Отдел контроля паранормальных явлений

Кайла выскользнула из холодной постели спешно и беззвучно. Зейн в дреме зашуршал шелковым постельным бельем и продолжил сон. Пока девушка собирала одежду по всей квартире, все думала и думала о русалке. Ему не выжить, если на завтрашнем заседании Совет примет решение об уничтожении. С другой стороны, Дьявол представляет интерес для всех ученых. Кайла тяжело вздохнула и натянула старый свитер Зейна поверх нагого тела. Агента и так считали слишком выделяющейся единицей среди остальных в ОКПЯ. Если ей удастся убить русалку до того, как Совет найдет и препарирует существо, казни не избежать. И будет ли Кайла милосердна с кровью Дьявола на руках? Пройдя все круги ада в подземной лаборатории, девушка добилась высокого положения в службе, но на то повлиял не столько ее талант, сколько ее новое тело. На реабилитации поставили ультиматум: если не клетка, то работа — выбирать не приходилось. Теперь фантом по вине Кайлы мучился на грани живого и мертвого, следом за ним последует и Дьявол. Многие существа оказывались опасными, взять тех же Отродий, с которыми никто никогда не выходил на контакт, несмотря на биологическую схожесть с человеком. Но эти двое… Их нельзя считать скотом. Кайла выскользнула за дверь апартаментов и босыми ногами потопала к своей квартире. Наконец, вошла внутрь. Ее ужасал факт, что она готова была избавить существ от страданий, что не смогла очерствить сердце, как того требовал долг службы. Агента не пугали последствия в виде пыток и казни: она точно знала, что есть и будут вещи гораздо хуже. В лучшем из случаев можно податься в бега, в Арктическую зону, например. Но нужно ли ей такое существование? В ОКПЯ никогда не скучно, хотя мир висит на волоске от хаоса, а Кайла всерьез раздумывала о том, как лучше похерить удобную жизнь. Удобную, но неправильную. Квартира встретила ее тьмой, которая тут же рассеялась под автоматическим освещением. Планировка напоминала апартаменты Зейна с тем лишь отличием, что у Кайлы постоянно царствовал бардак. В основном это одежда, что кучковалась горками даже на кухне. Посуда заполнила не только раковину, но и столешницу, а в холодильнике, наоборот, удручающая пустота. Кайла несколько пожалела, что сбежала от Зейна. Обычно он готовил самый питательный завтрак, которого агенту хватало почти на весь день. Вообще, она постоянно хотела есть. Чувство голода не ощущалось остро, но желудок всегда как будто был пустой. Зейн оправдывал это быстрым метаболизмом. Кайла развалилась на скомканной одежде на диване. Всю ночь девушка не смыкала глаз, мысли ее до того оказались громкими, что даже ровное дыхание Зейна не помогало хотя бы вздремнуть. Агент прикрыла глаза. Вновь навалились раздумья по поводу Совета, русалок, Ксавьера, Отдела, Эволютов. Кайла подскочила и помотала головой так, что мозг, кажется, ударился о стенки черепа. Было решено отложить планы до Совета. Действовать будет, исходя из решения вышестоящих. Горы мусора и вещей выжидающе смотрели на девушку, и та с неохотой принялась за уборку в единственный выходной.

