И другие..

Джеймс Поттер проснулся от тишины. Нет, не от звенящей, пугающей тишины, а от той, в которой слышен мягкий скрип старого дома, шорох ветра за окном и размеренное дыхание Лили рядом. Она спала, уткнувшись носом в подушку, спутанные волосы раскинулись по одеялу. Джеймс приподнялся на локте, вглядываясь в её лицо. Она выглядела усталой. Последние ночи Гарри почти не давал ей спать: колики, прорезывающиеся зубки — Джеймс не разбирался в этом, но знал, что его жена измотана. Он видел, как Лили едва не засыпала над чашкой чая, как просыпалась от малейшего движения Гарри и тут же бежала к нему. Джеймс перевёл взгляд на детскую кроватку в углу комнаты. Гарри бодрствовал. Он не плакал, не звал — просто смотрел в потолок широко раскрытыми зелёными глазами, лениво теребя уголок пелёнки. — Ты и не думаешь спать, да, малой? — прошептал Джеймс. Гарри повернул голову, глянув на отца, и что-то промычал. Джеймс медленно сел, зевнул, затем, стараясь не разбудить Лили, поднялся с кровати и подошёл к сыну. Осторожно взял его на руки, крепче закутав в одеяло. — Пойдём, дадим маме поспать. Лили даже не шелохнулась, когда он тихо вышел из спальни. Дом Поттеров был тёплым, несмотря на зимнее утро. За окнами медленно рассыпался снег, покрывая тонким слоем забор и деревья в саду. Ветер подрагивал ставни, но внутри было уютно: потрескивали старые деревянные полы, из гостиной веяло запахом сосновых дров в камине. Джеймс усадил Гарри в детское кресло, наклонился к нему и заговорщически прошептал: — Значит так, Гарри. План такой: мама у нас устала, и мы, как настоящие джентльмены, сделаем ей сюрприз. Гарри с интересом наблюдал за ним, сжимая в кулачке уголок пижамы. — Ты меня поддерживаешь? Гарри засунул палец в рот. — Отлично, сынок. Люблю этот энтузиазм. Джеймс щёлкнул пальцами и, взъерошив волосы, направился к кухонным шкафам. План был прост: тосты с малиновым вареньем, яичница с сыром, крепкий кофе. Всё, как любит Лили. Но, как и следовало ожидать, всё пошло не так. Первое яйцо Джеймс разбил с таким энтузиазмом, что оно шлёпнулось мимо миски, разлетевшись по столу. Гарри засмеялся. — Не ржать, приятель, я всё контролирую, — хмыкнул Джеймс, берясь за второе. На этот раз получилось лучше, но стоило ему отвернуться, чтобы натереть сыр, как яичница на сковороде неожиданно зашипела. — Нет-нет-нет, спокойно! — Джеймс бросился к плите, отчаянно пытаясь спасти ситуацию. Гарри с интересом наблюдал, как его отец размахивает лопаткой, напоминая дуэлянта с волшебной палочкой. — Не смейся, малыш, я почти профессиональный шеф-повар! Следующей была очередь тостов. Джеймс сунул хлеб в тостер, думая, что справится без проблем. Конечно же, он выбрал максимальную мощность. Результат был ожидаемым: дым, запах горелого хлеба и отчаянное размахивание полотенцем. — Ну, хотя бы кто-то в восторге, — пробормотал Джеймс, наблюдая, как Гарри хохочет, хлопая в ладоши. Кофе тоже не удался. Когда Джеймс уже наливал воду, Гарри вдруг заворочался, надув губы. — Эй-эй, малыш, ну не сейчас, ладно? Конечно, он отвлёкся именно в тот момент, когда кофейник выдал слишком мощную струю, и горячий напиток разлился по столу. — Мерлин! Гарри радостно зааплодировал. Джеймс устало уронил голову на руки. — Ну, Гарри, скажи мне честно: я безнадёжен? Гарри потянулся к его пальцам и сжал их крошечными ладошками. — Ясно, значит, у меня всё-таки есть шанс. Джеймс вздохнул и улыбнулся. — Знаешь, малыш, иногда я думаю… каким ты будешь, когда вырастешь? Любишь ли ты квиддич так же, как я? Или у тебя будет мамина любовь к книгам? Гарри внимательно слушал, будто понимал каждое слово. — В любом случае, у нас всё будет хорошо. Обещаю. Маленькие пальчики крепче сжали его руку. — Может джем спасёт наши тосты,как думаешь? Поттер старший встал,достал баночку с холодильника и принялся намазывать хлеб. От каждого движения он издавал хрустящий звук,то и дело разбрасывая крошки по всему столу. Тяжело оказывается справится с хлебом. Джеймс как раз заканчивал намазывать последний тост, когда тишину дома нарушил глухой хлопок. Рука с ножом застыла. Он резко поднял голову, вслушиваясь. Снег за окном шёл ровно, улица выглядела пустой. В груди сжалось знакомое чувство тревоги. Он шагнул к окну, приподнял занавеску. Пусто. Но в такие времена нельзя было быть слишком осторожным. — Всё в порядке, — пробормотал он, скорее себе, чем Гарри, возвращаясь к столу. Но в голове ещё долго не отпускала мысль: А вдруг это был не просто случайный звук? Джеймс снова положил тост на тарелку,вновь пытаясь вслушаться. И в этот момент дверь кухни тихо скрипнула. Лили стояла в дверном проёме, растрёпанная, в пижаме. Она прищурилась, окинула взглядом