Fake Not Fake.

«Пацаны, я, конечно, понимаю, что вы пиздецки влюблены и ничего не видите вокруг, я сам когда-то был молодым, но все люди перед вами уже пошли на горку. Не задерживайте очередь или дайте пройти другим. Несмотря на то, что это насмешливое, лишенное всяческой агрессии замечание было сделано уже около получаса назад, Юнхо до сих пор не мог пережить тот факт, что их действительно приняли за влюбленную парочку и что Минги не произнес ни единого комментария по поводу произошедшего. Наоборот, тот как будто сильнее схватился за Юнхо, который, чуть не споткнувшись на месте, отдал билеты и потащил Минги за собой к аттракциону, где они заняли два самых последних места. Витавшее в воздухе напряжение как будто бы чувствовал один лишь Юнхо, и он легко оправдал это тем, что был влюблен и скрывал это, а Минги, в свою очередь, скрывать было нечего. Наверное. Юнхо не знал и по-прежнему держался намеченного плана. Окончательно проверить, были ли его чувства на самом деле взаимны, или же Минги просто был Минги, а все его поведение на протяжении этих десяти дней было частью его личности, весь этот флирт, нежность, тактильность, редкие мимолетные поцелуи в висок. В конце концов, если верным был именно второй вариант, Сон должен будет отреагировать, так как Юнхо определенно перешагнул границы дозволенного. Наверное. Чон попросту не знал, сходил с этого с ума, не мог спросить Минги напрямую вслух, дабы ничего между ними не испортить, и все это вынуждало действовать окольными путями. В конечном итоге, мужчины потратили на аттракционы целых три часа, из-за чего Юнхо неожиданно почувствовал себя уставшим. То же самое можно было сказать о Минги, который выглядел даже более бодрым и совсем не походил на человека, которому пришлось раскошелиться на туеву кучу денег. Он словно совсем не парился, а Юнхо, припомнив их старые перепалки, окончательно забил на этот денежный вопрос и просто наслаждался веселым бесплатным отдыхом, который вполне мог быть и последним. Это были очень интересные три часа, в течение которых они увлеченно болтали, много обнимались, когда стояли в очереди или просто ожидали начала работы какого-нибудь аттракциона, и гуляли из одного конца парка в другой, держась за руки, во что по уши влюбленный Юнхо до сих пор не мог поверить. Он был настолько сильно счастлив. Никто из его бывших парней не обнимал его так много, как какой-то малознакомый подставной бойфренд, которого Юнхо как будто бы знал уже много лет. Никто никогда не был с ним настолько нежным, заботливым и обходительным, и при мысли об этом хотелось расплакаться и повиснуть на чужой шее. А уж то, каким Минги был красивым, даже не следовало упоминать, потому что Юнхо и так думал об этом, каждый раз рассматривая его лицо и подмечая на нем новые эмоции. И как же ему хотелось его поцеловать… — Ох, Юю, давай ненадолго присядем? — Что, тоже устал? — усмехнулся Чон, и они под ручку потопали к ближайшей скамье, — не тошнит? — Нет, — буркнул Минги, когда они наконец-то уселись, и с удобством устроил голову на плече Юнхо, крепко обхватывая его руку, — хорошо, что мы не полезли на ту цепочку. Вот там бы меня стошнило. — Да. Это тебе не автодром, чтобы на машинках кататься. Около минуты они молча сидели и мечтательно смотрели куда-то вперед, думая о своем. — Есть не хочешь? — поинтересовался Сон, выпрямляясь, и посмотрел на Юнхо, который задумчиво прищурился, — сомневаюсь, что мы с тобой и дальше продолжим кататься. — Согласен, — пробормотал тот и тоже посмотрел на Минги, который устало улыбался, — хватит на сегодня. Меня до сих пор немного с этих горок потряхивает. Мы, кажется, везде побывали. — Кроме чертового колеса, — мягко возразил Минги и теснее прильнул к чужому плечу, — может, покатаемся на нем перед уходом? В качестве вишенки на торте. — Хорошее предложение, — тяжело выдохнул Юнхо и улыбнулся своему «парню», который не прекращал его рассматривать, — ты действительно так серьезно воспринял мои слова о том, что я хочу, чтобы ты постоянно на меня смотрел, да? — Конечно, — промурлыкал Минги и потерся об чужое плечо носом, — как говорится, бесконечно можно смотреть на три вещи. Как горит огонь, как течет вода, и на… — Прекрати, — смущенный Юнхо тут же вытянул ладонь и прикрыл ей болтливый рот, — это смущает. Минги тяжело вздохнул, но не стал отводить мечтательного взгляда. — Минги, я серьезно. — Прости, — тот освободил свой рот и вместо того, чтобы убрать чужую ладонь, прижал ее к своей щеке, — меня просто упорно раздражает тот факт, что ты не осознаешь своей неземной красоты. Чон почувствовал, как его глаз едва заметно дернулся, но не стал протестовать против приятных комплиментов. Ему хотелось услышать большего. — Да ладно тебе, — утомленно протянул Юнхо, тихо усмехаясь, и попытался убрать ладонь с чужой щеки, но за нее неожиданно крепко схватились, — спасибо, что пытаешься поддержать. Я это ценю, правда, ценю. Меня еще никто никогда так упорно не называл красивым, семья и близкие друзья не в счет. Даже не думал, что это может быть так приятно, на самом деле. — Вот уроды, не могу, — с каким-то едким разочарованием пробормотал Минги и все же отпустил руку, — ну, вот как так, а? Юнхо непонимающе моргнул и нагнулся чуть ближе к Сону, выражая свой вопрос одним лишь взглядом. — Ах, я вечно забываю о своем обещании не упоминать твоих бывших долбоебов, Юю, прости, — Минги отчаянно тряхнул головой и попытался отвернуться, вот только Юнхо резво вцепился в его плечи обеими руками. — На меня смотри! — Ох, Юю, прости, я смотрю только на тебя. Юнхо еле подавил вырывающийся наружу истерический смех, стоило хоть немного критически подумать о том, что происходило между ним и этим невозможным мужчиной. Вместо этого он сконцентрировался на самом Минги, который выглядел так, словно был готов пасть к чужим ногам и начать умолять о прощении. — Расслабься уже и прекрати костерить моих бывших, — шутливо проворчал Юнхо, цыкая языком, и легонько потряс мужчину рядом с собой, — я о них так много не вспоминаю, как ты. — Прости… — И прекращай извиняться из-за ничего. Минги ничего не ответил и просто глубоко вздохнул, закатывая глаза к небу. — В любом случае, они все равно уроды. Будь ты моим парнем, ты бы слышал от меня комплименты каждый день, нет, каждый час, — серьезно произнес он, медленно шевеля губами и пронзительно смотря на другого, — напоминал бы тебе о том, какой ты красивый, при любой удобной возможности. Сердце в груди Юнхо при этих словах ухнуло и затрепетало. — Я не твой парень, но уже так часто об этом слышу, — неловко фыркнул он, контролируя желание схватиться за лицо и запищать, — боюсь представить, что было бы, если бы я действительно им являлся. Чон с нетерпением ждал, что же именно ответит Минги, который напряженно застыл и опустил взгляд чуть ниже, на чужую грудь. Вот только он действительно удивил. — Пошли есть, — внезапно заявил Минги, сменив тему, ловко вскочил на ноги и вытянул свою руку, — ты мне веришь? Юнхо, до которого дошло почти в ту же секунду, поперхнулся смешком. — Что за отсылка на Алладина? — он схватился за большую ладонь и медленно приподнялся, — мы с тобой только о Марвел марафонах договаривались. — И я буду соблюдать этот договор, — твердо подтвердил Сон, чьи руки шустро подтянулись к чужой талии и притянули ее поближе к себе. В который уже, блять, сука, за день раз, — но, если хочешь, можем внести в список и Дисней. Старый Дисней, разумеется. То, что творится с этой компанией сейчас, я даже обсуждать не хочу. Вспомни только мультфильм, вышедший на годовщину их столетия. — Ты про «Желание»? — фыркнул Юнхо, плавно скользя ладонями по чужой груди снизу вверх и кладя их на крепкие плечи, — согласен, дичь полная. Злодейка там, скорее, главная героиня, нежели тот маг с бейби-фейсом. — Боже, не напоминай, — Минги показушно скривился и начал гладить спину Юнхо, который благоговейно замер, боясь спугнуть ненавязчивую ласку, — что хочешь поесть? — Хм… Юнхо хитро прищурился, облизнул нижнюю губу, а потом потянулся поближе к Минги, точнее, к его уху. — Я хочу… Мясо! А потом вцепился зубами в аппетитную нежную мочку, от чего Минги под его руками тут же дернулся. — Ай! — Что, тебе одному можно меня кусать, да? — Юнхо фыркнул, ловко, одним движением скинул со