*

Зал Совета исследований больше походил на церковь или собор. Под высоченным золотым куполом переливались фрески. Они занимали все внимание Кайлы на заседаниях, потому их сюжет она знала наизусть. Все начиналось с единственного светлого куска холста: красно-оранжевое Солнце освещало зеленую долину, люди в простых нарядах вскидывали руки к небу, веселились, танцевали, кружили по полю со скотом. Далее шел сюжет с Алым предзнаменованием: так называемый Закат, окрасивший все пространство ярким красным оттенком, и Солнце, в последний раз приблизившееся к горизонту. С тех пор опустилась Ночь. Черная, не отражающая даже бликов Луны. Спокойствие длилось недолго — отвратительные бесформенные Тени постепенно выходили из самых глубин Земли, а с ними появлялась Нечисть. Человечество уверовало в конец света, Церковь во главе с Первым Названным агитировала семьи на уход из жизни ради очищения души. Первый Названный вскоре собрал Секту: золотые балахоны, босые ноги, клеймированная кожа на груди, под которой билось сердце. Сектанты стали воплощением былого Света. Люди искренне верили, что жертвоприношение способно сжалить Бога. Государства терпели крах: где-то во главе стояли Послушники Секты, где-то против ереси пытались сражаться Ополченцы, где-то города, столицы и некогда развитые страны попросту перестали существовать. Сама стихия обернулась против людей: одно из самых ярких пятен на фреске — бушующий синий океан, унесший множество жизней, а под углом, если знать, куда встать, в толще воды виднелся оскал Дьявола с рогами. Истерия вскоре сошла на нет: люди поняли, что жертвоприношения не помогали, развилась Костная болезнь из-за нехватки солнечных лучей. В те трудные времена явился Первый главнокомандующий. Кайла опустила глаза. Золотой пол с чуть затертыми узорами. Каждый раз в зале Совета поток мыслей оставался неизменным: фрески заставляли заново проживать всю тревогу и смятение. Потом девушка задавалась вопросом, почему же развитое общество с высокими технологиями всего за пару лет уничтожило само себя. Пока не появился главнокомандующий. — Прошу всех встать, — прогремел голос на весь золотой купол. Вот и он, потомок своеобразной диктаторской династии, настоящий вояка. Огромный, широкоплечий, седой, на вид здоровый мужчина. Пожилым его трудно назвать. Еще одна особенность: главнокомандующий Адам был неестественно смуглый. За исключением генетически темнокожих людей, в основном тон кожи населения планеты чуть ли не мертвенно-бледный. Смуглость главнокомандующего, по слухам, оправдывали его частым пребыванием в ультрафиолетовых ваннах. Кайла с усмешкой думала, что сама не отказалась бы от солярия по выходным. Перешептывания прекратились. Агент как будто почувствовала всю мощь главы государства и едва заметно расправила плечи, пальцы сцепила за спиной. Нахохлилась как индюк. Ничего с собой поделать не могла — страх стискивал сильнее любой внутренней неприязни к милитаризму. — Да будет честный суд, — объявил Адам, отчеканил каблуками до нагретого диктаторского кресла и сел. Судебный процесс напоминал театральную постановку, в которой неизменен сюжет. Как бы ни вел себя подсудимый, в большинстве случаев исход для него не благоприятный. Процесс — формальность для поддержания структуры государства. Не столь важно, присутствовал ли обвиняемый на самом заседании. Здесь оглашали заранее принятые решения. Кайла в стенах купола вспоминала, как ненавидела необходимость военного режима в стране. Он касался девушки в меньшей степени, так как членам PCS-4 не запрещалось выходить за пределы района, города и страны, выдавались витамины без недельных задержек, предоставлялись квартиры, служебная форма и немыслимая зарплата. Это все при бараках и трущобах на окраине столицы — Линкон-Сити, — где каждый час Отродья жрали как минимум одного бедняка. Вся система диктатуры Адама нацелена на уничтожение. Не обязательно монстров: только за подозрение в воровстве отрубали кисти рук, а за доносы, не обязательно оправданные, награждали безбедной старостью. Каждый молодой человек с двенадцатилетнего возраста становился частью рекрутов, шестьдесят процентов выпускников отправлялись в Автономную армию в качестве пушечного мяса. Вся военная мощь подчинялась Кардиналу, то бишь паре приспешников главнокомандующего. Адам, конечно, вне иерархии. Он просто выше. Выше самого Кардинала, то есть божественной силы. Кайла взрывалась от негодования: заигрывания с религией, очевидное превосходство армии над смертными, тиски для каждого человека в проклятом государстве. Самое ужасное, что в нынешних условиях такой режим, наверное, единственный вариант жизни. Совет восседал перед длинным золотым столом в количестве семи человек. С самых ранних лет каждый житель Линкон-Сити знал имена ученых благодаря жуткому, но простому стишку:

Славься, добрый честный Свет,

На все горести он даст ответ!

Астрель хвосты крикливы уничтожит

И в препарации всегда поможет!

Магистр Толль чрез физику колдует,

А эволюты негодуют!

Умелец Даль очистит мир от нужд –

Все звезды соберет тому, кто к верности не чужд!

Геолог Коль нырнул в земные недра –

И стаи упырей исчезли с бела света!

Профессор Кроу, открывший множество чудес,

Великий остров Тулла избавил от существ!..

