Отдел контроля паранормальных явлений

Операция началась. Отряд Кайлы, состоящий из одинаковых военных масок, держал строй за спиной агента. Еще пару часов назад слышны были переговоры, смешки и бахвальства, но сейчас, в непосредственной близости от океана, все стихли. Причал Мунфолл Бэй не отличался роскошью. Судостроение не ушло из жизни человечества, но явно отставало от естественного развития благодаря Дьяволу. И порты страны, спустя множество лет без мореходства, едва держались на балках. Кайлу и ее небольшой отряд ожидало судно, совершенно небольшое, но от того, как заверяли инженеры, наиболее быстрое, способное нагнать разведывательный корабль за сорок часов, а затем поймать Дьявола на ходу. Кайла подставила лицо под беспокойный морской бриз и вглядывалась в невидимую линию горизонта, где в темной синеве сливались небо и вода. Из всех миссий, выполненных агентом за восемь лет службы, эта — самая неохотная. И Кайла понимала, что неопределенность после ее завершения не пройдет. Океан навевал воспоминания. Какую-то пару лет назад агент бы искренне рассмеялась, если бы узнала, какие мысли будут мучить ее в будущем. Хотелось свернуть всю операцию, отказаться от участия. По данным разведки, Дьявол двигался к мелководью, где было решено начать поимку, пока существо не опустилось на недосягаемую глубину. Несколько раз его теряли с радаров, но совсем скоро находили. Агент вздохнула и поднесла электронные часы к глазам. На циферблате высветилась небольшая карта с двумя точками: красная и синяя. На достаточно далеком расстоянии они двигались в одну сторону. Красная — Дьявол, что отчаянно пытался избавиться от преследования. Он плыл слишком долго и слишком быстро, потому сил на атаку врага не хватало. И, если все пройдет гладко, Калеб его поймает. Генерал легок на помине: по одним только шагам Кайла поняла, что это он. Деревянный мост чуть потряхивало, пока Калеб не поравнялся плечом с агентом. Взгляд его тоже углубился в купол Вечной ночи. — Все готово? — спросил он. — Да, ждем отбытия. Неожиданная серьезность настораживала Кайлу. Даже перед смертельной опасностью Калеб не выглядел убийственно бледно или растеряно. Всегда эта хаотичность, импозантность, игривость. Тут-то агент догадалась, что Калеб как никогда далек от миссии. — Понимаю, я твой лучший друг, — начала Кайла, — но я вижу, что-то случилось. Калеб действительно не вызывал в ней почти никаких теплых чувств, но Кайла остро нуждалась в его прежней взбалмошности и неприязни. — Мариэль. Внутри моментально опустело при одном только упоминании. Немалых усилий требовалось, чтобы агент не скривила лицо. Ладони моментально вспотели, и, в целом, воздух словно нагрелся. Дышать стало тяжело. — Начальство получило письмо об успешном окончании экспедиции, — после паузы продолжил Калеб. В нем не читалась никакая эмоция. Либо генерал также опустошен, либо чувства смешались в одну неопределенность. — Значит, она скоро вернется, — констатировала Кайла и сложила руки в замок перед собой. Зря спросила. Очень и очень зря. Между Мариэль и Кайлой целая пропасть, которую последняя усердно заполняла все восемь лет службы. До нынешнего спецагента Кетчер, Мариэль была главой PCS-4, и после ее ухода назначили Кайлу. Заткнули дыру, чтобы избавиться от бреши. Девушка долго работала на репутацию, чтобы ее перестали считать монстром из лаборатории, и с годами усердного труда Мариэль Харпер забылась. Теперь все по новой. Они почти не общались — времени слишком мало, но напряжения в присутствии агента Харпер всегда было в достатке. Такое чувство, будто только с Кайлой она общалась с пренебрежительной непринужденностью. А затем Мариэль отозвали по долгу службы. В космос. — Что же, пора, — Калеб выдавил будничный тон. На судне все закопошились, громкие команды резали плотный соленый воздух, а Кайла все стояла и стояла, кусая губы.

