По ту сторону камеры

Дайске вели по серым коридорам подвала, его сердце отбивало ритм его шагов. Стены вокруг были холодными и сырыми, а воздух напоминал затхлую заброшку. Он не пытался сопротивляться — страх сковывал его разум, заставляя подчиняться. Когда группа из юноши и двух мужчин поднялась по лестнице на второй этаж, атмосфера резко изменилась. Здесь все выглядело иначе — аккуратно и продуманно. Дверь в конце лестницы из подвала вела в просторное помещение, которое напоминало квартиру богатого человека, вопреки всему тому, что он ожидал увидеть. Гостиная была обставлена с изысканным вкусом. Шкафы с стеклянными дверцами отражали мягкий свет, который падал из больших окон, скрытых за тяжёлыми шторами. Тумбочки с аккуратными деталями дополняли обстановку, создавая ощущение уюта. В центре комнаты находился крупный диван, обитый мягкой серой тканью, на котором Дайске сегодня явно не посидит. Напротив дивана висел неприлично большой телевизор, что смотреть его, наверное, было бы даже некомфортно. Вся комната была оформлена в серых оттенках — от светлых до глубоких — что создавало атмосферу элегантности и сдержанности. Но Дайске не мог избавиться от понимания, что за этой внешней благополучностью скрывается нечто мерзкое и неправильное. В противоположной стене красовалась такая же серая, как и всё окружение, дверь. Дайске провели к ней, постучали, и, услышав положительный ответ, затолкали юношу внутрь, уходя. Внутри комнаты царил такой же стиль, как и в гостиной — сдержанный и исключительный. Помещение было относительно небольшим, но его хватало, чтобы уместить небольшой шкаф, два кресла, стоящих повёрнутыми друг к другу, и большой рабочий стол с компьютером, над которым располагался ряд закрытых полок. Мужчина, что сидел за столом, молча встал и сел в кресло, жестом приглашая Дайске сесть напротив. Юноша, немного смущённый, медленно подошёл к креслу и сел. Взгляд его скользнул по комнате, пытаясь уловить детали: строгие линии мебели, аккуратно расставленные книги на полках и лёгкий аромат дерева, который наполнял воздух. Мужчина, сидящий напротив, внимательно изучал его, словно пытаясь прочитать мысли. - Ты знаешь, зачем ты здесь? - наконец произнёс он, его голос был низким и спокойным. Дайске вздохнул, собравшись с мыслями. Он понимал, что этот разговор может изменить всё. - Я не знаю. Но я хотел бы узнать правду. - ответил он, стараясь говорить уверенно. Мужчина кивнул, как будто ожидал такого ответа. Он наклонился вперед, опираясь на руки, и продолжил: - Правда – это сложное понятие. Что именно ты хочешь узнать? Дайске, услышав последнюю реплику, хотел было выпалить вопрос о том, почему его до сих пор не отпустили, но быстро остановился, осознав, что это возможно его единственный шанс услышать истинную правду. Он задумался, не зная, что спросить, чтобы это помогло не только ему, но и Джимми с Кёрли, которые, как предполагал Дайске, всё ещё сидят в той душной комнате. - Зачем вам Джимми? - наконец спросил юноша, захватывая этим вопросом, сразу несколько тем для ответа. - Я пригласил сына погостить. - Вы.. что? - Дайске был сбит с толку, оказалось, история начинала запутываться только сейчас, хотя парень уже не мог распутать сотни узлов повествования этой истории. - Джимми... Ваш сын?! - Он Джонсон, малыш. Как и я. - Вот что за Джонни-младший... - Я пригласил тебя не за этим. - мужчина выпрямил спину, становясь визуально выше. - Убить тебя будет несправедливо. Это не соответствует нашей договорённости. Дайске резко замер, его глаза широко раскрылись, наполняясь тревожным блеском. Пальцы впились в подлокотники кресла, белея от напряжения, словно когти, готовые вцепиться в спасительное убежище. Дыхание участилось, а мышцы напряглись, как натянутая струна. Внутренний голос шептал о реальности угрозы, и, по мере осознания ситуации, ужас застывал в его взгляде. Мысли метались, и он понимал, что был готов ко всему, кроме этой неожиданной угрозы, его уверенность стремительно