Твой отель - моя награда

Яркое солнце разбудило Этери. Та лежала в том же положении, что и бросила её Женя. Впервые за долгое время блондинка спала хорошо. Открыв глаза, Тутберидзе не понимает, который сейчас час, и где она находится. Вчера она вырубилась очень быстро, не дописав свой отчёт. — Твою мать… — Этери ищет свой ноутбук. Неужели она так и не закончила отчёт? — блять… Женя же, проснувшись раньше, чем Этери, сразу отправилась на кухню, чтобы там быстро сварить женщине кофе и приготовить завтрак. Поваров отвлекать не хотелось, ведь часть из них были с ночной смены, а часть только приходила на работу. Поэтому девушка решает взять всё в свои руки. Приготовив яичницу и пожарив колбасу, Медведева возвращается в кабинет Этери и проходит в номер. Тихо, стараясь особо не шуметь, ведь думала, что блондинка еще спала. И каково же было удивление Жени, когда она увидела Этери уже бодрствующей. — Оу, доброе утро. Я вам завтрак приготовила, — слегка улыбнулась Медведева. В глубине души ей хотелось разбудить Этери нежным поцелуем в плечо, но сие желание разбилось, словно стекло. — Доброе… – Этери убрала своё одеяло и опустила ноги на пол, — который час? Я что-то вырубилась вчера, отчёт не дописала… — Пол седьмого, — Женя прошла в номер и поставила поднос на ноги женщины, — а отчет я вчера дописала, не переживайте, всё хорошо, — губы Медведевой тронула легкая улыбка и она присела напротив Этери, — кушать будете? — Каким образом ты отчёт за меня дописала? — Этери удивилась, осматривая то, что девушка принесла на завтрак, — ты то сама спала? — Пальчиками и мозгом, — брюнетка пожала плечами, — у вас же план на день был написан, он очень мне помог в составлении отчета. Можете почитать, но чуть позже, когда поедите. И да, я спала и выспалась. Если бы еще кто-нибудь не хныкал во сне, то вообще бы мёртвым сном спала. — А кто хныкал во сне? — смутилась блондинка, подумав, мало ли она так себя вела, — а ты когда ушла? — Этери взяла чашку с кофе и сделала глоток. Блаженство растеклось по телу. — Вы, но я приобняла посильнее и погладила по спине. Вы успокоились, — Женя слегка улыбнулась, но тут же запереживала, что ей сейчас может нехило прилететь за самоуверенность, — ушла минут двадцать назад, чтобы завтрак приготовить. Это допрос? — Женя, надо было меня разбудить, — строго сказала блондинка, но потом смягчилась, — спасибо тебе за заботу, — улыбнулась Этери, — давно никто не заботился обо мне так. — Не за что, — Медведева смущенно улыбнулась и аккуратно убрала одну прядь волос с лица Этери, — приятного аппетита. Я старалась, — девушка подносит вилку с яичницей к губам блондинки, глядя той в глаза. Этери берет вилку здоровой рукой и начинает завтрак. — Ты сама кушала? — Нет, я не завтракаю по утрам, — Женя встала с корточек, одергивая юбку, что неприлично сильно задралась, — пью только кофе. И, думаю, успею это сделать перед рабочим днем. Время позволяет и кофе попить, и сбегать покурить. — А вот если бы не курила, то и кушать бы успевала. Блондинка окидывает взглядом девушку, которая не поленилась и после тяжёлой ночи принесла ей завтрак. Внутри потеплело от такой заботы. Этери давно не была так спокойна по утрам. — У нас сегодня проверка приходит, так что проследи там, чтобы всё было хорошо, — подмигивает женщина. — Сделаю всё возможное, чтобы в тех номерах, которые убираю я, была чистота и порядок. А за остальных не ручаюсь, нет-нет-нет, — Женя отрицательно помотала головой, слегка хихикая, — голову с плеч потом Светлане Владимировне сносите, а моё дело маленькое. — Без сомнений, ты отвечаешь только за себя. Может кофе со мной выпьешь хотя бы? Трудный день нас ждёт. — Можно, но мне тогда нужно сбегать на кухню и сварить кофе, — улыбнулась Медведева и с прищуром посмотрела сначала на Этери, а затем и на кружку с кофе, что стояла на