*

Агент спустилась с капитанского мостика и добралась до общей каюты. Однообразный пейзаж поднадоел за тягучие часы путешествия по воде, потому Кайла решила провести время с пользой. Закончить, наконец, рапорт про Слепца. Дверь беззвучно отворилась. Каюта небольшая, спальное место, если оно вообще для сна предназначалось, одно — упругий диван у стены. Письменный стол, кухонный островок с раковиной и небольшим холодильником, узкая дверь в санузел. На диване, закинув ногу на ногу, сидел Калеб. Задрав голову, он вертел между пальцев склянку со знакомой синей жидкостью и, направив стекло против света, рассматривал содержимое. Конечно, сегодня без стимулятора ему не справиться. Кайла, посчитав нужным проигнорировать присутствие генерала, направилась к холодильнику и тут же не сдержалась от вздоха разочарования: синтетическое вяленое мясо и соевое молоко. Желудок разрывался в потребности поглотить хоть что-то, поэтому ничего не оставалось, кроме как принять судьбу. Кешью составили компанию упаковке безвкусного мяса. Кайла села за письменный стол. Ворох документов уже ждал ее, но агент, пропилив взглядом одни и те же строчки отчета, сдалась и закинула в рот горсть орехов. Оказалось, Калеб с нескрываемым интересом за ней наблюдал. Кайла посмотрела на него с вызовом, вскинув брови. — Под раковиной в ящике есть готовые обеды, — пояснил он. И, наконец-то, жизнь вернула краски его наглому лицу. Девушка, последовав совету, принялась разогревать нормальную еду. Вновь вернулась к отчетам. Уже половина пресного бульона из пластиковой супницы исчезла, но Кайла так и не смогла написать ни строчки. «В связи с обстоятельствами, не зависящими от действий спецагента Кетчер, экземпляр Итеркора Слепца был утерян», — наглая ложь бросалась в глаза. Казалось, если начальство получит рапорт с таким оправданием, то сожжет девушку на главной площади сразу же. Диван под весом Калеба жалобно заскрипел, и генерал подошел к столу. Пробежался глазами по написанному и, не скрывая иронии в голосе, выдал: — Ты разбила Итеркор? — для уверенности Калеб еще раз вслух прочитал каракули, — что с тобой в последнее время? — Может, бешенство. Держись подальше — укушу, — угрюмо проворчала агент и зажала ложку зубами. — Ты давно анализы сдавала? — не отступал Калеб. Кайла обернулась к нему, всем естеством выражая раздражение. — Все со мной в порядке. Когда тело упало, камень отлетел. Я оступилась, — упрямо лгала агент. Щеки готовы вот-вот полыхнуть от стыда. Кто в это поверит? В мироустройстве, где мелкое воровство каралось отрубанием конечностей, такая отговорка не весила ничего. Это саботаж и неповиновение. Именно по этой причине весь отчет задерживался на непозволительный срок. — Если хочешь знать мое мнение, лучше просто умолчать про пакт, — предложил Калеб, — никто дотошно не расследует рейды в глубинке. — Не знала, что ты так моей смерти хочешь. Калеб расхохотался, как ненормальный. Ему было до того весело, что в приступе смеха он согнулся почти пополам. Кайла стойко выжидала, когда истерика генерала закончится. Уже икая от остаточных смешков, он выдавил: — Не говори, что всегда пишешь, как есть! Кайла не знала, стыдиться или чувствовать гордость. Каждое дело агент дотошно расписывала, указывая малейшие детали и ни разу за весь срок службы не приукрасила ни единого момента. И не замалчивала тоже. — Да ну не-е-ет! — ошеломленно воскликнул Калеб. — Если честность отсутствует в твоей практике, мне нечего сказать, — пожала плечами Кайла и вернулась к столу. Есть расхотелось. — По-моему, очаровательно, что ты так наивна, — Калеб смахнул невидимые слезы, — подумать