В объятиях нелюбимого. Одержимость Очирбата

В попытках добиться Янину Очирбат окончательно потерял себя. Он подражал ей во всём. И даже дату рождения "Вконтакте" поставил 31.07.1991 года — это дата рождения Янины. Однако, созданная таким подражанием личность Очирбата выглядела весьма карикатурно и нелепо. Очирбат, как истинный последователь великих традиций подражательства, решил, что если он не может стать частью жизни Янины, то станет её отражением. Он начал с малого: поменял аватарку на ту, где он был сфотографирован в похожей на неё позе — голова слегка наклонена, взгляд задумчивый, но с налётом легкой презрительности. Правда, если у Янины этот взгляд выглядел как «я слишком принцесса для этого мира», то у Очирбата он больше напоминал «я забыл, куда положил ключи». Затем он начал копировать её интересы. Янина любила Наполеона? Очирбат выучил наизусть все его речи и начал цитировать их в разговорах с соседями по общежитию. «Вы знаете, что Наполеон сказал перед битвой при Аустерлице? — спрашивал он, но, видя их недоумение, добавлял: — Ну, ладно, это неважно». Янина увлекалась Латинской Америкой? Очирбат начал слушать сальсу, хотя ритм этой музыки вызывал у него приступы паники, а танцевальные попытки заканчивались падениями на пол с грохотом, который слышали даже на первом этаже. Но настоящий пик подражательства наступил, когда Очирбат решил, что ему нужно стать... асексуалом. Да, именно так. Узнав, что Янина называет себя асексуалкой, он решил, что это ключ к её сердцу. Он начал рассказывать всем, что его «психика, включая сексуальный аспект, напрочь сломана», хотя на самом деле он просто не мог понять, что это значит. Его сосед Аслан, услышав это, лишь покачал головой: «Очирбат, ты либо гений, либо полный идиот. Я пока склоняюсь ко второму». Однако, самым абсурдным стало его решение изменить свою внешность. Янина была высокой и стройной, а Очирбат... ну, скажем так, не совсем. Но это его не остановило. Он начал носить обувь на огромной платформе, чтобы казаться выше, и натягивал на себя узкие джинсы, которые делали его фигуру похожей на перевёрнутую грушу. Его рубашки с лошадьми сменились на строгие блузки в стиле Янины, но, увы, на Очирбате они выглядели так, будто он одолжил их у своей бабушки. Очирбат даже начал подражать её манере речи. Янина любила говорить: «Это не фердипердозно», и Очирбат подхватил это выражение. Правда, использовал он его в таких контекстах, что даже Аслан, обычно сдержанный, не мог сдержать смеха. Но самым трагикомичным стало его решение изменить своё имя. Очирбат, видимо, решил, что проблема в его «слишком монгольском» имени, и начал подписываться в соцсетях как «Янинбат». Это вызвало волну насмешек среди его знакомых, но Очирбат воспринял это как знак того, что он на правильном пути. «Они просто завидуют, — думал он. — Они не понимают, что я становлюсь ближе к ней». Янина, конечно, заметила эти изменения. Она даже написала ему однажды: «Очирбат, ты совсем с ума сошёл?» Но вместо того чтобы остановиться, он воспринял это как знак внимания. «Она заметила меня! — ликовал он. — Значит, я на правильном пути!» К концу года Очирбат стал совершенно неузнаваем. Он говорил, как Янина, одевался, как Янина, и даже стал поклоняться диктаторам, хотя до этого его единственным кумиром был Чингисхан. Но чем больше он старался стать ею, тем больше терял себя. Его друзья перестали его узнавать, а соседи по общежитию начали шутить, что скоро он потребует, чтобы его называли «Янина Вторая». Но самое печальное было в том, что Янина всё так же оставалась недосягаемой. Она смотрела на его попытки с лёгким презрением, как на забавное, но глупое зрелище. «Очирбат, — сказала она ему однажды, — ты знаешь, что даже если ты станешь моей копией, это не сделает тебя мной?» Очирбат кивнул, но в душе решил, что она просто проверяет его упорство. Таким образом, Очирбат стал живым воплощением поговорки «подражание — высшая форма лести». Но в его случае это была лесть, которая уничтожала его личность, превращая его в карикатуру на самого себя. И если бы кто-то спросил его, зачем он всё это делает, он, вероятно, ответил бы: «Потому что это любовь настоящая». Хотя, если честно, это была уже не любовь, а нечто большее — настоящая одержимость, которая, как известно, редко приводит к чему-то хорошему. Но Очирбат об этом не думал. Он просто продолжал верить.