«Этот мир полон любви»

Арс опаздывал. Рома давал себе фору ещё в минут двадцать, а вот после — он мог со вполне оправданной паникой шататься по квартире. Как жаль, что в привычку Ромы не входило лазить по чужим шкафам; быть может, там нашлось бы чего крепкого, чтобы скрасить беспокойство. Сидящий на стуле паренёк дёрнулся. Рома вперил в него предупреждающий взгляд. Лиза, как назло, ничего не отвечала. Тишина в эфире, все дела, да... Но Роме-то что прикажете делать? Рома прислушивался ко всем звукам в коридоре, как сторожевой пёс. Заслышав заветный знакомый неспешный шаг, сопровождаемый другим — более размашистым и «диким», Рома, не замечая, растянул губы в улыбке облегчения. Со стороны это, наверно, было жутковато. Впрочем, пареньку всё равно было не на что надеяться. Лиза влетела в дверь, как таран. Приобняла Рому за плечи, с интересом оглядывая неброское и маленькое помещение. – Слишком чисто, — с разочарованием протянула она. – Волчонок, я ждала, что к нашему приходу ты тут всё украсишь. – Это по вашей части, — отмахнулся Рома со смешком. Всё его внимание было прикреплено к темноволосому парню, медленно проходящему внутрь с перекинутым через плечо пиджаком. В остальном — его рубашка и брюки, как всегда, идеально отглажены, будто купленные в бутике через дорогу. В его ушах Рома заметил едва различимые наушники. Невозможный... – Прошу прощения за задержку, — произнёс Арс вместо приветствия. Его пронзительные ледяные глаза уже уставились на бедолагу, пытающегося слиться со стулом. – Информация есть? – Полагаю, частичная, — отвечал Рома, удерживая себя от не относящихся к делу вопросов. Ну, или от приветственного поцелуя он бы тоже не отказался, раз уж на то пошло. – Ноль проблем, — в глазах Лизы зажёгся хищный огонёк. – Скажи, мальчик, сколько тебе лет? Парниша проблеял что-то неразличимое. Арс поморщился и, не делая лишнего движения, вытащил свой личный, подобранный со скрупулёзностью пистолет, по обыкновению выглядящий как продолжение его тонкой руки. Выстрел прозвучал почти вежливо, по сравнению с тем, какую пальбу устраивали Рома и Лиза. Бедро несчастного окрасилось бурым пятном. Арсений прошелестел: – Возраст. Сквозь задушенные хрипы и конвульсии парень попробовал снова: – В-восем-мнадц-цать... – Такой молодой и такой глупы-ыш, — могло бы статься, что голос Лизы звучал жалостливо, если б она не предвкушала вид кровищи на стенах. – Куда ты спустил свою долю, малыш? На развлечения, да? Арендовал тачку? Снял девчонок? Как банально. – Твоя доля превысила оговорённые суммы на тридцать процентов, — добавил Арс абсолютно равнодушным тоном. – Это не я... я ничего не... не... – Твоё подтверждение не требуется. – Да, детка, нас интересует только то, что ты засунул сворованные бумажки. Видишь ли, Хозяин не любит, когда кто-то ворует из-под его носа. В малых количествах — он прощает, даже поощряет. Но так нагло, дорогой... Ты совсем нас не уважаешь. Ты считаешь Хозяина дурачком? – Н-нет! Нет! – Босс оказал тебе милость, предложил работу, — выражение лица Арса могло бы показаться бесстрастным, но Рома знал, куда смотреть, чтобы понять, что Арс начинал уставать от растягивания резины. – Жадность — страшный грех. – П-пожалуйста, этого б-больше не... я не!.. – Знаешь, что Господь говорит о таких, как ты? – Прошу, я... Лиза, не выдержав, оказалась рядом с парнишкой в мгновенье ока. Мелькнувший в её руках заточенный, утончённый нож воткнулся громкоголосому в рану на бедре. Предусмотрительно Лиза, конечно же, заткнула ему рот и прошептала: «т-ш-ш». Арсений вытянул руку, прицелившись мальчику промеж глаз. – Как вышел он нагим из утробы матери своей, таким и отходит, каким пришёл, и ничего не возьмёт от труда своего, что мог бы он понести в руке своей. Не собирайте себе сокровищ на земле, где моль и ржа истребляют и где воры подкапывают и крадут, но собирайте себе сокровища на небе, где ни моль, ни ржа не истребляют и где воры не подкапывают и не крадут. Ибо какая польза человеку, если он приобретёт весь мир, а душе своей повредит? Арс сделал абсолютно необходимую драматическую паузу. Рома наблюдал за ним с сокровенным благоговением. – Слышал я голос: жадность — это петля, которую ты затягиваешь на своей шее своими же руками. И Господь лишь даст знак, чтобы табуретка из-под ног твоих ушла, и да узнаешь ты, что я и есть Судья, когда свершится падение твоё. Как только последний звук слетел с бледных губ, воздух разразился ещё одним выстрелом. На этот раз — окончательным. Чуть поведя плечом от раздражения, Арс опустил пистолет, механически проверил затвор, поставил предохранитель. Лиза, заляпанная липкой багровой кровью, проверяла мальчонку на предмет жизни для протокола, хотя и так было ясно, что тот готовенький. Продев руки в рукава пиджака, Арс повернулся к Роме. И причина опоздания, кажется, стала известна. Обиженно поджав губы, Арс пробормотал: – Скажи своему придурку-брату, что кружку с кофе надо держать за ручку, а не за дно. – Он ночевал на твоей корпоративной квартире? — спросил Рома, с трудом сдерживая хохот. – Больше никогда, — отрезал Арс, смотря на испорченный пиджак, как на величайшую потерю. Таким же экономным телодвижением он достал телефон и, ожидая не более пары секунд, скомандовал: – Надо прибраться, Кир. И сбросил, не дожидаясь ответа. Рома, измучившись от расстояния, наконец, приблизился к своему холодному чтецу Библии, положил руки на его талию. Арсений взгляда не отвёл, но, судя по затрепетавшим ресницам, чуть взволновался. Наклонившись, Рома услышал льющуюся из наушников заводную песенку и прыснул: – Ты что, всё это время слушал попсовую хрень про солнце? Арсений закатил глаза и приподнялся к Роме сам, отвлекая самым действенным образом, захватывая губы требовательным поцелуем. Рома, повинуясь, положил пальцы на белую шею, наслаждаясь горячим пульсом... – Ещё успеете, любовнички, — хмыкнула Лиза, растирая грязь по щекам. Рома отстранился, но не отошёл, кладя руку на неровную щеку и проводя по мёртвой коже большим пальцем. – Ты заставил меня поволноваться. – Виноват, — кивнул Арс. И прихватил его локоть, когда они выходили из квартиры, которая была уже не их заботой. Возможно, Рома мог бы в качестве компенсации купить своему ворчливому парню кофе. Обязательно. Как и наказать Марку не расстраивать нежную душу Арса с утра пораньше.