своей талии наглые руки и пошел в сторону уверенной, неторопливой походкой, от бедра, — идем, там был какой-то барбекю ресторан. Ты должен меня накормить. Чон даже не стал оглядываться, шел Минги за ним или нет. В любом случае, он прекрасно услышал поспешные шаги за своей спиной и почувствовал, как его одной рукой приобняли за талию, стоило Минги с ним сравняться. — Обязательно, Юю. Нам надо вдоволь нажраться. — Под словом «нажраться» я обычно воспринимаю немного другое значение, — фыркнул Юнхо и посмотрел на Сона, который ему ярко улыбался, — пить с тобой я в любом случае не собираюсь. — Помню, что ты говорил что-то о том, что тебе легко башню сносит от алкоголя, — припомнил Минги. — Да, именно по этой самой причине, — подтвердил Юнхо. Потому что знал, что при алкогольном опьянении все его внутренние барьеры слетят, а Минги, возможно, придется хорошо потрудиться, чтобы избежать активных домогательств в свою сторону, а потом успокаивать рыдающего Юнхо, который будет жаловаться на свою неудачную личную жизнь. — Вообще никогда пить со мной не собираешься? Юнхо скосил глаза на Минги и, немного замедлив шаг, одной рукой схватил его за грудки джинсовой куртки. — Тебе так сильно хочется меня споить? — практически пропел он, глядя в чужие глаза, пока их ноги неторопливо брели вперед. — Пить так-то вредно, — Минги пожал плечами, — я делаю это очень редко. Если только по праздникам и по настроению. Подобное меня не расслабляет. Юнхо понимающе хмыкнул. — А что тебя расслабляет? Минги кинул на него короткий внимательный взгляд и повернул голову в другую сторону. — Это то, о чем я подумал? — фыркнул Чон. Боже, когда все успело дойти до того, что они косвенным образом обсуждали секс? — Да, именно то, но это не единственное, чем я люблю заниматься, — пробормотал Минги, все так же смотря куда-то вперед, — также люблю ничего не делать, сидеть дома, залипая в ноут, что-нибудь смотреть. — О, ну, я тоже такое люблю, — прыснул Юнхо и прильнул к чужому плечу, даже если из-за этого было не слишком удобно идти, — мы так идеально друг другу подходим, да? «БЛЯТЬ, ЧТО ТЫ, ЧЕРТ ПОБЕРИ, НЕСЕШЬ?!» — Не то слово, Юнхо, — мягко произнес Минги, убирая руку со стройной талии, и потянулся к чужой ладони, — не то слово. Юнхо загипнотизированно посмотрел на их сплетенные пальцы и тяжело сглотнул. — В любом случае, Юю, я рад, что ты не пьешь с малознакомыми людьми, — сделал вывод Сон, — как бы мне ни было неприятно причислять себя в этот список. — Пф! Юнхо по-дурацки хохотнул. — Да ты тут… Я с Уеном-то не пью, что уж говорить о малознакомых мне людях. — С Уеном? — Я же не удержусь и все ему расскажу, а потом разревусь, как последняя тряпка. Хорошо бухать я могу бухать с Ёсаном. Даже один не могу. Только с Ёсаном. — Эм… Юнхо посмотрел на Минги и хохотнул с его нелепого выражения лица. — Просто если я много пью один, я могу захотеть кому-нибудь что-нибудь написать. Под чутким руководством Ёсана такое не проведешь. — А-а-а-а. И то верно. Так, ты в тот ресторанчик хотел? — Он самый. Выглядит симпатично, так что нужно заценить меню. Полный заразительного энтузиазма голодный Юнхо на тот момент не знал, что буквально через пару минут все его текущие эмоции сменятся на полностью противоположные, ведь он при всем своем желании и паранойе не смог бы предсказать эту встречу со старым знакомым, который, ничего не замечая, сидел за своим столом и трапезничал с каким-то мужчиной. Стоило зашедшему в ресторан Юнхо присмотреться ко всему залу и напороться взглядом на эту самую персону, он замер и растерял весь аппетит, в то время как его руки непроизвольно сжались. — Ай, Юю, больно. — Ох, прости. Юнхо не смог слишком долго предаваться неприятным ассоциациям с прошлым и отпустил ладонь Минги, которому от столь крепкой хватки стало больно. Чон отвернулся от человека, некогда разбившего его сердце, и оттащил Минги в сторону, чтобы они не стояли прямо у входа и не мешали другим людям. — Давай пойдем в другой ресторан? — неуверенно предложил Юнхо, робко смотря в чужие глаза, которые зажглись беспокойством, — или хотя бы ненадолго выйдем? — Что-то случилось?! — Тихо, — Юнхо слабо закатил глаза и положил указательный палец на чужие губы, — не шуми. Не хочу внимания привлекать. — Там кто-то… — И не смотри туда! — прошипел Юнхо, хватая Минги прямо за щеки, — на меня смотри. — Мгм. Так что случилось? Юнхо сделал глубокий вздох, легко решаясь на откровение. Ведь… А зачем скрывать? — Там сидит причина нашей с тобой первой встречи, из-за которой я попер в тот самый гей-клуб. Ну, и, разумеется, тот, чей член ты охотно хотел бы отрезать, — с тяжелым вдохом выдавил Юнхо и, сам того не осознавая, уткнулся лбом в чужое плечо, — пошли выйдем, а? — Тот самый в коричневой куртке? — спустя несколько секунд уточнил Минги, и Чон согласно замычал, — окей, давай выйдем. Пошли, мой хороший. Юнхо покорно потопал к выходу, куда его тащили буквально за ручку, ласково приобняв, и сделал глубокий вдох свежего воздуха, стоило им оказаться на улице и отойти от входной двери. Сон, не теряя времени, развернул Юнхо лицом к себе и крепко прижал его к своему телу, утыкаясь носом в нежную кожу шеи. — Ты в порядке, Юю? Юнхо пару раз моргнул, возвращаясь в реальность, и медленно обнял мужчину в ответ, не сдержав судорожного вздоха. — Конечно, в порядке. Ты же сейчас со мной, — честно пробормотал он, не думая о сказанном, и прикрыл глаза. «Будь, что будет». — Все так и есть, Юнхо, — уверенно подбодрил его Минги, — этот урод своими руками выбросил такое потрясающее сокровище, которое следовало тщательно оберегать и лелеять, так что он не достоин того, чтобы о нем переживали. И никто никогда тебя больше не обидит, Юю, потому что ты сейчас здесь со мной, и я никогда не дам тебя в обиду. Ты слышишь? — Мгм, — промычал Юнхо и чуть не всхлипнул от неожиданности, когда его невесомо поцеловали в шею, касаясь ее мягкими, теплыми губами, — спасибо. — И ты можешь меня за это не благодарить. Я не хочу, чтобы между нами было такое слово, как «спасибо». По крайней мере, не так часто. Юнхо на этих словах тщательно задумался и зарылся пальцами в волосы на чужом затылке. Это напомнило ему о кое-чем, и парень не собирался забивать на это. — Может, также исключим твое любимое слово «прости»? Ты часто начинаешь извиняться из-за каких-то пустяков, — стоило Минги услышать это, он бесшумно затрясся, — ты же там смеешься, да? — Ты понял мою отсылку? — весело прощебетал Минги своим низким голосом, что прозвучало достаточно забавно, — тоже читал Магистра? «Какого черта Минги вообще делал отсылки на китайскую bl-новеллу?» — Пару лет назад, — подтвердил Юнхо, ловя взгляды некоторых выходящих из ресторана, — хороший сюжет, но меня больше зацепила история двух братьев из Юньмэна, нежели Вансяни. И почему люди смотрели на них, как на восьмое чудо света? Никогда не видели тесно обнимающихся парней, которые клали на то, где находились, и просто наслаждались обществом друг друга? — Они же в итоге так и не помирились, — припомнил Минги и недовольно замычал, когда его попытались мягко оттолкнуть. — Давай пойдем в другой ресторан. Я хочу есть. Боюсь, если будем долго здесь стоять, Минджун может внезапно выйти. — Как скажешь. Когда они под ручку брели к другому ресторану, который находился в немного иной стороне, Юнхо чуть крепче сжал чужую ладонь. — Все в порядке? — заботливо спросил Минги. — Почему у меня такое чувство, будто я проиграл?.. — равнодушным голосом произнес Чон. — Так, стоп, — Минги опустил его руку и вместо этого приобнял за талию. Уже в который раз за этот день, — что за попытка накрутить себя? — Я уже очень давно о нем не вспоминал, и даже сейчас, видя впервые за полтора года, не испытал слишком сильных эмоций, так почему же я сейчас чувствую себя так, словно сбегаю? — Тогда смотри на это так, словно не хочешь марать свои глаза об вонючую какашку. Юнхо истерически фыркнул. — То, что ты не хочешь его видеть, не означает, что ты какой-то там слабый. Ты просто заботишься о себе и не хочешь напоминания о каком-то мудаке, который тебя предал. Здесь нет необходимости доказывать себе, что ты можешь вытерпеть, что тебе больше не больно. Да, может быть и не больно, но от дискомфорта ты можешь и не избавиться. Сейчас я просто обязан покормить