Не главный герой. Орден Мистического грифона

​(Бечено) Голос нильфгаардского посла мгновенно привлёк внимание амфитеатра. Радовид спокойно произнёс: — Разумеется, посол Шильярд Фиц-Эстерлен. Посол слегка поклонился. — Уважаемые владыки Севера. Я считаю своим долгом разоблачить ложь Ордена Мистического Грифона и сообщить об их преступлениях. По амфитеатру прокатился шум. Я лишь усмехнулся. — В таком случае, вам слово, господин посол. Признаться, мне уже любопытно, что именно вы приготовили. Посол смерил меня холодным взглядом. — Ничего, кроме правды. Затем он повернулся к королям. — Позвольте представить свидетеля моих слов. — Ведите, — коротко кивнул Радовид. Шильярд отдал приказ охране и громко произнёс, обращаясь к остальным: — Прошу подождать несколько минут. Несколько нильфгаардских гвардейцев покинули амфитеатр. Я спокойно вернулся на своё место рядом с Трисс. — Интересно, что именно они приготовили? — тихо спросила чародейка, не скрывая напряжения. Я приобнял её за плечи. — Мы готовились к этому моменту. Нам есть, чем ответить. Трисс благодарно кивнула. Спустя несколько минут нильфгаардский эскорт вернулся, ведя закованную в двимерит Ассирэ вар Анагыд. Хм. Как-то даже слабовато. Хотя расслабляться явно рано. Шильярд начал говорить: — Уважаемые владыки Севера, дворяне и чародеи. Я вынужден сообщить, что Орден Мистического Грифона связан с убийцей королей и магическим заговором, целью которого было возвышение в хаосе после гибели правителей Севера. На нас со всех сторон сосредоточились напряжённые взгляды. Мы сохраняли спокойствие. — Заговор был организован группой чародеек, называющих себя Ложей Чародеек, — продолжил посол. — К сожалению, заговор проник даже в Империю. Часть участниц Ложи сейчас состоит в Ордене Мистического Грифона. После этого Шильярд начал публичный допрос Ассирэ. Разумеется, чародейка во всём призналась и назвала список членов Ложи. Подозрение в амфитеатре заметно усилилось. Рендал покосился на меня и едва заметно одобрительно кивнул. Хех. Похоже, окончательно сложил картину в голове. Шильярд продолжал методично лить яд, обвиняя Ложу во всех бедах Севера. Впрочем, доказательств у него было откровенно немного. Отчёты нильфгаардской разведки о связях Шеалы с убийцей королей выглядели убедительно… ровно до момента, пока их не начнут рассматривать как часть политической игры Империи. Когда посол наконец закончил, над амфитеатром повисла тяжёлая тишина. Я демонстративно зааплодировал. — Замечательная ложь, господин посол, — мой голос спокойно разнёсся по амфитеатру. — Достаточно изящная, чтобы часть людей в неё поверила. Гнилая, но эффективная. Очень по-нильфгаардски. Я поднялся со своего места и спустился к королям. — Вы отлично сыграли свою роль. Но позвольте уточнить… почему вы так мало рассказали о самом Убийце Королей? У вас с ним оказалось удивительно много общего. Например, хозяин - Эмгыр вар Эмрейс. Лицо посла осталось спокойным. — Вам хватает наглости лгать в лицо всему Северу? — холодно произнёс он. — Вы покрываете преступниц, а значит являетесь соучастником их преступлений. Я усмехнулся. — Видимо, не зря в официальных отчётах забыли упомянуть последние слова Убийцы Королей. Чувство жизни подсказало — Шильярд напрягся. Внешне посол этого не показал, но удар достиг цели. Однако ответить он не успел. — Это правда, — спокойно произнёс Наталис. — В официальных отчётах действительно отсутствует часть информации по моему приказу. К счастью, среди нас есть свидетель.  