Ты такая развратная, Хван.

Уставшая, Хван плывет среди ярких освещающих фонарей и неимоверно ярких билбордов на зданиях в качестве рекламы. Миллионы актёров, айдолов и рекламных лиц висели почти что на всех уголках Сеула. Сейчас она жаждет сытного ужина, горячую ванну и массаж всего тела. И рыжая знает точно - её любимая девушка не откажет ей ни в чем. Написав короткое сообщение о том, что сейчас она уже в центре Сеула среди продуктовых магазинов и круглосуток, спрашивает, что купить поесть. Получив огромный список нужных продуктов, девушка заходит в один из таких магазинчиков, и скупает целых две корзины всего нужного. Пожелав хорошей смены продавцу, берет все три пакета, и уже прямым рейсом направляется в свою квартиру, где ждёт её Шин. Что же в этом время делает Рюджин, находясь дома уже достаточно долгое время? Занимая себя романом, она даже не увидела насколько быстро пролетело время. Узнавшая, что Йеджи придёт уставшая, и вероятно, ей нужен будет разгрузочный массаж, в голове блондинки зарождался и правда великолепный план. Возбудить, но не дать. Хорошее решение, чтобы узнать насколько хватит себя и на сколько хватит партнёра, чтобы не взять его в первую секунду. Искушение - смертный и отвратный грех, но ради любви можно согрешить. Согрешить миллионы раз, исповедь даже не поможет очисться от грехов, которые мы совершаем во имя нашей любви. Но пока мы любим, насколько сильными являются эти грешки? Рюджин всегда считала себя достаточно грешной девушкой, но это добавляло лишь особой аурыи особого внимания на себе и шарма. Раскрытая для всех, но при этом, прочесть её не возможно. Она всегда умеет соблазнять всех, умело крутит людьми в свою сторону. Грация чёрной пантеры, но рядом с Хван - ласковый маленький котёночек, который злобно мурчит и шипит, не вызывая страха. Но о таком моменте знает лишь Хван. Вероятно, именно Йеджи пробудила в Рюджин этот особенный шарм и сексуальности, от которой, у рыжей, буквально подгибаются коленки, а нижнее бельё мокнет при первом флирте. Стоит отдать должное: Шин Рюджин невероятно могущественна в флирте, буквально одни намёком и словом она заставит щёки пылать, сердце заставит биться в тысячу раз быстрее, а разум оставит в полном омуте, лишь с огромной жаждой отдаться именно в её хитрые руки. В хищные, хитрые и ужасно рабочие руки. Она заставляет извиваться от оргазма лишь двумя способами, а всё остальное удовольствие своей девушки - растягивает, как будто это пытка. Самая приятная пытка, ради которой стоит нарушать всевозможные законы. Йеджи идёт домой уже полчаса, хотя, привычное для неё время - 20 минут максимум, но уже близко находится дом, поэтому такая прогулка помогла Йе надышаться свежим воздухом, ведь всё таки не зря она пошла по длинному пути, безлюдному кварталу, который обычно, надо избегать. Но из-за усталости, мозг не воспринимал это место как за что-то опасное. Больше всего надо дойти в спокойствии без вечно ездящих машин и вечно громких людей. Весна всё-таки не зря была её любимым временем года. Лёгкая вечерняя прохлада позволяла насладиться этим временем сполна, наполняя свою душу большей энергией, для того, чтобы заполнить пробелы и просто насытить эмоциональную батарейку тем, что вызывает положительные чувства. Ветер обдувает рыжие волосы, которые иногда мешаются перед глазами, но тут уж ничего не поделать. Приходиться свыкаться и продолжать идти, ведь останавливаться особого смысла нет, поправив пряди сейчас - они залезут на прежнее место через пару секунд. Телефон иногда вибрировал в кармане пальто, вероятно, ей писала Рюджин, но ответить было буквально невозможно. Вздыхая, почти что ползущая Хван наконец-то дошла до дома и достав с карма ключи, вошла в дом, поднимаясь на свой 6 этаж. Благо, здесь