тебя чем-то очень вкусным и отвлечь, чтобы ты и думать забыл об этом уроде. Чтобы ты думал только обо мне. Юнхо уже устал от того, как часто Минги заставлял его чувствовать себя настолько хорошо и плохо одновременно, а потом вел себя, как ни в чем не бывало. У него невольно скрутило живот, а язык зачесался до той степени, чтобы подыграть Минги и при этом произнести чистую правду в ответ. — У тебя это очень хорошо получается, — мягко произнес Юнхо с небольшой толикой озорства. — Что именно? — недоуменно нахмурился Минги. — Заставлять меня думать только о тебе, — проникновенно прошептал Юнхо, приближаясь к чужому лицу и смотря прямо в темные глаза, — это уникальный талант, не считаешь? Минги сглотнул, что было заметно по его дернувшемуся кадыку, и мгновенно отвел взгляд, из-за чего Юнхо схватил его за подбородок и повернул любимую голову обратно к себе. В очередной раз за этот день. — Боже, а обещания смотреть только на меня ты так и не сдерживаешь, — сладко пропел Юнхо, — уже в который раз. — Юю, прекрати, — буквально прошипел Минги, чье лицо теперь горело красным. — Не тебе одному меня можно смущать, мистер, — цыкнул языком Чон и отпустил чужой подбородок, так что тот наконец-то смог отвернуться, — рад видеть, что это работает в обе стороны. Минги, все хорошо? — Да, — Минги, отдышавшись, посмотрел на обеспокоенного Юнхо, — все нормально. Пошли, поедим. Я уже сам проголодался. Юнхо был счастлив, что разговор о смущении не пережил развития, и они легко сменили тему и начали обсуждать мультфильмы, мгновенно сходясь в том, что «раньше было лучше». Неожиданно взбудоражившийся Минги много говорил и так же много спрашивал, отчего у Юнхо сложилось впечатление, что у того где-то был припрятан список вопросов, который стабильно пополнялся, словно Сон хотел разузнать абсолютно все, разумеется, не касаясь запретных тем вроде прошлых отношений. По крайней мере, стараясь этого не делать. Когда они наконец-то зашли в другой ресторан, сделали заказ и пошли к свободному столику прямо у окна, Юнхо уселся первым. Не успела его задница приземлиться на мягкую поверхность дивана, как его и так большие глаза удивленно расширились, потому что Минги не стал устраиваться напротив и вместо этого уселся рядом, мгновенно обнимая Юнхо одной рукой за талию и прижимая ее к своему боку. — Даже сейчас не можешь меня отпустить? — фыркнул Чон, не раздумывая над более тактичной формулировкой вопроса, и с готовностью положил свою руку на чужие плечи. Будь, что будет. — Не могу, — шепотом подтвердил Минги, — слишком непосильная задача. А потом потянулся вперед и уткнулся носом в чужую шею, — опять, — и Юнхо не удержался от того, чтобы бережно обхватить затылок Минги ладонями и притянуть его теснее к себе. — Что я могу сказать? — пробормотал Юнхо прямо в его ухо и провел пальцами по мягким темным волосам, — обнимай. Я не дурак, чтобы отказываться от приятных бесплатных обнимашек. Тем более, ты мне недавно уже говорил, что готов обнимать меня в любое время суток. — Да, так оно и есть, — промычал Минги прямо в нежную кожу, касаясь ее губами и опаляя горячим дыханием, — даже просить не придется. — Спасибо огромное за то, что ты тоже любишь обниматься, — фыркнул Юнхо, даже не пытаясь сдержать дрожи от приятных мурашек, — так хорошо… — Ну, я люблю объятия, но дело-то именно в тебе, Юю, — промурлыкал Минги, наконец-то обнимая Юнхо обеими руками, из-за чего тому ради общего удобства пришлось немного повернуться, — если бы ты не был таким, каким есть, я бы тебя и не обнимал. И что я говорил о слове «спасибо»? Прекрати уже меня благодарить. — Хорошо-хорошо, не буду, — мягко проворчал Юнхо и заинтересованно хмыкнул, — а таким это каким? Давай, скажи, какой я. Минги молчал несколько минут, и в течение этого времени к их столику успел подойти официант и принести готовый заказ, на что Сон даже не дернулся. Он, ни на что не обращая внимания, просто продолжал сжимать в своих объятиях чужую талию и дышать прямо в бархатную кожу светлой, чистой шеи, так что именно Юнхо пришлось улыбаться и благодарить за обслуживание. — Так что? — припомнил чуть позже Чон и ласково погладил Минги по спине, — какой там я? — Даже не знаю, что тебе сказать, — не слишком внятно произнес Минги. — Правду. Ты уже у нас самый честный и прямолинейный, разве нет? — хихикнул Юнхо. — Это правда, но в то же время излишняя откровенность порой может все испортить. Юнхо настороженно нахмурился. — Так, погод… — Все хорошо, Юю, расслабься, — хватка Минги стала воистину стальной, так что он не смог даже попытаться вырваться, — я ничего плохого не имел в виду. Ты спрашивал о том, какой ты? Раз я хочу тебя обнимать. Что же, я могу сказать об этом от своего лица. Если очень-очень-очень коротко, сложно не хотеть обнимать такого милого и очаровательного парня, как ты, Чон Юнхо. Практически невозможно. Юнхо явственно почувствовал, как кончики его ушей заалели, и не сдержал высокого писка, пока пальцы его правой руки непроизвольно зарылись в чужие волосы. — О том, что ты очень красивый, я говорил тебе не один раз, — уверенно продолжил Минги, — и я сделаю все невозможное, чтобы в один прекрасный день ты наконец-то сказал мне, что, да, я абсолютно прав, и искренне поверил в это. Что ты красивый. Не просто очень красивый, но также невероятно милый. — Э-хе-хе, — нервно рассмеялся Юнхо, продолжая гладить темные волосы, пока разговорившийся Минги не мог прекратить свою исповедь. — Как это вообще может так идеально сочетаться? Я не понимаю, Юю. Впервые встречаю кого-то вроде тебя и никак не могу с этим справиться. Ты вообще реальный? Ты действительно существуешь? И это я еще не начинал говорить о тебе, как о потрясающе теплой, доброй и интересной личности, к которой хочется тянуться. Я могу и твои личностные качества расхвалить, если хочешь. — Не стоит, — смущенно буркнул Юнхо, — ты знаешь меня меньше двух недель, чтобы так уверенно заявлять о том, какой я потрясающий. — И я уверен, что не поменяю своего мнения, когда мы будем знакомы три недели и больше. Не забывай о том, что я даже успел у тебя немного пожить, чтобы у меня сложилось о тебе хоть какое-то стойкое впечатление. И также Ёсан тебя всегда расхваливал. Его лучшим другом не стал бы кто-либо ненадежный. — Когда это он успел? — поразился Чон и осторожно заерзал, потому что одно из его бедер начало затекать от неудобного сидения. — Когда просил помочь тебе и изобразить твоего парня, — объяснил Минги, наконец-то расслабляя руки и отодвигаясь от Юнхо, чтобы внимательно посмотреть на него, — и пять лет назад тоже. Говорил о том, какой ты хороший и замечательный, что ты мне обязательно понравишься, но я, сам знаешь, отказался, так как не был заинтересован в знакомствах. До сих пор об этом жалею. — Лучше забей, — небрежно махнул рукой Юнхо, — жалеть о чем-то — дело бесполезное и ужасно болезненное. В любом случае, Минги, я благодарен за столь… Ах, да. Ты же просил меня слишком часто тебя не благодарить. Тогда вот так. Кхм-кхм. Как же здорово, что у тебя сложилось обо мне хорошее впечатление! Сон закатил глаза и прыснул. — Может, будем уже есть? — проворчал Юнхо, цыкая языком, — я. Хочу. Жрать. — Давай тогда жрать. — И перед тем, как поехать к тебе, давай покатаемся на колесе обозрения? — воодушевленно напомнил Юнхо, подтягивая к себе свою тарелку, — туда можно лезть и с полным желудком. — Полюбуемся на ночной Сеул? — хмыкнул Минги, тоже приступая к трапезе. — Ага. Темнота, куча огней, огромная высота. Очень романтично. Юнхо не имел представления, почему ему внезапно приспичило добавить последнее слово, но пути назад не было. — Замечательная идея! Так и поступим! — радостно воскликнул Минги и приступил к еде. Чон с улыбкой тоже последовал его примеру. Несмотря на то, что они доели всё за час, мужчины провели в полупустом ресторане в три раза больше времени, мирно попивая сок из своих стаканов и разговаривая. Стоило Минги окончательно разобраться с едой и отодвинуть грязную посуду в сторону, его резвая рука потянулась к своему любимому привычному месту, к талии Юнхо, который не стал препятствовать и просто продолжил дальше есть свое мясо. — Юю? — Да? — протянул Юнхо с набитым ртом и посмотрел на Минги, чей внезапно серьезный вид немного настораживал, — что-то случилось? И