таяла. Он был уверен, что его отпустят, но, похоже, у отца Джимми на него были совсем другие планы. - Не бойся ты так. - мужчина, прожигая глаза Дайске своим пронзительным взглядом, повторил: - Расслабься, парень. В таком ужасе ты не сможешь чётко осознать всю информацию, что сейчас получишь. - П.. подождите, мы же договаривались иначе. - И я об этом. Выслушай меня. Я не люблю, когда меня перебивают. Дайске молча приготовился слушать. - Любой другой человек из сферы, в которой я работаю, не стал бы любезничать с такими, как ты. А тем более что-то объяснять. Но. - мужчина встал с кресла, подошёл к своему столу и достал из полки ключи. - Ты понравился мне, малый. Пошли. Оба вышли из кабинета. Дайске не смотрел по сторонам, просто молча шёл за тем, кого инстинктивно слушался. Но краем глаза он всё-таки заметил, как мимо дивана в зале скользнула невысокая фигура. Кто это был? Знает ли этот человек, что его ждёт? Насильно он здесь или нет? Он против всего этого или подлый сторонник? Невольных вопросов становилось всё больше. Но Дайске старался не слушать назойливый монолог внутри себя. Знакомая дверь, лестница вниз, серые стены холодного этажа, однотипные двери. Хотелось убежать, хотелось позвать на помощь, хотелось домой. Мужчина остановился около двери, что ничем не отличалась от других. Он перебрал пару ключей, перед тем как всунуть один в замочную скважину. Плавным движением рука открыла дверь, вторая пригласила парня внутрь. Дайске медленно шагнул в комнату, его сердце колотилось от волнения и неопределенности. Комната была довольно простой, но в ней ощущалась некая мрачная атмосфера. На стенах висели обшарпанные обои, а единственным источником света была тусклая лампочка, свисающая с потолка. В центре комнаты стояла старая кровать с потёртой простынёй, на которой явно не раз ночевал кто-то, о ком Дайске думать не желал. Рядом находился стол с несколькими стульями, один из которых был перевернут. На полу располагался небольшой коврик, который когда-то мог быть ярким, но теперь выглядел выцветшим и грязным. В углу стоял шкаф с сомнительной литературой — книги с обложками, которые могли бы напугать любого непросвященного. На полках были видны тома классический литературы, смешанные с документальными книгами о бизнесе, устройстве мира и другой абсолютно абстрактных тем литературой. Условия были явно лучше, чем в первой комнате. На стенах теперь были обои, на полу – обшарпанный паркет. Температура была не очень комфортной, но внутри всё равно было теплее, чем в холодном коридоре. - Добро пожаловать. - величественно подал голос мужчина. - Располагайся. Парень открыл рот, глубоко вдохнул, собираясь что-то сказать, но тут же перебил себя и выдохнул пустым воздухом, без голоса. - Скажи, если ты что-то хочешь. - сказал отец Джимми, заметив, как Дайске не решается на речь. - Нет, у меня.. просто слишком много вопросов.. - юноша опустил голову, сделал пару шагов к кровати и уселся на неё. - Задавай. На что смогу – отвечу. Дайске молчал. Ком в горле, холодные дрожащие руки, потерянность на лице, стопа нервно выстукивающая ритм тревоги юноши – хотелось высказаться. Он понимал, что сейчас не время для сомнений и колебаний. Внутренний голос требовал действия, и Дайске знал, что должен взять ситуацию под контроль. Он глубоко вдохнул снова, стараясь подавить бурю эмоций, и сосредоточился на том, что нужно сделать дальше. Время не ждёт, и он не мог позволить себе больше молчать. - У меня ещё много дел, малый. Не заставляй меня ждать. Я не люблю медлительность. - вместе с мыслями поторопил Дайске мужчина. - Почему я до сих пор здесь, зачем вам нужен Кёрли, и что вы собираетесь делать со всеми нами? - выпалили Дайске три вопроса, что вынашивал с самого приезда в это здание. - Дай мне 20 секунд. - спокойно ответил мужчина. Ровно через назначенное время, он ответил: - Почему ты здесь. Потому что пока я не могу отпустить тебя. На то у меня есть причины личного характера. Убеждён, что ты возражать