Продолжение затерлось в памяти, но сюжет нелепых рифм остался на подкорке: каждое существо падет перед человеческой рукой. Каждое имя — представитель науки: биология, физика, астрономия, геология, химия и так далее. Воспевание ученых в детских учебниках слыло явной пропагандой. Концовка стишка звучала как-то так:

Славься-славься, добрый честный Свет!

И Дракон падет под тяжестью Твоих побед!

Величаво и безрассудно. Кайла, конечно, не без отвращения вспоминала школьную программу. Что-то внутри претило всем этим лживым высказываниям, всей мишуре, которая застилала глаза детям. Возможно, потому что агент воочию видела, как несправедливо человеческое слово против множества существ. А возможно, что гуманность взрастил в ней дедушка, обрекший ее на муки совести. — На трибуну приглашается ведущий специалист по изучению морских животных, океанолог Агнес Болд. Блоха вприпрыжку оказался перед столом Совета, по-хозяйки разложил папки и листочки по поверхности кафедры, жирным указательным пальцем постучал по микрофону. Гул прошелся по золотому куполу. Кайла увела взгляд от океанолога, не желая рассматривать белую слюну, скопившуюся в уголках его сухих скукоженных губ. Агенту сегодня не повезло — она тоже должна была выступить, потому стояла не со своим отрядом в самом дальнем углу, а почти под столом Совета. — Приветствую, — гнусаво начал Блоха, — перейдем сразу к делу. По предварительным оценкам, цунами уничтожило пять километров от линии отлива. Отель «Мунфолл» все еще стоит, несмотря на сильные повреждения. — Когда нам стоит ожидать его обрушения? — пискнул женский голос. Не приходилось гадать, кому он принадлежал. Зал заседаний выглядел так: служащие люди находились как бы на самом дне, стояли на золотом полу. На возвышении, начиная слева, восседал главнокомандующий, далее протекал длинный стол Совета, а справа, точно в золотой клетке, ютились представители богатейших семей страны. И главным участником каждого заседания являлась дама по имени Люстиция, обычно в цветастых платьях с перьями павлина. Ну, может и не павлина, главное одно: Кайла терпеть ее не могла так же сильно, как ее любили вышестоящие балахоны у золотого стола. — Мадам, я ученый, а не оценщик, — Блоха как-то гаденько на нее глянул. Люстиция ему тоже явно не по вкусу — слишком пресная, несмотря на яркую обертку костюмов от кутюрье. — Калеб, когда здание падет? — ворвался бас главнокомандующего. Генерал заговорил рядом, и Кайла от резкости его голоса чуть дернулась. — В ближайшие двенадцать часов, сэр. Отродья пробираются на верхние этажи, их вес заставит нижние балки сломаться окончательно. — Сколько погибнет? — Учитывая их стадный инстинкт, при обрушении под завалами окажется как минимум тысяча Отродий. Адам не одарил публику ответом. С непроницаемым выражением облокотился на резную ручку кресла и выжидающе стрельнул глазами на Блоху. Океанолог продолжил: — Когда мы знаем приблизительный итог, можно переходить к живности… — Болд, нас не интересует, сколько крабов вылезло из цунами, — прервал его ученый с длинными прозрачными волосами. Кайла знала его, это Астрель, главный биолог, под крылом которого и работал Блоха. Мерзкий тип, безэмоциональный абсолютно, белый точно призрак. Работать с ним агенту не представлялось возможным, и Кайла надеялась, что не понадобится. В этих безжизненных глазах она не видела ничего, — что с Дьяволом? — Мой ассистент нашел чешую на берегу, всего в девяти метрах от стены цунами. Образцы Вам раздадут сейчас. Грейсон вскочил по лестнице на возвышение стола Совета и каждому положил на стол прозрачные маленькие коробочки. Некоторые ученые заинтересованно поднимали образцы к свету, некоторые их даже не касались. Доктор Кроу, которого Кайла запомнила из рассказов Зейна, не шелохнулся. Казалось, весь театр в зале суда его удручал. Кроу изредка поддергивал носом очки в тонкой оправе и кривил и без того сморщенное диким страшным шрамом лицо. — Анализ чешуи показал, что это совершенно новый вид особи, отличный от привычных нам русалок. Чешуя более твердая, по составу походит на черепаший панцирь, а внешне — на змеиную. По подсчетам, сам хвост Дьявола может