как же удивительно то, что ты доел быстрее меня… — Есть ли что-нибудь еще, что ты хотел бы, чтобы я сделал для тебя? Все, что захочешь. Услышав это, Юнхо чуть не подавился куском мяса и начал кашлять, в то время как Минги стал участливо хлопать по его спине. — Юю, осторожнее, пожалуйста, — с отчетливой мольбой в голосе произнес Сон, возвращая руку на законное место. — Кхе! — Юнхо прочистил горло в последний раз и с искренним любопытством повернул голову, чтобы посмотреть на Минги, вокруг которого сверкала невинная аура, — что еще ты можешь для меня сделать?.. — Да. — Ты сегодня уже потратил на меня кучу денег, — недоверчиво пробормотал Юнхо, — я до сих пор в шоке с этого факта. — Пф, подумаешь. Мне на тебя их не жалко, — фыркнул Минги. Чон больше не стал размышлять по поводу того, почему этот парень так легко тратил на него деньги, если только он ему не нравился. Что уже было невероятным, но, судя по красноречивому поведению Минги, иногда как будто бы переступавшему грани дружеского… Юнхо откровенно устал и почти забыл о своей цели осторожно прощупать почву, ведь все выглядело так, словно Минги прочел его мысли и вел себя подобно по уши влюбленному парню в качестве забавной шутки. Возможно ли, что он таким образом развлекался, так как Юнхо и так говорил, что не был заинтересован в отношениях? «Просто спроси и не ломайся. У тебя что, язык отсохнет? Ты же не в своих чувствах собрался признаваться, а узнать, есть ли они у Минги из-за его поведения. Это не испортит ваших дружеских отношений», — заговорил внутренний голос голосом Ёсана, но Юнхо легко от него отмахнулся. — Возвращаясь к твоему вопросу… К сожалению, в этом мире невозможно получить все, что захочешь, — по-философски выразился Юнхо и продолжил есть свою порцию. Несмотря на то, что ему было не слишком удобно из-за руки вокруг его талии, он нисколько не возражал и только млел от того, как его крепко и надежно обнимали. — Я говорил о том, что ты мог бы попросить у меня в рамках возможного. Я все сделаю. «Поцелуй меня». Юнхо устало отмахнулся от этого желания. «А потом, когда мы приедем к тебе домой, жестко отодри меня на своей кровати». Но вот уже при этой Чон прикрыл лицо руками и тяжело задышал. — Юнхо?! — встревоженный Минги тут же переложил руку с талии на спину и обеспокоенно прижался к нему, — все хорошо? — Да, — прохрипел Юнхо, делая очередной тяжелый вздох, — конечно. Просто… навязчивые мысли преследуют. — Навязчивые мысли? — не понял Сон. — Особо не вникай, — отмахнулся Юнхо, — я уже привык к тому, что вечно из-за чего-то страдаю. — Ты сейчас страдаешь?! — Боже, говорю же, не вникай, — он посмотрел на Минги, который был воплощением беспокойства, и устало улыбнулся, — все в порядке, мне больше ничего от тебя не нужно. И это последний раз, когда ты тратишь на меня хотя бы одну вону, потому что я и так чувствую себя оборзевшим в доску. Так еще и до сих пор не знаю, что делать с Уеном дальше… Вот почему я такой тупой, а? Юнхо понимал, что его собственное поведение заслуживало осуждения из-за слишком резкой смены настроения, но ничего с собой поделать не мог. — Ты не тупой, Юнхо, — серьезным тоном возразил Минги, — так, я понимаю, что тебе сейчас не мои разубеждения нужны, они не помогут, а сделают только хуже. Лучше всего будет сменить тему… Давай я расскажу тебе о группе, с которой работаю? И вообще побольше о своей работе. Юнхо хотелось расплакаться от признательности за то, каким тактичным и понимающим был Минги, который за все время их знакомства не сказал ему ни единого негативного слова. Наоборот, он оказывал одну лишь поддержку и чутко улавливал, что именно было необходимо нестабильному Юнхо, варившемуся в чувствах, вызванных нереализованными желаниями. Чон медленно доел свою порцию, слушая Минги, который усиленно пытался отвлечь его от лишних раздумий, и, полный благодарности, сам потянулся к нему, чтобы обнять и положить голову на чужое плечо. Два часа за этим столом пролетели со скоростью света, и Юнхо был бы рад сидеть так дальше, вот только ему и его затекшей заднице очень хотелось немного пройтись и оказаться на свежем воздухе. Минги охотно разделил его желание, и они под руку вышли на улицу, остановившись совсем неподалеку. — Ну, что, идем кататься на колесе? — уточнил Сон, издавая радостный стон, — ох, на улице так тепло. — Да, давай на колесо, — протянул Юнхо, — дадим круг и пойдем гулять дальше. Погоди, а ты завтра вообще работаешь? — Не переживай, — прыснул Минги и привычным движением притянул Юнхо ближе к себе за талию, — я специально освободил два дня, чтобы провести их вместе с тобой. — Ух ты, — Юнхо недоверчиво осмотрел его счастливое лицо и хмыкнул, — приятно слышать. И почему он не был удивлен? — Ну, я же говорил, что всегда смогу найти для тебя свободное время, — гордо проговорил Минги, — я стараюсь сдерживать свои обещания. Юнхо ничего не ответил. Он просто фыркнул, положил руку на плечи Минги и притянул теснее к себе. — Пошли кататься. Очередь на колесо была относительно большой, но это даже обрадовало Чона, который с удовольствием стоял в ожидании. Все это время он находился в объятиях самого прекрасного мужчины на всем белом свете, так что Юнхо был готов подождать еще немного. Когда они предъявили билеты сотруднику, шустро проникли в кабинку и оба уселись на одной ее стороне, он не стал терять времени даром. — Что такое? — мягко промурлыкал Минги в чужое ухо, когда Юнхо крепко обнял его, прильнув всем своим телом, — или ты тоже успел по мне соскучиться? — Не знаю, просто захотел, — вздохнул Юнхо и положил голову на надежное плечо, — все в порядке. Дай мне, пожалуйста, одну минуту. — Не нужно никуда торопиться, — цыкнул языком Минги, — обнимай меня, сколько тебе нужно. — А ты не хотел бы вместо этого полюбоваться видами ночного города? — Даже не знаю, — с сомнением протянул Сон. Из-за сильного ветра их кабинка немного качнулась. — Если скажешь, что обнимать меня приятнее, чем пялиться куда-то вниз, я тебя укушу. — Кусай. — Больно укушу. — Может, мне и будет больно, но лгать тебе я не хочу. Я не против сидеть вот так все десять минут, пока мы будем кататься весь этот круг. — Ну, и сиди. В любом случае, я все вполне неплохо вижу даже отсюда, — пробормотал Юнхо, — вид действительно красивый. Как-то успокаивает и помогает подзабыть об экзистенциональном кризисе. — Часто думаешь о смысле жизни? — поинтересовался Минги, немного ерзая, и удобнее обхватил его за талию. — Если ничего не делаю и нахожусь один, то постоянно, — признался Юнхо, — поэтому стараюсь брать на себя больше проектов, чтобы занимать голову работой, а не страдать от… даже не знаю, от чего. Когда начинаю страдать слишком сильно, и рядом нет ни семьи, ни друзей, мне помогают негативные воспоминания и понимание того, что лучше я буду мучаться от одиночества, чем от отвратительного отношения к себе. Короче говоря, иногда приходится сублимировать, заниматься самообманом и напоминать себе о том, что когда-то бывало и хуже. — На самом деле мне это вполне знакомо, — фыркнул Минги. — Да, я помню про твою депрессию. Отвратительная штука, — пробормотал Чон, — ох, я снова испортил настроение что тебе, что себе. — Все нормально. Близкие люди нужны не только для того, чтобы вместе радоваться, но также и хандрить. Мне тоже порой приходится чем-то себя отвлекать, чтобы не погружаться в апатию. А одиночество… Это действительно больно, так что я тебя понимаю, нам нужно отвлечься. Будем ночью смотреть Железного человека? — Давай сразу обе части, — предложил Юнхо, — тебе же завтра точно никуда не нужно? — Никуда, — подтвердил Минги, — с трудом, но я выторговал эти выходные у Хонджун-хена, так что завтра я весь твой. Нужно будет еще сегодня заехать в круглосуточный магазин и купить продуктов. — У тебя дома нечего есть? Я думал, если что, что можно пойти в магазин завтра, — удивился Юнхо, попытавшись отстраниться, но из объятий его не выпустили, — Минги! — Прости-прости, — низко проурчал тот, — я не хочу тебя отпускать. Так, о чем мы это говорили? У меня дома действительно немного еды, и, да, пойти завтра в магазин не является проблемой. Просто… я не хочу никуда завтра идти. — Понимаю, — захихикал Юнхо и погладил его по волосам, — и тебе не нужно заморачиваться из-за продуктов. — Нет-нет, я