не будешь. Дайске опустил взгляд. Естественно он не будет возражать: у него нет выбора. - Грант Кёрли оказался не в то время не в том месте. - продолжил отец Джимми. - По крайней мере, я очень хочу на это надеятся. Ведь ты обещал никому не рассказывать. В груди парня, казалось, сломалась пара рёбер. Если Кёрли здесь из-за него.. он же просто не сможет отмыться от бесконечной вины. - Последний вопрос самый сложный. С тобой всё будет в порядке. Ты побудешь здесь некоторое время, а потом я буду смотреть по обстоятельствам и, разумеется, если что-то изменится проинформирую тебя. С моим сыном я просто поговорю. В весьма.. грубой форме. А его дружок будет молча наблюдать. Возможно, к наблюдению присоединишься и ты. - мужчина взялся за ручку двери. - Я ответил на все твои вопросы. Скоро тебе принесут персональную порцию еды. Радуйся, малый, пока можешь. Здесь такое отношение считается пощадой. Удачи. - он вышел из комнаты и прикрыл за собой дверь. На удивление, щелчка замка Дайске не услышал, значит дверь снаружи не закрыли. Неужели забыл? Но нет, этот человек совсем не выглядел как кто-то, кто мог забыть что-то настолько важное для него. Хотя возможно он просто убежден, что Дайске не посмеет сбежать? Ведь ещё когда ребята только заходили в здание, юноша заприметил огромное количество охраны снаружи, да и внутри здания тоже полно людей отца Джима, наверное поэтому мужчина и не боялся, что Дайске сможет сбежать. Юноше ничего не оставалось кроме как запустить пальцы в растрёпанные пряди медных волос и постараться проанализировать откровенно бесполезные ответы мужчины на его вопросы, чтобы затем выудить из них хотя бы миллиграмм полезной информации. *** Утро встретило Джимми и Кёрли.. хотя, по сути, утро их и не встречало. Помещение выглядело абсолютно так же, как вечером — мрак и холод, который пронизывал до костей. К сожалению для Кёрли, первым проснулся Джим. Он не имел понятия о времени, но его биологические часы подсказывали, что уже утро. Постепенно в памяти всплывали обрывки вчерашнего дня: взволнованный Кёрли, холод, Лия... И вот сейчас Джимми заметил, что ему стало заметно теплее, чем было ночью. Только сейчас он окончательно проснулся и осознал, что его тело сжимают тиски объятий Кёрли. Первое желание было отпихнуть его с такой силой, чтобы тот ударился о соседнюю стену. Но Джимми остановился. Было так тепло... Да и Кёрли спал. Может быть, можно было бы просто остаться в этом уютном состоянии? Нет. Нельзя. Нельзя даже на секунду давать слабину. Собравшись с силами, Джимми грубо убрал с себя руки друга и резко отпихнул его примерно на метр от себя. Кёрли мгновенно проснулся от неприятных ощущений и приоткрыл глаза. - Эй, ты чего.. - он сонно протёр глаза, стараясь понять, что происходит. Джимми ничего не ответил. Он лишь многозначно фыркнул, поднялся на ноги и упал на стул, намеренно не встречаясь взглядом с Кёрли. - Мы будем что-нибудь предпринимать? - постарался завязать диалог блондин. Спросонья это получалось плохо. - Или будем сидеть тут до конца своих дней? Шатен снова не ответил. Как же Кёрли "любил" этот игнор. И вот откуда знать, что у него на уме? На что он снова дуется? Как маленький ребенок, честное слово. - Джимми, я не собираюсь из тебя ответ клещами вытаскивать. Ты либо отвечай, либо мы работаем отдельно. Однако Джимми оставался глух к его словам, словно за стеной невидимого барьера. Он не желал открываться и показывать свои эмоции — лучше всего было просто замкнуться в себе и не поддаваться на провокации. - Последний шанс. - уже с явным раздражением в голосе сказал Кёрли. - Я тебе, блять, кто? - наконец ответил шатен. - Слуга? Раб? Должник? Чтоб мне последний шанс давать. - Ты ответишь что случилось? - спросил парень, игнорируя его наезды. - А ты сам не понял? - Нет, раскрой мне глаза. - Руки свои держи при себе. Я сколько раз просил не лезть ко мне? - он наконец-то повернул голову на Кёрли. - Сколько раз говорил, что не люблю этого? Ты реально такой тупой