подносе, — или украсть глоточек из вашей кружки. Этери улыбнулась и протянула кружку Жене. — Укради. — Благодарствую, — усмехнулась девушка и сделала несколько маленьких глотков кофе, который блаженно растёкся по желудку, — шикарный кофе. Одобряем, — Медведева вернула кружку Этери и слегка облизала свои губы, — вот и поцеловались, получается. — За этот поцелуй ты не получишь по лицу, — засмеялась блондинка, — всё, Медведева, пора на рабочее место возвращаться. Этери кое-как приняла душ у себя в номере и, переодевшись в свежую одежду, пошла встречать пятерых проверяющих. Тутберидзе не любила проверки, потому что приходилось вести себя учтиво и даже немного подлизываться. С проверками всегда разговор был короткий. Нареканий всегда было мало, а крупных нарушений — тем более. Поэтому глаза Этери округлились, когда она увидела протокол, где списком были выписаны нарушения. Пройдясь по основному, женщина взялась за голову. И где они всё это нашли? Отправив на обед достопочтенных проверяющих, Этери сразу же набрала своего зама, который должен был вот-вот вернуться из Питера. — У аппарата, — Глейхенгауз катил чемодан по аэропорту Шереметьево, ориентируясь по указателям. Поездка выдалась максимально тяжелой, но продуктивной. Вот только отдохнуть мужчине никак не удалось. В отеле, в котором он ночевал, не повезло с соседями. Да ещё и кричащие детки попались в самолёте. Даниил проклял всё на свете и мечтал сейчас только об одном — взять отгул и выспаться дома. Ну или хотя бы отдохнуть до вечера… — Привет, как дорога? Короче, у нас тут полный пиздец. Этери мало волновало что там у Дани, потому что прямо тут, в отеле, и правда был пиздец, — мне тут такой счёт выставили, как будто я в ресторане нажралась самыми дорогими блюдами. — А, сегодня же ещё чертова проверка, — цокнул Глейхенгауз и устало опустился на ближайший ряд стульев в аэропорту, — что там пишут? Во сколько раз новый штраф превысил предыдущий? — До этого были цветочки, а сейчас полные ягодки… – Этери присела на диван в холле и тяжело вздохнула, — там такая сумма неприличная, что мне даже дурно её произносить… — Ну больше миллиона что ли? — Глейхенгауз почесал бороду, раздумывая. Они же всё проверяли неоднократно. Он лично чуть ли не на коленях осматривал каждый закуток и уголок, чтобы у проверяющих не было вопросов. Безусловно, несколько косяков оставались, при чем Даня оставил их умышленно, чтобы всё не казалось идеальным. Но чтоб на столько… — Больше… – Этери была уверена, что к ним не будет серьёзных нареканий, а тут такое, — Дань, я понимаю, что ты устал, но приезжай в отель, прошу тебя. Будем думать что делать с этим «счастьем». Только никому не говори. — Да кому я скажу-то, — вздохнул Глейх, мирясь с участью тяжёлого дня, — хорошо, приеду. Сейчас только чемодан домой закину и буду на работе. Женя, увидев, что Этери сидит в холле и явно нервничает, решила подойти к женщине. Вся поза и выражение лица Тутберидзе так и кричали о том, что дела плохи. — Что случилось? — Медведева провела по плечу блондинки ладонью и присела рядом с ней, забирая из рук планшет и пробегаясь глазами по пунктам. — Случилась проверка, — Тутберидзе забирает у Жени свой планшет, — но это не касается тебя, так что прошу тебя идти на обед. Сегодня нельзя опаздывать. — Да когда я последний раз опаздывала-то, — Медведева закатила глаза, но тут же покосилась взглядом в сумму, что была чёрной чертой подчеркнута в самом низу страницы. Сделав свои умозаключения, брюнетка поднимается с дивана, — ну на обед, так на обед. Как скажете, Этери Георгиевна. И не переживайте вы из-за этой проверки. Всё обязательно встанет на свои места. — Угу, спасибо, — устало произнесла блондинка, — иди, Жень. Медведева утвердительно кивнула и оставила блондинку в покое, избавляя её от своего присутствия. Нулей в