хочу и завтра тебя чем-нибудь накормить. Если начнешь что-то говорить о деньгах, я могу легко возразить, потому что я и сам буду все это есть. — Ладно-ладно, не хочу уже с тобой спорить, — ворчливо отмахнулся Юнхо. — Со мной и не нужно спорить, Юю. Просто позволь мне заботиться о тебе так, как ты этого заслуживаешь, хорошо? Это единственное, что ты можешь в этом случае для меня сделать. Ничего не говори и ни о чем не переживай, потому что я делаю все это не только ради тебя. — Не только ради меня? — шепотом переспросил Юнхо пересохшим ртом, пока в его голове копошилась куча противоречивых мыслей. — Да. Ведь также я делаю это ради самого себя, Юю, — Минги нехотя отстранился и бережно обхватил его пальцами за щеки, смотря прямо в глаза, — ты меня понимаешь? Юнхо, чей взгляд незамедлительно пал на красивые пухлые губы, растянувшиеся в нежной улыбке, возможно, не совсем улавливал, о чем именно говорил Минги. Он вообще ни о чем не думал и еле удерживал себя от того, чтобы потянуться немного вперед и попробовать их на вкус, лизнуть, прикусить, погрузить язык в чужой влажный рот, но все эти запретные действия могли испортить то хрупкое странное равновесие, царившее в их отношениях. Однако в то же время Юнхо должен был дать Минги ответ, так что он решил прибегнуть к тому, что направляло его в течение этого безумно потрясающего дня. К честности. — Да. Я прекрасно понимаю тебя. Юнхо физически не мог отпустить от себя Минги на протяжении всего того времени, которое они просидели в этой прозрачной кабине, обнимаясь друг с другом. Контакт с чужим телом казался жизненно необходимым, так что он крепко прижал Минги к себе за шею, в то время как тот уткнулся носом в его нежную кожу и, опаляя ее размеренным дыханием, продолжал разговаривать, тем самым развлекая Юнхо и не позволяя ему заскучать. Последний молча слушал и ласково гладил другого по волосам, отвечая на односложные вопросы и хихикая, когда Сон старался шутить, даже если это получалось у него не всегда удачно. Краем сознания Юнхо не мог перестать думать о том, что он был откровенным глупцом, не способным увидеть очевидного и понять, что большинство действий Минги несло безусловный романтический подтекст, который было очень сложно оправдать дружеским отношением. И, разумеется, вместе с этим Юнхо не хотел заниматься самообманом и верить в недоказанные домыслы, потому что отсутствие взаимности, о котором он совершенно не хотел знать, просто убило бы его изнутри, и это испортило бы их замечательные дружеские отношения из-за никому не нужного напряжения. Возможно, Минги смог бы спокойно общаться с человеком, который был в него влюблен, вот только сам Юнхо не смог бы вести себя обычным образом, зная, что в реальности его не любили в ответ. — Черт, примерно через две минуты нужно будет вылезать, — горестно простонал Чон, все так же продолжая гладить темные мягкие волосы объекта своей одержимости. — Не хочешь? — хихикнул Минги. — Не-е-ет, — протянул опьяненный нежностью Юнхо и, в первый раз не удержавшись, прижался прямо губами к чужому виску. После этого руки Минги окольцевали его талию еще крепче. — Если хочешь, мы сейчас можем пойти в машину, усесться позади и снова пообниматься? — предложил он, — мы же никуда не торопимся. — Серьезно? — фыркнул Юнхо, — тогда ловлю тебя на слове. — Меня не нужно ни на чем ловить, — мягко возразил Минги, — и не нужно ни о чем просить. Мы сейчас пойдем в машину, пообнимаемся и потом пойдем гулять. Или не пойдем. Как хочешь поступить? — Что-то я устал… Давай просто поедем к тебе? — предложил Юнхо, — заценю твою холостяцкую берлогу. — Неужели она скоро перестанет быть холостяцкой? — притворно охнул Сон. У едва не дрогнувшего и застывшего подобно камню Юнхо от такого заявления чуть не остановилось сердце, после чего он осторожно сглотнул, лихорадочно размышляя о потенциальном ответе. — На два дня уж точно, — с ложным спокойствием ответил Юнхо, делая тяжелый глубокий вдох, — редко кого к себе приводишь? — Если только друзей и родителей, если ты об этом, — ответил Минги. — А с парнями своими ты где… ну… Чон не мог поверить в то, что наконец-то дошел того, что начал задавать Минги вопросы, связанные с его половыми партнерами, о которых он, по правде говоря, вообще старался не вспоминать. Это заставляло кровь бурно вскипать, даже если Юнхо прекрасно осознавал, что не имел никакого права на Минги, который мог спать, с кем хотел. Но заглушить собственные чувства он также никак не мог. — Ну, во-первых, они не мои парни, — внезапно серьезным тоном поправил его Минги, — просто знакомые, с которыми я раньше проводил… кхм, приятно время. Во-вторых, где угодно, но не у меня, потому что родная квартира — это то сокровенное место, в которое я впускаю только близких людей. Близких людей… — Ох, а я вдруг решил напроситься к тебе, — неловко пробормотал Юнхо. — Так… — Минги отстранился от него и посмотрел прямо в чужие глаза, — надеюсь, ты сейчас не подумал, что я делаю для тебя какое-то исключение просто из-за твоей просьбы? — Ну… — Юнхо, на самом деле я и сам очень хотел позвать тебя к себе, — признался Сон и, не глядя, прижал чужие ладони к своей груди, — сделать гостем, показать свою квартиру. — Тогда почему не звал? — вполголоса пробормотал Юнхо, не силах отвести взгляда от красивого лица Минги, которое в полумраке казалось еще более красивым. — Как-то неловко было? — Минги отвел взгляд и пожал плечами, — как будто я слишком тороплю события. Юнхо скептически осмотрел его и не удержался от короткого смешка. — Зато легко остался у меня на четыре ночи, хотя это была всего лишь третья наша встреча. — Прости… — Кхм-кхм! — Ах, да, — Минги тоже прокашлялся и слабо улыбнулся, — извини. Мой косяк. — Ты сейчас серьезно? — Я просто не могу не извиняться, — простонал в итоге тот и внезапно оглянулся, заметив, что их кабина практически опустилась вниз, — нам пора выходить, Юю. — Ох, неужели? Так быстро… Когда они дружно вылезли и медленно потопали в сторону выхода из парка, Юнхо взял Минги под руку и теснее прижался к нему. — Пожалуйста, не думай о том, что ты где-то что-то торопишь, — продолжил прерванный разговор Чон, — хочешь что-то сказать, говоришь, и все. — Ты сейчас мне мои собственные слова решил припомнить? — хихикнул Минги. — Также могу напомнить про твою суперспособность под названием «честность», — развеселился Юнхо и немного наклонился вперед, чтобы окинуть взглядом смущенное лицо, — хоть я и понимаю, что не всегда возможно быть честным на все сто процентов. Все имеют право на личные сокровенные тайны. У него, например, уже была такая. — Ты очень сильно в этом прав, Юю, — глубокомысленно прокомментировал чужие слова Сон и кивнул, — но все же я надеюсь, что степень моей честности с тобой однажды достигнет желанных ста процентов. — Хм, — Юнхо удивленно поджал губы и, отвлекшись на мысли, чуть не споткнулся об собственные ноги, — ох. — Юю, осторожнее, — рука Минги незамедлительно переместилась на чужую талию, туда, где ей и следовало быть, и притянула Юнхо ближе к себе, — иди лучше сюда, мне так будет спокойнее. — А-ха-ха. Через десять секунд Юнхо попытался припомнить, на чем именно остановился их диалог. — Тогда я буду ждать того момента, когда твоя честность передо мной полностью раскроется. Интересно будет тебя послушать. — Я сам этого очень сильно жду, Юю, — задумчиво пробормотал Минги, — но торопиться нельзя, потому спешка еще никогда не приносила необходимого результата. Юнхо непонятливо моргнул и нахмурился. — У тебя есть результат, к которому ты стремишься? — Конечно, — цыкнул языком Минги и посмотрел на него смеющимся взглядом, — я достаточно жадный и амбициозный человек, который, если чего-то хочет, будет идти к этому всеми возможными путями. Терпения и выдержки, правда, как выяснилось, мне не очень хватает, но я усиленно над ними работаю. По крайней мере, стараюсь, и пока что вроде получается. Возможно, Чону стоило совсем немного задуматься над услышанным и построить логическую цепочку, вот только ему было слишком лень пораскинуть мозгами, так что отмахнулся от сложных мыслей и осмотрелся вокруг. — Такой прекрасный вечер, ой, то есть ночь. Давно я себя так хорошо не чувствовал. — Правда? — поспешил уточнить Минги, потянувшийся свободной ладонью к