или нарочно не слушаешь мои просьбы? - Нарочно. - уверено ответил Кёрли. - Что? - Джимми решил проверить, не ослышался ли он. - Нарочно. - повторил парень. - Если словами тебя вразумить невозможно, то приходится осуществлять некоторые попытки против твоей воли. - Ты о чем вообще? - Ты меня извини конечно, но что мне оставалось делать тем холодным вечером, когда я чуть не сдох от холода, а ты мирно сопел рядом? Я всего лишь выжить хотел. Скажешь всё равно тебя нужно было не трогать, м? Скажешь? - Ну.. нет, наверное. - Джим понял, что перегнул. - Вот и всё. Я же друг твой как никак. Это простое утверждение заставило Джимми задуматься. Слово "друг" в его голове зазвучало иначе. Он часто использовал его, когда говорил о Кёрли, но сейчас это слово стало слишком тяжелым и многозначным. Что значит быть другом? Джимми почувствовал, как внутри него разгорается тревога. Он вспомнил моменты, когда Кёрли смотрел на него с такой искренностью, что сердце замирало. Эти взгляды всегда вызвали миллионы мурашек по телу. Комфорт, который он испытывал, когда Кёрли касался его руки или обнимал.. Об этом точно нужно думать не сейчас. Но невозможно было игнорировать ор внутреннего голоса. Джим знал: Кёрли стал для него чем-то большим, чем просто товарищ. Его присутствие вызывало в нём чувства, которые он не хотел признавать — страх потерять его, желание быть рядом и делиться всем, что происходит в жизни. Эта скрытая привязанность давила на него, но он не знал, как с ней справиться. Но держать её в себе сил тоже не оставалось. И теперь Джимми начал понимать: возможно, он прятал свои истинные эмоции от самого себя. Быть другом — это одно, а чувствовать такую глубокую связь — совсем другое. "Может быть," — подумал он с тревогой и надеждой одновременно, — "я хочу большего". Но что это значит для них обоих? Джимми ощутил прилив волнения при этой мысли и одновременно страх перед тем, что может произойти дальше. По его телу будто бы прокатилась холодная волна, но с собой она принесла только решимость, ведь эти слова когда-то должны были прозвучать. Он решился произнести то, что уже долго не давало ему покоя, опасаясь реакции Кёрли: - Друг? - тихо переспросил он. Кёрли нахмурился. - Надеюсь, что пока ещё друг. Или ты уже снова поменял своё мнение? - в его интонации начали проскальзывать едкие нотки сарказма. - Думаю, я уже давно его поменял. - отозвался Джим, сам не понимая, что творит. Он будто бы говорил это на автопилоте, не осознавая до конца смысл своих слов. Внутри были лишь пустота, холод и иррациональный страх перед реакцией Кёрли, но они были необходимы в этот момент. - Интересно. - сказал Кёрли, но в его голосе уже не было ни капли заинтересованности, только агрессия. - И как долго я не знал, что мы, оказывается, теперь не друзья? - его самообладание было на исходе, ещё немного, и он начнёт кричать от безысходности и болезненной пустоты, наполнявшей его, но всё что он мог сделать, это вылить все свои болезненные внутренние переживания на парня, сидящего напротив. - Сам не знаю. Я не могу сказать точно, когда на меня это нашло... - Джимми начал заикаться и путаться в словах, что только сильнее разозлило Кёрли. - Хорошо ушел от ответа. А теперь ответь нормально. Когда ты решил, что нашей дружбе конец? - перебил его блондин. - Конец нашей дружбе будет, когда я скажу... - Что ты, блять, можешь мне сказать?! - Кёрли подскочил на ноги от беспричинного гнева, наполнившего его после таких наглых слов Джимми. - Дай мне договорить. - перебил его шатен. - Конец нашей дружбе будет, когда я скажу.. - он запнулся, меняя смысл предложения, которое наконец решился произнести. - Когда я расскажу о своих чувствах. - Хватит уже говорить загадками. Скажи прямо, не ходи вокруг да около. - Кёрли сжал кулаки, желая услышать конкретный ответ хоть на какой-то из его вопросов. - Я влюбился в тебя. И, похоже, я гей. Достаточно прямо? - Джимми зарылся пальцами в волосы, пряча лицо. От того что он вылил всё, что было