был лифт, это гораздо упростило всю задачу, и позволила Хван хотя-бы немного передохнуть, оперевшись о стенку, думает, что такого собирается готовить Рюджин. В их семье существует одно правило: Хван зарабатывает, занимается закупками, уборкой, а Рюджин готовит и просто существует в жизни рыжей, а блондинка, в прочем, не против таких правил. Рюджин всегда знала, что Йеджи падка на еду которую приготовит Рю. Дверной замок поворачивается, открывая дверь, девушка заносит пакеты сразу на кухню, попутно снимая в коридоре обувь. Поставив все пакеты, облокачивается пояснице о столешницу, разминая шею. Из угла, вероятно из спальни, выползает в ночнушке Шин. Подойдя по-ближе, её пальцы бегло проходятся по прессу, останавливаясь в районе декольте, усмехается. Йеджи протягивает усталое и долгое «м», прежде, чем поцеловать девушку в лоб. — Ты выглядишь такой измотанной, родная… —шепчет блондинка, продолжая ластиться к рыжей. Она обнимает младшую одной рукой, положив голову на макушку, закрывает глаза. Хотелось спать. Безумно хотелось спать, ещё немного прочувствовать тепло своей возлюбленной и она уже была готова полностью уйти в сон с головой. Угукает куда-то в макушку, заключая уже в полноценные объятия, перед этим сев один один из любимых стульев. Хван лежала прямо около ключиц, обжигая теплым дыханием нежную кожу блондинки. Что-то мычит, больше утыкаясь в девушку, будто боясь, что так куда-то уйдёт. — Любимая, сначала душ, потом сон, хорошо? — шепчет Рю, пока ладонь касается ярких прядей. Щека соприкасается с макушкой. Хван тяжело вздыхает и с великой неохотой всё таки идёт в душ. Зайдя в ванную и снимая с себя всю одежду, холодный воздух, который находился в помещении заставил Йеджи отдернутся ото сна, пока по коже бегали мурашки, она уже включала немного теплую воду. Поставив душ в специальную насадку, вода капала прямо на голову, задевая и тело. И пока капли падали на закрытые от воды участки тела, начинает мыть голову, снимая с себя весь стресс, и проделывает это абсолютно со всем телом. *** Выйдя с кабинки и завернувшись в полотенце, которым прежде полностью промокнула тело от лишней влаги, вошла в спальню, где повесила его на отдельную сушилку. Падая полностью обнажённым телом на прохладную и чистую кровать, Йеджи чувствует как вечер определённо стал полностью идеальным. Лежа на животе она думала о чём-то своём, пока не почувствовала руки на своих плечах, которые стали массировать. Простонав от приятных ощущений, Хван ёрзает по кровати, подвигаясь ближе к блондинке. — Если хочешь, можешь сесть на поясницу. — на выдохах произносила рыжая и младшая всё таки осторожно опустилась на поясницу девушки, продолжая массаж, она уже была чуть ниже лопаток, и, разумеется ей приходилось двигаться с пояснице ниже и ниже. Это не смущало никого. За пять лет отношений, кажется, что они видели абсолютно всё. Машинально, Хван уже раздвинула ноги, чтобы у Шин было больше место, и её красивая задница не покоилась у неё на икрах, которые были достаточно нежными мышцами. Когда ладони Рюджин дошли до ягодиц, тут, она уже и подумала начать то, что планировала. Пальцы обводили каждый сантиметр, иногда касаясь лоно, из-за чего вздрагивала Хван. Пальцы продолжают вырисовывать узоры на обнажённых ягодицах, иногда нежно оцарапывая узоры. — Рюджин… — Хван опять елозит, подвигаясь ближе, выпячивает зад. — Не хочешь? — Хочу. — тихо отвечает Йеджи, снова зарываясь куда-то между подушек, то-ли от стеснения, то-ли просто так, лишь бы куда-то спрятать голову. Рюджин кивает про себя, становится на колени. Два пальца входят без какой либо подготовки. Благодаря регулярному половому образу жизни, у Хван не было никаких проблем принять в себя сразу два, а то и три, хотя такое они практикуют достаточно