весить около сотни килограмм, силу удара рассчитать пока сложно. Около четырехсот, может, шестисот килограмм. Элементальные способности тоже под вопросом, вполне вероятно, что русалка является Эволютом. Оживленные перешептывания резко подскочили к куполу. Кайла опустила взгляд к полу. Конечно, после всего увиденного она тоже об этом думала. Внешний вид и аура способностей Зейна, Калеба и русалки очевидно схож. Хотя, первого же… Обрекли на вездесущий мороз. — Тишина! От громкого крика Адама весь зал, включая Совет, сжался до мизерных размеров. — Где же сейчас Морской дьявол? — спросила Люстиция. У этой женщины единственное достоинство: она всегда задавала вопросы, мучающие всех присутствующих. — После обрушения цунами он ушел дальше в Мировой океан. С позапрошлого вечера никаких аномалий в воде не появлялось. По данным воздушной разведки, он все еще направляется на восток. Мы провели пару экспериментов. Два корабля с экипажами в тридцать человек спустились на воду и заплыли на небывалые сотню километров от берега! Зал в унисон восторженно вздохнул. — Вы полагаете, он бросил все силы на побег? — поинтересовался Адам. — Учитывая его скорость и попытки петляния, да. Мы отстаем от него всего на день, но еще не потеряли след. — И что Вы предлагаете, Агнес? — главнокомандующий оперся локтями на колени, сложил пальцы в кожаных перчатках. — Отправить людей на поимку Дьявола, конечно. Мы знаем, что существо обладает не примитивным интеллектом. Последняя фраза явно заинтересовала Адама. В эту секунду Кайла до боли пожалела, что заикнулась Калебу о «переговорах» с русалкой. — Поясните. — Боюсь, я не в силах, — Блоха повернулся к агенту и улыбнулся одними только жиденькими глазками, — но у нас есть живой свидетель. Кайла коротко выдохнула через нос и направилась к трибуне. На ходу ее локоть сжал Калеб в поддерживающем жесте. Пока девушка протискивалась через толпу, к горлу подкатил ком тошноты. Последний раз, когда она представала перед трибуной, был семь лет назад, в цепях и наморднике. — На трибуну приглашается свидетель, Эволют, Спецагент по паранормальным явлениям, капитан PCS-4, Кайла Кетчер. И вот она здесь. В окружении падальщиков с голодными бесцветными глазами и смертоносной аурой. Блоха вертелся с бумажками, наконец, собрал всю макулатуру и пингвиньей походкой слился с толпой. — Всех благ Совету, — сухо произнесла Кайла, — клянусь отречься от бесчестия и говорить лишь правду. Протокол соблюден, теперь начинается самая интересная часть. — Мисс Кетчер, — позвал Адам. Девушка повернула голову к нему, глотая нервный вздох. Обычно допрос свидетелей начинает Совет. Оно немудрено — Кайла очень интересный экземпляр для главнокомандующего, — расскажите по порядку, как произошла встреча с Дьяволом. — Я высадилась в пятидесяти метрах от цунами. Соблюдая протокол, начала осмотр местности и подошла к воде. Тогда и заметила тень. — Тень… — повторил за ней Адам. — Из-за недостаточного освещения я видела только очертания русалки. Я немедленно взялась за кобуру. Кайла отошла он капельки микрофона и положила руки на ремни, наглядно показывая действия в тот момент. — Я кинулась к оружию, как только поняла, что за водой хвост, — повторила девушка, — но существо не показывало агрессии, поэтому я не стала стрелять. Возмущенный гомон поглотил последние ее слова. Адам вскинул шрамированную крепкую руку, призывая к тишине. Зал мигом стих. — Я подошла ближе, но на достаточное расстояние, чтобы суметь среагировать. Тогда его голова и вынырнула. — «Его»? — пискнула в очередной раз Люстиция. — По внешнему виду… особь, — Кайла едва произнесла термин, борясь с собой, — напоминала человеческого мужчину. Не было клыков, как у остальных русалок, тело ровно до пупка также сохраняло человеческий вид. Лицо чистое, мимика хорошо развита. Агент ненавидела себя за каждое слово. Долг службы и страх перед главнокомандующим вытеснил всю решимость по поводу Дьявола. Кайла говорила все, как есть, абстрагируясь от жалкой внутренней гуманности. — Я полагаю, он говорил с Вами, — Адам, не отрывая дикого любопытного взгляда, откинулся в кресле. — Членораздельно, четко. Узнал форму PCS-4. С