протоколе, действительно, было много, а цифра перед ними была ещё внушительнее. Пять миллионов рублей — это вам не хухры-мухры. Женя начала сразу думать, как помочь Этери в этой непростой ситуации, но времени думать было не так много, сколько хотелось бы. Поэтому у брюнетки был один единственный вариант, которого она и решила придерживаться. Вместо обеда девушка выдвинулась домой, перед этим попросив Алину прикрыть её. Взяв дома несколько своих украшений, которые были куплены в Италии, девушка ещё секунду подумала, закусив уголок губы. — Да куплю я потом себе ещё таких безделушек сколько хочешь. Не всё же в жизни измеряется каратами, верно? — вздохнула Женя сама себе и сжала два ожерелья в руке. Дойдя пешком до ближайшего ломбарда, Медведева уверенно туда входит. — Здравствуйте. Я хотела бы сдать украшения без последующего выкупа, — Женя кладет коробки на стойку и ожидает, пока мужчина оценит дорогостоящие украшения. — Это алмазная подвеска, — уточнила Медведева, но мужчина лишь отмахнулся, разглядывая внушительные камни с помощью часовой лупы. Взвесив украшения, мужчина средних лет внимательно смотрит на девушку. — Где вы это взяли? — подозрительно спросил мужчина, оценивая брюнетку взглядом. — Купила в Италии. Не украла же, — фыркнула Женя. — Хорошо… — вздохнул брюнет, раздумывая, — два и три с половиной миллиона соответственно. Если вам деньги нужны сразу наличными, то придётся подождать. — Пять с половиной миллионов за два, серьёзно? — негодованию брюнетки не было предела. Одно ожерелье в Италии она покупала почти за 8 миллионов три года назад. — А что вы хотели? Вам же нужны деньги, — хмыкнул мужчина, — я вам цену озвучил. Если не хотите, то пожалуйста, — брюнет поспешил убрать ожерелье в коробку, но Женя его остановила. — Ладно-ладно, хорошо. Пусть будет шесть, — Медведева улыбнулась, стреляя глазками в мужчину. — Только за ваши красивые глаза, — брюнет улыбнулся и кивнул, начиная оформлять документы. Через двадцать минут Женя уже вышла из ломбарда без украшений, но с черным пакетом денег. Вызвав такси, брюнетка отправляется в отель, надеясь, что Этери её не потеряла. Прибыв в отель, Женя прошмыгнула в раздевалку, оставаясь незамеченной, и быстро переоделась. — Теперь надо как-то выловить этих крыс и дать им прикормку, — начала думать вслух девушка, бубня себе под нос. И буквально через секунду услышала множество уверенных шагов. Либо это Этери с Даней и кто-то ещё из сотрудников, либо Этери с делегацией козлов. Шаги блондинки Медведева начала распознавать достаточно быстро. Так, как она, не ходит никто. Выглянув из раздевалки, Женя кидает взгляд в спину проверяющим и Этери. — Этери Георгиевна, можно вас на минутку? — окликнула девушка, махнув Тутберидзе рукой. Блондинка стрельнула недовольным взглядом на девушку. Сейчас было не до Жени, и женщина, извиняясь перед комиссией, подходит к брюнетке. — Что-то случилось? — выгнув бровь, спросила Этери, – я же просила не отсвечивать в коридорах, пока тут эти люди. — Там кто-то окно выбил в раздевалке, ветер завывает, — шепчет Женя и жестом руки приглашает Этери пройти в помещение. — Сообщи об этом главному инженеру, пусть разбирается. И охране сообщи, пусть по камерам посмотрит и счёт выставит от имени отеля, — прошептала блондинка, — мне сейчас не до этих мелочей. — Инженер в отпуске вообще-то. Да вы хоть посмотрите, вечером же отчёт придётся писать, а вы не в курсе. — Медведева, — прошипела женщина, — видишь этих людей? Они могут закрыть наш отель, а ты про какое-то стекло мне затираешь. — Не закроют! — шикнула Женя и нагло, абсолютно беспринципно толкнула женщину в раздевалку, захлапывая дверь снаружи, — так для вас же лучше. Убьете меня потом, — в дверь пробормотала девушка, молясь, чтобы Этери не снесла сейчас дверь с петель. Слава Богу, что проверяющие зашли за угол и принялись