редко. Сжимая пальцами одеяло, Хван стонет, подняв голову, а через секунду вновь опустив, иногда самостоятельно насаживаясь на пальцы до основания. Шин знала абсолютно всё контрольные точки, умело пользуясь этими знаниями, Рюджин придерживает Йеджи за живот, чтобы та не ложилась полностью. Отдаться блондинке раком - каждодневная осуществляющая мечта Йе, которая исполнится хоть двадцать раз на дню, стоит ей об этом сказать. Стенки влагалища постепенно начинали сжимать пальцы внутри, это означало, что буквально через пару секунд она должна получить оргазм. Хван уже готовится получить заветный оргазм, но всё закончилось так быстро, как не успело начаться. Жалобно проскулив, рыжая быстро переворачивается, обиженно глядя на блондинку. — Ты не хочешь объясниться, Шин Рюджин? — с недоумением спрашивает Йеджи, наблюдая за тем, как девушка вытирает пальцы, открывая шкаф ищет вещи для старшей. Найдя футболку и шорты белого и черного света, кидает на кровать. Пожимая плечами, Рюджин отвечает лишь короткое: — Не-а, — пожимая плечами, — Что-то не так? Хван четко читает: издёвка. И настоящая пытка для той, кто был уже на грани. — Точно, пока ещё не забыла. Не трогай себя там, хорошо, малыш? Ты ведь хорошая девочка, не так ли? — и правда с издёвкой отвечает Шин, на что Йеджи фыркает. Надевает вещи, и буквально с маленького недо-прыжка оказывается в копне одеял и подушка. К чёрту просьбу, прямо сейчас Хван чертовски нуждается в том оргазме, которого лишила её Рюджин. Пальцы пролазят под резинку шорт, касаясь клитора, Йеджи ощущает себя сложно делает что-то явно не правильное. Всё таки отсутствие мастурбации иногда действительно мешает. Массируя бугорок круговыми движениями, чувствует как вновь в животе связывается узел, который позже становится настоящим возбуждением. Иногда входя в себя средним пальцем, Йе сдерживала себя от лишних стонов, лишь стараясь равномерно дышать, иногда это превращается в игру «кто больше не сможет дышать». Сжимая бедрами запястье, Хван продолжает чувствовать с какой скоростью она чувствует приближающийся оргазм. В моментах с её уст слетает имя Рюджин, иногда, стоны сдержать непросто, и непристойный звук так же слетает с губ, после которого, складывается ощущение, будто это слышали даже в соседнем районе. Она думала о ней, думала о том, как её пальцы могли бы вдалбливать Хван в кровать, как её сущность могла повлиять на неё. Рюджин ебучий суккуб, которому секс подавай, а он не напитается никак. И Хван это и правда соблазняло. До безумия. До личных чёртиков в голове, которые твердили «заканчивать нельзя». Шин с ней играла и она это знала, невозможно не догадаться, что такая невинная на вид девушка, может вести себя так… Так жестоко. Это вызывало бурный интерес и соблазн. Хван впервые поддалась своему личному дьяволу, впервые за долгое время касается себя. Это было так непривычно, будто чего-то правда не хватает, а может, кого-то? *** Самый скучный и отвратительный оргазм испытывала Йеджи в данный момент. Доставить самой себе удовольствие - действительно проблема. Поднимаясь с кровати, в горле пересохло да и в принципе, руки помыть тоже надо. На ватный ногах Хван движется к раковине, а за столом напротив сидела Рюджин, что-то очень высматривая. Помыв руки и набрав воду в чашку, пьёт, не обращая внимания на Шин, поэтому то, как она подползла, словно змея, к возлюбленной, было безумно тихо. Ладонь касалась талии, обхватывая, и раскрыв глаза, Йеджи чувствует как прикладывает туловище на столешницу, пока Шин покоилась сзади. Рука всё так же полезла в шорты. У Хван участилось сердцебиение, пока шумно вздыхая от касаний, закусывает губу. — Йеджи, кажется, тогда я сказала как-то не ясно? — Рюджин шепчет прямо в ухо, это заставило её вздрогнуть, опустив