уверенностью выйти на мирный диалог я попросила прекратить. — Он отказался, — продолжил Адам. Девушка кивнула. Дальше накрыл ступор. Про красноглазого человека она и забыла! Готовилась к любому вопросу, прописала все ответы, отметила, где лучше смягчить информацию, где выдать все, как есть. А человек на острове Дьявола напрочь вылетел из головы! Паника не успела подняться, как Кайла взяла себя в руки. Говорить нельзя. Она уже утаивала, что совершилась и вторая встреча с русалкой и что в его побеге агент сыграла не последнюю роль. Красноглазый человек подождет. Все эти мысли пронеслись в мгновение, и паузы не получилось. Девушка продолжила в привычном отработанном темпе: — После просьбы он разозлился настолько, что сказал попрощаться с жизнью и скрылся в воде. От цунами меня спас генерал. Впоследствии вместе с Грейсоном мы проводили повторный осмотр, готовясь к задержанию Дьявола. Помимо чешуи там нашли и следы босых человеческих ног. — Прошу заметить! — из толпы вырвался Блоха, — есть вероятность, что русалка обладает в том числе способностью к метаморфозе! — Верно, — нехотя согласилась Кайла, — следы четко вели к цунами. — Что же получается, он потоптался босыми ногами и нырнул обратно в воду? — Люстиция в разгоряченном духе вскочила с кресла. — Судя по анализу доктора Грейсона, — все еще из толпы бормотал Блоха, — Дьявол в обличье человека пытался сбежать. Однако не учел количества военных и гражданских свидетелей, потому вернулся в океан. Чешуя на месте предполагаемого обращения была припорошена песком, что свидетельствует как о его осмотрительности, так и об интеллекте. — Мисс Кетчер, Вы можете с уверенностью заявить, что существо полностью осознавало себя и Вас? Что произносило членораздельные фразы и составляло слова в абсолютно логичные предложения? Что понимало, какой силой обладает, и осознавало причины и последствия своих действий? — заключил Астрель. Белые пальцы на золотой поверхности стола подрагивали — он был в едва заметном возбуждении. «И все же, какие гарантии, что вы не разберете его по кусочкам, если найдете? И что делать мне, если его поймают?» — Я не ученый, господин Астрель, но то, что я видела, в наибольшей степени походило на человека. Ни на мутанта, ни на русалку, ни на озлобленное безмозглое существо. Воцарилась тишина. Адам, наконец, отвел взгляд и глубоко задумался. Ученые за столом что-то отчаянно писали в блокнотах. Кроу не двигался. Люстиция тоже уселась и смотрела в пустоту. В таком беззвучном дискомфорте прошла целая вечность, Кайла притворилась статуей и ждала приговора, как если бы подсудимой была она. — Мое решение таково: Дьявола подвергнуть немедленной экзекуции. Все упало. Внутри похолодело нестерпимо. Великих усилий потребовалось, чтобы лицо агента осталось с прежней бесчувственностью. Конечно, она бы ничего не изменила, ведь Дьявол — слишком опасная угроза. С другой стороны, не показывает ли Адам трусости перед неизведанной силой? — У Совета недостаточно средств для исследования его природы. Я поклялся защищать государство и избегать любых рисков. Мы боремся против нечисти, а не выделяем ей пригретое место. «Ебаный ты трус». С мыслями Кайлы, в целом, был согласен и стол Совета. Ученые кинулись друг к другу и, не слишком церемонясь в выражениях, начали дебаты. Кончики пальцев Кайлы похолодели. Приказа о закрытии заседания не следовало, потому каждый обязан оставаться на своих местах. А девушке в окружении подонков, в центре всего этого цирка, на злосчастной трибуне становилось все хуже и хуже. Давно такой ярости она не ощущала. Едва заметно повернула голову налево, где должен был стоять Калеб. Он на вопрошающий взгляд не ответил. По лицу трудно понять, о чем он думал и каково его мнение насчет Дьявола. Все пошло как будто крахом. Кайла настолько уверовала в собственную исключительность и возможность хоть что-то исправить, что, походу, ослепла. И надежда на то, что русалка сможет затеряться в водах, таяла. Если за самим Морским дьяволом отправят лучших из ОКПЯ, учитывая, что хвостатый тратит всю энергию на побег, ему не выжить. За считанные часы ученые изучили достаточно, чтобы остановить его