только… Генерал, бормоча однообразные шутки и фразы, вернулся на диван, а Кайла, преисполненная бушующим чувством несправедливости, написала в отчете так: «Итеркор был уничтожен вследствие халатного обращения спецагента Кетчер. Учитывая степень разрушения окружения при проведении операции, иного было не избежать». Точка. Подпись. В молчании прошло какое-то время. Кайла изредка косилась на Калеба, но никаких издевок от него не прилетало. Генерал вновь с интересом разглядывал стимулятор. Отложил его в сторону. Пальцами ухватился за концы перчатки, снял ее, оголяя здоровую человеческую ладонь. Резко поднял взгляд. Кайла не стала отворачиваться, как и не стала скрывать, что пялилась на генерала только потому, что хотела увидеть его руку. Калеб, не разрывая зрительного контакта, потянул за вторую перчатку. Из замши показался металл, блеснувший в свете ламп. Очень медленно протез выскользнул из ткани. Калеб стянул форменный плащ с плечей, повозился с пуговицами на рукаве рубашки и закатал ее до локтя. Слои грубого металла сливались в рельефное подобие руки: множество углов, шарниров и трубок. Текстура пластов железа отличалась от пальцев до предплечья. В целом, сталь с усердием имитировала конечность. Наверное, Кайла даже посчитала протез красивым. Девушка оторвалась от руки Калеба и подняла глаза. Он держал все тот же дерзкий вид, но дискомфорт все-таки сквозил. Кайла некогда слышала, что генерала сильно ударил сам факт ампутации, когда он только проснулся после операции. Никто ему не сказал, что при модификации придется пожертвовать здоровой конечностью. Они никогда не касались этой темы. — И как? Агент не могла дать ответ. Что можно сказать про кусок железки? Жалости Кайла не чувствовала, просто утолила любопытство, что надоедливо грызло ее несколько лет. Рука как рука, почти такая же, какой ее и представляла. — Не знаю, почему ты так ее боишься. Генерал усмехнулся и удостоил Кайлу молчанием. Закатал второй рукав, металлическими пальцами натянул кожу на сгибе локтя, чтобы увидеть вены. В отличие от агента, Калеб без проблем колол стимулятор себе сам. Кайла отвернулась, не желая видеть процесс, и принялась собирать документы в папку. Каюта все покачивалась и покачивалась, в иллюминатор бились черные волны, а тьма все не уходила.

*

Весь свет на корабле погас в целях конспирации — нельзя дать понять Дьяволу, что подкрепление близко. Судно неслось с невообразимой скоростью, и Кайлу в каюте немного укачало, потому она вышла на палубу и простояла там до начала операции. Казалось, их останавливал сам океан. На и без того чернеющем небе собирались сизые тучи и бились друг о друга. То тут, то там мелькали вспышки молнии, очерчивая контур облаков. Яркий блеск напоминал солнечную энергию Ксавьера, такую же естественную и величественную. Корабль мотало на волнах, морская вода и дождевая морось барабанили по палубе. Влажные волосы Кайла собрала в тугой низкий хвост. Пальцы скользили по мокрым перилам. Вдали показался маленький красный огонек, и агент не заметила его, если бы не громкая команда штурмана. Они приближались к кораблю разведки, что следовал за Дьяволом с момента его побега. Мелководье в считанных километрах, и чем ближе, тем явственнее Кайла ощущала неприязнь к каждому члену экипажа на борту. Все нутро противилось неизбежному. А время летело. Судно выровнялось на буйствующих волнах и вскоре нагнало основной корабль, над головой шум лопастей вертолета прерывался раскатистым громом. На капитанский мостик поднялся Калеб, по пути натягивая фуражку. В резких и быстрых вспышках молнии Кайла отчетливо видела синие