ждать Тутберидзе там, а не наблюдали эту картину. Блондинка настолько растерялась, что даже не поняла, что произошло. Медведева закрыла её в раздевалке. — Женя, что за игры? — блондинка стукнула по двери, шикая от боли в здоровой руке, — открой! — Тише, не орите. Потом открою, — фыркнула Медведева и отошла от двери от греха подальше, пока Этери до конца не осознала ситуацию и не сравняла девушку с землёй. Прихватив пакет с деньгами, Женя отправилась в сторону проверяющих. Она точно знала, чего они хотят. — Итак, молодые люди, а сейчас я бы хотела провести вам экскурсию в замечательное место, — приторно-сладко улыбнулась девушка, — следуйте за мной, — Медведева уверенно пошла вперед, точно зная, что за ней пойдут. И, в самом деле, за ней пошли. — Женя, — кричала безуспешно Тутберидзе, иногда принимая попытки стучать по двери. Раздевалка временно была закрыта, поэтому появление людей было минимальным. Связь в раздевалке не ловила, позвонить не было возможности. Поэтому блондинка села на стул. Делать было нечего, Женя явно куда-то ушла. И зачем она закрыла её в раздевалке? Ведь знала же, что у Этери куча дел и забот. — Невменяемая девчонка! Ты у меня получишь пиздюлей! Долго уговаривать на закрытие всех пунктов нарушений Жене не пришлось. Мужчины сразу поняли, к чему клонит девушка, и согласились получить наличными круглую сумму, закрыв глаза на все нарушения. Во всяком случае, Медведева им предложила гораздо больше, чем заказчик. Поэтому это было в их интересах. — Надеюсь, вы сообщите о своём решении Этери Георгиевне, — Женя протянула руку, заключая сделку. — Безусловно, Евгения Армановна, — кивнул седовласый мужчина, пожимая руку девушки, — с вами приятно иметь дело. Что вы делаете сегодня вечером? — Надеюсь, обмываю успешный рабочий день в хорошей компании, — хмыкнула Женя. — Можно ли к вам присоединиться? — Боюсь, компанию таких успешных мужчин не поймёт моё скромное окружение. В следующий раз, — подмигнула девушка. Когда мужчины получили деньги, все отправились на этаж, где и осталась Тутберидзе. — Подождите здесь одну секунду, пожалуйста. Я позову Этери Георгиевну, — Медведева быстро пошла в раздевалку и открыла нараспашку дверь, — Этери Георгиевна, вас там очень хотят видеть. Блондинка открыла свои заспанные глаза. — Медведева, я тебя сейчас убью... – Этери встала и поправила свою помятую блузку, — что происходит? — спросила она, выходя из помещения. — Этери Георгиевна, мы тут посовещались с коллегами, — начал тот же седовласый мужчина, который был главным проверяющим, — и думаем, что все те замечания, которые мы вам написали, вы исправите быстро. Позвольте, — мужчина аккуратно взял планшет из рук Тутберидзе и вытащил оттуда листок с замечаниями, — или не исправите. В прочем, это не так важно, — он разрывает лист на несколько небольших частей и отдаёт в руки Жени, которая стояла, довольно улыбалась и подпирала плечом стену. — Желаю вашему отелю процветания и хороших клиентов. Замечаний не выявлено, — мужчина достает из внутреннего кармана пиджака уже подписанный акт об отсутствии замечаний и передает его Этери Георгиевне, — ознакомьтесь. — Не поняла, — Этери смотрит на Женю и на проверяющих, — что всё это значит? Что значит «не выявлено замечаний»? — Это значит, что мы решили закрыть глаза на мелкие неурядицы. Всё-таки, большинство написанного, действительно, было высосано из пальца. Евгения помогла нам разобраться в ситуации. А теперь не смеем вас больше задерживать. Работайте спокойно, — и молодые люди поспешили удалиться, оставляя Женю на растерзание Этери. — Ой, ну я это, тоже работать пошла, — Медведева постаралась быстро свалить, но грозное «стоять» заставило её остановиться и тяжело вздохнуть. — Быстро объяснила мне, что происходит? Зачем ты меня закрыла в раздевалке? И почему комиссия прикрыла глаза на