Подарок ко дню влюбленных 🎀💕

— Хён, я не могу! — завопил Чонин, отворачиваясь от старшего и закрывая алеющие щеки ладонями — Чонин! Хватит! — Минхо раздраженно хлопает рукой по кровати — У нас мало времени! Яну требуется еще несколько секунд, чтобы успокоить бешено бьющееся сердце и хоть немного восстановить дыхание. Он разворачивается на пятках, оказываясь снова лицом к своему хёну. Ли сидит на кровати в позе лотоса, на белых простынях, волосы все еще аккуратно уложены после фанмита, а сам он абсолютно голый. Локти упираются в колени, а подбородок скучающе покоится на небольшой ладони. Вокруг него по всей кровати разбросано несколько метров широкой, розовой, атласной ленты Взгляд бегло мечется по медовой коже старшего. Цепляется то за пышные бедра, растекшиеся по кровати, то за аппетитную грудь и наконец останавливается на вялом члене Ли, не прикрытом ничем. Щеки краснеют еще больше. Чонин снова отводит взгляд от Минхо, жмуря глаза. На что слышит громкое недовольное цоканье — Нини, соберись пожалуйста, я конечно понимаю, что я очень сексуальный, но у нас мало времени. Чан должен приехать через полчаса — Хён… я не смогу… — Сможешь, давай, пожалуйста — У меня встанет… — Дыши, ладно? Я замужем, если что — Весьма остроумно… — сердито фыркает Чонин, все еще не решаясь вновь взглянуть на Минхо — Нини, чем быстрее мы это сделаем, тем быстрее ты сможешь уйти. Просто возьми себя в руки и начни — По гроб жизни будешь мне должен… — фыркает Чонин, нерешительно подходя ближе к кровати — Люблю тебя родной! — улыбаясь вскрикивает Минхо и раскидывается на кровати в позе звезды, выставляя на показ все свои прелести — Блять, хён! *** — Чонин-а! Ты поставил курицу вариться? — Чан зайдя в квартиру небрежно скидывает с себя обувь и легкую курточку оправляя прямо на пол. Не похоже на всегда чистоплотного и аккуратного Чана, но сейчас усталость после фанмитинга берет вверх над организмом, особенно учитывая то, что от его предвкушения он не смог поспать ночью. Бан прислушивается и почему-то слышит тишину пустой квартиры. Странно… Чонин же специально поехал домой пораньше, чтоб приготовить покушать Бан еле переставляя ноги направляется к кухне. Зайдя туда он не обнаруживает ни еды, ни Чонина. Что такое? Где малой? — Чонин? — громко зовет младшего Чан — Ты в ванной? Почему курицу не поставил? — в голове роятся самые разные мысли. Чан, игнорируя их выходит из кухни и быстрым шагом направляется к ванной, чтобы проверить, там ли Ян. Проходя мимо собственной комнаты боковым зрением мужчина улавливает копошение на кровати. Чан резко тормозит у входа в свою комнату и поворачивается, чтобы заглянуть вглубь. Глаза от увиденного распахиваются до предела, рот чуть приоткрываются, пальцы на руках нервно дергаются — Твою мать… — тихо выговаривает Чан Минхо лежал на его кровати животом вниз, согнув одну ногу в колене, а все тело было обмотано широкой розовой лентой… Запястья туго связаны и прижаты к груди, лента пережимает мягкость сочных бедер, она обвязана вокруг талии и поднимается все выше, заканчивая композицию красивым бантом на задней стороне шеи Чан тяжело сглатывает и на минуту забывает как дышать. От увиденной картины внизу живота начинает тяжелеть, усталость словно снимает рукой. Его взгляд сталкивается с темными глазами Минхо. На его лице хитрая ухмылка, а щеки чуть покрасневшие от румянца — Я тебя уже заждался, Чани… — томно шепчет Ли, подгибает ноги под себя и выпрямляется, садясь на кровати. Его возбужденный член дергается и шлепается о розовую ленту, стянувшую мягкий животик. Разум отключается, похоть берет над телом старшего полный контроль и ведет его прямо к кровати Подойдя, Чан начинает вести рукой по сочному бедру, чуть сжимая мягкую податливую плоть. Мышцы под рукой сокращаются. Добравшись до полоски ленты, Бан указательным пальцем подцепляет ее, заставляя врезаться в нежную кожу с противоположной стороны бедра. Минхо выдыхает весь воздух из легких. Бан, все еще не веря в происходящее чуть усмехается и шепотом говорит: — Так значит, когда