вены, струящиеся по левому виску генерала. Выглядел он неважно. — Группа захвата! — прогремел его голос. Следом вдарил гром, и хлынул ливень. Природа противилась вмешательству людей в ее покой. Напутственную речь агент не пыталась слушать не только из-за какофонии звуков. Девушка знала: ничто не способно убедить ее в верности благой цели, ради которой они собрались. Корабль накренился, пропуская яростную волну, и Кайла зацепилась за мокрые перила. Вышли на мелководье. Калеб под свист и восторженные возгласы спрыгнул на палубу. Скрытая под одеждой стальная рука угрожающе поднялась над океаном. Зрелище завораживающее: вся поверхность покрылась помехами, ребрила и сопротивлялась. Затем вода забурлила, заметалась, волны хлестали друг друга, пена шипела под градом тяжелых дождевых капель. В темной глади образовалась воронка. Пасть ее уходила под воду, края стремительно расширялись, и в самом центре океана начала появляться глубокая широкая дыра. Калеб первый шагнул вперед, затем перемахнул через борт и скрылся. Кайла приблизилась к носу корабля, с секунду рассматривал бушующую стихию. Прыгнула. Как только приземлилась, в пятки отдало пронизывающей болью. Девушка зашипела, но немедленно выпрямилась и оглянулась. Она действительно стояла на дне океана: вокруг возвышались темные стены из воды, по влажному песку бил ливень, потревоженные рыбы трепыхались под ногами, повсюду разбросаны вязкие водоросли, медузы, кораллы, камни, ракушки. А генерал неустанно двигался вперед, раздвигая толщу воды. Позади с вертолетов на канатах спускались военные, кто-то хлестко выкрикивал команды. Группа направилась за Калебом, и Кайла последовала вместе с ними. Наверху небо в окружении ниспадающих потоков казалось далеким. Завыл ветер, сопровождаемый раскатистым резким громом. Стены воды под действием гравитации Калеба двигались все шире и шире, и вместо узкой глотки, куда прыгнула Кайла, теперь простирались метры. Шаг быстрый, торопливый. Калеб будто знал, куда ему идти. В конце-концов, он остановился и показал сжатый кулак, безмолвно приказывая остальным подчиниться. Кайла повиновалась, только когда подошла к генералу вплотную. За стеной, которую пожирал безжалостный холодный взгляд Калеба, виднелась удаляющаяся тень. Синие вены на шее генерала набухли, поползли к глазу и уголку губ. Хлопок. Слабая ударная волна от руки Калеба качнула весь вооруженный отряд, но Кайла не смогла оторвать взгляда от происходящего. За мгновение генерал раздвинул толщу воды, и пустое дно достигло размеров футбольного поля. На мокрый песок с хлюпом шлепнулось тело. Длинный рыбий хвост извивался подобно змеиному, и Дьявол появился на суше. Никто не решался приближаться. Агент слышала, как глубоко и тяжело дышал Калеб. Русалка же в метаниях остановилась на долю секунды, с ужасом поняла, кто перед ней стоял, и поползла прочь, пачкаясь в липком песке. Хвост постепенно начал таять, и вскоре за прозрачной вуалью чешуи показались две ноги. Дьявол пытался встать на ноги, голый и грязный, но не держался на слабых конечностях и раз за разом падал. А вода была далеко. Кто-то додумался выстрелить, и русалка тут же закричала: по всему ее телу прошлись разряды от пули, заряженной электричеством. Дьявол не двигался больше. Все молчали. Кайла очнулась от оцепенения и что есть мочи побежала к русалке. Кажется, Калеб что-то сказал, но девушка не слышала. Кинулась на колени перед Дьяволом и за плечо перевернула его лицом вверх. Дышал он часто и прерывисто, постанывал от боли и морщил лицо. Такое чистое, по-детски невинное. На долю секунды агенту показалось, что она еще могла его спасти. Потом