всё? — Этери строго посмотрела на девушку, излучая недовольство ситуацией, — в какие игры ты играешь? — Да ни в какие, — фыркнула Медведева, — решила вопрос так, как они хотели решить его с самого начала. А вы тупили целый день, будто сразу было не понятно, что им бабки нужны. Я дала им то, чего они так хотели, вот и всё. А закрыла я вас, чтобы вы не мешались, а дали мне разобраться самостоятельно. Вот, я разобралась. Результат у вас в руках. Считаю, что это положительный результат и это стоило того, — Женя сложила руки на груди, глядя на Этери. Тут из-за спины блондинки появился Глейхенгауз. — Комиссия уехала только что. Я всё пропустил, да? — Ты дала им взятку? — глаза блондинки расширились от злости, — да! Ты всё пропустил! Наша горничная дала взятку комиссии! Позволила себе сунуть нос в наши дела! Пока меня закрыли в раздевалке, ты где-то шлялся! Глейх сглотнул слюну, немного чувствуя себя виноватым. — Ну дала и дала. Хорошо, что они не закрыли отель. Это было бы гораздо хуже, — Даня слегка кивнул головой в сторону, намекая Жене на то, чтоб та быстрее свалила. Медведева кивнула и быстро ретировалась. Хорошо, что Глейхенгауз решил взять весь удар на себя. — Много дала? И почему тебя закрыли в раздевалке? — Полностью закрыла штраф, — пожала плечами Этери, — ты где был? Женя закрыла меня в раздевалке, чтобы дать взятку, ДАТЬ ВЗЯТКУ, — воскликнула женщина, — я никогда не откупалась… и откуда она взяла такие деньги? И зачем вообще полезла в это? — Я чемодан отвозил домой, а потом попал в пробку. Там авария была. Все стояли, как вкопанные. Даня пожал плечами, - ну, слушай, какая разница, где она их взяла. Главное, что она помогла отелю. Или не отелю, а тебе? — Глейх подвигал бровями, а потом заметил руку женщины, — господи, святые печенюшки, что с твоей рукой случилось?! — Да уж…помогла! — Этери задумалась, с чего Женя решила помочь? Неужели втюрилась по самые помидоры? — пальцы сломала, упала на пол…долгая история. Потом поговорим. Мне нужно с Женей поговорить. — Не убей девчонку, я тебя очень сильно прошу, — вздохнул Даня, приобнимая Этери за плечи, — я уверен, что она хотела как лучше. И ведь получилось! А зная твой характер, ты можешь её и выставить нахрен отсюда. Ещё и виноватой сделаешь. Вот только в чём она виновата? Это, во-первых, отель её матери. Вряд ли бы она хотела, чтоб его закрыли. Хотя… У Жанны этих отелей — куры не клюют. Может, тебя всё же спасала, а не отель? — задумался Глейхенгауз, почесав бороду. — Возможно. Только это не отменяет того, что она всё сделала без моего ведома! Да ещё и таким способом! И вообще, не защищай её! — Как будто бы ты дала бы ей это сделать, — рассмеялся Даня и убрал руку, — ладно, Этери, ищи свою Женю, а я пойду с документами разберусь, — Глейхенгауз подмигнул и ушёл в направлении своего кабинета. — Елизавета, сегодня у вас была проверка, — промурлыкал в трубку Сергей Николаевич, — как там обстановка в отеле, скажи, пожалуйста? Я поспособствовал тому, чтобы проверяющие закрыли отель. — Добрый вечер, Сергей Николаевич, — хитро улыбнулась девушка, — всё прошло отлично. Я видела, как лицо Тутберидзе поменялось, когда она увидела результаты проверки, — хихикнула девушка, — уверена, что отель закроют! — ответила Лиза, в полной уверенности, что таких денег Этери не достать, — я так понимаю, что проверяющим вы заплатили прилично? — Да, достаточно для того, чтобы они закрыли этот чертов отель. Но ты мне ещё тоже понадобишься. Мало ли что-то сорвется. Ты давай там, не робей, действуй на опережение и запудри мозг Медведевой младшей. Это выгодно и тебе, и мне. — Да…так-то оно так… Только Женя меня ненавидит. Похоже, эта блондинка запудрила ей мозг. Даже не знаю, что мне теперь делать, — вздохнула девушка. — Думай, Елизавета, думай. Избавься от Тутберидзе, — хмыкнул мужчина и повесил трубку.