столетнее господство над океаном. «Лучше бы и дальше не высовывался. Когда призрачное становится осязаемым, а догадки обрастают фактами, страх перед неизведанным пропадает, потому что сама неизведанность перестает таковой быть». Неожиданно тяжелые двери с глухим скрипом распахнулись. Толпа начала разбредаться, стихая. Кайла обернулась к выходу. Так как трибуна находилась чуть выше, девушке удалось разглядеть прибывших. От изумления агент чуть было не открыла рот. С двумя невысокими телохранителями в масках черных лисиц красноглазый мужчина пересекал зал. Кайла обомлела не то от его наглости, не то от величия и вальяжности, с которыми незнакомец шествовал сквозь толпу. В отличие от остальных, что на золотом дне казались лишь безликими зеваками, мужчина выделялся. На него совершенно не действовало давление зала Совета, походка наоборот стала более расслабленной и медленной. Глаза Кайлы кинулись к главнокомандующему. Адам неспешно встал, но все-таки не удержал и толики вальяжности, струящейся из незнакомца. — Прошу простить мои манеры, — мужчина начал монолог с золотого дна, остановился перед лестницей, кивнул лисам и начал подъем к трибуне уже один, — мое имя Сайлас, и я выступаю в суде над Дьяволом как заинтересованное лицо. Сайлас остановился рядом с Кайлой, мазнул ее ленивым взглядом алых глаз. Девушка сочла это за предлог отдать кафедру. Сама отошла, но спускаться к Калебу не стала. Все ее внимание захватил необычный и дерзкий Сайлас в костюме цвета ночного неба. — Приговор уже вынесен, — холодно произнес Адам. — Но суд еще не закончен. Рассматривайте меня как адвоката. У Кайлы прошлись мурашки по спине. Теперь она не стесняясь хлопала ресницами, жадно переводя взгляд с незнакомца на главнокомандующего, не желая упустить ни секунды шоу. — Я слушаю Вас, — Адам показательно сел в кресло, ладони властно опустил на подлокотники. — Я готов проспонсировать все затраты на поимку, содержание и изучение Дьявола. Перешептывания переросли в натуральный гомон, Люстиция одна из первых выкрикнула нечленораздельный возглас, который утонул в шуршании шепота и слабых выкриков. — Без весомых причин это невозможно. — Какие причины Вам нужны, командующий? Агент задохнулась не то от возмущения, не то от восхищения безрассудством Сайласа. Вернее, бесстрашным и острым языком. — На мой взгляд, очевиден Ваш страх перед тем, кого не можете контролировать. Это в моих силах и компетенции. Вы преспокойно охотитесь на остальных Отродий, покоряете океан, Совет благополучно получает отчеты о жизнедеятельности Дьявола. — Сайлас, никто за сотню лет не укротил это существо, — прервал его Астрель, — ни одна технология Линкон-Сити не способна взять его под контроль. — По-моему, мисс Кетчер достаточно понятно объяснила, что человеческого у Дьявола больше, чем у вас всех вместе взятых. Эра страха перед необычными существами прошла. Теперь попробуйте не уничтожать, а изучать. По-настоящему. Ошалелые перешептывания переросли в частные словесные перепалки. Агент тем временем неуютно поежилась: как бы ей не влетело за слова чужака. — Тишина! — взорвался Адам, — Сайлас, без доказательной базы верить Вашим словам — все равно что отпустить Дьявола на волю. — Он еще не пойман, — остро заметил мужчина, — Люк. Сайлас обернулся к одинаковым лисьим маскам. Одна встрепенулась, когда позвали, и неслышно подбежала к трибуне. Весь зал застыл в ожидании. Воздух застопорился. Кайла, находившаяся ближе всех к месту представления, затаила дыхание, как будто могла спугнуть происходящее. Парень низкий, худощавый, обмотанный черными тряпками на манер кимоно. Только вблизи агент поняла, что маски не лисьи, а скорее вороньи, с длинным острым клювом. Сайлас коснулся лица Люка. Долгие секунды длились словно часы. Под подушечками пальцев маска начала растворяться, частицы красного тумана разбредались от лица паренька, и вскоре воронья маска начала пропадать, но под ней… — Что это?! — воскликнула Люстиция. У Люка не было лица. У него не было вообще ничего человеческого. Под капюшоном бесконечно рассеивалась густая черно-красная дымка. Люк снял с головы накидку. Залу предстало бестелесное нечто вместо