его веки распахнулись, и на нее уставились чарующие лиловые глаза. Не успев произнести ни слова, Кайла услышала, как сзади подбежал отряд. — Прости меня, если сможешь, — прошептала девушка. Дьявол словно был в забытье и слабо реагировал. Агент заставила его сесть, сняла черный вымокший плащ и накинула ему на плечи, полами прикрыла гениталии и затянула пояс на талии. Форменная рубашка сразу же намокла и прилипла к телу. — Именем Третьего главнокомандующего Адама Карнесса, Вы арестованы, — прокричал кто-то за спиной. Русалка резко очнулась от болевого шока и непонимающе завертела головой. — Подняться можешь? — спросила Кайла, все еще придерживая его. Парень печально посмотрел на стопы, зарылся пальцами в песок и коротко покачал головой. Агент перекинула его предплечье через голову и рывком встала вместе с ним. Дьявол всем весом обрушился на Кайлу, едва держась на слабых дрожащих ногах. Подбежали военные и тут же нацепили наручники. Агент пыталась возразить, однако Дьявола уже отобрали и повели прочь. Русалка не смогла пройти и шага, осев на песок. Тогда его взяли под руки и потащили волоком. Кайла бы предпочла забыть, какие гадости в это время изрыгали поганые рты вояк. — И эту херь заберите! Остатки хвоста, походящего на кожу змеи, запихнули в кейс. Кайла не понимала, зачем вообще здесь находилась. В ушах осел вакуум, и сердце, возможно, перестало биться. Все движения получались как через толщу воды. Кайла не могла надышаться. Все вокруг стало до того омерзительным, что к горлу подошла тошнота и встала поперек тугим комом. Конечно, операция прошла успешно.

*

Зейн непрерывно клацал по клавиатуре, глядя в экран монитора. Привычная обстановка теперь напрягала Кайлу: она не могла усесться, вертела в руках карандаши, постоянно проверяла время на телефоне, смахивала иней со стола. Зейн терпеливо проглатывал раздражение. Агент понимала, что пока сама не начнет диалог, они не поговорят, но в то же время Кайла устала от того, что самый близкий человек совершенно не инициативный в межличностных отношениях. Девушка не могла продолжать молчать и нервировать сосредоточенного Зейна. — Давно хотела спросить, — начала девушка, — есть ли какой-либо способ изъять Итеркор из Эволюта? Ученый повел плечом и с неохотой оторвался от компьютера. — Сама прекрасно знаешь, как. — Пакт — слишком рискованно. Физическое вмешательство убьет Эволюта. — Тогда просьбу построй нормально, — Зейн дерганым движением стянул очки и принялся массировать переносицу, — изъять Итеркор и закрыть его в сейфе «на всякий случай» невозможно. Но если ты хочешь знать, в какой части тела находится твой, все просто. Относительно. — Ты можешь? — У меня нет полномочий и необходимого оборудования, но я знаю, кто может помочь. — Спасибо, — сухо произнесла агент, как только Зейн вернулся к работе. Раньше в его крохотной лаборатории было уютно. Кайла именно в компании холодного ученого заполнила внушительную часть рабочих документов. И здесь оба переступили запретную черту в первый раз. Кайла вышла из кабинета в полнейшей тишине, Зейн не стал ее останавливать. От скуки агент почти лезла на стену, и даже тренировочный спарринг с Калебом не вызвал прежнего азарта. Апатия окружала Кайлу, и тому была единственная причина: Дьявола держали в лаборатории Астреля. Транспортировка собственности Сайласа запланирована на среду — совсем скоро, однако агент опасалась, что русалка попросту не доживет. Кайлу не пускали к ученым. Да и девушка попыталась всего раз, чтобы не собрать подозрения вокруг себя. Грейсон редко говорил о том, что происходило в стенах лаборатории. Кайла знала