в его душе, разом, у него на глазах выступили слёзы. Его будто бы вскрыли тупым ножом и расковыряли внутренности с улыбкой на лице. - Блять.. - Смешно. - только и смог выдавить Кёрли, у которого от этого заявления перехватило дыхание, от недавней злости осталась лишь напускная агрессия. - Ну если для тебя это смешно, то я пиздец какой хороший клоун. - Нет, стой ты.. - ДЖИММИ! - щелчок замка и громкое открытие двери слились в один оглушительный звук. В комнату ворвалась Лия. Запыхавшаяся, она держалась за край двери, пытаясь отдышаться. - Лия? - Джимми тут же забыл о всём, что только что произошло между ними с Кёрли. Хотя это было, возможно, самым переломным моментом в их общении. - Что-то случилось? - Бегите.. Бежим. - девушка еле как перевела дыхание и покосилась на Джимми. - Почему.. - начала она и глубоко вдохнула. - Почему ты всё ещё сидишь?.. Хватай Кёрли и.. бежим отсюда. Джим опомнился первым. Он подскочил со стула и рванул к Кёрли, хватая его за руку, но, побежав, он не почувствовал мышцами должной нагрузки: Кёрли выдернул запястье. - Не трогай уже меня. Раз такой неприступный. - буркнул Кёрли и сам выбежал за дверь. - Придурок. - сказал Джимми сам себе, но не был уверен, что Кёрли его не услышал. Лия вела Джимми и Кёрли по длинному коридору, её шаги были быстрыми и уверенными. Она оглядывалась через плечо, проверяя наличие парней за собой. Коридор был тускло освещён, а воздух в нём был пропитан затхлым запахом. Они наконец достигли небольшой комнаты, которая была заметно меньше, чем комната парней. Лия толкнула дверь, и она с тихим скрипом открылась. Внутри было также холодно. Стены были голыми, без обоев, и лишь местами на них виднелись следы прежних попыток украсить пространство. В центре комнаты стояло небольшое кресло, в углу — стол и стул, которые выглядели так, будто их давно никто не использовал. Пустой шкаф в углу добавлял ощущение запустения. Пол был из холодного бетона, что печально серел на фоне общей тревоги – одним словом, такой же сарай, как и, похоже, все комнаты здесь. - Здесь мы в безопасности на некоторое время. Сможем всё обсудить. - произнесла Лия, закрывая за собой дверь. Она оглядела комнату, словно искала что-то, что могло бы помочь им. - Хотя у нас уже нет времени на обсуждения. Джимми бросил взгляд на Кёрли и встретился с яркими голубыми глазами. Блондин быстро перевёл глаза на другой объект. - И что теперь? - спросил Джимми, стараясь успокоить своё дыхание. - Мне нужна ваша помощь. - обеспокоенно произнесла девушка. - И обязательно нас было сюда для этого тащить? - уже без особых эмоций спросил Кёрли. - А ты хочешь остаться тут? - спросила Лия, понижая тон голоса. - Тебя никто с нами не тянет. Можешь оставаться. Кёрли закатил глаза и твердо решил для себя: ближайшие 40 секунд не разговаривать с этими идиотами. - Когда мы выйдем из комнаты, сразу идём направо. Там будет поворот и коридор к выходу. Проскользьнём в соседнюю комнату, а оттуда уже и на выход. Нужно будет только отвлечь охрану, но эту роль я возьму на себя. - Стоп. - Джимми жестом остановил Лию. - Это всё, конечно, прекрасно, но позволь спросить. - Да? - Почему ты помогаешь нам? Это не наезд, не претензия. Просто.. почему? - Потому что я прочувствовала, какого это – быть рабом господина Джонсона. И когда у меня есть шанс вывести кого-то отсюда, я не могу им не воспользоваться. - Но какая тебе выгода тащить ещё двоих с собой? - Вы двое взрослых мужчин. Я думаю, если что вы сможете мне помочь. Да и в компании не так страшно. - Откуда ты так много знаешь об этом месте? Я понимаю, что ты здесь долго, но как ты так свободно передвигаешья по зданию, откуда ты знаешь, что находится на других этажах? - Обязательно говорить об этом сейчас? - с раздражением и беспокойством говорила девушка. - Я могу вам разложить всё буквально по полочкам, когда мы выберемся из этой чертовщины. - Ладно. - Джимми облокотился о стену. Он не мог отделаться от ощущения, что ему невероятно повезло. Если бы не