ладони Юнхо, чтобы нежно обхватить ее. — Все благодаря тебе, Минги, — честно признался Юнхо без всякого смущения, чувствуя настоящее удовлетворение, когда на него подул легкий теплый ветер, — благодаря тебе… — Если хочешь, мы можем почаще гулять вот так? — заботливо поинтересовался Минги, — не только ходить в кино, ресторан или парк, но и в другие интересные места, чтобы ты поменьше думал о плохом. — И думал только о тебе, да? — цыкнул языком Юнхо, уже не сдерживая откровенного смеха. — Не смею об этом мечтать, — крайне серьезно пробормотал Сон, — но ты прав. Если будешь думать только обо мне, я буду самым счастливым человеком на всем белом свете. Весь лимит внутренних сил по истечению дня был практически исчерпан, так что Юнхо не испытал очередного приступа ошеломления, смятения и недоверия, потому что он, возможно, уже успел привыкнуть к этим сумасшедшим эмоциональным скачкам. Его сил хватало только на то, чтобы спокойно флиртовать в ответ, чем Чон и собирался основательно заняться. — Я и так в последнее время думаю только о тебе, — нежно промолвил Юнхо, цепко смотря в чужие глаза, которые сияли при свете фонарей, — доволен? — Ну, почти, — Минги поджал губы, а потом ярко улыбнулся. — Ох, тебе нужно что-то еще? — показушно удивился Юнхо, закатывая глаза. — Я человек простой и жадный, Юю, но я действительно счастлив, что ты обо мне думаешь. — Конечно, я… Ох, — Юнхо почти не вздрогнул и только с готовностью прильнул в ответ, когда Минги внезапно решил крепко обнять его и подтянуть поближе к себе, — не мог потерпеть до машины? — Прости. Несмотря на сказанное слово, Юнхо не стал издавать неуместных шуток и произнес лишь одно слово. — Спасибо. Они молча прижимались друг к другу буквально десять секунд, когда Минги решил нарушить приятную тишину. — Ты прав. Я не смог дотерпеть, потому что очень сильно хотел обнять тебя прямо сейчас. Юнхо, ты знаешь о том, что тебе просто невозможно противостоять? — Нет, но сейчас, кажется, знаю, — смущенно прощебетал тот, притягивая к себе Минги еще ближе, — видимо, я слишком неотразимый, а-ха-ха. — Больше, чем просто неотразимый, — промурлыкал Сон, зарываясь носом в чужую шею, — обворожительный, прелестный, очень обольстительный. Обольстительный… Несколько часов назад его голова просто взорвалась бы от смущения, шока и экстаза, вот только на этот раз опьяневший от любви Юнхо игриво захихикал. — Правда что ли? — спросил он максимально нежным голосом, — живу на этом свете двадцать шесть лет с половиной и только сейчас узнаю об этом. — Как же это отвратительно. Почему тебе об этом никто… уф… Я, похоже, никогда не перестану беситься из-за твоих бывших мудаков, — буквально прошипел Минги, — эти тупые дегенераты, которых природа обделила моралью и вкусом, не ценили такое невероятное сокровище! Чон благодушно погладил его по спине, чувствуя себя неимоверно счастливым и даже любимым. — Посмотри на это с другой стороны, — предложил Юнхо, — ты сейчас стоишь здесь и обнимаешься со мной именно благодаря тем самым мудакам, потому что, боюсь, в ином случае мы бы с тобой даже не познакомились. Возможно, когда-нибудь с подачи Ёсана это и произошло бы, но очень сомневаюсь. Руки Минги на этих словах крепче обвились вокруг чужой талии. — Я понимаю, о чем ты говоришь, но предпочел бы, чтобы ты избежал лишних страданий, Юю. В любом случае, это именно я виноват в том, что так получилось. Познакомился бы с тобой пять лет назад и поставил бы точку в конце списка мудаков, но нет, мне было слишком впадлу прислушиваться к Ёсану и открывать ссылку на твой Инстаграм. Я, наверное, никогда не перестану об этом жалеть. Юнхо немного задумался, каким таким образом Минги смог бы избавить его от мудаков, познакомься они раньше, и один единственный пришедший в голову вариант заставил его недоуменно моргнуть и наконец-то поверить в то, что, скорее всего, он не сходил с ума и не жил в своем иллюзорном мире; что, скорее всего, Минги действительно мог… «Нет, ну, не может этого быть». — Ой, такие милашки. — Да, еще высокие такие. И на айдолов похожи. Может, они и есть?.. — О чем ты говоришь? Будь они ими, разве так стояли бы и палились? Когда Юнхо и Минги кинули непроизвольный взгляд на говоривших, проходящих мимо девушек, они заливисто засмеялись и смущенно отвернулись, шагая по своему дальше по своему пути, что заставило Сона коротко хмыкнуть. — Пошли в машину, — он бережно схватил Юнхо за ладонь и потянул за собой, переходя на быстрый шаг, — лучше посидим там без лишних глаз. Постороннее внимание уже начинает мне надоедать. — Ох, ты так сильно хочешь остаться со мной наедине! — в свою очередь ляпнул Юнхо с торжеством в голосе и побежал вслед за ним, — и чем мы будем заниматься? «Что ты, блять, сука, черт побери, вообще несешь?» Чон был слишком пьян любовью для того, чтобы прислушаться к здравому смыслу, который так старательно проповедовал внутренний голос. — А ты хочешь заниматься чем-то конкретным? — прямо спросил Минги, замедляясь и подтягивая Юнхо к себе за плечи, чтобы посмотреть в его большие глаза, — скажи прямо, и я сделаю все, что захочешь. Обещаю. Юнхо задержал дыхание, изо всей силы не позволяя лишним эмоциям отобразиться на своем лице, потому что знал, что был готов вот-вот сорваться и попросить то, о чем он, возможно, будет дальше жалеть. «Я хочу, чтобы ты уединился со мной в своей машине, страстно поцеловал, а потом подарил мне этой ночью всю свою любовь. Я готов сделать все для того, чтобы тебе было хорошо со мной. Ты не пожалеешь». Или же он был излишне самонадеян, потому что Минги пожалел бы? Юнхо не был высокого мнения о себе, как о сексуальном партнере, причиной чего, возможно, был его опыт с бывшими парнями, иногда позволявшими себе много лишних, негативных слов в его сторону в попытке задеть или обидеть. Несмотря на то, что Юнхо сумел проработать большую часть своих образовавшихся проблем и понять, что он никогда ни в чем не был виноват, неприятный осадок по-прежнему жил на подкорках его сознания, и Юнхо вспомнил о нем только тогда, когда впервые за долгое время начал мечтать о сексе с кем-то. Ведь у Минги, чья половая жизнь была достаточно, кхм, разнообразной, был хороший опыт и вполне завышенные требования к тем, с кем он спал, так что, скорее всего, ему не понравится с ним… «Блять, о чем я только думаю?!» — Я лучше промолчу, — пробормотал Юнхо, сбрасывая со своих плеч чужие ладони, — ты можешь миллион раз сказать мне, что сделаешь все, что я захочу, но, как ни крути, у всего есть свои ограничения. Чон усталой походкой побрел дальше к машине, в то время как застывший на месте Минги побежал за ним и схватил за руку. — Юю, это не ложь! — Так я же не говорил, что ты лгал, — обреченно пробормотал Юнхо, — просто указал на небольшое противоречие. Невозможно получить все, что тебе хочется, что является законом этой гребаной жизни. — Что снова заставило тебя загрустить? — продолжал допытываться Минги, — ты уже не в первый раз так отвечаешь. Юнхо промолчал и сделал глубокий вздох, чтобы прийти в себя и не взорваться. Он сосредоточился на приятном и теплом прикосновении к своей ладони, а потом сосчитал до пяти и крепко сжал чужую руку в ответ. — Все в порядке, извини, что побеспокоил, — с выдохом произнес Юнхо и ободряюще улыбнулся Минги, чье настроение тоже испортилось именно по его вине, — пошли в машину. Я хочу побыстрее приехать к тебе домой, вот, что я хочу. — Конечно, Юю. — Также заскочим в магазин, тебе же нужно меня завтра чем-то вкусно кормить, — капризно добавил Юнхо, внутренне поражаясь тому, как сильно менялось его поведение, потому что буквально пару часов назад он заявлял, что не позволит Сону потратить на себя еще хотя бы вону. Ну, не пиздабол ли? — Обязательно, — согласился Минги с радостной улыбкой, — обнимашки в машине отменяются? — Дома пообнимаемся, — качнул головой Юнхо, — не уверен, что мы с тобой такими темпами вообще отцепимся хотя бы через десять минут. — Как хочешь. Мое дело предложить, — тихо пробормотал Минги, и на него с удивлением уставились. — Ты что, расстроился? — недоверчиво поинтересовался Юнхо и фыркнул, — так, ладно, пошли. Когда они добрались до машины, он специально уселся на заднее место, ожидая, что Минги последует за ним, и тот не подвел. — Ох. Чон издал короткий стон, когда