лишь, что Дьявола поместили в аквариум. Этот факт посылал неприятные мурашки по коже. Освещение в коридоре мерцало. Девушка снова поймала себя на мысли, что мир теперь абсолютно тусклый. Стоило единожды увидеть Солнце, как все остальное потеряло смысл. Будь день как день и ночь как ночь, человечеству не приходилось бы вести бессмысленных войн и грызться за власть. Сколько бы счастья принесло чистое, голубое небо, россыпь созвездий и диск Луны. Если бы только ученые сосредоточились на изучении таинственного газа в атмосфере, возможно, Вечная ночь бы отступила, и нечисть из глубин планеты отправилась восвояси. Девушку грубо толкнули плечом, и она оступилась. Пребывая в нескончаемом потоке мыслей, Кайла не заметила незнакомца, а когда обернулась, то его и след простыл. Агент выдохнула и сжала кулаки. В правой ладони что-то смялось. Кайла поднесла клочок бумажки к глазам и жадно впилась в текст:

«Район 23: Небесное Кольцо. 20.00»

Едва Кайла прочла, как бумага вспыхнула ярким алым пламенем. На удивление, пальцы не обожгло, и в следующую секунду на ладони остался лишь пепел, подернутый знакомой черно-красной дымкой. Сайлас. Агент метнулась к телефону. Решать надо было сейчас же: двадцать третий район находился в двух часах езды от центра, и если Кайла будет мешкать, вовремя она точно не успеет. Девушка заставила себя успокоиться. Личная деловая встреча без оповещения начальства каралась административным наказанием, а Сайлас, вероятно, настаивал на тайне. Сработано, к слову, хитро: даже если бы Кайла обратилась с подозрительной запиской к вышестоящим, доказательств и улик, кроме пепла, нет. И в коридоре, в котором девушка пересеклась с незнакомцем, камеры числились лишь номинально. Сайлас точно это знал. Если Кайла сядет в машину сейчас, до встречи времени будет с запасом, но такой ход опасен для секретной встречи: светить номерами дорогого служебного авто глупо. Электропоезда же ходили каждые тридцать минут. Безумная улыбка растянулась по лицу: Сайлас восхитительный игрок, одной только запиской загнавший агента во временные рамки. Сейчас или никогда. Кайла сделала шаг.

*

Небесное кольцо представляло систему остекленных зданий, выстроенных по кругу. Крыши всего комплекса утопали в тяжелых густых облаках. Неподалеку, если пройти по улице севернее, появится большой парк. Дедушка в молодости жил в двадцать третьем районе, и Кайла слушала большинство его историй именно здесь. Возможно, поэтому агент чувствовала, как грудь сжимала тоска. К комплексу зданий девушка не решилась приблизиться. До назначенной встречи оставалось еще минут десять, а иных наводок Сайлас ей не дал. Кайла присела на лавочку на противоположной стороне дороги и натянула капюшон пониже. Во внутреннем кармане толстовки шуршала папка с предстоящим заданием — слабое алиби, чтобы объяснить начальству причину ее отсутствия, если возникнут подозрения. Тем более, поезда до шести «утра» отсюда не ходили. Агента утомляло прежнее исчисление времени и распорядок жизнедеятельности. Такие рамки мешали ей спокойно работать. Когда шел сотый час без сна, Кайла выдыхалась и желала только закрыть глаза после очередного задания. Вместо этого смотрела на часы, которые показывали девять «утра», так что приходилось собирать себя по кусочкам и ползти в кабинет, потому что двадцать четыре часа никуда не ушли. И как понять «утро» в условиях Вечной ночи? Перед ней остановился черный спорткар. Стекло опустилось. Сайлас взглядом пригласил на пассажирское место. Все происходило так быстро, что Кайла забывала думать. Не успела закрыть дверь, как машина сорвалась с протяжным ревом, девушка