Лия, он даже не мог представить, чем бы всё это закончилось. Возможно, он вообще остался бы один наедине с теми ужасами, которые их преследовали, или, что ещё хуже, оказался бы в руках тех, кто искал их. Лия как будто появилась из ниоткуда, но, к сожалению, прервав тот важный диалог с другом, который мог изменить всё. Он вспомнил тот момент, когда они говорили с Кёрли. В воздухе витала напряжённая атмосфера, и он не мог остановить поток слов, что сами собой вырывались из его уст. Почему он вообще решил говорить об этом с Кёрли здесь и сейчас? Это было крайне неуместно. Джим бросил взгляд на блондина, который без интереса изучал бетонный пол. Его лицо было закрыто, и Джимми почувствовал тяжесть в груди. Почему Кёрли до сих пор злится на него? Или, может быть, он просто не воспринимает всерьёз то, что Джимми чувствует? Мысли о том, что его чувства могли показаться "смешной" шуткой для друга, терзали его. «Какой же я идиот». - думал Джимми, проклиная себя за то, что открылся в такой ситуации. Он знал, что это не время для откровений и уязвимости. Они были в опасности, и он позволил себе отвлечься на личные переживания. Сколько раз он останавливал себя и вот.. сорвался в самый неподходящий момент. «Почему я просто не промолчал?» - снова и снова задавал он себе этот вопрос. В голове крутились образы того момента: напряжённые взгляды, неловкое молчание после его слов. Он чувствовал себя уязвимым и глупым.. нет, не глупым, откровенно тупым. Тупым бестактным ребенком. Как будто выставил себя напоказ в момент, когда нужно было быть сильным и сосредоточенным. Он глубоко вздохнул и попытался сосредоточиться на настоящем. Лия была рядом, и это давало ему надежду. Но одновременно он понимал: если они выберутся из этой ситуации, ему нужно будет поговорить с Кёрли и разобраться в их отношениях. Он не мог позволить себе оставаться в тени своих страхов и недопониманий. Снова. Джимми снова посмотрел на Кёрли. «Надеюсь, ты меня поймёшь». - подумал он. - Пойдем. - прервала все возможные мысли Лия. - Перескочим в ещё одну комнату. Ребята осторожно вышли из укрытия, снова ведомые девушкой, их сердца колотились в унисон с ритмом шагов. Издали доносились тихие диалоги, шум обычной людской работы. Они знали, что находятся в самом сердце конторы, и каждый шаг мог стать последним. Лия шла первой, её глаза были широко раскрыты от страха. Она чувствовала, как холодный пот стекает по спине, а внутренний голос шептал, что они могут наткнуться на что-то ужасное. Её ум рисовал картины того, что могло произойти, если они попадутся. Она старалась не думать о возможных последствиях, но тревога сжимала её сердце в железные тиски. Кёрли двигался следом, его лицо было озарено непониманием. Он старался разобраться в происходящем, но мысли путались. Он думал обо всём. О их будущем, о настоящем, о Джимми, о съемках, о Дайске, об остальных ребятах. Непонимание стало настолько привычным для него, что он уже и не пытался бороться с ним. Джимми думал об одном - Кёрли. Все возможные пути отступления перекрывались, надежда разбилась на тысячи осколков, страх сковал конечности, а гнев завязал горло в узел – и всё это было жалким следствием встречи с тем, кто только что появился на глазах у ребят. Из-за угла вышел широкоплечий мужчина. Он был одет в строгий костюм, его лицо было непроницаемым, а глаза сверкали холодом. Лия замерла на месте, инстинктивно хватая Кёрли за руку. Тот отступил на шаг, его инстинкты подсказывали ему, что встреча эта состоятся не должна была. Джимми почувствовал лишь злость. Бешеную, почти животную агрессию. Он не мог поверить, что встретил этого человека. Он знал, что встреча с ним будет неизбежна, но он не мог смотреть в эти коричневые, противные глаза. Время словно остановилось, и в этот момент все эмоции отключились: страх, тревога, непонимание – мусор. Сейчас душу Джимми заливал только неподдельный гнев. - Далеко собрались? - фраза, что была равна по смыслу трем словам: вы, сейчас, умрёте.