Минги захлопнул за собой дверь и молниеносно потянул к нему свои руки. Юнхо не удержался от протяжного прерывистого вздоха, когда на его бедро приземлилась большая ладонь, а его самого прижали к крепкому, твердому телу. Он с готовностью подался вперед в ответ, обнимая Минги за шею, и с блаженством прикрыл глаза, пока его нежно гладили по ровной спине. Как же хорошо… Они сидели в полной темноте и с упоением обнимались, не в силах снова оторваться друг от друга. Какое опьяняющее чувство… — Минги-и-и. — Что? — мягко отозвался Сон. — А ты с кем-нибудь еще точно так же обнимаешься? — пробурчал Юнхо, не сдерживая нотки ревности в голосе, — семья не в счет. — Нет, только с тобой, — фыркнул Минги. — Почему? — протянул Юнхо с искренним любопытством. — Просто не хочу, — легкомысленно отозвался второй, — а зачем, если у меня теперь есть ты. — Вот и правильно, — Чон покрепче обнял Минги за шею, зарываясь пальцами в густые волосы на затылке, — обнимай только меня, хорошо? — Ты мог меня даже не просить об этом, — фыркнул Минги, — я все для тебя сделаю. «Я все для тебя сделаю…» Несмотря на такие особенные слова, Юнхо скептически хмыкнул. — И почему у меня такое чувство, будто ты мне не веришь, Юю? — печально произнес Минги, прижимая его к себе еще сильнее, — это разбивает мое сердце. Я не лгу тебе. Сделаю все, что захочешь. — Неужели? — Юнхо истерически фыркнул, — ты что, джин? Что за упорное желание выполнять мои желания? — Могу им стать, если хочешь, — промурлыкал прямо в чужое ухо Минги, — правда, колдовать, к сожалению, не умею, так что все в пределах человеческих возможностей. — Хорошо. Есть одно желание. — Какое? — с энтузиазмом откликнулся Сон. — Прекрати твердить о том, что сделаешь для меня все, что я попрошу, хорошо? — взмолился Юнхо, — я не хочу сказать, что с твоей стороны это громкие слова, но, боже, Минги, давай будем немного серьезней. — Все-таки не веришь… — Хорошо-о-о. У меня еще одно желание. — Какое? — Помолчи немного, пожалуйста. Пока они некоторое время продолжали сидеть, слипшись, как две переваренные пельмешки, Юнхо не прекращал думать о своей дурацкой стратегии поведения. Если у Минги и могла быть к нему симпатия, о которой он почему-то молчал, Чон должен был продолжать упорствовать в своих попытках вывести его на чистую воду. Ну, не просто же так он себя вел подобным образом? Или все-таки просто так? «АААААААААААААА!» — Юю, ты слишком тяжело дышишь. Все в порядке? — Да, — коротко протянул Юнхо, ловя себя на мысли, что чужая ладонь, сжавшаяся на его бедре, совсем его не напрягала. Наоборот, — это так заметно? — Я замечаю все, если это касается тебя, — немного снисходительным тоном пояснил Минги, — правда все хорошо? — Правда-правда, — проворчал Юнхо, покрепче обнимая его за шею, и прикрыл глаза, — просто привыкни к моей тревожности и воспринимай периодическую смену настроения, как нечто само собой разумеющееся. Хотя, о чем это я? Я сам к этому расстройству привыкнуть не могу, так еще и у тебя прошу. — Слишком много навязчивых мыслей? — Не всегда, — пробормотал Юнхо, — зависит от ситуации и эмоций. Он немного пожалел, что пошел на откровения, но был уверен в том, что это было единственно верным выходом. — И что ты сейчас чувствуешь? — лениво продолжил допрос Минги, возможно, давая ему понять, что ни в коем случае не собирался давить. И Юнхо так сильно был за это благодарен. — Слишком много разных и противоречивых чувств, — честно ответил он, мурча от удовольствия, когда его нежно погладили по волосам, — боюсь, если я их честно тебе выложу, ты просто пошлешь меня нахрен и не захочешь никогда видеть. — Такого никогда не случится, — серьезно и немного даже жестко возразил Минги. — Вот откуда ты знаешь? — печально усмехнулся Юнхо. — Если бы не знал, то не говорил бы, Юю. Я не любитель разбрасываться громкими словами, но могу искренне заверить, что, если тебе захочется от меня избавиться, ты должен будешь есть на завтрак младенцев. — Я не захочу, — фыркнул Юнхо, успокаиваясь, — я сильно к тебе привык, хотя мы знакомы всего лишь двенадцать дней, но у меня такое чувство, что я знаю тебя целую вечность. — Я тоже это чувствую, — проурчал Минги, — как будто ты всегда был рядом со мной, и, если ты вдруг куда-либо исчезнешь, в моей душе разверзнется немыслимая пустота. — Не драматизируй, — сказал Чон, — я никуда не исчезну. Мы с тобой сейчас поедем в магазин, потом к тебе домой и будем всю ночь залипать на пафосного гения, миллиардера, плейбоя и филантропа Тони Старка в исполнении Роберта Дауни Младшего. Хороший план? — Прекрасный план. Примерно через пятнадцать минут они наконец-то пересели вперед и выехали из зоны парка. Юнхо с удовольствием смотрел в окно и переговаривался с Минги, который достаточно быстро довез их до ближайшего круглосуточного магазина. Сон и на этот раз поспешил выскочить из автомобиля первым, чтобы подбежать к двери со стороны Юнхо и, галантно ее открыв, протянуть тому свою ладонь. — Прошу. Юнхо не сдержал счастливой улыбки и, встав на твердую землю ногами и бережно захлопнув за собой дверь, повис на шее у Минги, который с готовностью его обнял и притянул теснее к себе. — Ну, что, пойдем? — шепотом спросил Юнхо, нарочно опаляя дыханием чужое ухо. — Погоди, — не стал торопиться дрогнувший Минги и немного подтолкнул его вперед, из-за чего Юнхо почувствовал, как уперся задницей и ногами в машину, — можно, немного вот так постоим? Юнхо не стал ничего отвечать и просто насмешливо фыркнул, позволяя прижать себя к поверхности автомобиля, что мгновенно активировало в голове внутренний голос, звучавший подобно Ёсану. «Блять, я устал молчать и наблюдать за тем, как ты, такой тупой, находишь оправдания его поведению. Тебя этот мужик уже столько раз успел облапать, — и это не только за сегодня, — косвенно признаться в любви, назвать тебя самым лучшим и красивым, а сейчас вообще в тачку свою вжимает и откровенно нюхает. ОПЯТЬ. УЖЕ В КОТОРЫЙ РАЗ. Вот ты со мной такое делаешь, а, со своим другом?! Еще раз напомню, что вы знакомы, сука, всего двенадцать дней!» «Да ладно тебе, — подумал Чон, крепче прижимая к себе уткнувшегося носом в его шею Минги, — пускай нюхает. Мне же только приятно». «Пиздец. Я умываю руки. Здесь нужен помощник сильнее меня». «Зачем тебе вообще какой-то помощник? — не понял опьяненный любовью Юнхо, который совсем упустил тот момент, когда ладони на его талии плавно опустились ниже и крепко сжали его бедра, — мне сейчас очень хорошо. Меня обнимает красивый мужик, прижимает к своей крутой дорогой тачке, вкусно кормит, заботится, развлекает. Подумать о том, что однажды я проснусь и больше никогда не буду снова счастлив, потому что воспоминание об этих днях будут мне напоминать обо всем этом, я всегда успею». «Тупой долбоеб, не умеющий думать. Я тебе об одном талдычу, а ты продолжаешь гнуть свою линию, хотя сам недавно практически признал тот факт, что Минги в тебя может быть влюблен. У тебя что, биполярка?» — Юю. — Да? — нежно отозвался Юнхо, отвлекаясь от внутреннего диалога с самим собой. — Я, скорее всего, уже говорил тебе об этом, но как же охуенно, что ты такой высокий, — низко и хрипло пробормотал Минги, совсем немного отстраняясь, чтобы посмотреть на лицо Юнхо, который убрал с него свои руки и уперся локтями об крышу машины, — с ума из-за этого схожу. — Любишь высоких? — Юнхо вызывающе улыбнулся и кокетливо пожал плечами, — тогда считай, что тебе повезло. — Очень повезло. Просто безумно повезло, — словно одержимый пробормотал Сон, в очередной раз разглядывая Юнхо, пока его ладони по-прежнему сжимали чужие бедра, — про твою фигуру готов хоть сейчас песню написать. И не одну. — Как я тебе однажды говорил, с красивой одеждой мы все красивые, — Юнхо хихикнул, потянувшись вперед, и ласково положил свои большие ладони на гладкие щеки Минги, который немного дрогнул от неожиданности, но тут же улыбнулся, — это нас всех касается. — Как я тебе однажды говорил, — Минги решил последовать примеру Юнхо и обратиться к своим прошлым словам, — я более, чем уверен, что под твоей одеждой все безумно в порядке. — Ты не можешь знать наверняка, — Чон не удержался от короткого смешка и попытался оттолкнуть от себя Минги, чтобы направиться в сторону магазина, но тот неподвижно застыл каменной статуей, — эй. — Наверняка