хаос на кухне: лужу кофе, подгоревшие тосты, странного вида яичницу. — Джеймс. Что здесь происходит? Джеймс гордо выпятил грудь. — Завтрак в постель! — объявил он. — Только он оказался немного… не в постели. Лили скрестила руки. — Ну-ну. Она подошла ближе, притворно оценивая завтрак. Взяла кусочек тоста, задумчиво пожевала. — Ммм... хрустящий. Очень хрустящий. Джеймс нахмурился. — Ты смеёшься надо мной, да? Лили сдерживала улыбку, но Гарри её выдал — малыш захихикал, потянувшись к маме. — Ну ладно, — Лили взяла Гарри на руки и поцеловала в макушку. — Хотя бы у меня самые лучшие мужчины в доме. Джеймс фыркнул: — Можешь не благодарить меня за это великолепное утро. Лили покачала головой и вдруг поцеловала его в щёку. — Всё равно это лучший завтрак в моей жизни. Гарри снова засмеялся. Джеймс улыбнулся. А за окном наконец взошло солнце. После завтрака семья переместилась в гостинную. Старший Поттер растянулся на диване,слегка зевая и придерживая рукой своего уже спящего ребёнка. Лили сидела рядом с Джеймсом, легонько водя пальцами по волосам Гарри. Он крепко спал, уткнувшись носом в отцовскую рубашку, и выглядел таким маленьким, таким хрупким. Джеймс следил за тем, как Лили задумчиво смотрит на сына, и вдруг, совершенно неожиданно для себя, сказал: — Иногда мне страшно. Она перевела на него взгляд. — Страшно за нас. За него. — Он опустил голову и посмотрел на Гарри. — Мы прячемся, но разве это настоящая защита? Лили не сразу ответила. Она тоже думала об этом. Каждый день. — Мы делаем всё, что можем, — наконец тихо сказала она. Джеймс хотел что-то добавить, но в этот момент в окно что-то стукнуло. Они оба вздрогнули. Лили резко выпрямилась, схватила палочку. Джеймс медленно повернул голову. Сова. Он выдохнул, скривившись от собственной нервозности. Встал, протянув спящего сына его матери и подошёл к окну, впустив птицу. Сова встряхнулась, оставив на подоконнике пару снежинок, и протянула лапу с письмом. — От Дамблдора? — спросила Лили, тоже поднявшись. — Нет, от Грозного глаза, — пробормотал Джеймс, разворачивая пергамент. Лили ждала, пока он быстро пробежит взглядом по строчкам, и по тому, как изменилось его выражение лица, сразу поняла: ничего хорошего. — Что там? — Нападение. Семья Маккиннонов. Лили медленно опустилась обратно на диван, будто почувствовала, как ослабли ноги. — Все?.. Джеймс кивнул. На какое-то время в комнате воцарилась тишина. Гарри вздохнул во сне, и Лили инстинктивно коснулась его ручки. — Они были хорошими людьми, — сказала она. — Да. — Джеймс убрал письмо в карман. Они снова молчали. Где-то на улице что-то скрипнуло, возможно, просто слетевший с крыши снег. Но Лили вздрогнула. Она больше не могла относиться к таким звукам спокойно. — Я пойду проверю защитные чары, — сказала она, вставая и перекладывая ребёнка на диван,подальше от края. — Лилз… Она повернулась. — Просто… будь осторожна, ладно? Лили грустно улыбнулась: — Это я тебе должна говорить. Она ушла в коридор, и Джеймс снова взглянул на Гарри. Как ему показать этот мир, когда он вырастет,когда за каждым углом их может поджидать опасность. Как доверять кому-либо если ты уже перестаёшь доверять собственному дому? И как объяснить малышу:почему они не могут выходить на прогулки,почему они не смогут вместе летать на мётлах по округе,почему они не могут даже оставить его в другой комнате одного.Как такое вообще объяснить ребёнку? Лишь мысль о том,что когда Гарри пойдёт в Хогвартс,там он будет в безопасности рядом с Дамблдором,заставляла молодых родителей тяжело вздыхать с облегчением,будто это единственное,что радовало их в не безоблачном будущем. Через несколько минут Лили вернулась и села рядом. — Всё в порядке? Она кивнула. — Всё спокойно. Джеймс смотрел на пламя в камине. — Помнишь, как ты говорила, что хочешь, чтобы он рос в мире? — Да. — Как ты думаешь… если вдруг… если нас не станет… — Он замялся. — Кто позаботится о нём лучше всех? Лили напряглась. — Не говори так. — Лилз, просто… Просто подумай. Она сжала губы. — Сириус, конечно. — Да… — Возможно Петунья и Вернон...— Лили замолкла. Джеймс перевёл на неё взгляд. Её сестра не пришла на их свадьбу. Ни она ни её муж даже могут и не знать,что у них есть племянник. И даже если знают,они бы точно не были рады перспективе нянчиться с ним. Джеймс прекрасно это понимал,и прекрасно понимал как тяжело даётся эта тема для его жены. Он не хочет её расстраивать горькой правдой. — Да, — тихо сказал он. — Думаю,они были бы не против. Лили накрыла его руку своей. — Джеймс. Нам нельзя думать, что всё обречено. — Я знаю. — Он будет счастлив. Джеймс посмотрел на Гарри. — Да. Будет. Но в голосе его всё равно слышалась тень сомнения.