композитор.       Вскоре мужчина остановился в двух метрах от неприступной каменной стены, осматривая её снизу вверх. Ни окон, ни дверей, ни указателей — буквально тупик. Но он знал, что именно за ней скрывается то, что ему необходимо заполучить.       Внезапно между тусклым светом и воздухом заколебалась проекция. Мужчина ощутил, как пространство постепенно менялось, превращая невидимое в явное. Тонкие контуры обрастали детализированными чертами: светлые волосы волнами невесомо свисали на плечи, в больших глазах отдалённо теплилась радость, а тонкая фигура была облачена в лёгкое платьице. Голографический образ девочки озарил помещение золотым свечением.       Она смотрела на мужчину с безмятежным любопытством. Проекция не могла открыто демонстрировать эмоции — видимо, такое выражение лица изначально было запрограммировано создателем. Пока мужчина размышлял об идеальности творения, с губ его объекта восхищения сорвалось тихое и мелодичное приветствие:       — Доброй ночи, Алексей. Чем могу помочь?       Левая рука с металлической огнеопасной игрушкой замерла. Его глаза вмиг заискрились, а губы растянулись в широкой довольной улыбке, обнажая зубы, в ровный ряд которых идеально вписывались маленькие заострённые клыки.       «Сработало».       Он присел перед голографией маленькой девочки и убрал зажигалку в карман. Комнату наполнил мягкий, бархатистый бас, настолько глубокий, что мог волей-неволей проникнуть в самые недра души.       — Ну здравствуй, Герда. Я очень рад наконец с тобой познакомиться.