вцепилась в ручку и откинулась на спинку кресла. Сайлас тотчас набрал скорость, виляя между медлительными водителями и без опаски выходил на встречную полосу. Кайла едва дотянулась до ремня безопасности. Мужчина с холодным выражением вскинул брови. — Не хочу влететь в лобовое стекло, когда мы остановимся, — пояснила она, щелкая замком пряжки. В ответ тихая усмешка. Манера вождения Сайласа Кайле совершенно не импонировала. Девушка чувствовала, что из-за резких поворотов и рывков ее укачает хуже, чем недавно в каюте на миссии. Кайла немного сжалась от воспоминаний. Если бы она могла выбирать, то без сомнений забыла бы о происходящем в ОКПЯ. — Вы пригласили меня не для поездки по окрестностям. В чем дело? — настаивала агент. Впрочем, спрашивала она не то чтобы из интереса, хотя и это тоже, ей скорее неприятно молчание, повисшее в салоне. И Сайлас, кажется, внимательно девушку изучал. — Рабочие вопросы я предпочитаю обговаривать на своей территории. Если Вам, агент Кетчер, неловко в молчании, я могу поддержать пустой диалог. Кайла опешила не то от дерзости и прямоты, не то от обволакивающих ленивых слов, оброненных будто через силу. Голос Сайласа пробирал до самого нутра, и каждая фраза въедалась под кожу. Кайла смахнула наваждение и сосредоточилась на неприязни. Однако от чего-то агент ее совершенно не ощущала. Виной тому шикарный профиль мужчины или кожаная куртка, скрипящая от движений предплечий, Кайла не думала. Отвернулась, не желая встречаться с острым взглядом красных глаз, и обратила все внимание на Небесное кольцо, которое, к слову, они огибали по кругу. Не успела девушка задать очередной вопрос, как машина подъехала к высоким воротам, что тут же начали медленно разъезжаться. Спорткар въехал на подземную парковку, и Кайла ощутила, как сожаление внутри било через край: ее не должно здесь быть. Не в компании Сайласа, который завел ее черт пойми куда. Агенту надо сидеть в кабинете Зейна, отсчитывать минуты до конца рабочего дня, а затем разъезжать по всему Линкон-Сити в поисках нечисти. Импульсивность — вот ее главный враг. Но неужели Кайла забыла, с каким восторгом и азартом покупала билеты на поезд? С какой жадностью рассматривала лицо Сайласа в полутьме автомобиля, угадывая его настроение? Грохот двери спорткара вытянул девушку из транса. Кайла поняла, что машина уже остановилась, а Сайлас покинул салон. Стоило девушке коснуться ручки, как дверь с ее стороны отворилась. Сайлас любезно подавал раскрытую ладонь. Кайла посчитала, что игнорирование джентльменской галантности здесь ни к чему и больше для вида приняла протянутую руку. Легкого прикосновения хватило, чтобы агент ощутила весь жар. Сайлас был ужасно горяч. Двусмысленность мыслей немного сбила с толку Кайлу, но девушка разорвала прикосновение быстрее, чем смогла развить фантазии. И все же, температура тела Сайласа слишком высока, раз агент это почувствовала. Учитывая его способности, можно предположить, что он Эволют. Кайла про себя невесело усмехнулась: полная противоположность Зейну. Сайлас в молчании повел ее в сторону лифтов, и девушке ничего не оставалось, кроме как следовать за ним. Мужчина провел ключ-картой у сенсорного табло, и вскоре они поднимались на сотню этажей вверх. Часы на запястье завибрировали, но Кайла проигнорировала вызов. После нескольких попыток Зейн перестал высвечиваться на экране. Пришло короткое сообщение: «Позвони, как освободишься. Срочно». Кайле стало жутко от того, как нагло она пренебрегала своими прямыми обязанностями. Агент заставила себя отмахнуть тревожные мысли — что сделано, то сделано. Кайла теперь в лапах хищника.