ты писал, что обвяжешься лентой и подаришь себя… ты не шутил… — он наклоняется ближе к чужому лицу и чувствует сбившееся дыхание на своих губах — Разве я могу так шутить с тобой, милый… — кошачья ухмылка трогает пухлые губы Минхо чуть дергается вперед и сокращается крохотное расстояние между их губами и нежно сминает губы старшего. Рука Чана поднимается с аппетитного бедра все выше. Очерчивает небольшие складочки на боках, обтянутые лентой, ведет ладонь к любимой груди, большим пальцем задевая торчащий сосок. Ли на это действие тихонько стонет в поцелуй и скользит языком в чужой рот, сплетаясь с другим. Чан поднимает руку выше и располагает ее на плече Минхо. В следующую секунду он роняет младшего спиной на кровать. Тот, не растерявшись, сразу широко раздвигает ноги, давая лучше рассмотреть возбужденный орган и блестящую от смазки дырочку. На что Чан усмехается — Уже готов, котик? Когда успел? — Бан упирается коленями в мягкий матрас, забирается на кровать и ползет к Минхо, располагаясь между его бедер — Я всегда готов для тебя, Чани… — мурлычет младший, лукаво поглядывая на Чана из под опущенных ресниц. Старший чуть слышно хмыкает и подносит руку к ложбинке между ягодицами Минхо. Он не церемонясь проталкивает в скользкие мышцы три пальца, зная, как ответственно его парень относится к собственной подготовке. Пальцы без сопротивления проникают в растянутое колечко, полностью удовлетворяя ожидания Чан тянуть резину не собирался, именно поэтому сразу вытаскивает пальцы из задницы Минхо и начинает быстро скидывать с себя одежду. Расправившись с надоедливыми тряпками, Бан предстает перед Ли абсолютно обнаженным и быстро устраивается между чужими бедрами, цепляясь за них пальцами Минхо смотрит как большой член Чана крепко стоит и выпускает первую капельку предэякулята из щели на головке. Ли закусывает губу и не успевает ничего сказать, как с громким пошлым шлепком бедер об упругие ягодицы Чан входит до конца. Глаза Минхо блаженно закатываются к затылку и кажется даже видят мозг. Протяжный стон сигнализирует старшему о получаемом Минхо удовольствии. Бан закусывает нижнюю губу и хватается за розовые ленты на бедрах, как за свое спасение и то, что может удержать его жизнь на этой земле. Тугие стеночки обволакивают член своим жаром Не дав Минхо даже минуты на то, чтобы привыкнуть к крупному органу в заднице, Чан медленно выходит из Ли, а затем резким толчком входит обратно. Минхо вскрикивает и выгибается в спине. Бедрами он стискивает талию Чана и скрещивает ноги за его спиной. Чан рычит и сжимает большие бедра пальцами, оставляя на них отпечатки своих пальцев Снова грубый толчок, сопровождаемый громким шлепком кожи о кожу. Минхо чувствовал, как его возносит к небесам. Разморенное ватное тело сейчас было сверх чувствительное. Чан начинает толкаться в Минхо более активно, ускоряясь с каждым толчком, стремясь достигнуть бешеной скорости. Он прижимает одно из мягких бедер к груди Минхо, а другое отводит в сторону, раскрывая парня перед собой еще больше. Ли пошло стонет, когда массивный член толкается глубже и врезается в комочек нервов. Минхо срывает голос в крике наслаждения и пытается отодвинуться от сладкой пытки, однако чужие пальцы сжимают бедра слишком сильно. Лежащий на мягком животике младшего член дергается и изливается естественной смазкой. Чан делает неглубокие, но точные толчки прямо по простате. Минхо громко скулит и заламывает брови от наслаждения. Бедра сводит судорогой и парень сильнее сдавливает бока старшего, заставляя зашипеть — Ааах! Чани! Много! Слишком много! — Ли с трудом давит из себя слова, пытаясь донести бойфренду о необходимости паузы. Но Чан его будто не слышит и продолжает таранить чувствительный комочек — Чан!!! — громко вскрикивает Минхо изо всех сил стараясь не кончить — Что такое, Минхо-я? Тебе же всегда мало, ты же всегда хочешь большего… Чего же хнычешь сейчас? Не хочешь кончать так быстро? — Чан улыбается самой дьявольской улыбкой, заставляя парня под собой хныкать еще громче. Он видит как