Регент посмотрел на трибуны. — Я прошу дать слово капитану Вернону Роше. Радовид и Хенсельт с явным интересом следили за происходящим. — Пускай говорит, — резко бросил Хенсельт. Роше спустился вниз и остановился в центре амфитеатра. — После смерти короля Фольтеста я принял решение использовать ведьмака Геральта из Ривии для преследования Убийцы Королей, — начал он сухим тоном. — Нам удалось настигнуть его под Флотзамом, где убийце предоставили убежище скоя’таэли. Роше продолжил доклад: — В ходе расследования мы вышли на эльфские развалины, где и состоялся бой. Убийца получил смертельные раны. Перед смертью он назвал заказчиков: Император Эмгыр вар Эмрейс и Ваттье де Ридо. Их целью было ослабление Севера перед новым вторжением. По амфитеатру прокатилась новая волна шума. Шильярд резко вскинулся: — Это гнусная ложь! Очевидно, темерцы находятся под влиянием чародеев! — А словам нильфгаардской чародейки, мы, разумеется, должны доверять безоговорочно? — спокойно спросил я. — Кто знает, что именно ей приказал Император? Над амфитеатром вновь повисла напряжённая тишина. — Впрочем, стоит признать одну вещь, — продолжил я. — Империя умеет учиться. В Первую войну Север спасли чародеи. Во Вторую, когда Капитул оказался разрушен интригами и их агентурой, Север устоял лишь чудом. Я обвёл взглядом амфитеатр. — Логика очевидна. Для Империи маги давно стали одной из главных целей. Особенно перед очередной войной. Зал пребывал в тяжёлом смешении подозрений, тревоги и раздражения. Ни у кого больше не было полной уверенности, кому именно верить. И именно в этот момент раздался голос ковирского посла: — Прошу слова. Я могу внести некоторую ясность в происходящее. Радовид отреагировал мгновенно: — Это будет весьма кстати, господин посол. Ковирец неспешно спустился вниз. — Я получил особые инструкции от Его Величества Эстерада Тиссена на подобный случай. От лица королевской семьи Ковира я хочу выразить благодарность Шеале де Тансервилль и Ордену Мистического Грифона за предотвращение покушения на королевскую семью и последующую помощь в расследовании. После этого посол начал зачитывать подробный отчёт ковирской разведки. Главное в нём было очевидно — подтверждение нильфгаардского следа в покушении. Документы Генриха вар Аттре из посольства позволяли связать операцию с нильфгаардской разведкой напрямую. По мере чтения отчёта лицо Шильярда становилось всё бледнее. Впрочем, дослушать отчёт до конца ему было не суждено. В амфитеатр ворвался один из наших магов. — Глава! — заорал он. — Войска Нильфгаарда перешли обмелевшую Яругу! Люди барона Кимбольта уже приняли первый бой! *** Прозвучавшие слова были подобны взрыву бомбы. По амфитеатру прокатилась волна криков и шума. Дворяне вскочили со своих мест, охрана схватилась за оружие, а послы и маги заговорили одновременно. Шильярд же неожиданно остался пугающе спокойным. Я заметил короткое движение его руки к воротнику. Посол прикусил край ткани, а затем резко побледнел. Вот значит как… Я не стал ему мешать. Ложа действительно была замазана во всей этой истории, как бы мне ни хотелось обратного. Пускай унесёт часть правды с собой в могилу, после войны с этим будет куда проще. Несколько секунд посол ещё стоял на ногах, сохраняя почти безупречную осанку, после чего тяжело рухнул на каменные плиты амфитеатра. По его губам стекла тонкая струйка тёмной крови. — Анджей, наложи усиление голоса, — раздалась просьба Наталиса. Я быстро выполнил заклинание и над амфитеатром раскатился командирский рык регента: — Тихо! Отставить панику! — Удобно, — заметил Хенсельт, оценив наступившую тишину. — Ты не выглядишь удивлённым, Наталис. — Мы знали о задумке чёрных, но без подробностей, — пожал плечами регент. — Признаться, ожидали, что они всё же попытаются рассорить нас здесь, прежде чем начать вторжение. Радовид посмотрел на тело посла и перевёл взгляд на меня. — Почему вы позволили ему умереть? Я