голову. — Ясно, — тихо тараторит Хван. — К чёрту, я хочу тебя. Но больше всего, мне хочется тебя наказать. — Шин поднимает рыжую на руки, несёт в спальню, где кидает на одеяла. Поставив подушку на свои колени, она хлопает по ней ладонью, говоря Хван лечь. И кажется, старшая всё-таки догадывается в чём суть наказания. — Считай и не сбивайся, малыш, — не успев что-то сказать, Хван почувствовала горящую кожу и безумно звонкий шлепок. Зажмурив глаза от такой неожиданности она тихо выбила из себя «один» Ещё один. Два. Следующий. Три. Рюджин чередует ягодицы, оставляя на каждой алый след, иногда играясь с ними, поправляя Хван на подушках, слушала как она пристанывает. Лоно начинало сочится природной смазкой, стекая чуть по внутренней части бедра. — Ты настолько возбуждаешься когда тебя шлёпают? — невзначай спрашивает Шин, после очередного звонкого шлепка. — Двенадцать… Да. — после счета - чистосердечное признание. Хван ещё с подросткового возраста была безумно влюблена и вовлечена в грубый, жесткий секс, в котором достаточно элементов бдсм, заставляя возбуждаться лишь от одной мысли. Рюджин ухмыляется, кажется, им придётся зайти в секс-шоп, что проявить все потайные желания Хван. Шлепки продолжались до двадцати пяти раз. Шин сжалилась над ней, видя, что на заднице Хван ни осталось в данный момент ни одного светлого места. Переворачивая её на спину, блондинка завлекает её в поцелуй, в котором Йеджи возвращается в любимую позу, сидя на коленях Рюджин. Пальцы касались клитора, иногда играясь со входом, что заставляло Йеджи ёрзать и стонать в поцелуй. Ей было достаточно тяжело сконцентрироваться на губах, ведь затуманенный разум полностью выбил из неё здравый рассудок, заставляя действовать так, как этого захочет Шин. Пальцы до упора вошли во влагалище, волнами иногда двигаясь внутри, заставляет Йе положить голову на плечи, прячась где-то в области шеи, она продолжает насаживаться на пальцы, играя роль этакой наездницы, оставляла влажные поцелуи и засосы на шее около линии подбородка. Грубые толчки выбивали из неё буквально всё, заставляли выкрикивать имя блондинки, полностью погрузившись в процесс, Хван чувствует, что разрядка вот вот наступит. Её движения на пальцах прекратились, теперь она просто на них сидит, изредка делая движения назад-прямо. Рюджин, вероятно, не понравился такой расклад, поэтому повалив Хван на подушки, и поправляя как ей будет удобно бедра, собирается всё таки довести до того нужного оргазма. Голова теперь покоится напротив уже давно мокрой вагины, пальцами очерчивая вход, пока язык касается головки клитора. Целует, проводит языком круговыми движениями, это заставляет Йеджи вцепится ей в волосы, прижимая ближе, стонать ещё больше, выкрикивать имя Рюджин, и иногда забывать дышать. — Не забывай дышать, детка. — шепчет на ухо Рюджин, прежде, чем назад вернуться к своему «деликатесу» — Блять, Рюджин, ты чертов дьявол, — ругаясь всем возможным матом и протяжно стонав, Хван поняла, насколько сейчас это выйдет развратно и грязно. *** Бедра достигают судорог, она чувствует как тянет её живот, выгибаясь подобно змее, Шин насильно удерживает бедра, не давая Хван уйти. Оргазм один за вторым коснулись Йеджи, заставляя откинуться на подушки, стараясь перевести как можно больше дыхания, и успокоить своё сердце. Пряча лицо в подушки, она чувствует, как ей на грудь легла Рюджин, играясь пальцами на животе. — И как, детка? Стоит встречать тебя с работы так чаще? — спрашивает Шин, хихикая. — Да, пожалуйста. Я откажусь от работы в офисе у уйду в удалёнку, если у меня будет такое гораздо чаще. Через каких-то десять минут тихого обсуждения, Рюджин заметила как уже сопит Хван. Поцеловав ту в лоб, сама же, легла рядом, обнимая одной рукой и укрыв тёплый одеялом.