***

Медведева в быстром темпе драила номера, потому что сегодня после обеда не успела ровным счётом ничего. Девушке необходимо было навёрстывать упущенное время, чтобы Тутберидзе её не убила нахрен. На помощь, как по взмаху волшебной палочки, явилась Загитова. — Слушай, Жень, тебе сколько осталось номеров? — заглянула Алина, глядя на то, как Медведева ползает на коленках, протирая плинтуса. — Ещё три, дерьмо! — рыкнула Женя, усиленно проходясь тряпкой. — Я возьму два на себя, не убивайся, — сообщила Загитова и пошла в другие номера, которые должна была убрать Женя. Этери направлялась в номер, в котором убиралась Медведева. Завернув за угол, женщина услышала разговор Лизы. Внимательно прислушавшись, блондинка слышит своё имя и имя Жени. Судя по разговору, Лиза причастна ко всему, что сегодня произошло. И вообще, девушка вернулась не из-за любви к Жене. — Значит так, — кивнула блондинка, запоминая слова Туктамышевой. «Нужно рассказать всё Медведевой» — с этой мыслью, Этери пошла к Жене в номер. — Да нахрена вы, свиньи, свои гребанные окурки засовываете под плинтус?! — рыкнула Женя выбрасывая всё в мусорку, — идиоты. Написано же на дверях «не курить!» Падлы, — негодовала девушка, скрипя зубами. Заглянув в номер, Этери слышит возмущения брюнетки. — Жень, нужно поговорить, — нервно произносит женщина, не зная, с чего же начать. — Ой нееет, — хныкнула Медведева, — давайте после окончания рабочего дня? Я сегодня нихрена не успеваю. Мне потом по шее от вас получать ещё и за невыполненную работу не хочется, — Женя вздохнула, поднимая уставший взгляд на Этери. — Это срочно, — отрезала Тутберидзе, — работу другого назначу сделать. За мной, — Этери махнула рукой, не требуя возражений. Всё-таки тема разговора была серьёзная. — Ладно, — Женя бросила пакет в тележку и поплелась за блондинкой, снимая перчатки и вытирая руки об фартук, — чур не бить! — Присаживайся, — указала Этери на стул, — кофе, чай? — предлагает женщина, включая чайник. — Благодарю, ничего не нужно, — Медведева плюхнулась на стул и закинула ногу на ногу, внимательно глядя на действия блондинки, — если вы хотите меня пожурить за то, что я дала взятку этим чмырям в пиджаках, то можете не тратить на это время. Я считаю, что поступила правильно. И вы меня не переубедите. — Об этом поговорим потом. У меня к тебе другой вопрос. Что у тебя с Лизой? — прямо спросила блондинка, чтобы понять, насколько та уже запудрила мозг Жене. — С какой Лизой? — нахмурилась девушка, — а, с Лизой… Да ничего, а что? Ревнуете? — Ага, спать не могу, — усмехнулась блондинка, — Жень, она вернулась к тебе, чтобы использовать тебя. Хочет отель заполучить. — Да нужен он ей сто лет, — хмыкнула Медведева, не веря словам Этери, — вы, наверное, так специально говорите, да? — услышав, что чайник вскипел, Женя встала и налила кофе для Тутберидзе. — Зачем мне это? — Этери сделала глоток кофе, — я слышала её разговор по телефону сегодня. Она и какой-то Сергей Николаевич подкупили проверку. Это из-за них ты отдала пять миллионов. Понимаешь? Она не любит тебя, ей нужен отель. От этих слов Жене стало очень больно. Снова Лиза, снова «не любит тебя». Медведева будто получила удар ножом в самое сердце. Внутренняя боль стала настолько сильной, что даже отразилась на лице. — Даже думать об этом не хочу, — фыркнула Женя, стараясь спрятать свои эмоции за маской, хотя изнутри просто разрывало и хотелось выть, — удачи ей, вот и всё. — Жень, это касается не только тебя. Это касается дел отеля. Мне очень жаль, правда, но с Лизой нужно что-то делать. Я бы не совала нос, если бы это касалось твоих личных отношений… – Этери увидела расстроенное лицо Медведевой, и сердце сжалось. — Что мне с ней делать? Леща прописать? Смысла в этом не будет, — взорвалась девушка, подскакивая со стула, — разберусь, ладно? Только не надо мне нотаций читать, ок?! — Женя явно кипела. Внутри был переворот всех эмоций и чувств в совокупности со злостью и щемящей болью. Думать о Лизе и её поступках не хотелось вообще, но каждый раз её как будто бы специально заставляют думать о бывшей возлюбленной. — Попроси, чтобы ушла. И не нужно эмоционировать. Я уж точно не виновата в этом, — Этери оставила кружку с кофе, дабы Женя случайно не задела её, — я тебя понимаю, тебе больно, но нужно выкинуть прошлое из своей жизни, тем более оно и дальше приносит боль. — Она меня не услышит, — фыркнула Медведева, — вы её плохо знаете. Если у неё есть цель, то она будет биться башкой, пока не добьется её. Если ей нужен отель, то пусть забирает и сваливает навсегда из моей жизни. Только она ещё не поняла, что я ничего не решаю?! Я никто и ни с чем. Обычная горничная, твою мать, — Женя резко ударяет ладонью по столу и быстро покидает кабинет блондинки, пока дело не зашло слишком далеко. Тяжело вздохнув, Этери вытирает расплескавшийся кофе, который всё-таки разлился. — И что мне с этим делать? Блондинка решает посоветоваться с лучший другом. Так оставлять ситуацию нельзя. Если на Женю у Лизы нет влияния, то эти люди могут найти и другие пути.