чужой член сильно течет. Минхо активно кивает на заданный ранее старшим вопрос. Бан входит в него до упора и замирает. Его взгляд цепляется за небольшой кусочек ленточки у подушки. Ухмылка становится еще более устрашающей. Сердце Минхо пропускает удар, когда он видит это. Длинные пальцы тянуться за ленточкой и подхватывают ее с простыней — Ну тогда оттянем твой оргазм… — ленточка туго обхватывает основание текущего члена и на этом моменте Минхо кончается как человек. Он откидывает голову на подушки, ударяясь затылком об изголовье кровати, когда чувствует, как лента завязывается в крепкий узел — Нет, нет, нет, нет, Чан!!! — в уголках глаз проступают слезы. Минхо мечется по постели и не знает за что ухватиться связанными руками, чтобы не выпасть из этой реальности — Блять… Это так ахуено смотрится… — тихо шепчет Чан, любуясь красиво завязанным бантиком розовой ленты на основании члена. Хвостики бантика струятся по тяжелым яйцам, блестящими предэякулятом. Бан не выходя из горячего нутра тянется к телефону Минхо, лежащему на краю прикроватной тумбочки. Он делает несколько снимков своей творческой работы и возвращает телефон на его место, затем нависая над младшим — Скинешь потом мне, я буду на это до конца жизни дрочить — Чан нежно целует крохотную родинку на крыле носа — Ты великолепен… — восхищенно выдыхает он, оплетая своими пальцами тонкие, связанные лентой, запястья и вскидывая их вверх, прижимая к твердой деревянной поверхности изголовья кровати. Свободной рукой он хватается за ленту на левом бедре и оттягивает его в сторону, а затем делает резкий толчок, выбивая из Минхо сладкий возглас Перед глазами искрятся звезды вожделения. Пелена похоти и страсти окутывает сознание. Тяжелое дыхание и пошлые высокие стоны служат аккомпанементом развратных шлепков тяжелых яиц о сочные ягодицы. Чан выцеловывает каждый сантиметр чужого лица, ловя губами скатывающиеся по щекам слезы, а Минхо тем временем чувствует каждый сантиметр входящего в него массивного члена. Каждую венку, каждую неровность, крупную головку, что так нещадно таранит простату. Бедра дрожат от дикого возбуждения, скопившегося внизу живота, которое никак не может получить столь желанную разрядку из-за тугого узла розовой ленты на основании члена Чан покусывает нежную, покрытую испариной, кожу шеи, стараясь не оставлять следов, губами касается приятной ткани ленточки, обвязанной вокруг шеи — Может развяжем тебе ручки, м? — шепчет Чан не отрываясь от шеи. Минхо, не в силах вымолвить даже слова, протяжно мычит. Пальцы старшего ловко подхватывают хвостик бантика на запястьях и развязывают ленты, высвобождая затекшие руки. Освободившись, Минхо сразу тянется двумя руками к своему члену, мечтая наконец поласкать себя, но по рукам прилетает жесткий шлепок — Нет, котенок, мы сегодня кончим вместе… — Чан не прекращает таранить бедную дырочку, теперь уже сжимая мягкие бока парня, насаживая того на себя — Но Чани! Ах! — пытается сквозь стоны говорить Минхо — Я очень хочу! Я больше не могу! — Можешь, я знаю, терпи… — Чан выпрямляется для удобства и с новой силой начинает вбиваться в Минхо, тот громко стонет, откинув голову и руками сжимает плечи Бана, оставляя на них отметины от коротких ногтей — Хочешь попрыгать на мне, крольчонок? — лукавый взгляд из под опущенных ресниц пьянит разум Минхо. Он активно кивает и чувствует, как на смену блаженной заполненности приходит пустота. Член старшего выскальзывает из влажного сжимающегося колечка и пошло шлепается о рельефный пресс. Чан недолго смотрит на сокращающиеся вокруг пустоты мышцы, жадно облизываясь, а затем хватает Минхо за ленту, оплетающую его грудь, прижимает к себе и резко переворачивает их обоих, оказываясь спиной на простынях Теперь Чан снизу вверх смотрит на румяное лицо Минхо, на его красные уши. Безумно заводит. Ли выпрямляется, восседая на твердом прессе. Чан укладывает большие ладони на мягкие бока и давит большими пальцами на низ чужого живота. Минхо выдыхает из легких весь воздух и прикрывает глаза. Член, обвязанный