головы. Кайла, наконец, поняла, что это такое. — Люк — Блуждающий, которого я спас от забытья. Теперь девушка открыла рот, не в силах задать ни один вопрос — слишком уж их много. Одна мысль накладывалась на другую, и кроме мычания и немых звуков не удавалось сказать ничего. Блуждающие — самая неизвестная сила, пришедшая с наступлением Вечной ночи. Бесформенная тень, пожирающая все на пути, как черная дыра. Только недавно стало известно происхождение Блуждающих, в том числе, что все эти монстры являлись когда-то людьми. — Люк и Киран — близнецы, жили в деревушке за городом, там их сожрала Черная буря, затем выплюнула уже Блуждающими. Я был проездом в тех местах, выловил обоих — их тела почти срослись. — Можете задавать вопросы, если челюсть с пола поднимите, — предложил Люк чистым, не искаженным, задорным голосом. — Сколько вы пробыли… в забытье? — вытянул из себя астроном Даль. — Для нас и секунда, и вечность. Странное ощущение. А босс говорил, что около недели, — с лестницы ответил второй брат. Восхищение потеснило смятение — Кайла все вглядывалась в пустоту красно-черного тумана Люка и не могла отвести взгляда. Кажется, заметив ее, парень повернул… голову и, быть может, улыбнулся. — Как Вы их вылечили? — воскликнул Астрель, уже не контролирующий ядовитый фанатизм. — А это уже останется моей личной тайной, — загадочно и беззаботно улыбнулся Сайлас. — Я правильно понимаю, что Вы просите отдать Дьявола за «спасибо»? — оживился главнокомандующий. — В любом случае я не позволю его убить. Или ликвидировать, как Вы это называете. Дьявол будет жить, с Вашим решением или без него. — Возмутительно! Что Вы себе позволяете! — из-за стола вскочил геолог Коль с надутыми, пунцовыми от гнева щеками. Адам устало вскинул ладонь, в очередной раз прося о тишине. — Без условия Дьявол не окажется в Ваших руках, Сайлас. — Я слушаю, — незамедлительно отозвался он. — По истечении этого… перевоспитания Дьявол должен оказаться в собственности государства. Кайле, возможно, показалось, но Сайлас как будто на секунду скривился. — В таком случае, Вы отдадите мне лучшего своего подчиненного. Главнокомандующий почти поперхнулся от негодования, но умело сохранил достоинство, под стать лидеру страны. Обмен достаточно честный: личность на личность. — Есть особенные предпочтения? — Кайла Кетчер. — Что? — чуть выдохнула девушка и во все глаза уставилась на Сайласа. Мужчина как ни в чем не бывало обернулся к ней. — Лучший агент с эффективным отрядом, на руках которого поимка самых занятных экземпляров паранормальных существ и явлений. Достаточно равноценно Морскому дьяволу. Нет, ни черта не достаточно. Кайла и вполовину не так занимательна, как русалка или даже Блуждающий. Она Эволют, бесспорно сильный, но ставить ее на одну чашу весов с могущественным существом, которое, напомнит автор, сто лет терроризировало океан? И Адам почувствовал, что у просьбы двойное дно, никому еще непонятное. — Сайлас, у ОКПЯ есть ученые, превосходящие интеллектом любого члена Автономной армии, сильные Эволюты, как генерал Калеб, Отродья на любой вкус и цвет, фантомы, русалки, оружие, в конце-концов. — А мне нужен сообразительный и ловкий сообщник, — отрезал Сайлас, — в моем представлении нет никого лучше мисс Кетчер. Девушка не знала уже, злиться ли, чувствовать благодарность или просто развернуться на каблуках и убежать от этого места как можно дальше. Прыгнуть в воду к Дьяволу и больше никогда не участвовать в торгах на собственную судьбу. Главнокомандующий встал. — Именем главы государства постановляю: Дьявол будет пойман при финансировании мистера Сайласа и проведет под его наблюдением столько, сколько требуется для изучения его природы. По истечению этого времени Дьявол будет передан в руки правительства в Линкон-Сити в обмен на сотрудника Отряда контроля паранормальных явлений Кайлу Кетчер. — Еще я настаиваю на личной аудиенции к Вам, командующий. Для составления договора. Казалось, и зал уже привык к неделикатной напористости Сайласа, потому его слова вызывали все меньше и меньше возмущенной реакции публики. — При составлении договора: заседание объявляю закрытым. Кайла благодарно выдохнула.