спокойно пожал плечами. — Сомневаюсь, что в свете начавшейся войны из него удалось бы выжать что-то действительно полезное. Да и кое-чем мы ему обязаны. Пускай он действовал исключительно в собственных интересах, но косвенно всё же послужил Темерии. — Вот как? И чем же нильфгаардский посол заслужил признательность? — настойчиво спросил Радовид. Я покосился на Наталиса. — Тем, что с помощью графа Маравеля вывез Марию-Луизу в нильфгаардское посольство во время осады замка Ла Валетт, избавив её от несчастного случая, — спокойно произнёс регент. — Разумеется, они собирались использовать её в своих целях и держали против воли. Но лично меня такой исход вполне устраивает. Хенсельт усмехнулся. — А я всё гадал, почему чёрные так упорно молчат о своём посольстве. Затем король Каэдвена развернулся к трибунам, где сидела Саския. Несколько секунд он молча её рассматривал. — Похоже, обстоятельства изменились, — наконец произнёс он. Саския холодно посмотрела на него. — Неужели? — Представь себе. По амфитеатру прокатились смешки. Хенсельт обвёл взглядом присутствующих. — Я по-прежнему считаю Нижнюю Мархию частью Каэдвена. Но сейчас мне нужны солдаты на южной границе, а не ещё одна война в собственном тылу. Он сделал небольшую паузу. — Поэтому моё предложение меняется. Теперь в их сторону смотрел уже весь амфитеатр. — Нижняя Мархия получает широкую автономию. Собственные законы. Собственное ополчение. Собственные суды. И титул маркграфини для тебя. По рядам дворян прокатился удивлённый шёпот. — Взамен ты приносишь вассальную присягу, признаёшь верховную власть Каэдвена и выставляешь войска на время войны. Саския несколько секунд молчала. — А после войны? — После войны будем спорить дальше, — честно ответил Хенсельт. — Но спорить будем как союзники, а не как враги. Неожиданно для многих, Саския усмехнулась. — Впервые слышу от тебя разумное предложение. По амфитеатру прокатился нервный смех. Саския поднялась со своего места. — Если условия будут подтверждены письменно, Нижняя Мархия готова выступить против Нильфгаарда. Хенсельт на удивление спокойно кивнул. — Это именно то, что я хотел услышать. С формальностями разберёмся после собрания. Саския вернулась на своё место, а над амфитеатром разнёсся голос ковирского посла: — Прошу минуту внимания! Я получил особое послание лично из рук короля Эстерада Тиссена. Мне надлежит вскрыть и публично зачитать его в случае начала войны! — Разумеется, мы внимательно вас слушаем, — спокойно произнёс Наталис. — Анджей, расширь заклинание и на господина посла. Я выполнил просьбу. Посол достал зачарованный конверт и вскрыл его кинжалом. Вытащив лист бумаги, он быстро пробежался глазами по тексту. Впервые за всё время, на его лице отразилось неподдельное потрясение. Спустя несколько секунд, дипломат взял себя в руки и начал читать: — Мы, Эстерад Тиссен, законный король Ковира и Повисса, заявляем, что более не намерены терпеть агрессию Нильфгаардской Империи. Покушение на нас и членов нашей семьи мы рассматриваем как акт враждебности против нашего государства. В сложившихся обстоятельствах уния Ковира и Повисса более не считают возможным сохранять нейтралитет. В силу вышеизложенных причин, Уния Ковира и Повисса вступает в войну против Нильфгаардской Империи на стороне Северных Королевств. Над амфитеатром повисла звенящая тишина. Вступление Ковира в войну... Этого не ожидал никто. Самое богатое государство Севера только что официально встало против Империи. Я покосился на королей. Радовид выглядел задумчивым. Наталис впервые за весь вечер позволил себе облегчённо выдохнуть. Лишь Хенсельт скалился, как волк, почуявший драку. Впервые за долгие годы, Нильфгаард очень крупно просчитался.