розовой лентой, которая уже намокла из-за естественной смазки, дергается и испускает ее очередную порцию Минхо отползает чуть назад, нависая задницей над возбужденным органом. Он заводит руку за спину и пальчиками берет член за его основание, направляя его в себя. Он смотрит на Чана, прежде чем сделать то, что так хочет. Тот смотрит на него как хищник на свою добычу. Минхо всегда теряется под этим взглядом, он никогда его не выносил Заламывая брови, младший начинает медленно опускаться на крупный член, садясь на него до конца. Чан тяжело выдыхает и перемещает руки с чужой талии на ягодицы, хватаясь за них и разводя в стороны, раскрывая Минхо еще больше Долго настраиваться Минхо не собирался, поэтому быстро подпрыгнул на члене и громко простонав откинул голову назад. Он повторил движение и выставил руки вперед, располагая их на твердом прессе Чана для опоры. Старший держал Минхо за ягодицы, помогая ему двигаться и сам вскидывал бедра навстречу Уже спустя пару минут, Минхо резво скакал на толстом члене, из его приоткрытых губ наружу рвались порнушные стоны. Колом стоящий член, все еще обвязанный розовой лентой, бьется о мягкий животик в такт его движениям. Чан рычит от того, как правильно тугие стеночки обволакивают его возбужденный до предела орган. Его взгляд цепляется за прыгающий вместе с Минхо член — Котеночек хочешь кончить? — на выдохе спрашивает Чан и уже тянется пальцами одной руки к ленточке на чужом органе. Не дожидаясь ответа, он тянет хвостик бантика и развязывает его, снимая ленту вовсе. Ли с облегчением стонет — Доведи себя, котенок… — заговорчески шепчет Бан и возвращает ладонь на одну из ягодиц младшего Минхо, не останавливая свои прыжки, тянется ладошкой к наконец освободившемуся текущему члену, накрывает его и сразу начинает быстро дрочить. Брови заламываются от удовольствия, ритм сбивается. Оргазм невыносимо близко. Минхо останавливает свои движения на члене полностью и продолжает только ласкать себя, чтобы получить долгожданную разрядку. Все тело сводит судорогой, бедра начинают неистово дрожать. С громким и пошлым вскриком Минхо изливается на рельефный пресс под собой. Белые потоки спермы украшают бледную кожу старшего, а Минхо, лишившись абсолютно всех сил после оргазма, валится сверху на Чана, прямо в лужицу спермы, наплевав на все Чан улыбается и принимает истощенного парня в свои объятия, нежно целуя макушку — Милый, я понимаю, ты устал, но встань на коленки, пожалуйста, я еще не кончил — Чан нежно гладит бедра Ли и чувствует, как он приподнимается, но корпус его остается лежать на Чане Бан переносит ладони на мягкую попку и вскидывает бедра, заталкивая свой член глубже в раскрытую дырочку. Минхо громко стонет в шею Чана и хватается за его плечи. Старший продолжает фрикции, вбиваясь в Ли, под его громкий скулеж от сверхстимуляции Чан гортанно рычит и низко стонет, когда изливается в сокращающееся колечко мышц, затапливая все внутри густой жидкостью. Минхо хнычет от чрезмерной заполненности и трется носом о крепкую шею, целуя вздувшуюся венку на ней Старший успокаивающе гладит то бока Минхо, то дрожащие бедра и старается восстановить дыхание — Знаешь, это был лучший подарок на день влюбленных, за все наши отношения… — хмыкает Чан, запуская узловатые пальцы во влажные от пота волосы на чужой голове и нежно массирует кожу, заставляя Минхо мило и забавно мурлыкать под этими прикосновениями — На самом деле, — хрипло говорит Минхо — твой основной подарок лежит на тумбочке, — Чан чувствует улыбку в голосе и на коже своей шеи — а это так, приятный бонус… — А можно я буду считать бонус основным подарком? Ты не против? — тихо хихикает старший целуя парня в висок — Не против, Чани… С днем всех влюбленных — Минхо отрывает лицо от шеи Бана и коротко целует пухлые губы — С праздником, милый мой — Чан повторяет поцелуй Минхо и крепче прижимает к себя мягкое тельце — Люблю безумно… — Безумно… — шепчет младший и устраивается щекой на широкой голой груди — Подожди… Ты же не мог сам себя так обвязать… Кто это сделал?