я, может быть, и не знаю, — ответил Минги, не реагируя на слабые попытки Юнхо освободиться, — так что для этого у меня есть фантазия. «Это что, он сейчас сказал, что раз никогда не видел меня голым, то ему с этим поможет его воображение?» — Кринж, — невольно буркнул Юнхо и удивленно распахнул глаза, потому что Минги тут же отскочил от него, как ошпаренный, и тихо прокашлялся. — Пошли в магазин, — тот кивнул в сторону здания и медленно побрел к нему, засунув руки в карманы, что невольно вызвало у растерянного Юнхо неприятный комок в горле. «Минги понял, что перегнул палку, и поспешил сделать вид, что ничего необычного не произошло, и он сделал это очень заметно, чтобы не вводить меня в заблуждение, чтобы я не подумал, что…» Все настроение Юнхо было тут же испорчено, и он, чтобы сдержать обидные слезы, начал тяжело дышать, опустив голову, из-за чего пушистые волосы прикрыли весь обзор на высокую, удаляющуюся фигуру Минги. Справиться с привычно накатившим приступом плача оказалось непросто, так что Юнхо от злости на себя поспешил прикусить язык, чтобы боль смогла отвлечь его и перевести на себя внимание. — Юю! — Юнхо растерянно застонал, когда из ниоткуда взявшийся Сон встал прямо напротив него и потянулся к чужому лицу, чтобы убрать с него мешающие волосы и посмотреть в большие слезящиеся глаза, — боже, малыш, что случилось?! Малыш… Как только Чон услышал к себе такое обращение, его лицо мучительно скривилось, и он попытался отвернуться, в то время как Минги притянул его поближе к себе и начал успокаивающе гладить по спине. — Ох, Юнхо, я не хотел косячить… Если хочешь, можем залезть обратно в машину и поехать домой? Хочешь? — Лучше пошли в магазин, — пробубнил Юнхо, немного приходя в себя, и попытался освободиться от плена рук, — Минги, пусти. — О, нет, Юю, больше я тебя никуда не отпущу. Вот так пойдем. — Как хочешь. В голове Юнхо не могла не проскользнуть мысль о том, что действия Минги, как и его, тоже были достаточно противоречивы и непоследовательны. Язык болезненно чесался, потому что хотелось наконец-то задать прямой вопрос и сбросить покров загадочности, вот только Юнхо боялся непоправимых последствий и снова молчал, надеясь, что все выяснится естественным образом. Вот только… Они некоторое время в обнимку брели по магазину, и Юнхо пустым взглядом смотрел на то, как Минги складывал в их тележку кучу продуктов. Иногда тот спрашивал Чона, хотел ли он чего-либо особенного, и легко положил в их коллекцию ананас, стоивший бешеных денег. Юнхо помалкивал, слушая Минги, который с удовольствием болтал о всяких пустяках, и периодически отвечал, будучи благодарным за то, что его не дергали и не заставляли поддерживать беседу, потому что Минги очень чутко чувствовал его настроение. Юнхо же совсем не знал, что ему следовало делать, и не был уверен, что в ближайшее время не сорвется и не сделает то, отчего Минги посмотрит на него с печальным осуждением и скажет, что он все испортил… Черт, но даже если Минги шутил, то почему он вел себя так, словно… В конец задолбавшийся Юнхо остановился рядом с одним из стеллажов и задумчиво осмотрел его содержимое, что также привлекло внимание Сона. — Юю? — Не хочешь чего-нибудь выпить? — задумчиво протянул Юнхо и посмотрел на него. — А ты хочешь? — удивленно уточнил Минги, смотря на него с абсолютным недоверием, — ты же говорил, что… — Да мало ли что я там говорил, — пожал плечами Юнхо и потянулся к бутылкам с соджу, — настроение у меня сейчас такое. Хотя, разумеется, если ты против, я не буду… — Я просто беспокоюсь о том, чтобы ты потом не пожалел, — обеспокоенно уточнил свою мысль Минги, забирая у того две бутылки и кладя их в тележку, — в твоей компании я хочу немного выпить. — Вот и отлично! — Чон довольно хлопнул в ладоши, — значит, этого хватит. Хотя нет, давай еще бутылку. Минги покорно и молча наблюдал за Юнхо, пока тот, очевидно лишившись рассудка, собственноручно подписывал себе смертный приговор, потому что прекрасно знал, что очень скоро сделает то, что никогда не сделал бы, будучи трезвым, и ему пока не хотелось даже представлять, что взбредет в его пьяную голову, если он действительно выпьет с Минги. — Бери все, что хочешь. Можешь даже не спрашивать меня. — О, тогда я хочу мармеладки. Кислые. Юнхо был воистину заинтригован вживую увидеть квартиру, в которой жил Минги, и они доехали до жилого дома буквально за семь минут. Это было очень новое светлое здание, сразу же понравившееся Юнхо, который чуть не подпрыгивал на месте, дергая Минги за рукав и ожидая того момента, когда он воочию своими глазами увидит чужую обитель. — Почему ты так полон энтузиазма? — искренне поразился Сон, несущий в руке пакет с продуктами, когда они вылезли на пятом этаже. — Это же твоя квартира! — Ты так сильно хотел ко мне в гости? — Конечно! — пропищал Юнхо, когда они немного прошлись по коридору и остановились напротив нужной двери, — о, ты здесь живешь?! — Да. Моя холостяцкая берлога, — гордо подтвердил Минги, вводя код от квартиры, открыл дверь и пропустил Юнхо первым внутрь. А потом нажал на включатель, отчего темнота сменилась светом, и на секунду зажмурившийся Юнхо ошалевшим взглядом осмотрел помещение. — Эм… Он перевел широко раскрытые глаза на Минги, который довольно улыбался, поспешно скинул с ног кроссовки, небрежно положив их на подставку для обуви, и прошмыгнул в первую попавшуюся дверь. — Ебать, у тебя такая огромная ванная! — Чон громко присвистнул, обращая внимание на каждую деталь комнаты, на роскошный и дорогой ремонт, большое зеркало и особенно на просторную ванную, в которой вполне могло бы поместиться два человека. — Благодарю за комплимент, — послышался голос Минги, потопавшего на кухню, и Юнхо побежал к нему. — Божечки, — он непроизвольно прикрыл рот рукой, разглядывая новое помещение, и в конечном счете посмотрел на Минги, который спокойно раскладывал продукты на столе, — ты сколько вообще денег на все это потратил? — Много, — серьезно ответил тот, — почти все, что зарабатывал, и окончательно расплатился чуть меньше года назад. То, что мне с квартирой немного помогли родители, я вроде бы уже говорил… Мне бы тогда ипотеку не одобрили, так как я только устроился на работу, а сейчас цены еще дороже, нежели лет пять назад. — У тебя плита выглядит так, словно стоит с одну мою почку, — ошалело пробормотал Юнхо, приближаясь к нему, — Юю, не преувеличивай, — мягко возразил Минги, достав из пакета оставшуюся бутылку, и нежно приобнял его за талию, — она просто чистая. — Просто чистая?! — Знал бы ты, как долго я ее тер, чтобы она вот так вот сверкала перед твоим приходом… Юнхо на подобном комментарии закатил глаза. — Я уже боюсь идти в другие комнаты. Если у тебя кухня такая навороченная, то… — Не бойся, — взмолился Сон и, развернув вялого Юнхо к себе передом, тесно прижался к нему, — могу за ручку подержать, если хочешь. — Иди ты, — проворчал Юнхо, с удовольствием кладя подбородок на чужое плечо, — раз ты такой богатый, думаю, мне нужно воспользоваться этим и позволить тебе почаще платить за меня. — Не могу назвать себя прямо богатым, — пожал плечами Минги, — но я трудолюбивый и бережливый. Так, мне же еще нужно дать тебе домашнюю одежду. А, или ты, возможно, взял свою с собой в рюкзаке? Чон, который действительно взял с собой вещи на запас, на секунду задумался, принимая решение, и состроил раздосадованное выражение лица. — Черт, забыл. — Ничего страшного. Подберем тебе что-нибудь из моего гардероба. Пошли в мою комнату. Минги потащил за руку Юнхо, который, попав в долгожданное для себя место, совсем потерял дар речи. — Любишь спать на двуспальной кровати? — вырвалось у него через десять секунд, пока его глаза цепко рассматривали уютную и красивую постель, на которой почему-то сразу же захотелось улечься. Желательно вместе с Минги. — Да, — не стал скрывать тот, раздвинув дверь массивного стильного шкафа и открыв обзор на свою одежду, идеально сложенную по полочкам, — так же, как и ты. Так, можешь выбрать сам, что хочешь надеть. Я пойду наведу порядок на кухне, хорошо? — Ага… — потерянно пробормотал Юнхо, смотря вслед Минги, и сделал несколько шагов прямо к раскрытому шкафу, — так… «Где здесь шорты покороче и футболка размером побольше, чтобы она откровенно на мне висела?»