Тени павших богов

Боль выжигала каждую клетку. Джон не мог дышать нормально — воздух в лёгких казался тяжёлым, плотным, словно его заменили раскалённые угли. Грудь сжимала лихорадка, мысли путались. Земля под ногами то приближалась, то уходила куда-то вниз. Где-то впереди послышался нечеловеческий рёв. Он знал, что там. Знал, что ждёт его за пеленой пыли и песка. Но с отчаянным упорством двигался прямо туда. Потому что страх перед медленным превращением был сильнее страха смерти. Зрение уже начало размываться, мысли проходили сквозь сознание, не оставляя следов. Дыхание затруднённое, пульс учащённый, мир вокруг превращался в серую, гудящую массу. Джон уже не был уверен, что это его ноги. Его ли руки. Его ли голова. Разве разум, принадлежащий ему, стал бы вот так спокойно наблюдать, как тело шагает прямо в лапы к тем, кого он так боялся всю свою жизнь? Разве разумный человек стал бы так идти к смерти? Как оказалось, да. Он зло усмехнулся бы, если бы мог. Если бы губы слушались. Его охватила слабость. Руки дрожали. Казалось, что вот-вот он просто рухнет лицом в песок. И пусть. Пусть так и будет. Лучше умереть так, растерзанным этими безмозглыми существами нежели стать одним из них. Джон даже не сразу понял, что шум изменился. Ему было плевать, даже если сзади него уже появился зараженный. Это даже лучше, быстрее умрёт. Но периферическое зрение заметило далеко не заражённого, а человека. Он медленно подходил, и это заставляло задуматься даже в таком состоянии. Был ли тот действительно человеком? Или это уже игра его разлагающегося рассудка? Но незнакомец, появившийся из ниоткуда, встал прямо перед ним. Высокий. Закутанный в серый плащ. Лицо скрыто капюшоном, а глаза поттертыми солнцезащитными очками. Голос, когда он заговорил, был чуть хрипловатым, но в нём слышалось любопытство. — Ты что, жить не хочешь? Какой же глупый вопрос. Джон готов был кричать, что хочет. Что он не просто так идёт на верную смерть. Что даже в этом мире он отчаянно хотел выжить. Но он не ответил. Не смог. Он чувствовал, как дрожат руки. Он даже не знал, от холода или от жара. Губы отказались шевелиться, казалось, он уже полностью перестал контролировать своё тело. Он ненавидел это состояние. Ненавидел себя за эту слабость. За то, что просчитался, позволил себя обмануть и в итоге оказался здесь. За то, что он не может сейчас даже членораздельно говорить и просто стоит тут, дрожа, как жалкая кукла на нитях. За то, что не способен что-либо сделать. Тем временем незнакомец шагнул ближе, вытянув корпус немного вперёд. С лёгким интересом тот наклонил голову в сторону и спросил: — Или ты уже не человек? Слова проникли в туман разума, вонзившись в него словно ножи. Джон не моргнул. Он бы ответил, если бы мог. Он бы заорал, чтобы этот странный тип отвалил, если бы только язык слушался. Но, единственное, что мог сделать Джон, это молча прожигать того взглядом. Силы и разум всё утекали, как вода сквозь пальцы. — Отлично. — Голос был насмешливым, будто он просто забавлялся.— Тогда ответь на вопрос. Он склонился чуть ближе, и на мгновение Джону показалось, что в воздухе мелькнули искры. — Ты хочешь жить? Вопрос будто пробился сквозь мутный, вязкий шум в голове. Джон сглотнул. Его пальцы дёрнулись. Медленно, едва осознавая своё действие, он кивнул. Незнакомец фыркнул, словно его ответ был глупым. — Странно. — Он поднял руку, ухватил Джона за запястье и дёрнул за собой. — А по тому, как ты шёл прямо на заражённых, этого не скажешь. И только сейчас осознавая, что он смог кивнуть, Джону ничего не оставалось, кроме как с беспомощностью наблюдать за этим незнакомцем, безмолвно разрешая тому тащить его как какую-то безвольную куклу. Грубые пальцы сжимали запястье крепко, но не больно. Джон почувствовал, как его ведут, как будто он ничего не весит. Он даже не пытался сопротивляться. Не только потому, что сил почти не осталось. Но и потому, что его сознание всё продолжало плыть. И где-то в этом хаосе его всё сильнее бесило то, что он не мог ничего сделать. Буря поднималась всё выше, завывая в узких переулках между развалинами. Песок бил по щекам, забивался в рот и глаза. Мир превращался в серую, мутную массу, и Джон уже не видел ни дороги, ни того, куда его ведут. Только впереди, сквозь пелену песка, темнел чей-то силуэт. Шарф на незнакомце взвился, как знамя, тёмно-голубая клетка резко выделялась среди серого мрака. Джон непроизвольно сглотнув, сжал зубы, стараясь сосредоточиться. «Куда он меня тащит? Кто он вообще такой?» Вопросы путались в голове, но губы не слушались. Он не мог говорить, не мог даже нормально дышать. — Потерпишь, — пробормотал тот, словно знал, о чём думает Джон. Ещё несколько шагов — и вот они оказались в полуразрушенном здании. Стены тут ещё держались, хоть часть крыши провалилась внутрь. Буря яростно хлестала по металлическим обломкам, но здесь, внутри, было хоть какое-то укрытие. Джон не успел опомниться, как незнакомец толкнул его вниз. Он рухнул, опираясь на локти, в голове зашумело ещё сильней. Джон хотел было взвиться, сказать хоть что-то, но язык будто прилип к нёбу, а локти начали непроизвольно дрожать от накатившего напряжения. Незнакомец склонился над ним, убирая волосы с лица. На запястье мелькнуло что-то похожее на браслет, но Джон не успел рассмотреть. Пальцы, сухие, тёплые, коснулись его лба. И тут же всё вокруг будто взорвалось. Голова резко закружилась. Пелена перед глазами начала рушиться, будто кто-то грубо сорвал с неё цепи. Шум в ушах усилился, а затем резко стих. Последнее, что Джон увидел перед тем, как окончательно потерять сознание, были глаза незнакомца, которые уже не были скрыты за очками. Глубокие, тёмно-голубые. А в центре радужки.. что-то золотилось, вспыхивая опасными искрами.